Евгения Паризьена "Сын подруги. Нам нельзя"

Ярости моей не было предела. Хотелось разреветься, от вопиющей несправедливости. Поэтому позвонила кузине.

— Представляешь, старая мымра вышвырнула из бухгалтерии. И наговорила кучу оскорблений!

— Сдурела? Всё, не унывай. Найдём другую работу!

— Начихать на всё. Одни сплошные неурядицы, муж подложил свинью, начальница выгнала. Какая беда должна приключится ещё? Так плохо никогда не было. Встретимся в баре.

— Ох, Вик, только не налегай на спиртное, потом жалеть будешь! — дала бесценный совет.

Вечером в кабаке скопилось кучу народа. Танцевали до упаду. А мне хотелось промочить горло.

— Коньяком не травись!

— Хватит строить из меня прилежную особу! — огрызнулась с ней. Вскоре бармен объявил аукцион. Обаятельных барышень выкупали состоятельные женихи. Это шанс провести отлично свидание.

— Вик, ерундой не занимайся!

— Докажу своему бывшему козлу, что не похожа на неудачницу!

— Слезь с барной стойки! Если он окажется извращенцем! — волновалась она, и тут нашёлся кавалер с приличной суммой.

ГЛАВА 19

Вика

Да, признаю, довольно легкомысленный поступок. И прежде должна думать головой. Но так вышло, мне действительно хорошо наплевали в душу и сил совершенно не осталось. Больше всего, безусловно переживала кузина.

— Неприятности хочешь заработать?

— Да, хватит видеть во всех уголовников, — гаркнула на нее, а сама продолжала травиться алкоголем. Что скрывать в тот вечер немного перебрала. Дамский угодник, внёс кругленькую сумму, за свидание со мной.

— Не обидно расставаться с такими деньгами? Шалун! — не выпускала из рук бокал. А он находился в маске.

— Банкиром работаю.

— Чушь собачья. Такой молодой и уже владеешь крупным состоянием. Хорошо, балуй меня выпивкой.

— Зачем печень свою губите, Виктория? — разговаривал со мной так заботливо. Будто, где-то слышала его голос.

— Сюсюкать со мной не стоит. Я не слабохарактерная! Горе заливаю. Супруг бросил. Страшной, видимо, считал.

— Он слепой баран, раз вас обидел. Отомстить за вас?

— Бойцом себя возомнил? Мне драки не нужны. Понял? — пригубила еще спиртного. Будто сегодня желала выговориться сполна.

— Понятно, за бывшего переживаете. Скажите, вы его еще любите?

— Что за провокационные вопросы? Мы на свидании! Можешь пригласить меня гулять, — говорила заплетающимся языком. Полностью доверилась лоботрясу в маске. Кузина долго следила за нами, но потом отправилась домой. У неё, итак, проблем хватает.

— Расскажите. Он вам изменил?

— Премудрый какой. Нравиться ковыряться в чужой душе?

— Считаете личным психологом. И я не намекаю на секс, — шел со мной по парку. Эта ночь претендует стать загадочной.

— Раз мучаешься от любопытства, расскажу. Да встретил молоденькую кралю. А я ему надоела. Вот так потратила столько лет впустую, — говорила я о наболевшем.

— Говорю, он балбес, раз не оценил вас. Вы ослепительно красивая.

— Не подлизывайся. Слишком добрый, и обходительный. О себе расскажи, — требовала от незнакомца.

— Влюблен я. Но она меня не замечает.

— Какая драма. А почему?

— У нас большая разница в возрасте, — старался наладить диалог с нами.

— Чепуха, нет преград для настоящих чувств.

— Почему врете? Сами осуждаете подобные отношения, — намеревался вывести на чистую воды. Создалось впечатление, что сейчас протрезвею.

— Парнишка, давай без обвинений. Мы с тобой знакомы!

— Да, несравненная Виктория, — снял он маску. И тогда обомлела.

— Мерзопакостный Данила. Вот я дура.

— Что раскраснелись от стыда? Я что заразный? — выразился он агрессивно.

— Сколько мне терпеть твою назойливость, гадкий паренёк.

— Правду от вас желаю услышать. Вам нравятся мои поцелуи! — надоел своим присутствующим.

— С ума сошел? Я старше тебя.

— Гоните из головы эти предрассудки. Виктория, не становитесь лицемеркой, прямо скажите.

— Да. Нравишься. И ты смазливый. Но у меня есть порядочность и достоинство. Не стану губить жизнь милому парню.

— И как вы можете мне навредить?

— Руки убери. Данила, пожалуйста! Я обязательно верну деньги! — обозлилась, от веселья не осталось и следа.

— Я алчный, по-вашему? Знаете, если ваш супруг полное ничтожество. Не все такие! Сейчас признались, что испытываете симпатию. Тогда смысл причинять боль?

— Вспыльчивый мальчик! И как представляешь наши отношения?

— Вы станете моей! Что тут сложного? — требовал паршивец.

— Знаешь, я не превратилась пока в наглую суку. И мне совести не позволит совращать малолетнего парня.

— Разница в возрасте останавливает?

— Да. И развод был болезненным. Тебе сложно понять.

— Рассуждаете, будто конченый дебил прям. Нет, проблема в другом. Вы ледяная. Зря надеялся на наше свидание, сердце вам открыл. Вы не хотите ценить людей, которые беспокоятся о вас, — произнес с поражением.

