Уровень: 1.
Опыт: 2/5
Эволюционный индекс: G.
Характеристики питомца:
Сила: 2 (влияет на физическую выносливость и мощь питомца).
Ловкость: 4 (определяет скорость и точность движений).
Поток: 5 (влияет на магические способностей).
Навыки:
Создание иллюзии (G): Физическая, слабая проекция себя для обмана врагов. Требует поток, после чего зверь замедляется.
Поиск и сбор (G): чует редкие травы и реагенты в радиусе 5 метров. Точность зависит от уровня приручителя.
Пульс ускорился, как тиканье часов, сорвавшихся с ритма. Характеристики зверя были скромными, кхм, а что вообще улучшать горностаю?
Всерьёз задумался. Во-первых, ничего не мог уяснить про эволюционный индекс и экспериментальную эволюцию. Про это просто не было информации. Могу ли я налажать, если вброшу очки горностаю куда-то не туда? Каким образом улучшаются навыки и их ранг? После эволюции?
Невероятное количество вопросов и ноль ответов. Исходя из моей логики егеря, хотелось усилить ловкость и силу, но неужели у зверя просто так параметр «Поток» на самом высоком значении? Хотя, создание иллюзии казалось мне малополезным навыком. Я тут же мотнул головой. О чём ты думаешь? А если создать отвлекающий манёвр для какого-то зверя?
Ну а как зарабатывать опыт самому питомцу? И что будет давать его уровень, если очки прокачиваю я? Голова кругом. Нет, на сегодня точно хватит.
Никаких поспешных решений!
Сомнение заключалось ещё и в том, что количество очков у меня не безгранично, а вот потенциальных питомцев, которым я могу их дать — очень даже. Так что сейчас это мой самый важный ресурс!
Перевёл взгляд на горностая. Он сидел в клетке, его алые глаза следили за мной, уши слегка подрагивали. Хвост лениво качнулся.
Я вытащил окуня из ведра. Рыбина, ещё влажная, скользнула в руке, но удалось удержать. Положил рыбу на пол в метре от клетки, отступил и скрестил руки.
— Ешь, малец, — сказал твёрдо, но спокойно.
Татуировки на запястьях кольнули жаром, и я сосредоточился, представляя, как моя воля течёт через них, как нить через игольное ушко.
Знак на шее горностая — тонкая красная спираль — слабо засветился, пульсируя в такт моим татуировкам. Зверь дёрнул ушами, его глаза блеснули, и он шагнул из клетки, лапы мягко коснулись пола. Он принюхался, его усы задрожали, и, не теряя времени, метнулся к рыбе.
Когти царапнули половицу, зубы вонзились в окуня, разрывая чешую с хрустом. Он ел быстро, но аккуратно, не отводя от меня взгляда.
Однако чувствовалась, что эта связь хрупкая, как хрусталь. Я выдохнул, жар в татуировках угас. Сердце стучало ровно, а уголок рта дёрнулся в лёгкой улыбке.
Горностай фыркнул, слизывая каплю рыбьего жира с усов, и вернулся к клетке, где свернулся клубком. Его глаза всё ещё следили за мной, но в них была не угроза, а спокойное, только зародившееся доверие.
Да уж. Возможности, по сравнению с моими прошлыми знаниями о зверях, совершенно иные.
— Эй, — я присел к клетке и похлопал по своему плечу ладонью. — Прыгнешь сюда?
Зверёк фыркнул и чуть склонил мордочку, будто не понял, чего от него хотят, но алые глазки на миг полыхнули в протесте.
— Ладно. Времени у нас много впереди, дружок. Ты уж посиди сегодня тут, ладно? Завтра разберёмся с проблемой доверия.
Интересно, куда всё-таки подевалась кошка?
Но едва зашёл домой, и моя голова коснулась подушки, как тут же уснул.
Глава 14
Проснулся с первыми лучами солнца, ещё до того, как в деревне запели петухи. В голове снова всплыла мысль о кошке Барута — куда, чёрт возьми, она могла подеваться?
Быстро позавтракал, накинул рубаху и вышел во двор. Роса холодила ноги, а воздух был свежим, с привкусом утренней сырости.
Направился прямиком к мастерской. Засов был на месте, точно так, как я его оставил вчера. Отодвинул его и шагнул внутрь.
Горностай в клетке спал, свернувшись клубком, его мерцающая шерсть едва заметно поблёскивала.
Пыльный воздух ударил в нос, смешанный с запахами ржавого металла и старого дерева.
