Он кивнул на охранников:
– За нами староста прикрепил. Он Виолу даже в безопасную зону просто так не отпускает, всегда с охраной.
Я взглянул на мужиков, которые лениво переговаривались. Их мечи поблёскивали на солнце. Стандартная охрана для вылазки, судя по всему. Фёдором был самый огромный из этой троицы с серьёзным шрамом на щеке. Он говорил что-то остальным, показывая в мою сторону пальцем, и те послушно кивали.
Переваривая ответ Стёпки, почувствовал напряжение – они могут пойти туда, где я планирую ставить ловушку.
Могу ли я доверять парнишке? Вроде с Максом он всё-таки дружил крепко. Да, впрочем, и на меня впечатление произвёл хорошее. Нормальный парнишка, простенький, но не из гнилых. К сожалению, придётся пойти на осознанный риск. Если бы не кошка в мастерской, я может и развернулся бы домой, но сейчас…
– Я в лес иду, – сказал тихо, глядя Стёпе в глаза. – За зверем. Хочу поймать, и лучше, чтобы никто не видел. Понимаешь о чём толкую?
Стёпа присвистнул, его брови полезли на лоб.
– Ты серьёзно? – спросил он. – Макс… Староста узнает – тебе конец. Да и девчонки… Виола вон сразу побежит деду стучать. Хорошо, что у неё опыта Зверолова нет.
В груди шевельнулась досада, но я сдержался.
– Ну не тупи, Стёпка! Поэтому и рассказываю тебе, – ответил, понизив голос. – Отведи их в другую сторону. Мне надо в низину, к ручью, где ивы растут. Ты знаешь лес, сделай так, чтобы мы не пересеклись. Выручишь?
Стёпа почесал затылок, его лицо стало серьёзнее. Он посмотрел на девчонок, потом на меня, и кивнул.
– Ладно, – сказал он. – Я их поведу к поляне у старого дуба. Там трав полно, им хватит. Ты иди к ручью, но, Макс… осторожней. Если тебя спалят без разрешения…
Я кивнул и улыбнулся. Нормальный Стёпка парень, хоть и болтливый. Хлопнул его по плечу и кивнул:
– Справлюсь. Иди, не задерживай их.
Он с тревогой посмотрел на меня, на секунду замер, будто хотел что-то сказать, но передумал и пошёл обратно к группе. Я увидел, как Виола бросила на меня ещё один высокомерный взгляд, сделал вид, что иду домой и дождался, пока они не скрылись в лесу.
Пора и мне.
Я двинулся к безопасной зоне.
Ведро слегка постукивало о ногу, а ловушка в руке казалась слишком лёгкой, почти ненадёжной.
Но я заставил себя отбросить сомнения, несмотря на смех девчонок насчёт материала, который использовал.
Себе я доверял больше, хоть и сомневался выгорит ли. Всё-таки этот мир другой и поведение зверей разительно отличается. Взять хотя бы того же Звездного Волка. Сидит возле ноги восемнадцатилетней девчонки как верный пёс. А для остальных это всё в норме вещей.
Мотнул головой, сосредотачиваясь на главном.
Горностай – это «полезный» питомец, юркий, но не смертельно опасный. Максим бывал в безопасной зоне леса достаточно часто – его память подсказывала, где он их видел.
И это совпадало с моими знаниями. Зверьки часто бывают у ручья, любят рыбу и мелких грызунов. Вблизи воды охотятся на рыбу или лягушек.
Если поймаю, смогу продать или использовать для хозяйства. А главное – разблокирую кодекс. Это мой шанс понять, как всё работает.
– Ну привет, старый друг, – пробормотал я, улыбнулся и сделал ещё несколько шагов вперёд.
Лес встретил меня густым запахом смолы, прелой листвы и чего-то острого, почти металлического – след трав, которые росли только в этом мире. Уж слишком похоже на огнежар.
Деревья стояли плотно, их стволы, покрытые лишайником с голубоватым отливом, переплетались корнями, образуя естественные ловушки для неосторожного путника.
Густые и тёмные кроны сплетались так, что солнечный свет пробивался лишь пятнами. Он отбрасывал тени, которые двигались на мягкой лесной подстилке.
Я шёл медленно, выверяя каждый шаг. Замечал всё: сломанный стебель папоротника, слишком ровный, чтобы быть случайным, – кто-то прошёл здесь недавно, возможно, заяц или косуля. Следы когтей на коре неизвестного дерева, мелкие и частые, – белка, но слишком высоко, чтобы быть обычной. Может, это всё местные магические питомцы? До конца этого не знал, хоть и держал в уме, что в лесах водятся и простые звери. Я запоминал нужные места, фиксируя в голове проверить позже, когда будет время.
Под ногами хрустели ветки, но я ступал мягко, распределяя вес. Ветер шелестел в листве, принося слабый запах сырости и тины – ручей близко.
