Добравшись до поляны, я, наконец, скомандовал разведке поднять одну из птиц. Бойцы, как мы сговорились заранее, сделали это максимально демонстративно, чтобы их деятельность обязательно заметили вражеские наблюдатели.
Я не удивился, выслушав доклад, что конница противника уже вовсю пересекает мост. Но, естественно, ради противника сделал вид, что её активность для меня тот ещё сюрприз. Мол, неожиданно заметили, лишь благодаря птицам. Бойцы, получив приказы, принялись выстраиваться ближе к середине поляны, оставляя врагу немалое пространство для выхода из леса и развёртывания. Один из соколов южан при этом попытался атаковать нашего канюка, но в воздух тут же поднялась подмога, и силы оказались неравны, поэтому он быстро превратился в жалкое подобие ощипанной курицы.
Противник терпеть это не стал и тоже выпустил подкрепление.
Воздушный бой продолжился.
Это случилось вопреки приказу. Увы, разведчики особая каста, и над своими питомцами они трясутся, как Кощей над златом. До этого эпизода я как-то не задумывался об их особенностях и потому не ожидал, что при любой угрозе они готовы выпускать на подмогу самых крупных хищников.
На учениях подобные нюансы не всплывают.
Теперь буду знать.
Заскучавшим из-за ограничений разведчикам слегка развязали руки, и они на радостях вражеских птиц выбили за пару минут. Я даже не успел осознать, что происходит нечто непредвиденное, а мы уже завоевали полное господство в воздухе. Возможно, этот факт озадачил вражеское командование, потому что конница сбавила ход, и отстающая от всадников пехота начала сокращать разрыв.
Это плохо, но не смертельно. Было бы куда хуже, останься южане возле моста. Атаковать с севера его неудобно, а обойти сложно, ведь река с её изрезанными берегами с прошлого раза лучше не стала, всё такая же неудобная для переправы крупных сил.
Даже не знаю, что бы я при таком раскладе предпринял.
Решив приободрить солдат, проскакал туда-сюда перед войском, довольно улыбаясь и всем своим видом доказывая, что я абсолютно уверен в победе. Мои люди привыкли к тому, что удача почти всегда на стороне Кроу, так что такая примитивная демонстрация прекрасно работала.
То, что удача сама по себе помогает редко, и ради её благосклонности нам всем надо пахать и пахать, они ещё не поняли.
Из-за того, что противник сбавил ход, нам пришлось простоять почти полтора часа, вражеский передовой дозор выбрался на поляну лишь к полудню. Южане, выглянув из леса, постояли, полюбовались на нас и отправили гонца назад. Мы на их действия никак не отреагировали.
Ещё спустя десять минут показалась голова колоны. Всадники, выбираясь из леса, тут же расступались, вытягиваясь в линию длиной почти в три сотни метров. Это чуть шире нашего построения, но если распределятся равномерно, мы должны с ними справиться без труда.
Обычная конница, пусть даже и тяжёлая. Уровень далеко не лучших частей имперской гвардии, обилия альф-воинов и магов не наблюдается, или они стараются не выделяться.
Что вряд ли.
Я распорядился расставить наших стихийников по всему строю. Пускай встречают тех особо защищённых всадников, которые прорвутся через ливень арбалетных болтов. Дружину тоже не стал концентрировать, а максимально растянул. С высоты своих коней они без помех смогут пускать стрелы через строй пехоты и стрелков.
Сам же всё это время не забывал оценивать количество выбирающихся из леса врагов. И Кими этой же работой загрузил, то и дело сверяя с ней данные.
Когда счёт дошёл до восьмой сотни, решил, что пора.
Цель: объект не определён. Режим свободной охоты (снижена вероятность успеха).
Глава 2 Те же проблемы
Глава 2
Те же проблемы
Сколько раз вижу это сообщение, столько раз настроение портится.
Хомяк отказывается мириться с вопиющей несправедливостью.
Достал тонкую золотую пластинку. Обхватил поудобнее, разорвал, будто тончайшую фольгу.
Несмотря на расстояние, спустя несколько секунд до моих чутких ушей донёсся дружный вопль сотен людей и лошадей, а Снег подо мной дёрнулся и всхрапнул нервно.
Тоже услышал кошмарный звук.
