– Тётя Софа, – всхлипнула малышка, выросшая у меня на руках.
«Эх, Даша-Даша! Что же мы все наделали?»
– Тётя Софа…. Простите маму. Она… не хотела. Я… – Алина запиналась, чтобы голос не сорвался, и прямо-таки видела, как она плачет где-то там, так же, как и я, сжимая смартфон. – Я хочу встретиться с вами. Я… Я знаю, как вам помочь.
– Помочь?
– Да, – с жаром заверила меня Аля, шмыгнув носом. – У меня в колледже появились друзья. Пара из них – крутые блогеры! Они…
– Стоп, – остановила я девчушку, принимая более ровное положение на сидении автобуса. – Я, кажется, поняла, чем вы собрались мне помогать – пойти напролом в интернет с голой шашкой на депутатский пиар Белова. Да?
– Эм… Вроде того, – растерялась Алина. – Но вот вы сказали, это уже звучит не так круто.
– Потому что тактика «в лоб» годится только для тех, у кого за спиной стоит защитник уровня «Бог». Так как у меня такого персонажа в жизни не осталось, я собираюсь действовать иным образом…
– Что бы вы ни придумали, я с вами, тётя София, – решительно заявила девчушка шестнадцати лет, пусть и дрожащим голосом.
Мы условились встретиться в эти выходные, и я отключилась.
В Пензе купила на автостанции пару пирожков (на свой страх и риск – уж очень была голодной!), салат в пластиковой таре, бутылку воды и загрузилась вместе с остальными своими попутчиками в другой большой автобус, который уже шёл прямиком в родную Самару.
Когда ночь прошла, а новый день уже перевалил за двенадцать, и до родного города осталось не больше пары часов, я включила телефон, чтобы забронировать номер в отеле.
Представьте моё удивление, когда бронь отклонил сначала один отель, потом второй… а за ним и третий. Якобы нет мест!
Такой ответ я восприняла со всем скепсисом. Когда это Самара стала бумом для туризма?! Что-то я упустила этот момент! А вот то, что Илья знал лично владельцев этих отелей – более реалистичная причина для отказа в проживании почти бывшей жены местного общественного деятеля. Ещё и такой, которая попала в скандал, облетевший чуть ли не всю нашу расчудесную страну за какие-то сутки!
Смахнув с щеки предательскую слезу, я открыла сайт с предложением посуточного жилья. Никогда не пользовалась раньше услугами подобной ниши, но мне хотя бы пару дней жизненно необходимо, чтобы просто прийти в себя и собраться с мыслями.
Отдохнув, я снова заведу свои турбины на полную мощность и составлю план дальнейших действий.
Вернуть себе доброе имя – работа не из лёгких! Как по мне существует несколько вариантов. И тот, который выбрала я, не самый простой. «Долгоиграющий», с видимой тонкой гранью, которая до последнего будет казаться твоему противнику слабостью и преждевременной победой.
«А потом, когда «ружьё» всё-таки выстрелит, Илюше уже не остановить тот локомотив человеческих мнений, который я спущу на него!» – усмехнувшись, я выбрала самую дешёвую квартиру недалеко от здания суда и прикрыла глаза.
В этот раз мне не отказали. Обещали встретить с распростёртыми объятиями возле подъезда, так как хозяйка – женщина в возрасте, и живёт она в том же доме.
Когда автобус въехал на территорию автопарка, я сонно зевнула.
«Какой-то закон подлости! Только задремала…!
Из-за недосыпа голова раскалывалась. Да и в животе забурчало, правда, непонятно по какой причине: жирных пирожков или банального голода, который эти два приплюснутых пирожка не сумели утолить.
Так как съёмная квартира находилась почти на соседней улице с автовокзалом, я решилась пройтись… на свой страх и риск – всё-таки, наличка, которую я оставила себе на первое время, сейчас лежала на дне той самой спортивной сумки. Владимир со своим сыном уехал так быстро, что мы с дядей Васей даже опомнится не успели! Впрочем, я за этот «подгон» была только благодарна.
Пока выходила из здания вокзала, в меня прилетело несколько косых взглядов. Да таких пристальных, что я была готова передумать и взять такси. Но внимание прохожих было направлено не на мой багаж, а на лицо – во мне узнали ту самую Софию Белову. Некоторые даже без смущения тыкнули пару раз в мою сторону указательным пальцем.
Пришлось ускорится, а на выходе ещё и палантин на голову повязать, но это мало помогло. Такого угнетающего чувства я никогда не испытывала!!!
Проходя мимо очереди такси, я решительно зашагала вперёд, стараясь не обращать внимания на шёпоты и взгляды. Сердце колотилось где-то в горле, а в ушах звенело от напряжения.