Где-то вдали щебетала птица, но её трель была странной, с низким гудящим подтоном – такое слышал впервые. Я остановился, прислушиваясь: звук шёл слева.
Мой разум цепко хватал каждую мелочь, как будто лес сам раскрывался передо мной, и я впитывал его, словно губка. Это было частью моей работы: видеть, слышать, запоминать. Каждый шорох, каждый след – это карта, которую я строил в голове без особых усилий.
Приблизился к ручью.
Здесь воздух становился прохладнее, влажнее, с лёгким привкусом ила. Журчание воды было мягким, успокаивающим, но я не дал себе расслабиться.
– Не теряй бдительности, – шепнул сам себе.
Ивы у ручья склонялись к воде, их ветви касались поверхности, создавая дрожащие круги. Я присмотрелся: на одной из ветвей висела тонкая нить паутины, но слишком ровная, с едва заметным свечением.
Вот это точно нечто магическое! Не паук… Или паук? Возможно, паутина какого-нибудь особенного мотылька? Сразу вспомнил укус, который сложил парня в кровать, и отошёл подальше, черт его знает, что тут водится. Пусть я и в безопасной зоне.
Присел у ручья, поставив ведро рядом. Провёл пальцами по влажной почве, ощущая её прохладу и липкость.
Подходит.
Горностаи, как и хорьки, любят такие места. Внимательно осмотрел землю: мелкие камешки, корешки, примятый мох. Ничего. Двинулся вдоль ручья, глаза скользили по траве, где местами она была примята. Следы? Возможно, но слишком старые, размытые росой, не то, что мне нужно.
У корней старой ивы, где земля была чуть суше, заметил то, что искал.
Едва видимый отпечаток: маленький, с чёткими когтями, четыре пальца. Хоть у зверьков пальцев пять, но рудиментарный слабо развит и не оставляет отпечатка в следах.
Горностай.
Присел, пальцы коснулись следа, и я почувствовал, как сердце стукнуло быстрее. Азарт Зверолова вспыхнул в груди – тропа найдена. Я осмотрелся: рядом был ещё один след, чуть свежее, ведущий к воде.
Он был здесь, возможно, вчера вечером. Значит вернётся. Я запомнил рисунок следов, их глубину, расстояние между ними – всё это отложилось в голове, как на странице книги.
Зверёк должен почувствовать запах рыбы и прийти.
Если его поведение схоже с тем, что я знал.
Начнём.
Глава 10
Теперь ловушка.
Я выбрал место у корней ивы, где трава была гуще, а земля мягкой. Достал окунька из ведра, его чешуя холодила пальцы, а тело всё ещё слабо дёргалось. Разрезал его серпом, стараясь не повредить внутренности – запах должен быть сильным. Холодная и липкая кровь потекла по лезвию, и я вытер руку о траву.
Положил рыбу в центр ловушки, аккуратно расправив прутья, чтобы дверца могла захлопнуться. Камень, привязанный к стеблям «телесника», должен был сработать как противовес. Я проверил узлы – они держались крепко, хоть и царапали кожу, когда затягивал их.
Установил ловушку, отошёл подальше и присел за кустом, чувствуя, как колючие ветки слегка цепляют рубаху.
Ждать – это всегда самое сложное.
Мышцы ныли, спина затекала, но заставил себя сидеть неподвижно. Ветер шевелил листву, и я чувствовал, как прохлада касается шеи, смешиваясь с теплом от разогретого тела.
Так и сидел, затаившись за кустом ивы, укрытый ветками, чтобы ни шорохом, ни запахом не выдать себя.
Мои глаза были прикованы к ловушке.
Резкий и манящий запах рыбы разносился по ветру, и я надеялся, что он приманит зверя – всё-таки до сих пор не знал, сработает ли это на «местном» горностае.
Ручей журчал, смешивая звуки с сыростью леса, а тени от ив тянулись длинными полосами по траве. Всё было как в тайге: выбрать место, поставить ловушку, ждать. Ничего сложного, по крайней мере для меня.
Прошёл час. Солнце скользило ниже, тени удлинялись, а лес жил своей жизнью: птица где-то каркнула, ветка хрустнула вдали. Я напрягся, вглядываясь в траву.
И тут – шорох.
Тихий, но чёткий, как будто кто-то пробежал по листьям. Сердце заколотилось, я замер, почти не дыша.
В траве мелькнула тень – маленькая, стремительная, как искра.
Горностай!
Звериный кодекс: Информация о звере недоступна.
Эволюционный ранг: G.
Уровень зверя: 1.
Он остановился в паре метров от ловушки, и я, наконец, разглядел его.
Этот зверь был не похож на тех, кого я видел в тайге. Его шерсть была полностью белой, но отливала золотистым сиянием, будто каждая шерстинка была пропитана светом.
По хребту тянулась тонкая мерцающая полоса, как звёздная пыль, а кончик хвоста искрил, словно крошечный факел. Глаза – не просто чёрные бусины, а глубокие, с алой искрой в центре, будто там тлел огонь.