«Рунные мины», встреченные мною в первом путешествии по Запретной пустыне, поначалу не впечатлили. Благодаря Взору Некроса замечал их легко, и потому не сразу оценил потенциал. Однако всё же заинтересовался простоте, или, скорее даже, изяществу исполнения, где при помощи набора коротких последовательностей самых простых, базовых рун при минимуме затрат энергии достигалась недурственная эффективность.
Поэтому решил попробовать с ними поработать, и дважды успешно применил в битве Трёх королей и один раз в бою при Козьем пруду. Изначальную конструкцию, несмотря на её кажущуюся простоту, я повторить не смог, знаний и опыта не хватало для понимания одной из групп рун и связи последовательностей, но общий принцип уловил и сумел разработать упрощённый аналог. Он не настолько удобен в применении, не такой смертоносный, но зато не требует дорогих материалов и абсолютно надёжен, если не допускать брака.
За последние месяцы я значительно продвинулся в их усовершенствовании. Если раньше «рабочим телом» служила одна монетка или металлический диск, сейчас их в «мине» четыре штуки. Размеры конструкта почти не увеличились, и потому лучи получались длиной немногим более полутора метров, что я считал более чем достаточным. При этом «заряды» располагались по трём граням тетраэдра и одной его вершине. То есть три удара наносились под углом в разные стороны и один бил, как и прежде, вверх. Таким образом, усечённая пирамидка размером с шарик для пинг-понга надёжно поражала объём в несколько кубометров. Теперь сюрпризы можно размещать шагов за пять друг от друга, и при этом ни пеший ни конный мимо них не проскочит, непременно напорется.
Также удалось увеличить срок действия разрушительного эффекта. Если раньше он пропадал тут же, едва появившись, сейчас отрабатывал приблизительно четверть секунды. Звучит не очень-то грандиозно, однако даже за такой невеликий срок пехотинец в обычном темпе проходит около четырёх десятков сантиметров, почти наверняка попадая под один из лучей даже в случае не самого густого расположения мин. А лошади влетают под них и вовсе без шанса при любой скорости просто за счёт своих габаритов.
На данный момент мы отработали четыре схемы организации «минных полей». В этот раз мои диверсанты мины укладывали по второму варианту: то есть не сильно скупились, но и не шиковали. По обе стороны от узкой лесной дороги замаскировали в две цепочки. И, если верить сведеньям разведчиков, в данный момент под удар должна попасть большая часть тяжёлой конницы. Все те всадники, которые ещё не выбрались на поляну, и, возможно, частично зацепит отряд легконогих стрелков, что движется сразу вслед за ними.
Кими тоже что-то услышала.
Обернулась, увидела, как я прячу половинки пластинки.
Золотишко выбрасывать нельзя, не то Бяка с ума сойдёт от такой расточительности.
— Гедар, ты уже врезал им, что ли?
— Надеюсь, что да.
Я обернулся к разведчикам:
— Что там на дороге творится?
— Господин там, на дороге... там... Там кровь и мясо творятся.
— Звучит неплохо. Многие уцелели?
— Там, где ударили лучи, почти никого не видать. Мало кто стоять остался. Те, кому повезло, кровью залиты. И часто без рук, а некоторые и без ног. Но эти, понятное дело, не встают. И это там, где пехоту зацепило. Всадники все лежат, ни один конь через лучи не проскочил.
— Лошадей жалко, они у ассиопцев хорошие и дорогие, — нахмурился Бяка.
— Лучше воины в авангарде, и кони у них тоже лучшие, — утешил я приятеля, указывая на линию вражеских всадников, что успели выбраться на поляну до срабатывания кровавого сюрприза.
А затем, обернувшись на сигнальщика, скомандовал:
— Арбалетчики вперёд.
Дальше началось то, что для местных стратегов означает очевиднейшую умственную неполноценность командира. Стрелки трусцой направились в атаку.
Стрелки.
В атаку.
На конницу.
Такого быть не должно. Никак не должно, ни при каких обстоятельствах. Конница — естественный «антидот» против лучников, арбалетчиков, пращников, метателей дротиков, камней, бумерангов и вообще всего того, что можно запустить в неприятеля издали (или хотя бы с короткой дистанции). Сомневаюсь, что на Земле до появления скорострельного оружия было иначе. Там, разве что, магия отсутствовала, но при таком раскладе её можно не учитывать, или даже добавить, что низкоуровневых магов можно приравнивать к обычным стрелкам. То есть им тоже шагать навстречу врагу в такой ситуации никак нельзя.