«Не сейчас, – говорила я себе. – Только не паниковать. Я справлюсь».
Улица было достаточно оживлённой, чтобы я конкретно понервничала, но чем меньше оставалось до заветного подъезда, тем меньше людей попадалось на пути.
Дом– пятиэтажка стоял в старом микрорайоне. Покосившиеся скамейки, детские площадки с ржавыми качелями… Совсем не то, к чему я привыкла в своём особняке за двухметровыми стенами.
«Хах! Такая же мажорка, как тот воронежский мальчишка. Разница лишь в том, что меня довольно грубо вернули в житейские реалии простых смертных! Типа: «Не забывай, Софа, кем ты была, и кто ты есть на самом деле!»
Позвонив хозяйке, получила новую установку – подниматься до двери квартиры без домофона.
Подъезд пах плесенью и затхлым потом прошлого. Стены были окрашены когда-то в бежевый цвет, но теперь от краски остались лишь жалкие полоски. Лифт оказался сломан, и мне пришлось подниматься на третий этаж по лестнице с треснувшими ступенями.
На площадке я остановилась, переводя дыхание. Квартира 314 – выцветшая табличка с номером едва держалась на двери.
Я посмотрела на телефон – время подошло. Хозяйка обещала ждать внутри.
Звонок прозвучал громко и резко в тишине подъезда. Сначала ничего не происходило, но потом послышались шаркающие шаги. Замок щёлкнул, и дверь приоткрылась.
Передо мной стояла пожилая женщина – лет семидесяти пяти, с седыми волосами, собранными в аккуратный пучок, и усталыми глазами цвета выцветшего неба. На ней было простое хлопчатобумажное платье, а на шее болталась золотая цепочка с крестиком.
– Вы София? – спросила она, оглядывая меня с ног до головы. В её голосе не было ни осуждения, ни любопытства – только деловая сдержанность.
– Да, – кивнула я. – Здравствуйте. Я забронировала квартиру...
– Всё верно, – перебила она, отодвигая дверь шире. – Проходите.
Я переступила порог и сразу почувствовала запах. Не просто затхлый – а какой-то особенный, приторно-горький, будто в каждой щели сдохло целое гнездо мышей. Воздух был густым, почти осязаемым.
Еле удержала позывы рвоты.
Квартира выглядела типично для однушки – крошечная кухня, комната с балконом и узкий коридор ведущий к ванной. Мебель – старая, из той, что дешевле выкинуть, чем ждать покупателей на Авито. Телевизор на кухне был с кинескопом. Я даже не ожидала, что такие ещё сохранились!
Но хуже всего были окна. Они выходили прямо на помойку – кучу мусорных контейнеров, стоящих в тени соседнего дома. Оттуда тянуло не только запахом разложения, но и каким-то зловещим ощущением заброшенности и отчаяния.
Только кристальная чистота останавливала меня, чтобы не выскочить отсюда.
– Простите за запах, – сказала хозяйка, заметив мой взгляд. – Куда я только жалобы не писала…
Она поставила на подставку чайник, достала две кружки из буфета и начала наливать кипяток. Руки у неё дрожали, но движения были уверенными.
– Вы не представляете, как я вам благодарна, – сказала я, оглядывая своё будущее временное жилище. – Я... Я готова снять квартиру на два дня... для начала.
Рубить концы, сразу определяя срок проживания, поостереглась.
Хозяйка посмотрела на меня внимательно, словно видя насквозь.
– Я вас узнала, – тихо сказала она. – В новостях показывали. – Старушка покачала головой и глубоко вздохнула. – Странная история... и больше всего меня удивил рейтинг вашего мужа, который скакнул так, что нашему президенту и не снилось. Вот и думаю теперь: у людей совсем мозги перестали работать?
– Я…
Старушка отмахнулась, пододвигая ко мне чашку с крепким чаем с ароматом лесных ягод и трав.
– Не отвечай, девочка. Это был риторический вопрос.
Я сглотнула ком в горле. Впервые за долгое время кто-то говорил со мной не с осуждением, а с пониманием.
– Спасибо, – прошептала я. – Правда, спасибо.
– Было бы за что.
Хозяйка улыбнулась – тёплая, искренняя улыбка, из-за которой почему-то в носу защипало, а на глаза накатились слёз.
Опять быстро заморгала, чтобы взять эмоции под контроль.
– Ну, если что-то понадобится – стучись, – сказала она, поднимаясь и протягивая мне ключи. – Я на первом этаже, в той же парадной. Сильно тут не шуми, пожалуйста – соседи нервные. За углом есть продуктовый магазинчик. Если надумаешь готовить – кастрюля и сковорода в нижнем шкафчике. Отдыхай.
