— У-у-у… — взгляд девушки становится совсем серьезным. — Ну… Ты поостерегись первое время что-то оставлять на видных местах. А так… Притретесь.
Угу. Притремся. Если я раньше не вылечу стараниями Филиса.
— Но я хочу подробностей! — восклицает Тайра, когда мы выходим из корпуса и направляемся к библиотеке.
Коротко, сквозь зубы, объясняю ситуацию. Тайра сначала широко раскрывает глаза, потом фыркает, а потом начинает хохотать.
— Там хоть было на что посмотреть? — уточняет она.
— Тебя только это интересует? — удивленно смотрю на нее я, а потом тоже начинаю хохотать вместе с ней. — Я не очень рассмотрела. В следующий раз попробую поподробнее.
Осенний воздух пахнет тоской по уходящему лету и свежестью скорой осени. Он немного охлаждает мою тревогу и возмущение, а предвкушение встречи с книгами здорово поднимает настроение. Иридан успокаивается, становясь зеленым с желтыми пятнами — под цвет парка.
Мы проходим через небольшую площадь с лавочками, где почти никого из студентов нет, к зданию с огромными арочными окнами и широкими деревянными дверями. Тайра прикладывает кристалл у входа, и створки бесшумно распахиваются, пропуская нас внутрь.
Я замираю на пороге с открытым ртом. Кажется, что сердце сейчас выпрыгнет из груди от восторга! Бесконечность книг. А потолки… Боги, эти потолки! Они уходят куда-то в бесконечную высь, будто само небо, расписанное причудливыми, мерцающими магическими знаками.
Ряды полок взбираются по стенам и уходят вниз и вверх, как гигантский амфитеатр. Уровни плавно спускаются ступенями, открывая вид на бескрайнее море переплетов. В самом сердце этой невероятной чаши расположен огромный читальный зал. Там уже сидят и работают студенты, я даже начинаю мечтать, как буду на их месте.
Больше всего шокирует и впечатляет то, что от каждой полки, от каждого стеллажа, от каждой книги тянется тонкая-тонкая золотистая ниточка света. Мириады этих золотых волосков переплетаются, мерцают… и все они, все до одной, стекаются сюда, к нам, к длинному, строгому столу прямо у входа. На столе аккуратно разложены маленькие металлические таблички, похожие на ярлыки.
Запах старой бумаги, кожи и чего-то магического витает в воздухе. Это место… оно теперь будет сниться мне каждую ночь.
— Чувствую, тебя правильно распределили, — улыбается Тайра. — Прикладывай сюда свой кристалл, и тебе нити подскажут, что нужно взять.
Делаю, как она говорит, и для меня остаются всего семь нитей. Тайра уходит в нужном ей направлении, а я иду к своим книгам. По дороге позволяю себе провести пальцами по корешкам книг. В душе будто цветок распускается!
Первая же книга оказывается по виду очень старой, но это ее не портит, напротив, добавляет ей будто бы солидности и вызывает уважение к этим страницам, которые уже научили сотни, если не тысячи студентов.
Так засматриваюсь на нее, что стук каблуков в тишине заставляет меня вздрогнуть. Книга падает из моих рук, и я наклоняюсь, чтобы поднять. Но становится еще хуже, когда я слышу голос. Слишком знакомый, слишком раздражающий.
— Да… Именно в такой позиции и должна передо мной стоять поломойка.
Еще разборок с Джесс не хватало, чтобы день стал “самым лучшим” в моей жизни.
Глава 12
Внутри уже кипит. Просто от присутствия этой истерички. Вон даже Ири стал красным. Выпрямляюсь, сжимая в руках старую книгу, и поворачиваюсь к Джесс. Она стоит в проходе между стеллажами в своей сине-зеленой форме, которая сидит на ней идеально.
Вот, казалось бы, все в академии одеты одинаково. Только почему на некоторых форма смотрится как платье праздничное?
Джесс заправляет за ухо прядь, будто случайно выправившуюся из прически, но понятно же, что никаких случайностей! На губах играет высокомерная улыбка той, что привыкла ходить по головам.
— Какая неожиданная встреча, — продолжает она, делая шаг ближе. — А я-то думала, что ты поймешь намек Адреаса и убежишь домой. Но нет, решила прикинуться студенткой?
— Я не прикидываюсь, — спокойно отвечаю я, хотя внутри все сжимается от ее тона. Задушить хочется. — Я учусь здесь. Официально зачислена.
Джесс фыркает и подходит еще ближе, так что я чувствую запах ее дорогих духов.
— Учишься? — она окидывает меня презрительным взглядом. — Не-е-ет. Еще не учишься. Только думать так хочешь. Ты вообще читать-то умеешь? Уж не знаю, кого ты соблазнила или подкупила, чтобы попасть сюда, но долго ты здесь не протянешь. Таким, как ты, здесь не место.