Он был того же размера, что и обычный горностай – гибкое тело длиной с мою ладонь, тонкие лапки, длинный хвост… Но эта магическая аура делала его не просто зверем, а чем-то… потусторонним.
Я моргнул, пытаясь убедиться, что мне не мерещится.
Красивый, чёрт возьми. Настоящий магический питомец. Лишь бы сработала ловушка, а раз пришёл, значит голодный! Иди к рыбе!
Зверёк принюхался, носик дёргался, улавливая запах окуня. Его уши подрагивали, ловя каждый звук, а тело было напряжено, как струна.
Он сделал шаг, потом ещё один, лапки едва касались травы. Я почувствовал, как ладони вспотели, а сердце стучало так, будто хотело выскочить.
«Ну же, давай», – подгонял я мысленно, боясь даже моргнуть. Горностай был уже у ловушки, его глаза блестели, когда он смотрел на рыбу. Я затаил дыхание, готовясь к триумфу.
Но тут произошло нечто, от чего у меня кровь застыла в жилах. Шерсть горностая засветилась ярче, золотистая дымка окутала его, и прямо перед ловушкой возникла его копия – точная, до последнего мерцающего волоска.
Какого чёрта?!
Иллюзия выглядела как настоящий горностай: те же искры на хвосте, те же алые глаза, но что-то в ней было не так – движения слишком плавные, как у куклы. Настоящий горностай остался на месте, присев в траве, его глаза следили за ловушкой, будто он проверял, всё ли чисто. Я открыл рот, не веря своим глазам.
Что за…?! Чувствовал себя так, будто мозг отказывается принимать это. Двойник?! Животные здесь НАСТОЛЬКО умные?!
Иллюзия вошла в ловушку, её лапки задели стебель «телесника», и – хлоп! – дверца захлопнулась, камень глухо стукнул о землю. Я даже не дёрнулся, потому что только дурак не понял бы, что план провалился. Но замер, увидев, как иллюзия растворяется, оставляя ловушку пустой – нельзя выдавать своё присутствие.
Настоящий горностай фыркнул – звук был почти насмешливым – и рванул к воде. Его мерцающий хвост мелькнул в траве, и он исчез, будто его и не было.
Я сидел, ошеломлённый, сердце колотилось, а в голове гудело от шока.
– Этого… не может быть, – беззвучно прошептал себе под нос, глядя на пустую ловушку. – Зверь обманул меня…
В тайге, конечно, видел всякое, но, чтобы так? Это было за гранью. Я потёр глаза, будто надеясь, что мне привиделось, но ловушка стояла пустая, а следы у ручья подтверждали – он был здесь.
Мои руки дрожали, то ли от холода, то ли от изумления. Этот мир… другой. Обнадёжила лишь одна мысль – хотя бы базовые инстинкты животного походили на привычные.
Я смотрел на пустую ловушку, чувствуя, как азарт смешивается с каким-то детским восторгом и растерянностью. Впервые за долгое время ощутил себя не охотником, а новичком, столкнувшимся с чем-то, что не объяснить.
Хитрый, гадёныш. Но я тебя достану. Это теперь дело принципа.
– Так-так-так, – прошептал себе под нос и закрыл глаза, пытаясь придумать, что можно сделать.
В тайге я ловил лис, контролируя популяцию. Они всегда «думали», что могут обхитрить капкан – опыт, что позволяет им избегать подозрительных ловушек и адаптироваться к новым условиям. Но способы были.
И этот горностай не был исключением, магия или нет.
Я заставил себя дышать ровно, напоминая себе, как важно замечать детали. Могу ли я что-то для себя подчерпнуть?
Вполне!
Тень иллюзии была бледнее, почти прозрачной. Настоящий горностай, убегая, выдал себя – его лапки оставили свежий отпечаток в иле у ручья, а трава качнулась там, где он проскользнул. Ещё я заметил, что после создания иллюзии он замер на миг, его бока вздымались тяжелее. Похоже магия жрёт его силы и вечно он так делать не сможет.
Но ты голоден, дружок, и запах рыбы не даст тебе уйти далеко.
Ловушка цела, приманка на месте. Надо просто сделать так, чтобы ты поверил, что безопасно.
Я знал, что горностаи возвращаются к еде, если их не спугнуть, а меня он не заметил. Моя задача – перехитрить его, заставить подойти ближе и войти в ловушку без страха. Не может же он вызывать свои иллюзии без конца!
Решил использовать его жадность и осторожность против него самого.
Я аккуратно подполз к ловушке, ступая по камням, чтобы не оставить новых следов. Осмотрел конструкцию: стебли «телесника» растянулись под весом камня, из-за чего дверца упала неплотно. Слабое место. Если он снова войдёт, надо, чтобы всё сработало быстрее.
Если он чует магию, как я теперь думаю, то какой-то след татуировок Зверолова мог его отпугнуть – вот почему он вызвал иллюзию. Надо сделать ловушку частью леса.
