Короткая передышка на берегу совсем не помогла. Тело по-прежнему ныло от усталости, а рану жгло болью. Деревья и лианы смыкались в непроходимые заросли. Ноги подкашивались, и они часто спотыкались о торчащие из земли корни деревьев и кочки.
— Не понимаю, как они находят меня, — возмутилась Александра.
— Я тоже, — пробормотал Дайрос, мельком оглядывая девушку. На ней лишь платье, сапоги да пояс с мечами. И все не раз проверялось на наличие маяков. — На тебе есть что-то новое? — спросил без особой надежды на успех.
Вполне возможно, что враги использовали заклинания на крови. Да и магия сильванов довольно необычна и не изучена. Не говоря о том, что врагам помогают асуры.
— Ничего, всё моё, — Александра прощупала пояс, пока не коснулась браслетов на руке. — Только они. Брачный мне дал Аркарион ещё в Ринделле, а этот подарил Тайбир. Он защитный, с барьером.
— Тайбир? — нахмурился Дайрос.
— Браслеты тоже проверяли.
— И всё равно, лучше пожертвовать подарком, — решил он, останавливаясь.
Александра развернулась к нему. Он сам снял браслет с её запястья. А присмотревшись, заметил трещину в камне. Сила магической атаки была огромна, раз накопитель не выдержал. Выхватив короткий кинжал из-за пояса, он просунул лезвие в щель, окончательно раскалывая кристалл. И тогда на ладонь упал маленький стеклянный шар.
— Что это? — уточнила Александра.
Внутри шарика, поблёскивая искрами, плескалась красная жидкость.
— Похоже на кровь.
— Получается, так нас и нашли? — предположила она.
— Да, — процедил Дайрос. — И сейчас предатель возле моих сестры и матери.
— Мне казалось, ваша семья доверяет ему.
— Так и есть, — Дайрос вновь взглянул на шарик с кровью в своей руке.
Может, Тайбир действует не в одиночку? Надеется на снисхождение Безликого, если поможет ему вырваться? Не видит смысла верить в успешность миссии Александры? И ведь правды не узнать.
— Давай разбираться с проблемами по мере их поступления, — решил Дайрос.
Он замахнулся, намереваясь отбросить подальше шарик.
— Стой! — Александра бросилась к нему, повисла на его руке, не давая совершить бросок.
— В чём дело?
— Можно попытаться сбить их со следа, — Александра забрала у него шарик и браслет, поместила шар обратно, а потом села на землю и зажмурилась.
Несколько долгих минут ничего не происходило. Дайрос глядел на девушку в непонимании. Позади на берегу слышались голоса. Скоро враг настигнет их. Внезапно, справа зашуршали кусты. Дайрос схватился за рукоять меча, но когда обернулся, увидел, как к Александре, прижимаясь к земле, пробежал зверёк, напоминающий маленькую лисицу.
— Прекрасно, натравим на пиратов грызунов, — пробурчал он.
— Оставь шутки Аркариону, у тебя не получается, — Лекс бросила в его сторону сердитый взгляд, но вновь сосредоточилась на общении с лисичкой.
Она передала браслет, животное схватило его в пасть, и через секунду в кустах мелькнул серый хвост.
— Уходим, мы можем и ошибаться насчёт крови, — Дайрос в рывок помог Лекс подняться с земли.
И они вновь бежали, прорываясь сквозь густые кусты и перепрыгивая через корни деревьев. Голоса приближались. Но вскоре предположения друзей подтвердились: пираты отправились следом за лисицей с браслетом.
— Можно замедлиться, — Александра взглянула на него с беспокойством.
Дайрос не стал спорить. Им обоим нужен отдых. А ещё сухая одежда и надёжное убежище. Но пока что у них была лишь передышка. В том, что пираты вскоре поймут, в чём дело, Дайрос не сомневался. А густой лес не располагал к скрытному перемещению. Их путь бегства хорошо отпечатался.
— Там должна быть вода, — Лекс взяла его за руку и повела сквозь раскидистые кусты с широкими листьями.
Она оказалась права, они вышли к речушке, даже скорее к ручью. Похоже, на острове есть источник питьевой воды. Удачно, учитывая, как они устали и вымотались. Александра присела у ручья, набрала в ладошки воды и жадно напилась. Дайрос принялся обходить берег, пока не заметил знакомые стебли растений. Земляной корень предпочитал влажную почву и довольно часто радовал путников, желающих наполнить бурдюки водой.
— Что ты делаешь? — спросила Лекс, наблюдая за тем, как Дайрос выкапывает растения.
— Это земляной корень. Он съедобен, — Дайрос вытянул стебель, стряхнул землю с корней, и та осыпалась вместе со съедобными клубнями.
— Похоже на картошку. Сырая картошка не особо вкусная.
— Тебе понравится, — он улыбнулся в ответ на скепсис, застывший в синих глазах.
Дайрос выкопал ещё одно растение, после чего промыл клубни в воде. Александра терпеливо сидела на траве, ожидая, когда будет готов завтрак. Он и сам не успел перекусить с утра, решил сначала получить последние новости. Как только клубни были отмыты, он собрал их на широкий лист и положил его перед девушкой.
