— Не опасны?! Не опасны?! Да откуда вам знать?! У меня дети напуганы! Я… я… так больше не могу. Мы пошли вам навстречу, разрешили приводить Рому и Риту, пока не начнётся школа, но с меня хватит! Я больше не хочу видеть ваших детей!
Воспитательница всё-таки произносит самые страшные для меня слова. Я знала, что однажды этот день настанет и моих детей выгонят из садика.
— Светлана Михайловна, не горячитесь, пожалуйста, — робко произношу, надеясь, что пожилая женщина проникнется и снова уступит мне: — Я покрою все доставленные неудобства.
— Нет, Антонина. Я понимаю, вы одна воспитываете близнецов, вам тяжело. Я и так долго шла навстречу, но больше не могу. Мне мои нервы дороже. Забирайте детей и больше к нам в садик не приводите!
Как же всё не вовремя!
Куда я дену Рому и Риту? Ни одна няня в городе не согласится с ними сидеть: слава о моих детях уверенно шагает впереди них.
С Сан Санычем я ещё могла бы договориться о сокращённом рабочем дне или чтобы дети были со мной на работе. Но чего мне ждать от нового директора? Вряд ли он будет так же лоялен ко мне.
Глава 2
— Алиса, скажи, как сделать вулкан в домашних условиях?
— Алиса, стоп! — успеваю выкрикнуть, прежде чем электронный помощник подскажет, как разнести дом.
Прошлый раз Рома и Рита готовили десерт под руководством Алисы. Всё шло хорошо. До варки сгущёнки. Потом дети виновато смотрели на меня: «Извини, мы хотели сделать сюрприз». А я этот сюрприз отмывала до трёх часов ночи со стен и потолка кухни.
— Современные психологи говорят, что нельзя подавлять любопытство в ребёнке, — невинным голосом замечает Рита, перебирая наряды своей любимой куклы.
Закатываю глаза. У всех дети как дети, а у меня слишком умные после ежедневных бесед с Алисой.
— Мам, я по телеку видел, как делают. Там всё аккуратненько происходит, но эффектно!
— “Аккуратненько” и “эффектно” несовместимы в одном предложении. А значит, нет. Никаких вулканов! И да, Рита, ваша мама далека от современных психологов и их ценных советов.
Сын недовольно фыркает, дочка осуждающе цокает — наша семейная идиллия.
Я дальше чищу картошку, Рита перебирает кукольный гардероб, а Рома продолжает задавать все подряд вопросы Алисе. Почему растут сорняки, если сажали помидоры? Сколько весит самый большой кабачок? Почему в сутках двадцать четыре часа, а не тридцать? Сколько дней прошло с момента их рождения?
— Мам, а две тысячи — это много?
— Много.
— Значит, у папы было достаточно времени, чтобы нас найти?
Так и замираю: в одной руке ножик, в другой — картошка, с которой свисает тонка полоска кожуры.
— Кхм. Ром, что за вопросы?
— Нормальные вопросы. У всех есть папы, а у нас нет. Почему?
Пока я думаю над ответом, сын решает задать этот вопрос Алисе.
—Алиса, стоп! — снова успеваю остановить помощницу. Неизвестно, что она ещё наговорит: — Просто так получилось, что мы с вашим папой не вместе.
— Почему?
Я наивно думала, что возраст «почемучки» у нас прошёл. Успела выдохнуть, но, видимо, рано расслабилась.
— Мам, а папа знает о нас? — Рита отрывается от куклы и впивается внимательным взглядом в меня.
Сложно поверить, что им всего шесть лет. Слишком умные и порой излишне проницательные. Беру паузу, чтобы подобрать правильные слова. Врать детям нельзя: сразу поймут, и я потеряю их доверие.
— Мы с ним потерялись, — говорю полуправду, — я хотела ему рассказать, но не смогла найти. Поэтому он не знает о вас. Но, думаю, он хотел бы узнать.
— Алиса, где наш папа?
— Алиса, стоп! Ритуль, солнышко… боюсь, такие вопросы не совсем правильно задавать Алисе. Она умная, но даже у неё не на всё есть ответы.