Проверю более тщательнее…
Я медленно обошёл всё помещение, внимательно осматривая каждый угол. Никаких следов когтей на стенах. Никаких повреждений в досках. Даже пыль на полу лежала ровно, без признаков борьбы или резких движений.
— Что за чёрт… — пробормотал, присев на корточки у того места, где стояло ведро с водой.
Оно было пустым, но это ничего не значило — кошка могла выпить всё за день.
Поднялся и ещё раз обошёл мастерскую, на этот раз проверяя каждую щель между досками, каждую трещину в стенах. Ничего. Помещение было замкнутым пространством, из которого не могла сбежать кошка таких размеров.
— Ты что, умеешь проходить сквозь стены? — спросил я в пустоту, но ответа, естественно, не последовало.
Загадка оставалась нерешённой, но, если честно, чувствовал больше облегчения, чем разочарования. Теперь можно спокойно заниматься горностаем, ничего не опасаясь.
Взял клетку и вышел на улицу. Зверёк проснулся и сидел, внимательно наблюдая за мной алыми глазками. Уши слегка подрагивали, улавливая каждый звук.
— Доброе утро, малец, — сказал я тихо, присаживаясь перед клеткой. — Как спалось?
Зверёк фыркнул и потянулся, его позвоночник изогнулся дугой, как у кошки. Хвост качнулся, оставляя за собой слабые искры.
В ведре оставалась ещё одна рыбина с вчерашней рыбалки. Я достал её и положил перед клеткой.
— Завтрак подан, — объявил, открывая дверцу.
Горностай вышел не сразу. Сначала он долго принюхивался, его усы дрожали, улавливая запахи. Потом осторожно выставил одну лапку, потом вторую. И только убедившись, что никакой опасности нет, подошёл к рыбе.
Но вместо того, чтобы сразу приняться за еду, он начал её обследовать. Обошёл вокруг, понюхал с разных сторон, даже лизнул хвост. Я наблюдал за этим ритуалом с усмешкой.
— Ты что, ресторанный критик? — пробормотал я. — Это та же рыба, которую ты вчера лопал с аппетитом.
Наконец зверёк, видимо, остался доволен качеством блюда и принялся за трапезу. На этот раз ел он аккуратно, отрывая маленькие кусочки и тщательно их пережёвывая. Время от времени поднимал голову и смотрел на меня, словно проверяя, что я никуда не делся.
Пока он завтракал, я заглянул в «Звериный кодекс» и ещё раз перечитал раздел о питании.
Предпочитает сырую мелкую рыбу, мелких грызунов, насекомых, ягоды.
Специальная пища: звёздный шиповник, пыльца искрового мха.
Обычная еда у нас была — рыбу я мог ловить регулярно, да и лес — рукой подать, сбегает. А вот со специальной пищей сложнее. Где растёт этот звёздный шиповник? И что такое искровый мох? Может расспросить Ирму, она должна знать? Чёрт, но ведь эта старуха сразу догадается в чём дело, слишком уж проницательна.
Горностай закончил есть и, вместо того чтобы вернуться в клетку, начал обследовать окрестности. Он ходил кругами, принюхиваясь к каждой травинке, каждому камню. Его нос работал как миниатюрный пылесос.
Внезапно он замер возле кучи старых досок и начал возбуждённо скрести лапками землю.
— Что там такое? — заинтересовался я, подойдя ближе.
Зверёк пискнул и начал рыть с удвоенной энергией. Из-под досок показался червяк, которого горностай тут же схватил и проглотил.
— Ага, дополнительный белок к завтраку, — кивнул я с пониманием.
Но он на этом не остановился. Продолжал копать, явно что-то чуя. Я отодвинул несколько досок, освобождая ему место для работы.
И тут меня осенило. А не это ли действие его способности «Поиск и сбор»? Зверёк явно чувствовал что-то ценное под землёй. Не травы, конечно, но какую-то другую добычу.
Через несколько минут кропотливого труда горностай выкопал небольшой клубень неизвестного мне растения. Он был серовато-коричневого цвета, размером с грецкий орех, и источал слабый, приятный аромат.
Зверёк с довольным видом отнёс его в сторону и спрятал за камнем. Видимо, создавал стратегический запас.
— Хорош, — похвалил я его. — Значит, твой навык действительно работает как надо. Чёрт, неужели?..
Я закрыл глаза и сосредоточился. Татуировки на запястьях мгновенно отозвались жаром, будто раскалённые угли прижали к коже. Тепло поползло по венам, разливаясь по всему телу тяжёлой волной.
