Евгения Паризьена "Сын подруги. Нам нельзя"

ГЛАВА 16

А потом я случайно заметила ключи. Пока неугомонный парень лез ко мне целоваться, спрятала их в карман.

— Где твоё гостеприимство? Чаем не угостил.

— Вы проголодались, Виктория? Разумеется. У меня и бутылка вина есть,- ответил шалопай, а я всё жаждала выйти в коридор. И как только там оказалась, вставила ключи в замочную скважину.

— Негодник! Я мудрее тебя!

— Одурачили, да?

— Не расстраивайся! Если так одиноко, девушку свою позови! Чао, Дань, — взяла сумку из шкафа и покинула квартиру. Да с ним точно не соскучишься.

А пёс дома заскучал. Хотела его скорее выгулять. Но вспомнила, что собачий корм закончился, поэтому ринулась в магазин. Где увидела бывшего супруга с его молоденькой лахудрой. Обнималась с ним, прям вылитая кокетка. Подлец наплевал на годы, которые я ему посвятила. Просто отнесся как скотина. А я тоже хороша. Была домохозяйкой, носки ему стирала, не подозревая о молодой сопернице. Прям сейчас желала, чтобы собака его укусила и он мучился от боли, которую доставил. Нельзя так похабно относиться, чихать на чувства других.

Шмыгала носом, по возвращению домой. Слезы это слабость, которую я проявляю. Разбитую вазу не склеить. А моя кузина точно его осудила. Она всегда мне советует не падать духом. Но как выбросить из головы те прожитые годы? И справиться с душевной болью. Она пронизывала насквозь. Я даже на работу проспала, правда начальница не стала штрафовать. В бухгалтерии скопилось много счетов. Но быстро со всем справилась. Началась тяжелая неделя, засиживалась допоздна. И вот так вышло в одних из дней, буквально случайно встретилась с Даней. Он слишком плохо выглядел.

— Ты не заболел?

— Подрался.

— С кем?

— Вы матери не говорите. Тот ублюдок живот порезал, — рассказал о случившимся.

— Дань, хоть соображаешь, как это опасно?

— Не ворчите, прелестная Виктория. Доктор осмотрел. Воды разрешите попить? Сухость во рту ужасная, — еле он передвигался. И я по доброй воле его пригласила в квартиру.

— Из-за чего подрались? Данила, вроде взрослый.

— Обожаю, когда вы волнуетесь обо мне. Он денег задолжал. А я просил их отдать, — говорил унылым тоном.

— Сильно больно?

— С вами ее не чувствую. Можно прилягу на диван? — просил меня.

— Да. Подушку дать? — была любезной, — и так вышло, он задремал. Угораздило ему попасть в неприятности. Тоже любит ввязываться во всякие драки. Сама долго боролась с усталостью и уснула. Но потом когда открыла глаза, остолбенела, разгильдяй нацепил наручники на наши руки. Это возмутительно.

— Мне долго терпеть твоё баловство?

— А чем вы недовольны?

— Даня, это не смешно! Хватит дурачиться.

— Зато больше никто не запретит вас целовать, — навалился он сверху.

ГЛАВА 17

Вика

Разгильдяй так легко одурачил. Это я доверчивая испугалась за его самочувствие. А его стоит опасаться.

— Разгневать меня хочешь?

— Да, не нервничайте. Будто трагедия произошла! Я же не бандит! — скалился негодяй.

— Где ты взял наручники?

— Украл. Вы станете сердиться, прелестная Виктория? — раздражал своим поведением. Сложно оставаться спокойной, наглец оказался таким хитрым, волосы дыбом.

— Невоспитанный слизняк! Совести нет никакой!

— У меня уши горят от вашей критики! — разглагольствовал парень.

— А мне выразить восхищение, Данила? Удерживать людей против воли, противозаконно! — выразила я протест. Общаться с ним, нет сил. Реально надоедает.

— Драматизируете, будто вас похитили! А я для вашего блага старался, — тараторил негодник. Так и распирает его ударить.

— Осторожно разбрасывайся такими словами! Моё терпение на грани. Невежественный паренёк в край охамел!

— Смотрю у вас особое отношение ко мне, раз унижаете!

— Издеваешься? Твоё баловство может привести к моему увольнению. Беспечный паренёк, если тебе можно дурачиться, то я взрослая и мне нужно зарабатывать! — негодовала после всего.

— С деньгами неприятности? Вежливо попросите. Точно не оставлю в беде.

— Дань, не усугубляй положение! Не заставляй жаловаться матери.

— Будьте благоразумны! Зачем портить ей отпуск? Вы хорошая подруга, и не станете её тревожить, — бормотал нахал.

— Твоя наглость невероятно раздражает! Освободи мою руку!

— Я не дурак. Вы сбежите!

— Малолетний кретин, сколько повторять?

— Напрасно голосок напрягаете. Вам лучше договориться со мной. Спросили бы почему так расстроен? — словно играл на нервах.

— Бедный парнишка страдает! И что стряслось?