Дети переглядываются между собой.
— Мы хотим найти папу!
— Да! Нужно вернуться в то место, где ты его потеряла. Поспрашивать, может, кто и видел.
Рита активно кивает на гениальное предложение брата.
— Ром, это было давно и в другом городе, а я сейчас не могу уехать. У меня новый начальник, он вообще может меня уволить.
Поддаваться всеобщей панике мне не хотелось. Но последние дни только и ходят слухи о предстоящих сокращениях. Кадровики сказали, что головной офис в Москве запросил дела абсолютно всех сотрудников, даже уборщиц. Вот люди невольно и надумали себе лишнего.
— Тебя не уволят, мам, — со всей уверенностью заявляет сын, — а то мы этому начальнику!
Ромка смешно трясёт кулаком, Рита тут же повторяет жест за братом.
— Да, мам! Мы покажем ему, где раки зимуют!
Не удерживаюсь, откладываю картошку и нож в сторону, подхожу к детям и сгребаю их в крепкие объятия.
— Вы мои самые лучшие защитники! — звонко целую по очереди детей в щёку. — Вот чтобы маму не уволили, вы завтра будете спокойно себя вести у бабушки.
Рома с Ритой одновременно кривятся.
— Мам, мы не хотим к бабушке!
— Раньше нужно было думать. Зачем змею в садик притащили? А главное, где вы её нашли?!
— Так в песочнице садика. Мы её подобрали и решили сделать домик. У всех должен быть свой домик.
— Да, мам. Ты сама говорила, что маленьким и слабым надо помогать.
— Просто Светлана Михайловна нас не любит.
Угу.
Таких ангелочков почему-то все не любят: воспитатели в саду, няни, родная бабушка.
— Рома, Рита, я просто не могу вас взять с собой на работу, а кроме бабушки за вами больше некому присмотреть.
Дети недовольно пыхтят, но кивают соглашаясь.
На следующий день даже быстро собираются к бабушке. Не спорят за завтраком. И надевают нужные вещи. Их послушание выглядит подозрительным, но у меня совершенно нет времени на поиски подвоха.
Сегодня в нашем офисе день Икс: мы, наконец, увидим нового директора.
Поэтому я быстро завожу детей к матери, сбегаю раньше, чем она начнёт читать нотации и мы в очередной раз поругаемся.
После родительского дома мчусь в родную контору. Мне никак нельзя терять это место: я не уверена, что смогу найти в нашем городе другую работу с такой зарплатой. А на меньшую уходить нельзя, иначе не прокормлю детей.
Горько усмехаюсь иронии жизни.
Я еле свожу концы с концами, чтобы мои дети ни в чём не нуждались. А их отец — крупный бизнесмен, часто мелькающий на обложках журнала.
Мы с ним живём в двух параллельных мирах, которые никогда не должны были пересечься, но волей случая наши пути однажды столкнулись в одной точке.
Одна случайная ночь. Полная страсти и сумасшествия.
Одна случайная ночь, которая перевернула мою жизнь.
Позже я хотела поговорить с отцом моих детей. Сообщить о беременности.
Мне удалось.
Не сразу. После многочисленных неудачных попыток я подловила его в одном из фешенебельных ресторанов, куда закрыт доступ таким простушкам, как я. Но я смогла пройти, приплатила одному официанту, и он пропустил через чёрный вход.
Когда я подошла к нужному столику, я чувствовала себя попрошайкой, которая вымаливает милостыню у господина.
Господин мне её дал.
На глазах у всей светской публики он рассмеялся мне в лицо. Сообщил, что никогда бы не стал спать с такой, как я. А потом швырнул мне в ноги пачку денег.
«За хороший спектакль, малышка», — эти слова до сих пор эхом звучат в моей голове. Причиняют тупую боль в груди.
И даже если судьба нас сведёт вновь, то я больше не намерена сообщать ему о детях. Нет у него детей.
Они мои.
Только мои.
Глава 3
Здание нашей маленькой конторы сияет как никогда. Фасады и окна намыли так, словно не нового директора встречать готовятся, а королеву Англии.