— Давай сначала ты, — Лекс подхватила один клубень, недоверчиво к нему принюхиваясь.
— Я же тебя не червей заставляю есть.
Подавая пример, Дайрос первым откусил кусочек плода. И зажмурился, ощущая, как на языке растекается терпкая сладость. В Драко земляной корень культивировали и подавали чуть ли не к каждому приёму пищи. И всё же в дикой местности он самый вкусный. Особенно когда с вечера во рту не было ни крошки.
— Какая вкуснятина! — воскликнула Александра после первой пробы и впилась в клубень зубами, отчего на её пальцы брызнул сок.
Дайрос улыбнулся, глядя на неё. В лёгком платье, с растрёпанными волосами она выглядела трогательно юной и совсем не походила на воительницу.
— Дэй, а Тайбир мог действовать по приказу королевы? — Александра заговорила, как только они прикончили все клубни.
— Не знаю, — честно ответил он, напряжённо сжав кулаки. — Сомневаешься во мне, да?
— Нет, — Лекс тускло улыбнулась, пристально глядя в его глаза. Казалось, и взглядом, и позой пыталась донести правдивость своих слов. — Ты отказался от плана Мэрилин. А сейчас мне известно, что тебе было вдвойне сложнее.
Дайрос отвёл взгляд. Так легко забыть, что Александра в курсе его чувств. Теперь, когда она узнала, кажется, пал ещё один сдерживающий рубеж, ведь они делили эту тайну на двоих.
— А если Мария? — совсем тихо спросила она. — Именно Тайбир привёл меня на наш первый разговор с ней.
— Мать уж тем более не посвятила бы меня в свои планы.
— Знаю, это не моё дело. Почему вы не общаетесь?
— Она разрушила нашу семью, — он поднялся и протянул руку Лекс. — Нужно идти.
Александра взялась за его руку и встала, слегка поморщившись. Он потянул её дальше по лесу. Довольно долго они шли в молчании, ступали осторожно, стараясь оставлять как можно меньше следов. Перекус придал сил, но от потери крови не избавил. Чем дольше они шли, тем хуже ему становилось. Усталость наваливалась на плечи неподъёмным грузом, начинала кружиться голова. Не говоря о том, что душу не отпускало беспокойство за друзей. Как проходит морское сражение? Завершилось ли оно? Смогла ли доплыть Джейна?
— Знаешь, я всегда думал, что у нас идеальная семья, — заговорил Дайрос, подняв взгляд к виднеющемуся сквозь густые кроны деревьев небу. Тучи постепенно расходились, позволяя солнечным лучам освещать их путь. — Брак по расчёту, но в семье царили понимание и тепло. Мать всегда принимала участие в управлении полисом. Отец стал для меня идеалом. Я же поступил в академию Тетира, подражая ему. Ещё и Арка за собой утянул.
Дайрос замолк, вспоминая те беззаботные дни. Тренировки с отцом, вечера за тихими беседами в кругу семьи и наслаждение игрой Мирианны на флейте.
— И что произошло?
— Мать не была верна отцу. Оказалось, что мы с Мирианной не его дети.
Александра что-то пробормотала, громко ахнув. А он вспоминал тот день, который всё изменил. С тех пор отец ему ни разу не улыбнулся и не сказал доброго слова, скорее наоборот. Хотя больше всего доставалось Мирианне. До тех пор, пока отец не погиб на охоте.
— Отец подстроил смерть любовника матери. Вскоре погиб и сам. Думаю, и ему помогли. После смерти Мирианны всё окончательно разрушилось.
Лишь с Мирианной они сохраняли близкие отношения. Мэрилин всегда была больше королевой, стремясь всех вокруг выстроить на шахматной доске интриг, исходя из собственных планов. А мать тоже королева, даром, что бывшая. Потому он всё чаще пропадал в походах, благо младшему принцу позволительна жизнь воина и защитника границ.
— Мне жаль, Дайрос, — Александра вложила свою ладошку в его и крепко сжала, с участием заглядывая в глаза.
— Это дела прошлого. Давай оставим эту тему.
— Хорошо.
— Лекс, — он тяжело вздохнул, поняв, что уже глупо молчать. — Кажется, бинты размотались, — и судя по теплу под ними, кровотечение не останавливается.
— Я посмотрю, — Александра потянула его за руку, чтобы он сел на траву.
Потом помогла снять куртку. Пока бежали по лесу, ткань просохла и теперь, пропитанная морской солью, задубела.
— Чёрт, — пробормотала Лекс, присев возле него. — Так и не научилась нормально бинтовать.
— Ты торопилась, — напомнил он.
На лицо Лекс набежали тени, между бровей пролегла беспокойная складка. И так захотелось разгладить её, успокоить девушку. В последнее время она слишком часто хмурится.
Лекс вытянула из-за пояса остатки разорванной рубашки, чтобы наделать новых бинтов. Кровь с сукровицей продолжали сочиться из раны. Здесь нужны магические мази и в идеале стоило бы зашить. Но шить нечем, как и нет в наличии мазей.