Иридан шипит так, что Джесс предпочитает сделать шаг назад, но быстро возвращает своему лицу надменное выражение. Неужели эта ненормальная думает, что я буду молчать?
— Знаешь что, Джесс? — говорю я, глядя ей прямо в глаза. — Мне плевать на твое мнение. Меня зачислили, и я буду учиться. Даже если мне придется выгрызать это место зубами. И не тебе указывать на мои умственные способности. Судя по тому, как ты себя ведешь, интеллект у тебя примерно на уровне декоративной собачки — много лаешь, но толку никакого.
Лицо Джесс мгновенно краснеет от ярости.
— Какого Ярхаша?! — кричит она, и ее голос эхом разлетается по библиотеке. — Ты... ты... ничтожество! Думаешь, если тебя сюда пристроили, то ты можешь так со мной разговаривать?!
Пожимаю плечами, но воздерживаюсь от реплики, и вовремя.
— Тише! — шипящий голос заставляет нас обеих замереть.
Из-за ближайшего стеллажа появляется высокая, худощавая женщина в строгом черном платье. Ее серые волосы туго стянуты в пучок, а острые черты лица выражают крайнее недовольство.
— В библиотеке не кричат, — холодно произносит она, переводя взгляд с Джесс на меня. — Даже разговаривают редко.
— Эта... особа позволила себе хамить мне! — тут же встревает Джесс, показывая на меня пальцем.
— Кто бы говорил, — фыркаю в ответ я.
Женщина внимательно смотрит на нас обеих и мрачно выносит свой вердикт:
— Обе нарушили правила. Обе получаете наказание. Завтра после занятий — два часа уборки в отделе периодики. Без обсуждений.
— Что?! — Джесс, кажется, краснеет еще больше. — Но ведь это она...
— Студентка Леймонт, еще одно слово, и будет три часа, — обрывает ее женщина. — Или хотите еще за повторение нарушения дополнительные меры? А нет, так берите свои книги и убирайтесь из библиотеки. Тихо.
Джесс бросает на меня взгляд, обещающий, что это не последний наш разговор, фыркает и уходит, стуча каблуками. Естественно, не последний! Нам же еще завтра как-то вместе выживать два часа. И я не уверена, что библиотека после этого останется целой.
Я собираю остальные книги и направляюсь к выходу, где меня поджидает взволнованная Тайра.
— Ты слышала крики? — начинает она, но я качаю головой.
— Потом расскажу. Пойдем отсюда, — я точно не горю желанием болтать в библиотеке.
— Так это была ты? — как только мы выходим, Тайра хватает меня за руку и останавливает.
Вздыхаю и коротко рассказываю о стычке с Джесс. Девушка слушает, округляя глаза.
— Ого, — она трет лоб. — Влипла ты. Леймонт — это не шутки. Как ты вообще умудрилась перейти дорогу подружке Филиса?
— Самой интересно, — усмехаюсь я, а Ири, который на самом деле и оказался у истоков этого несчастливого знакомства, старается слиться с цветом моей одежды.
— Ну что, пойдем в корпус? — предлагает Тайра. — Тебе еще надо вещи разложить, а потом на ужин.
Мы возвращаемся в холл, который начинает наполняться голосами и смехом студентов. Я замечаю в уголке Бина и Бена. Они спорят над какой-то книгой. Кто-то сидит у камина и читает вслух своей компании, кто-то просто стоит у окна, будто больше делать нечего. И самое интересное — никому нет дела до меня, новенькой. Это так неожиданно в свете этого дня и так… приятно.
С Тайрой договариваемся встретиться уже на ужине, потому что ей надо еще подготовиться к занятиям. А я стучу в дверь комнаты — урок усвоила. Лисса открывает, уже одетая в обычную, быть может, слишком яркую одежду, и окидывает меня оценивающим взглядом.
— Решила вернуться? — спрашивает она без особого интереса.
— Это моя комната тоже, — напоминаю я, входя внутрь.
— Пока что, — усмехается соседка и ложится на свою кровать с книгой.
— Я приложу все усилия, чтобы надолго.
— Уверена, тебе придется побороться с теми, кто будет прилагать усилия, чтобы нет.
Она уже что-то знает? Или это она про себя? Не хотелось бы.
Начинаю разбирать вещи, заправляю кровать и развешиваю форму в небольшой шкаф, который достался мне по праву половины комнаты.
— А фамильяр у тебя необычный, — внезапно, не отрываясь от книги, замечает Лисса. — Хамелеоны редко идут к слабым магам.
Иридан пока что осваивает мой рабочий стол, периодически меняя цвет.
— Может, он ошибся, — пожимаю плечами я.
Я уже устала отвечать на подобные вопросы. Понятия не имею, как так вышло, что у пустышки такое необычное животное.
— Фамильяры не ошибаются, — твердо говорит ведьма. — Они чувствуют то, что мы сами в себе не замечаем.