— Обиделся? И после этого сказал, что повзрослел? Критики не способен выслушать, — наплевала на всё и села в такси. Завтра придется мучиться от похмелья.

ГЛАВА 20

Вика

По дороге рассказала кузине про поклонника. Она чуть не надорвала живот от смеха.

— Неугомонный, точно втрескался по уши.

— Гляди, сколько денег пожертвовал. Ударить бы его по лицу. Всё мне нужен здоровый сон, — выключила телефон, поднимаясь на свой этаж. Уснула прям на диване. Но утро показалось беспокойным. Ко мне ломалась заплаканная подруга.

— Наташ, ты почему вся в слезах?

— Сын пропал.

— Нашла из-за чего горевать. С друзьями твой лоботряс, скорее сего. Выпей успокоительное, — стремилась ей помочь. А она находилась на нервозе.

— Чепуха. Он не виделся с ними.

— Нет, и ты сейчас собираешься драматизировать? Нахал вроде совершеннолетний.

— Но я мать. И у меня дурное предчувствие. Понимаешь, вчера позвонила ему. А он был таким расстроенным. Сначала подумала, может, подрался с кем? Ну вспыльчивый у него характер, Вик! — распиналась передо мной. И лишь сейчас вспомнила, как я повздорила с негодником. Возможно, наговорила ему много обидных слов. Неужели он настолько восприимчивый.

— Так успокойся! Выбрось дурные мысли из головы. С девушкой, наверное, встретился. Наташ, правда, не расстраивайся.

— Боюсь, а вдруг попал в беду? — нервно ходила по комнате.

— А когда женится, тоже станешь переживать? Пора уже дать ему свободу.

— Извини. Он единственный у меня. Вдруг попадет в плохую компанию. Стала за ним замечать агрессивность. То раздражённый какой-то.

— Взрослеет. Становится более жестким. Так, погляди. Он просто безответственный. Заболтался с другом и тебе не позвонил. Слышишь? — старалась ее взбодрить. Мы обе не находили себе места. Она бедная выпила столько лекарств, уму непостижимо. А потом внезапно позвонила соседке.

— Тонь, не сталкивалась с ним? Он обычно на балконе торчит. Вдруг мой шалопай случайно заглянул. — тревожилась. Пришлось долго её успокаивать. Пока ей не сообщили ужасную новость. Она чуть не выронила мобильный.

— Наташ, почему побледнела?

— Данила, в аварии разбился. Мой сын сел пьяным за руль, — упала на диван в слезах. А у меня затряслись руки на нервной почве. Получается я довела бедного парня. Не оценила его смелый поступок. Он ведь пригласил на свидание, стремился вытащить из депрессии. А я как озлобленная мымра, повернулась спиной. Мне так хотелось разреветься от несправедливости. Несчастный парень не заслужил такой участи. Он полон сил и энергии, и не должен был рисковать собственной жизнью. В ужасе глядела, как всхлипывала подруга. Эту боль сложно описать. И сейчас, наверное, впервые я поняла, кого потеряла. Как бы мне не хотелось признать, но подсознательно испытывала чувства к погибшему негоднику. И сейчас моё сердце разрывалось от боли. Этот шрам не сможет так легко зажить.

ГЛАВА 21

Вика

Меня измотала бессонная ночь. Замучилась искать успокоительные таблетки. Искренне соболезную подруге, которая потратила столько нервов. Порой безалаберная молодежь, легкомысленно относится к здоровью. Чтобы хоть как-то ее морально поддержать дежурила на квартире. Как она была слаба.

— Без слез не взглянешь, Наташ! Позавтракай нормально!

— Я так боялась за его здоровье. И вот не сберегла!

— Пожалуйста, будь сильной.

— Скажи. Зачем меня утешаешь? Вик, он погиб, — расчувствовалась. Благо скрепя сердцем, выпила снотворное. Она вся извелась. А я осмелилась заняться уборкой. Много бардака скопилось. Сама перенесла жуткий стресс. И как не вовремя позвонили в дверь. Отложив в сторону полотенце, поспешила открыть. Там стоял небритый пацан, жевавший жвачку.

— Данила дрыхнет еще?

— Уважение прояви. Его матери, итак, плохо. Доктора панирую вызывать. А вам дружкам плевать, что парень погиб.

— Что за чушь собачья? Вчера списывался с ним в социальной сети. Он требовал деньги. Жадная сволочь грозилась меня убить, — порылся в кармане, рассчитывая найти банкноты.

— Где ваша переписка? Покажи, — потребовала брюнета, заинтересовавшись происходящим.

— Я что обманывать стану? Заколебал шантажировать. На тачку у него занимал. Всё прям возомнил себя кредитором, — жаловался болтун. Тогда внимательно ознакомилась с сообщениями. Волосы встали дыбом.

— Ах, он сукин сын обнаглевший.

— Вас тоже обидел? А вы кто?

— Подруга его матери. Нет, он соображает так играть на нервах. Звони ему, и назначь встречу.

— Мне потом по роже точно неохота получить.

— Ты плохо расслышал? Говорю, пиши, а то я ударю, — диктовала тему. Тот не стал спорить. Осталось проучить парнишку. В указанный час встретилась с ним в кафе. Хитрый Данька обомлел.

— Ну здравствуйте. Так и знал, что соплежуй проболтается.

— У тебя не осталось стыда? Элементарного уважения к матери? Данила, я думала у нее инсульт случится.

— Это всё случилось по вашей вине.