На этот раз Александра бинтовала внимательно, стараясь затянуть рану туже. А он так и сидел, рассматривал её, такую хрупкую и одновременно такую сильную. На светлой коже рук темнеют синяки, на костяшках пальцев алеют ссадины и на шее проявляются чёрные следы. Наверное, платье скрывает не меньше повреждений. А Лекс молчит, не жалуется.
— У тебя столько шрамов, — отметила она, кажется, просто чтобы не молчать.
— Думаю, и у тебя прибавилось.
— Есть такое, — криво усмехнулась она, обратив взгляд к его груди. — Этот вообще страшный, — она провела кончиком пальца над проникающим шрамом под ключицей.
— Для Арка бы этот удар стал смертельным. А меня просто ранило.
— Вы через столько прошли вместе, — синий взгляд затуманился.
Она бездумно коснулась застарелого рубца на груди, заставив его невольно вздрогнуть. И он в желании продлить прикосновение неосознанно накрыл её ладонь, прижимая к коже.
— Дайрос, не надо, — попросила она. В сапфировых глазах застыла мука. — Мне и так тяжело.
— Скажи, ты...
Вдали послышался шелест листвы, заставивший их мгновенно подскочить на ноги и забыть о разговорах. Дайрос потянул её в густые заросли кустов, подхватив свою куртку.
— Сможешь использовать магию, если они нападут? — говорил шёпотом, продолжая прислушиваться к приближающимся врагам.
Трое, может, больше. Не так много, если бы они не были вымотаны.
— Вряд ли. А ты удержишь меч?
— Разве что в левой руке, — хмыкнул он, раздражённо дёрнув раненым плечом.
Кусты расступились, выводя их на небольшую поляну, освещённую солнечными лучами. Шум приближения врага становился громче. И Дайрос притянул Лекс к себе, вынуждая её присесть у кустов. Отсчитываемые быстрыми ударами сердца минуты тянулись мучительно долго. Кровь носилась по жилам, разогревая мышцы. Даже боль в ране отступила. А рука судорожно сжимала рукоять меча, когда вторая покоилась на плече Александры. Она сидела возле него, припав на одно колено, как и он, внимательно прислушивалась. Напряжённая, готовая к атаке, словно взведённая стрела. Бесконечно прекрасная и опасная.
Но вот шум начал затихать. Враги миновали их укрытие, не заметив. До слуха вновь доносились лишь умиротворяющие звуки леса. Они как по команде выдохнули с облегчением и переглянулись. Лекс даже улыбнулась, отчего синие глаза заискрились, отогревая своим теплом. Когда-то он считал её холодной и скрытной. А теперь понимал, что она слишком привыкла к одиночеству, чтобы делиться своими переживаниями.
Ладонь сильнее сжала плечо Александры. Её близость пьянила, а недоступность дурманила.
— Ты его любишь? — спросил он, продолжая прерванный разговор.
Но больше для того, чтобы хоть за что-то зацепиться мыслями, отрезвить себя, уберечь от ошибки.
— Что? — неожиданный вопрос сбил её с толка.
— Аркарион... Ты любишь его?
— Д-да, — растерянно ответила она после нескольких секунд замешательства.
Не уверена, или Дайрос убедил себя в этом?
Александра громко вздохнула и упёрла ладони в его обнажённую грудь, когда он притянул её к себе. Дайрос жадно смял её губы, бескомпромиссно требуя ответа и не давая возможности на сопротивление. Просто не мог больше себя сдерживать, ведь она находилась так близко. Слишком долго он желал её, слишком долго мечтал о ней и не смог выкорчевать из сердца, как ни пытался.
Мягкие губы приоткрылись, то ли от неожиданности, то ли позволяя углубить поцелуй. И Дайрос повалил Лекс на траву, продолжая жадно целовать желанные губы. Всё потеряло значение: пираты, рана, усталость, даже тот факт, что он целует невесту лучшего друга. Ведь Александра находилась в его руках. Он мог сделать её своей, овладеть и больше никогда не отпускать.
Глава 9
/Хранительница/
Я всё-таки ошибалась: поцелуи бывают разные. Этот лишал воздуха и всяческих мыслей. Губы Дайроса сминали мои в яростном поцелуе, ласкали и прихватывали, а руки, казалось, были везде. Он целовал так напористо, так отчаянно, вкладывая в каждое прикосновение все те чувства, которые испытывал. Ласкал жадно и трепетно, будто в неверии, что дотянулся, что я настоящая. Казалось, пытался насладиться каждой секундой. А я лежала распластанная под его телом и не могла вздохнуть полной грудью, задыхаясь под шквалом ощущений. Наверное, поэтому ответила. Его горячность не могла оставить равнодушной.
Пальцы скользнули по обнажённым плечам, запутались в густых волосах. Но я сразу отдёрнула руки, зажмурившись до искр перед глазами. Надо остановиться. Потому что это неправильно, нечестно по отношению к Аркариону. Арк… Как он, оказывается, сдерживался со мной… В отличие от Дайроса, который, наоборот, атаковал, не давая и секунды на то, чтобы попытаться вырваться.
— Остановись… — прошептала, когда его губы спустились поцелуями-укусами к шее.