Когда она ушла, я осталась одна.
Стояла тишина, нарушаемая лишь шумом проезжающих машин и странным скрежетом где-то за стеной.
Я поставила сумку с деньгами на тумбочку, подошла к окну и посмотрела на помойку.
«Ну что ж, – подумала я. – Начало положено. Теперь главное – не свернуть шею на этом пути к справедливости».
Я глубоко вдохнула затхлый воздух квартиры, чувствуя, как внутри нарастает решимость.
Глава 9. Новая жизнь
До встречи с Алиной оставалось как раз два дня, поэтому я решила провести их с пользой для своей измученной психики – а именно отдохнуть.
Первым делом отправилась в ближайший супермаркет – не столько за продуктами, сколько за… запахом. Приторно-затхлый дух квартиры, от которого кружилась голова, не позволял привести в исполнение моё желание.
Я перебрала полки с освежителями, пока не наткнулась на «Эрвик» с надписью «Свежесть горного утра». Упаковка была простенькой, но аромат – чистый, лёгкий и невероятно освежающий.
– Вот он, – прошептала, как будто находила не средство от запаха, а спасательный круг.
Вернувшись домой с полными пакетами продуктов, я распылила освежитель по углам, особенно у окна и в ванной комнате. А ещё зарядила пластину на автоматическом диффузоре, выставив режим «2 минуты».
Практически моментально в квартире стало дышать легче. По крайней мере меня больше не тошнило. Правда, стоило приоткрыть форточку – и запах помойки врывался внутрь, как насмешка судьбы: «Ты думала, что сможешь скрыться? Нет. Я никуда не делся!»
Я быстро захлопнула окно и села на край скрипучего продавленного дивана, глядя на потолок с трещиной в виде разветвлённой молнии.
Вздохнула пару раз и решительно встала, чтобы приготовить себе… суп из курицы, потому что борщ любил Илья, а мне не хотелось даже через такое напоминание думать о муже-предателе.
Ела сытный вермишелевый суп и почти улыбалась, слушая очередной чокнутый репортаж журналистки, которая освещала очередную бредовую версию нового Апокалипсиса, доказывая, что летящая мимо нашей планеты комета – не комета вовсе, а инопланетный корабль!
Я покачала головой.
– Совсем с катушек поехали…
Именно в этот момент зазвонил телефон.
На экране – имя, от которого у меня сжалось всё внутри: «ЛЮБИМЫЙ».
Я не спешила отвечать. Пусть подождёт. Пусть почувствует, что его контроль – иллюзия. Что я – больше не его кукла.
Всего лишь на секунду, но как же мне стало приятно от этого.
На четвёртом гудке я всё же нажала «принять».
– Слушаю.
– Где ты? – голос Ильи был резким, раздражённым, будто это я названиваю ему, а не он мне! Причём во время утреннего совещания.
– Тебе эта информация зачем? – спросила спокойно, хотя внутри всё клокотало. Особенно от того, что я до сих пор не переименовала этот… «контакт» на что-то более подходящее. Например, «гнида» или «сволочь».
– Не юли. Я знаю, что ты в Самаре. Артур доложил, что тебя видели на вокзале его знакомые.
«Интересно, что это за знакомые такие? Щипачи?» – я поморщилась. Всегда недолюбливала начальника безопасности Белова. Этот Артур казался скользким товарищем.
– Только не говори, что поставил на меня слежку, как на террористку.
– А надо? – парировал Илья, никогда не отвечая на вопросы прямо… хотя раньше этого в его характере не было. – Не заставляй тебе напоминать: ты должна быть на связи. Суд назначат через две недели. Ты должна явиться и подтвердить отсутствие притязаний на имущество и опеку.
– А если нет?
– Не валяй дурака, София, – рыкнул Илья. – Ты же понимаешь, что, если не сделаешь этого, всё пойдёт по-другому.
– По-твоему, – уточнила я.
Тишина. Потом – тяжёлый выдох.
– Ты изменилась.
– Нет, Илюшенька. Я просто перестала притворяться.
Он помолчал. И вдруг – почти шёпотом:
– Ты звонила мальчикам? Почему они такие замкнутые?
Сердце дрогнуло. Но я не дала ему зацепиться за эту боль.
– Нет. Не звонила, – и это была правда. – А чего ты ожидал? Ты растоптал их счастливое детство, а теперь задаёшься странными вопросами! Не кажется, что об этом надо было думать до того, как лезть между ног своей помощницы! И уж тем более раньше того, как позволять Наташе писать сценарий моего позора!
– Она не писала… – начал он, но осёкся.
– Тогда спроси себя: зачем я припёрлась в тот сраный отель с костюмом для тебя?!
