– Скорее арендодатель. Не забудьте оплачивать жилплощадь до двадцатого числа каждого месяца.
– Натурой принимаете? – хитро усмехнувшись, Андрей отшатнулся от двери и сделал ленивый шаг внутрь дома.
– Само собой. Газон не стрижен, в технической комнате лампочка перегорела, в ванной нужно сантехнику сменить, полка в гостевой неровно висит.
– Понял, принял, – дежурно ответил мужчина, осматриваясь по сторонам. – А у тебя тут, че, камаз с декором из фикспрайса в дом врезался?
– Это называется уют, – бросила я ответочку на откровенно оценивающий взгляд, который путешествовал по моей гостиной. – Пошли на второй этаж, покажу тебе комнату.
– Надеюсь, твою?
– Надейся, – с сарказмом ответила я.
Так получилось, что за время учёбы в университете мне осточертел большой город, вечные пробки и суета. Я мечтала о спокойной размеренной жизни и шаговой доступности до благ цивилизации.
Перед выпускным нам сказали, что есть федеральная программа, по которой молодым педагогам выделяют неплохие подъемные, если те переезжают в сельскую местность.
Конечно, ехать в захолустье, где из благ цивилизации только шаговая доступность до местного самогона, никто не хотел. Но я, порывшись, нашла современный коттеджный посёлок, в котором была школа.
Место подходило для программы, и земля здесь была недорогая. Так что, недолго думая, я купила участок и начала строительство своего маленького дома мечты вдали от мегаполиса.
И было здесь так хорошо и спокойно, что мои родители через некоторое время купили участок по соседству и тоже построили себе дом. Правда пока только спальню и жили в состоянии ремонта…
Вместе с ними переехали и друзья семьи – родители Андрея. Они обосновались здесь совсем недавно и сейчас тоже ночевали на одной кровати с плиткой для ванны и мешками цемента.
– Туалет справа, там техническая комната. Если что надо, говори, – провела я непродолжительную экскурсию.
– А этот тут нахрена? – Андрей поднял с полки маленькую вазочку, из которой торчала веточка пихты.
– Чтобы ты спросил.
– Я спросил. Можешь убирать, – мужчина всучил безделушку мне в руки и продолжил осмотр комнаты. – Тут как будто розовые единороги живут…
– Есть ещё вариант жить у твоих родителей в комнате с бетонными стенами. Там точно духа розовых единорогов нет.
– Да ладно, ладно, я ж не в обиду. А…
Мужчина открыл шкаф, вопросительно уставившись на его наполнение. Вопросов стало ещё больше, когда с верхней полки на него свалилась подушка в скандинавском стиле с кисточками по углам.
– Я освобожу тебе пару полок, – пообещала клятвенно, закрывая створки шкафа.
– Мне много не надо, я на легке, – в подтверждение этим словам на кровать легла небольшая спортивная сумка, по размеру чуть меньше чем та, с которой я каждый день ходила на работу.
– Ты директором к нам на двое суток?
– Да нет, подольше. Просто не привык к излишествам.
– Угу, – согласно кивнула я и вышла из комнаты, которая больше мне не принадлежала.
Пока что в голове крутились сотни мыслей. Я не понимала, что происходит и как на это реагировать.
Вопросов было больше, чем ответов. Я злилась, хотела плакать, негодовала, ощущала себя расстроенной и обманутой.
От этого был только один рецепт. Булочки с корицей и разговор с подругами.
– Ммм, чем так вкусно пахнет?
– Это не тебе, – без энтузиазма бросила я, раскатывая в тонкий пласт пушистое дрожжевое тесто, от которого поднимался запах тепла и уюта.
– Какое интересное название блюда… Слушай, я поговорить хотел. Есть минутка?
– Валяй, – я по-прежнему не оглядывалась в гостиную, занимаясь булочками. Это снижало уровень стресса.
Воздушное тесто, тонкий слой сладковатого сливочного масла, которое подтаивало и поблескивало по поверхности.
Ароматная смесь сахара и корицы, пряность с ноткой сладости.
Аккуратные пышные булочки, которые я бережно раскладывала по форме, придавая им круглую форму.