И это я говорю о простой коннице.
Здесь же, перед нами, особая тяжёлая кавалерия: благородное ополчение, набранное из каких-то подчинённых кланов. Местный аналог не самого элитного рыцарского войска, где собраны воины низовой аристократии, их оруженосцы, телохранители и прочий не самый простой люд. Причём это Ассиопа, а не какие-нибудь туземцы, что подсмотрели у больших дядек структуру войск и пытаются её как-то копировать. Хорошими доспехами нередко защищены не только всадники, а и кони, плюс наблюдается зашкаливающая концентрация защитных амулетов и навыков. При этом скорость таких отрядов достаточно велика, чтобы не оставаться подолгу под огнём. То есть вражеские стрелки попросту не успевают нанести им достаточный урон и, не имея копий, ничего толком не могут противопоставить в ближнем бою.
Вообще-то копья, точнее, особые тяжёлые пики, у моих арбалетчиков имеются. И даже щиты у них есть. Не уверен, что идея нагружать их этими вещами была удачной, но пока что используем. Однако на всех этого добра не хватит, плюс с ним не всё так просто, поэтому вопрос заслуживает отдельного пояснения в той ситуации, где дойдёт до практического применения.
Текущая ситуация явно не из таких, и потому арбалетчики атаковали налегке.
Наверное, всадники сначала не поняли, что происходит, а затем знатно удивились. Плюс известия о непонятной бойне, что случилась позади них на лесной дороге, тоже кавалерию несколько обескуражили.
Как бы там ни было, вначале они ничего не предпринимали. Просто изумлённо взирали на обнаглевших до последней наглости смердов, что деловито надвигались на самый благородный род войск Ассиопы, соблюдая при этом невиданную в этом мире синхронность движений. Строго нога в ногу, даже в малости не искривляя шеренги.
На дистанции в шесть с половиной сотен метров арбалетчики остановились, одновременно вскинули оружие к плечам и открыли огонь. Били простыми болтами, но выпускали их в хорошем темпе. То есть несколько тысяч в минуту вылетало по неполной тысяче всадников.
Даже не самые лучшие доспехи на таком расстоянии частенько выручали, не говоря уже про амулеты и особые навыки. Однако спасали они далеко не всех и не всегда, да и работали мои стрелки быстро и метко. При таком темпе артефактная защита не успевала обновляться, и тогда оставалась надежда лишь на крепость кирас и пластин брони, потому что кольчуга против таких болтов — ничто.
Болты ударяли по доспехам с таким шумом и так часто, что над полем боя повис непрерывный гул. Если не видеть, что происходит, можно подумать, что здесь не сражение началось, а начали работать сотни кузниц. По всему строю десятками посыпались и люди, и кони. И по тому, как долго ассиопцы мешкали, продолжая ничего не предпринимать, я окончательно убедился, что к моей коллекции неблагозвучных побед вот-вот добавится бой на Мокренькой.
Причём второй.
И даже не знаю, что лучше: преследующая меня «козья тема» или такое.
А ещё надо молиться ПОРЯДКУ, чтобы первый бой отнесли именно к Мокренькой, а не к лугу, протянувшемуся по другому берегу.
Потому что там тоже козы замешаны.
Но до конца стоять под обстрелом южане всё же не захотели. Похоже, заминка вызвана тем, что на «минах» пострадала верхушка этого отряда, оставив подчинённых без централизованного руководства.
Но армия, лишённая головы, остаётся армией. Перед строем заметались командиры низовых звеньев, что-то крича и руками размахивая, после чего первые ряды сорвались с места, их прекрасные кони быстро набрали скорость. И по всему выходило, что большая часть всадников должна успеть добраться до наглецов. А там и пары сотен кавалеристов такого уровня достаточно, чтобы сходу втоптать в землю всю нашу тысячу.
Это я пытаюсь прочитать мысли их медлительного командования.
Сам-то думаю иначе.
В реальности всё оказалось именно по-моему. Враги не учли то обстоятельство, что чем меньше дистанция, тем проще работать стрелкам. И меткость улучшается, и убойность у болтов выше, и на прицеливание времени меньше тратится.