— Вы проигнорировали наше свидание. Я злопамятный, Виктория! — признался поганец.

— А теперь собираешься удерживать против воли? Где справедливость? Рука уже болит!

— У вас плохо получается врать! — улыбнулся сорванец. Премудрым вырос, такого сложно обхитрить. Признаюсь, недооценила.

— Обижаешься словно сопляк. Совсем мужество растерял!

— Не тратьте силы! Лучше отдохните!

— И сколько собрался держать в заточении? Данила, к кому обращаюсь? — поглядела в наглые глаза парня. Он нарочно включил телевизор и быстро переключал канал. Специально нервировал. Скоро терпение иссякнет.

— Скажите правду и станете свободной!

— Что за чепуха, безответственный шалопай? — требовала я объяснений.

— Будем откровенными, вы неравнодушны ко мне! Смущаетесь, краснеете! Будто считаете наши отношения большим грехом! — рассуждал пацан с завышенным самомнением.

— Мальчик, корону сними! Кто сказал, что испытываю симпатию?

— Вроде взрослая, а нагло лжете.

— Надоело заниматься глупостями. Не собираюсь поощрять безрассудство! Теперь в туалет должна отпрашиваться? Бугай невоспитанный! — сорвала зло, устала спокойно со всем соглашаться.

— Я не садист. Мучить вас не собираюсь. Идёмте! — сделать милость и вывел в коридор.

— Благодарствую! Следить за мной собрался?

— Что вы? Это бестактно. Не считайте законченным подонком! — снял наручники с запястья. Осталось придумать способ, как его обдурить. Засранец проклятый, додумался похитить. Специально оттягивала время на сортире, замышляя коварный план.

— Живот болит. Диарея. Представляешь?

— Какая досада, Виктория! Выпейте таблетку!

— Вряд ли подействует. Жуткое отравление. Вызови доктора, — играла убедительно на публику. С кем поведёшься, начала также морочить голову. Хотя всегда была за искренность.

— Вам реально плохо?

— А что думаешь притворяюсь? — старалась сказать более убедительно.

И наш парнишка взял мобильный и начал лихорадочно трезвонить. Пока заговорила зубы, успела смыться. Рассчитывал одурачить, ему не справится с моей гуманностью.

ГЛАВА 18

Вика

На следующий день на обеденном перерыве, всё рассказала кузине, которая гоготала словно ненормальная.

— Настойчивый ухажер! Точно ему нравишься!

— Что смешного? Он сын подруги. Теперь избегать её?

— Вик, ты вроде не старуха. Почему боишься осуждения?

— Всё против морали.

— Расстрою, конечно. Но современному обществу плевать! — пила она охотно лес кофе.

— Причём тут мнение людей? Я Наташе боюсь насолить!

— Ну есть у вас чувства. Теперь вы виноваты? — сказала глупость.

— И не сватай с ним. Поняла?

— Взбесилась то как, словно заразиться боишься, Вик! — бросила недовольный комментарий.

— Пойми, меня потом совесть загрызет. Да, он симпатичный. Парень с большой харизмой, — сама то не ведая начала перечислять его достоинства.

— Следовательно, он нравится тебе!

— Чушь собачья! С тобой опасно делиться секретами!

— Вик, я добра желаю. Муженек твой в душу хорошо наплевал. И не раскаивается. Но ничего хлебнет с новой пассией, — уверяла она.

— Абсолютно всё равно. Почему я должна переживать за чужие отношения? У меня своих неурядиц хватает! — не успела проронить, на наш столик прилетела скомканная бумажка.

— Официант, что за безобразие? У вас бардак в заведении? — выразилась гневно кузина. Тем временем я развернула содержимое и ознакомилась. Волосы встали дыбом от такой записки.

Коварная Виктория, обманывайте кого — угодно, но вы сохнете по мне. И стоит вас поцеловать, возбуждаетесь.

— Недоносок! — оглядела с яростью зал. Наверняка притаился будто шакал. Сил не осталось. Ума не приложу как с ним бороться. Хитрый парень обладает неоспоримым интеллектом. А бедняжка сестра продолжила ругаться с тем официантом. Якобы они перестали следить за порядком. Невероятно уставшей, я вернулась домой. Надеялась скорее лечь на диван. Возможно виновато снотворное. Ведь, увы, к сожалению, проспала. Каким злым взглядом на меня глядела начальница.

— Скажите, вам не нравится зарплата? Почему не уважаете место, где работаете?

— Дурацкая оплошность! Будильник сломался, — краснела я словно студентка в университете.

— Что за глупые отговорки? Таких ленивых сотрудниц у нас не было!

— Почему оскорбляете? Плохо исполняю свои обязанности? — старалась добиться справедливости.

— Уважаемая Виктория! Не терплю расхлябанности. А вам настолько тяжко встать рано, видимо, придётся избавиться от вас, — грозно бросила папку на стол. От её грубого тона, хотела разреветься.

— Увольняете меня?

— Да, вы заслужили! — указала на дверь. Любого расстроит подобный факт.