«Они бы ещё красную ковровую дорожку постелили», — усмехаюсь, когда въезжаю на территорию офиса. И начинаю громко смеяться, когда, подъехав ближе, замечаю эту самую дорожку, ведущую от входа к полуразрушенным ступенькам.
Дорожка явно связана заботливыми ручками нашей тёти Розы — уборщицы, вахтёрши, а также заведующей хозблоком в одном лице. Женщина давно достигла пенсионного возраста, но об уходе даже не думает. Её энергии хватит ещё на троих.
Пока молодые коллеги за чашкой кофе будут жаловаться на давление и боль в спине в свои двадцать пять, тётя Роза расскажет, какая утром была чудесная погода для пробежки и зарядки на свежем воздухе.
Еду к своему любимому месту. Подальше от парковки, зато в тени. Мне не сложно пройти несколько метров пешком. Только моё место оказывается занято большим чёрным “ренджом”. Глупо, наверное, спрашивать, откуда в нашем небольшом городке взялся представитель английского автопрома?
Значит, директор уже на месте.
Присвистываю — это точно не Сан Саныч, который на работу часто приезжал лишь к обеду.
И какого лешего он занял моё место? У него есть своё: прямо напротив входа очерчен большой квадрат и подписано «директор». Сан Саныч лично с линейкой бегал и художеством занимался. Очерчивал периметр с запасом, чтобы его любимую «Ниву», которая его ни разу не подводила на охоте или рыбалке, даже случайно никто не задел.
Посылаю в сторону автомобиля босса лучи “любви”. Выруливаю руль, выезжая из тупика, и отправляюсь искать новое место для моей ласточки. Смотрю на припаркованные автомобили и думаю, что неплохо было бы некоторых отправить к окулисту. Ярко белая полоса, делящая парковку на места, у многих находится где-то под машинами.
Не то чтобы мне не хватило места. Но внутренний перфекционист во мне воет от боли, глядя на устроенный коллегами хаос.
Покружив вокруг стоянки, я нахожу одно место с краю, вдали от всех. Не только Сан Саныч боялся за свою машину, но и я. Знаю, как некоторые водят. Отвлекутся на ерунду вроде накрасить губы, позвонить ребёнку или схомячить пирожок. А потом: “Ой, Тонька, я там случайно царапнул тебе бочину. Но ничего, завтра маркером подкрашу, и будет как новая.”
С удивлением замечаю, что практически все мои коллеги уже на работе.
Может, это я сегодня опаздываю?
Смотрю на часы. Нет. До начала рабочего дня ещё двадцать минут.
Ого! И что же за чудо такое сегодня произошло?
— Доброе утро, Тонечка, — встречает меня тётя Роза, — я уже стала волноваться, что тебя нет. Директор новый приехал с утра пораньше. Я как раз успела полы домыть, как он заходит. Пришлось срочно бросать все дела и обзванивать всех наших опоздунов, а то повылетали бы отсюда, как пробки из бутылок с шипучкой, — милая женщина вдруг подаётся вперёд, оглядывается по сторонам. Понижает голос до шёпота: — Новый директор молодой, красивый. Ты, Тонечка, поаккуратнее с таким. Как бы не вскружил тебе голову.
Весело смеюсь на доброе предупреждение нашей вахтёрши.
— Тётя Роза, милая моя, — приобнимаю и целую в щёку, зачастую она добрей ко мне, чем моя родная мать, — это только в ваших любимых книжках, — стучу указательным пальчикам по её электронной книге, — между боссом и подчинённой обязательно случается роман. В реальном мире люди могут просто работать друг с другом.
Тётя Роза упрямо качает головой.
— Тонечка, вот вроде умница, а иногда очевидных вещей не замечаешь. Да у нас каждый второй мужик мечтает тебя на свидание пригласить. Они поэтому все твои поручения сразу и бросаются выполнять: угодить хотят.
— Тёть Роз, вы как что скажете! — широкая улыбка не хочет сходить с моего лица. — Не переживайте, мы столичным сдаваться не собираемся, у меня иммунитет на них.
Подмигиваю женщине, беру ключи от своего кабинета и иду к себе.