Нежный сливочный крем карамельного цвета, стекающий по тесту и обволакивающий каждую булочку сочностью и вкусом.
– Ты мне не очень-то рада, я понимаю.
Из груди вырвался нервный смешок.
Не очень-то рада я прыщу на лбу, внеплановой проверке в школе, дождю, когда хотела идти на работу в туфлях. А сейчас я просто в бешенстве!
– Но я благодарен за то, что могу жить у тебя, а не на бетонном полу гостиной. Ты меня очень выручила. Обещаю быть незаметным и полезным, насколько это возможно.
– Угу, – немногословно бросила я.
– Или ты злишься за то, что я занял кресло директора? Поверь, я не стремился. Назначили в министерстве, я не очень-то счастлив оказаться в этом месте.
Крепко сжав в руке чайную ложку, я приготовилась выразить словами всё то, что сейчас отборным матом кружило в моей голове. Но, обернувшись, смогла лишь открыть рот.
Ложка упала и с характерным звоном ударилась о керамогранитную плитку, резонируя в ушах.
– У тебя упало, – любезно подсказал Андрей, кивая на пол.
– Будь добр, ходить одетым в моём доме, – прошипела я невпопад, отворачиваясь к духовке. – Не хватало потом все поверхности мирамистином мыть.
– Прости, это не было прописано в договоре аренды. Да и если я оденусь, отдавать квартплату натурой будет сложнее.
– Уверена, ты справишься.
Не прощаясь, я подхватила форму с выпечкой и вышла из дома на прохладный вечерний воздух.
Это немного отрезвило.
Вдохнув ароматы корицы с нотками ванили, я пришла в себя и пошла вверх по улице, где в нескольких минутах находился дом Ксюши и её мужа.
– Привет, я на чай.
– Так ведь поздно уже, – подруга, которая сидела на летней террасе, отложила вязание и уставилась на меня удивленными глазами. – Случилось что? Хотя ты булочки с корицей просто так не печешь…
– Звони Мадине, пусть тащит вино.
– Поняла.
Без лишних вопросов подруга скрылась за дверью, а уже через пару минут на её террасе были три бокала, бутылка красного вина и моя группа поддержки.
– И этот самодовольный индюк занял не только моё кресло, но и мою гостевую комнату! – негодовала я, перемеряя сотки подруги своими широкими шагами.
Девочки время от времени пытались сунуть мне бокал с вином или свежую булочку, но я так махала руками, что рисковала сделать Ксюшкины розы из белых красными.
– Ты сама его впустила, – парировала Мадина, раскладывая длинные чёрные волосы по подвисной качели. – Если бы ко мне кто-то заявился пожить, я бы на порог не пустила! Пусть в гостиницу едет.
– Тут же почти час на машине, – попыталась вставить Ксюша.
– Да хоть трое суток на верблюдах! Это мой дом, моя крепость. Пусть у себя в домах спят.
– Мы к тебе зимой, пожалуй, за снегом не пойдём.
– Ну девочки… Для вас мне ничего не жалко. Пока вы живете в своих домах, – мы рассмеялись, и напряжение, повисшее в воздухе, немного спало.
Я наконец пристроила свою пятую точку рядом с Ксюшей на лавочке, обняла подругу и запустила в рот кусок свежей булки.
– Что мне делать? Теперь он мой начальник, живёт в соседней комнате, будет на всех семейных ужинах…
– А что за хрен? – из окна веранды показался Ксюшкин муж, и девушка тут же шикнула на него, чтобы тот оделся и не светил своими семейниками перед нашей небольшой девичьей семьёй.
– Андрей, – протянула я мрачно, когда Дима вышел на веранду и закурил электронную сигарету в сторону пионов своей жены. – Андрюша, свет очей! И моё личное наказание из детства… Он сын друзей родителей. Младше меня на четыре месяца. Всё детство мы играли вместе, пока родители собирались компанией. И он был несносным!
От воспоминаний у меня аж челюсть свело как от кислого лимона.