Перестук разящего металла по доспехам и щитам слился в единый неповторимый звук. Это уже не кузни работали, это напоминало шум каких-то огромных заводских механизмов. Потери у противника росли лавинообразно, но к чести южан, они не дрогнули, так и продолжали рваться к арбалетчикам. И когда до тех оставалась пара сотен метров, в бой вступили дружинники. Их луки на такой дистанции работали почти столь же смертоносно и при этом быстрее.
Враги посыпались уже не десятками, а сотнями.
Вот тут они всё же дрогнули. И, как по мне, зря, лучше бы продолжили. Шли они бодро, не остановись, и кто-то бы обязательно добрался до стрелков. Да, таких везунчиков быстро бы угомонили, но это могло стоить нам крови.
А так получилось бесплатно.
Коня непросто на скаку остановить и невозможно сразу же после этого помчаться назад с той же скоростью. Дистанция плёвая, даже самые слабо прокачанные арбалетчики на таком расстоянии десять болтов из десяти всаживают в мишень размером с футбольный мяч. Так что замедлившиеся всадники превратились в набор лёгких мишеней, их выкосили в секунды. Лишь чуть больше десятка самых сильных воинов и магов уцелели, некоторые из них даже коней своих сберегли. Но и они уйти не смогли, вслед им слишком много болтов и стрел полетели, против столь массированного прессинга даже моя защита продержится всего ничего.
У врагов она оказалась не лучше, так что они попадали один за другим, не успев удалиться от того критического рубежа, за которым нет ничего, кроме быстрой смерти.
Бой ещё не закончился, но я сомневался, что внезапно потеряв тяжёлую конницу, вражеское командование пошлёт по тому же нехорошему маршруту пехоту. В подобной ситуации по всем правилам тактики этого мира напрашивается единственный выход — спешное отступление.
Говоря проще — бегство.
— Арбалетчикам стоп! — скомандовал я. — Разведка, следить за пехотой. Как только та развернётся и направится назад, сразу доложить. И срочно передать приказ диверсантам: пусть готовятся встречать бегущих на той стороне, за Козьим лугом, где мы тот обоз разгромили.
— Господин, они уже разворачиваются. По-моему...
— Так быстро?! — удивился я.
Да уж, в моей коллекции неблагозвучных побед очередное пополнение.
Большое спасибо, что на этот раз без коз обошлось.
Надеюсь.
* * *
Амулет помалкивал. Я уже дважды из разных мест посылал сообщения о новой победе у Мокренькой, однако никакого ответа не получил. Мой опыт подсказывал, что если ци ведёт себя более-менее прилично, со связью проблемы, как правило, не возникают. Если вспомнить ту же Запретную пустыню, там потоки мировой энергии почти везде выглядели столь причудливо, что я на их поведение мог хоть как-то ориентироваться лишь в редких случаях. И да, там «кричать» в артефакты абсолютно бессмысленно, на проклятых землях они даже на минимальных расстояниях редко работают. Уже на подходе к нехорошим территориям начинаются проблемы.
У офицеров Тхата мы неоднократно находили особые артефакты: невзрачные, даже омерзительные, неведомо как и кем созданные, но явно тёмного происхождения. При этом, по словам врагов, весьма надёжные. Такие, возможно, даже в истерзанной Смертью пустыне работают. Однако как их изготавливать, я не знаю, подозреваю, там замешан какой-то ужасающий ритуал, вид которого может до седых волос довести.
Так что лучше такие подробности не знать и продукцию этого тёмного производства не использовать.
Я, конечно, на многое готов пойти, ради усиления, но далеко не на всё.
Здесь лишь в предгорьях местами отмечаются аномалии, но я для всех попыток связаться выбирал самые спокойные места. Так что мои донесения должны проходить.
Тогда почему их получение не подтверждают? И почему нет ответов?
Да без понятия. Не удивлюсь, если вторую часть амулета снова «потеряли». Обстановка в лагере принца мне весьма не понравилась, от тамошней публики можно ожидать чего угодно.
Может даже к лучшему, что нам никто не отвечает. В таком случае я имею право предположить, что с амулетами что-то случилось и перестать тратить время на бессмысленные донесения. В таком случае недруги Кроу не будут знать, чем именно их нелюбимый Кроу занят в данный момент.
И, главное — где именно его носит.
Учитывая то, что некоторые из так называемых земляков-северян не считают зазорным втягивать в наши внутренние клановые разборки врагов государства, лучше им даже не подозревать, где я нахожусь.