Больше за то время, пока я занималась своими вещами, Лисса не сказала ни слова. Да и в столовую не пошла.
Мы с Тайрой снова ужинаем в компании близнецов Бена и Бина, которые спорят о каких-то древних рунах. Девушка рассказывает про порядки в жилом корпусе, про нашу комендантшу-призрака, про расписание, про традиции факультета, я слушаю внимательно и дополнительно расспрашиваю про преподавателей и те предметы, которые нужно подготовить на завтра.
Забавно, но за ужином ни Филиса, ни Джесс я не замечаю. Мне бы вздохнуть с облегчением, но что-то мне подсказывает, что это именно та небольшая передышка, которую мне подкинула судьба.
Вечер провожу за чтением учебников: решаю просмотреть то, что я уже успела пропустить. Сложно? Очень. Моя подготовка явно не идет ни в какое сравнение с тем, что знают те, кто поступает в академию Лоренхейта.
Но от осознания, что я завтра пойду на лекции, а не в таверну к Таллии, настроение поднимается. Я о таком даже мечтать боялась. Боялась, вот поверю, что такое возможно, а потом будет очень-очень больно понимать, что это мне никогда не светит.
Светит! Завтра!
Лисса возвращается уже перед самым сном. Она чертит на своем столе какой-то странный знак и предупреждает:
— Я надеюсь, твой фамильяр не любит лазить по чужим вещам? А то мало ли что у него на уме.
— Ири воспитанный, — в полудреме отвечаю я, поглаживая фамильяра, который свернулся на моей подушке.
Кажется, я слышу скептический хмык ведьмы, но мне уже все равно.
Засыпаю с мыслями о маме, с твердым настроем продержаться здесь, чтобы спасти ее и иметь нормальное будущее. А еще о завтрашнем дне. Хотя нет, о нем я стараюсь не думать, потому что оптимизма верить, что он будет легким, мне не хватает.
Глава 13
Утром просыпаюсь чуть свет, еще до того, как солнце полностью поднимается над горизонтом, потому что давно к этому привыкла: мой рабочий день всегда начинался рано. И я привыкла, что мама еще спит, поэтому у меня есть время тихо прийти в себя и собраться.
В груди болезненно сжимается. Я впервые так долго далеко от мамы, и даже не могу узнать, как она. Справляется ли тетушка Лесси? Не стало ли маме хуже?
Вытираю ладонью непрошенные слезы. Не дело начинать день с этого. Не зря же говорят, чем день начнешь, тем и закончишь. Вот. Лучше улыбнуться.
Лисса уже не спит и что-то бормочет, сидя посередине комнаты на коленях и закрыв глаза. К счастью, одетая.
Иридан недовольно меняет цвет на белый, чтобы больше быть похожим на простыню, и заползает под одеяло. Я же на цыпочках прокрадываюсь к своей одежде и потом запираюсь в ванной.
Мне хочется как можно дольше стоять под водой, потому что дома мне не то что в теплой воде, так даже просто помыться было проблемой. Но изнутри меня все же съедает червячок, что это все временно, что мне обязательно нужно что-то делать, чтобы быть достойной учиться тут.
— Доброе утро, — бормочу я, потягиваясь, выходя из ванной.
Ведьма стоит спиной ко мне, собирая сумку.
— Если ты про утро, то да, утро, — отвечает она, не оборачиваясь. — А насчет доброго — поживем, увидим.
Какая оптимистка! Прямо как я вчера! Так что я вполне разделяю ее скепсис.
— Ну тогда я желаю тебе, чтобы оно было добрым, — пожимаю плечами и тоже выбираю учебники, которые мне нужны сегодня, а потом…
Потом понимаю, что у меня все есть для учебы, кроме блокнота для записей и непосредственно пера. Я словно падаю в кипяток! Ну вот не могло все легко пройти.
— Желаешь ведьме доброго дня? А ты смешная, — произносит Лисса. — Держи, тебе, похоже, понадобится.
Она перекладывает на мой угол стола совершенно новый блокнот и зачарованное перо, которое я никогда себе не смогла бы позволить: оно никогда не ломается, не тупится и помогает исправлять ошибки.
— Что ты…
— Ой, только не придумай там ничего в своей головушке такого. Это за то, что твоя ящерица не суется, куда не стоит, — фыркает Лисса, надевает на плечо сумку и выходит из комнаты.
Ири высовывается из-под одеяла и переползает на стол, а потом к блокноту, который я так и не решилась взять. Я настолько не привыкла доверять другим, что теперь кажется, что и тут меня ждет… проклятие? Кто знает, может, Лисса решила отомстить мне за вчерашний испорченный романтический… кхм… денек.
Иридан заползает на блокнот и касается его языком. Ничего не происходит. Фамильяр переводит свои большие глаза на меня и два раза медленно моргает. И только после этого я решаюсь взять.
Чем… Чем я могу теперь ее отблагодарить?