Даже сейчас, думая о том полном карапузе, я хотела лишь макнуть его с головой в аквариум, в который он нассал! Бедная моя рыбка…
– Он задирался, ябедничал, ломал игрушки, хотел быть везде первым! И у него получалось… Ему всё удавалось! Он Пушкина наизусть знал лучше самого Пушкина. Весёлые старты были все его. Он читать начал в пять лет. Не удивлюсь, если в десять уже обзавёлся семьёй, ипотекой и местом в офисе!
Я говорила все это с такой злостью и раздражением, что никто даже не думал перечить. Дима на всякий случай отодвинул от меня Ксюшу, чтобы её не захлестнуло ударной волной гнева.
– Я на его фоне всегда была какой-то неудачницей, у которой все валится из рук. Я была лишь его тенью, а он звездой, которой ноги целовали. Учился Андрюша лучше всех, поступил в супер-пупер академию, родителям дом построил, на Мальдивы их свозил. Идеальный мальчик! Сын маминой подруги, не иначе.
– Вы же были детьми, – парировала Ксюша. – Многие дети несносны… Так бывает.
– Он был исчадьем ада! – на высоте ультразвука взревела я. – Чикатило по сравнению с ним пушистый кролик.
– Мне кажется, ты утрируешь. К тому же, он мог измениться. Сейчас ему не шесть и он не станет ябедничать на тебя родителям.
– Я бы не была так уверена… – на всякий случай, нужно убрать из дома все, что может меня скомпрометировать…
– Слушай, а откуда у директора сельской школы деньги строить родителям дом и возить их на Мальдивы?
После вопроса Димы все обернулись на меня, а я пожала плечами.
Лет после двенадцати, когда я наконец смогла говорить «нет» и перестала ходить с родителями к их друзьям, я не общалась с Андреем.
Мама, конечно, рассказывала о его заслугах, но я в такие моменты старалась мысленно отключать звук и лишь кивать невпопад.
– По-моему, он даже не учитель по образованию… Он поступал в Академию МЧС или МВД…
– Или ПТУ, – хихикнула Мадина.
– Нет, нет, он работал то ли в охране, то ли в безопасности, не знаю. Но он точно не учитель!
– А директора это всегда учителя?
– Ну… – я задумалась. – Не знаю. Наверное. По крайней мере, ещё не слышала, чтобы директорами после работы в школьном буфете становились. Что-то тут нечисто…
– Может, он второе высшее получил? Или переподготовку прошёл? – Ксюша пожала плечами и посмотрела на нас своим до боли наивным взглядом.
– Ага, переродился в хорошего человека и стал помогать бедным. Так я и поверила… Надо выяснить.
– Выведи его на чистую воду, заставь заговорить, – в глазах Мадины полыхнули огоньки, и она включила режим кошки, которым могла сразить наповал любого мужчину от трёх до девяносто шести лет. – А как что узнаешь, используй в свою сторону. Шантажируй или устрой ему сладкую жизнь. Сбежит из твоего дома, сверкая пятками.
– Или можешь поговорить с ним и всё узнать. Я уверена, он изменился. Может, мы все даже подружимся?
Я смотрела на наивность Ксюши и даже завидовала в какой-то степени. Ей, наверное, так легко живётся…
– План Мадины мне нравится больше. Попробую все узнать и надрать ему задницу.
– Помни, что мы твои боевые подружки, – шепнула девушка и хищно улыбнулась.
В одно мгновение запал всех присутствующих почему-то пропал, а внимание переключилось на что-то за моей спиной.
Я подумала, что снова школьный охранник напился и чудит, но, когда обернулась, подумала, что лучше бы напилась я…
– Добрый вечер, – Андрей очаровательно улыбнулся, остановившись у ступеней террасы. – Я ваш новый сосед. Маша, наверное, уже рассказала?
– Да, мы наслышаны, – Мадина извернулась так, чтобы одновременно демонстрировать прелести и лица, и тела, и игриво помахала рукой.
– Зашёл поздороваться и познакомиться. Меня Андрей зовут.
– Дмитрий, – хозяин дома первый пошёл на контакт, и я записала его в число предателей жирным шрифтом. – Поздоровались, а знакомиться когда будем?
– Хороший вопрос. Я думал, в выходные устроить барбекю, позвать соседей. Придете?
– Такое мы не пропускаем.