Навык «Обнаружение»активирован.
Мир взорвался болью в глазах.
Когда я их открыл, всё вокруг погрузилось в чёрно-белую дымку, словно кто-то выжег все краски из реальности. Трава под ногами стала пепельно-серой, небо превратилось в мутное полотно, а деревья вдали смотрелись как угольные наброски на белой бумаге. Даже горностай рядом со мной потерял своё мерцание, став блёклой тенью.
Я медленно повернул голову, осматривая окрестности. В радиусе пятнадцати метров — а я каким-то образом чувствовал эту границу, как невидимую стену — не было ни проблеска цвета.
Ничего.
Пустота.
СТОП!
Мой взгляд упал на корнеплод, который выкопал горностай. В этом сером мире он слабо, едва заметно, отливал тусклым коричневатым оттенком. Не ярко, не броско — просто намёк на цвет в бесцветном пространстве.
Татуировки жгли всё сильнее, а в висках начала пульсировать боль, как от удара молотка. Способность высасывала силы, словно прорвавшаяся плотина. Дыхание сбилось, пот выступил на лбу, а руки задрожали.
Чёрт, долго не выдержу!
Я резко деактивировал навык, и мир вернулся к своим привычным краскам. Горностай снова замерцал серебристыми искрами, трава зазеленела, а небо обрело голубизну. Но головокружение накатило волной — едва не упал, хватаясь за ствол ближайшего дерева.
— Вот это да, — простонал на автомате, потирая пылающие запястья. Татуировки всё ещё пульсировали остаточным жаром, как угли в затухающем костре.
Горностай посмотрел на меня с любопытством. Теперь, когда способность не работала, корнеплод за камнем выглядел самой обычной морковкой — правда, странной формы и с необычными наростами.
Но я видел. В том чёрно-белом мире он был единственным, что имело хоть какой-то цвет. Жаль, что в огороде ничего полезного не оказалось.
— Значит, ты всё-таки что-то особенное нашёл, малец, — пробормотал я, глядя на зверька. — Вот только уведомления системы не было, для Зверолова этот плод бесполезен. По крайней мере на моём уровне знаний.
Вот уж, эта способность невероятно энергозатратна. Можно секунд двадцать держать, не больше, и то с трудом. Видимо, нужно развивать силу Зверолова, чтобы использовать навык дольше. А пока что — только в самых необходимых случаях, когда точно знаешь, что ищешь что-то ценное.
Слишком дорогое это удовольствие для постоянного применения.
Чёрт! Я задумчиво взглянул на зверька. Нужно научить его отличать действительно ценные находки от обычного мусора. А для этого придётся ходить в лес и показывать ему примеры и использовать навык. Впрочем, некоторые реагенты может подсказать Ирма, и тогда процесс пойдёт быстрее, мне не придётся погружаться в этот «чёрно-белый мир» часто.
Пока я размышлял, горностай, к моему удивлению, подошёл ко мне и сел рядом, внимательно глядя в глаза.
Я медленно протянул руку. Зверёк понюхал мои пальцы, но не отпрыгнул. Это уже прогресс.
— Хорошо, малец, — тихо сказал я. — Мы с тобой найдём общий язык.
Раз уж зверь прижился и начал хоть чуть-чуть доверять, пора переходить к обучению. Открыл «Звериный кодекс» и перечитал раздел о тренировках.
Тренировка: Горностай мерцающий. Для улучшения навыка «Создание иллюзии» рекомендуется тренировка реакции и скорости реагирования зверя. Для навыка "Поиск и сбор" рекомендуется прямой подход через практику и обучение.
Нужно разобраться как мы будем взаимодействовать. Сила татуировок давила магической силой, заставляя питомца слушаться. Но система не зря говорила про доверие. Значит, придётся поработать.
Звучит просто. На деле оказалось иначе.
Взял кусочек рыбы и спрятал его в мастерской, затем вернулся и дал понюхать руку.
— Ищи! — командую, как обычной собаке, просто пытаюсь понять уровень интеллекта. Как-то ведь надо начать.
Зверёк смотрит на меня с таким видом, словно я предложил ему станцевать польку. Хвост презрительно дёрнулся, и он отвернулся.
— Ладно, попробуем по-другому. — Я опустился на корточки, мои руки обдало жаром. — Хочешь рыбу? Тогда найди.
Горностай фыркнул и… исчез.
Я моргнул. На том месте, где секунду назад сидел мой питомец, теперь располагалась его точная копия. Иллюзия выглядела чуть бледнее, и тень от неё казалась размытой.
