Черные глаза, того же цвета, что его одежда и волосы, забранные в хвост, хмуро сдвинутые брови и шрам через всю правую щеку. От него исходит ощущение такой силы и властности, каких я за всю жизнь не чувствовала.
— Филис, — мрачно произносит он, глядя на радужного блондина. — Какого Ярхаша ты творишь?
Они сверлят друг друга взглядами, как будто разговор происходит где-то в их головах, неслышно для остальных. Несмотря на внушающий страх внешний вид мужчины, Адреас не пугается. Да, по нему заметно, что он принимает главенствующую роль того, что со шрамом, но не пресмыкается перед ним.
— У нас тут небольшое недопонимание, профессор Ругро, — спокойно отвечает Филис.
— И оно решается мордобоем? — усмехается профессор. — Я жду тебя в своем кабинете сразу после обеда. Смотри не опоздай. Грейден, — теперь Ругро смотрит на Илиаса, — потрудитесь посетить лазарет.
Кинув на меня хмурый взгляд, преподаватель уходит в столовую, а толпа снова оживает, как будто с нее спало оцепенение. Студенты бросают на нас любопытные взгляды, шушукаются и расходятся.
Адреас больше так и не поворачивается ко мне, уходя прочь от столовой. Так даже лучше. Есть в одном помещении с ним, все время переживая, что он смотрит? Ну так себе идея, конечно.
— Прости за эту сцену, — произносит Илиас, поднимаясь и протягивая руку, чтобы помочь встать мне. — Не представляю, как этого ненормального могли вообще включить в кандидаты в совет. Хорошо его раскрасили, теперь хоть его сущность петушиная издалека видна.
Морщусь от этого замечания: Илиас-то не знает, что это я сделала. Да я сама все еще в замешательстве, как это вышло.
Я опираюсь на его теплую гладкую ладонь и поднимаюсь. Он пытается улыбнуться, но гримаса боли искажает его лицо.
— Как ты? Как нос? — обеспокоенно всматриваюсь, пытаясь понять степень ущерба.
— Да мелочи, — отмахивается он. — Я же дракон, скоро затянется. А после лазарета вообще ничего видно не будет. Идем, а то у нас питание тут по часам. Не успел — твои проблемы.
Почему-то мелькает мысль, что Адреас останется без обеда, а потом я решаю, что так ему и надо. Нечего было драться! Жалко ему стало, что мне кто-то помочь решил!
Мы с Илиасом заходим в столовую, он показывает мне, как активировать студенческий кристалл. Прикладываю его к специальному пазу на стене и замечаю, как в дальнем конце появляется стрелка того же цвета, что и кристалл, поэтому сразу протискиваюсь туда.
Чувствую, как по пути собираю удивленные и язвительные взгляды, наверняка от тех, кто видел эту странную сцену у входа, а еще тех, кому уже передали приукрашенные сплетни. Интересно, сколько времени потребуется, чтобы вся академия обсуждала это?
— Привет! — выныриваю из своих мыслей, когда меня окликает забавная курносая девчонка с двумя толстыми русыми косами на плечах. — Я Тайра. А это Бин и Бен. Похоже, ты теперь будешь сидеть с нами.
Она хлопает длиннющими темными ресницами, обрамляющими глаза красивого лазурного цвета. Меня даже зависть берет от того, какой красотой ее наградила природа. Парни, два очень похожих брюнета в очках с толстой оправой, прерывают свой спор только для того, чтобы услышать, как я представляюсь, а потом снова принимаются увлеченно болтать.
— Я Ярика. Тут первый день, — машу рукой и сажусь за стол.
— Ну наконец-то у меня будет с кем поболтать за едой, а то эти двое…
— Всегда такие? — заканчиваю я.
Она смеется и кивает мне на тарелку, покрытую клошем.
— Давай ешь, а то тут не любят опоздунов.
Долго меня уговаривать не приходится. Простая еда в виде картофельного пюре и рыбной котлеты кажется мне пищей богов, так давно я нормально не питалась. Нам выделяли небольшие порции в таверне, но их я относила маме — ей нужнее, сама я ела намного скромнее. И реже.
Какое-то время мы просто жуем под непрекращающийся спор Бена и Бина, а Тайра беспокойно ерзает. Я вижу, что ей очень хочется о чем-то спросить, но она не решается.
— У вас тут всегда так… весело? — спрашиваю я в надежде узнать хоть что-то об академии.
Но ее встречный вопрос оказывается более неожиданным:
— А правда, что Филис и Грейден тебя не поделили?
Да уж, слухи не только распространяются быстрее пожара в знойной степи, но и додумываются с еще большей скоростью.
Глава 10
Меня, честно говоря, так и тянет ответить: “Конечно! Им же нечего больше делить, как безродную пустышку! Спорят, кто интереснее поиздевается!” Но я предпочитаю сделать вид, что поперхнулась картошкой, и обдумать ответ.
— Я просто оказалась рядом… А Филис…
— Ой, — мечтательно вздыхает Тайра, — говорят, он в прошлом году ради одной девушки разорвал помолвку… Ну, там была запутанная история, и та вроде как его бросила… Короче, когда он уже должен был выпуститься, но вдруг вернулся в академию, восторгов было!
Вот теперь я не выдерживаю и закатываю глаза. Тоже мне нашли причину восторгаться!
— Так с ним же эта… Ист… Красивая такая, — говорю я, едва сдерживаясь, чтобы не вывалить все, что я об этой ненормальной думаю.
— Да… Джессика Леймонт, — отвечает Тайра хмуро. — Она уже всем растрепала, что везде таскается с Филисом. Но… Однажды он же уже разорвал помолвку.
На пухлых красивых губах соседки расцветает мечтательная улыбка, как будто она уже представляет себя стоящей с Адреасом перед священником. Меня аж передергивает. К Ярхашу такие мысли!
— Мне кажется, с ним вообще не стоит иметь дел. У таких, как он, ни совести, ни сердца, — высказываю свое мнение я.
— Но мечтать-то не мешает, — Тайра неопределенно пожимает плечами: то ли серьезно, то ли нет.
Отодвигаю от себя пустую тарелку и принимаюсь за чай с пышной булочкой. Не помню, когда последний раз так хорошо ела.
— Да что в нем вообще такого? У него же разноцветные волосы, — спрашиваю я, как будто меня это удивляет.
— О! Говорят, что его прокляла какая-то ведьма, потому что он не ответил ей взаимностью. А поцелуй девы с чистой душой непременно снимет заклятие, — мечтательно отвечает девушка.
А я прикрываю глаза, чтобы не показывать всем своим видом то, что я думаю обо всем этом. И надо запомнить, что слухи тут разносятся по щелчку пальцев: что с Филисом, который здесь самое раннее с утра, что со мной насчет этой драки. И это они еще про меня не успели ничего придумать. Но это дело времени. К вечеру буду узнавать о себе новое.
Главное, чтобы они не узнали, что это именно я раскрасила их любимчика, иначе мне будет плохо.
Тайра говорит, что заданий пока не очень много, и берет на себя роль моего сопровождающего. Мы выходим с ней из столовой, болтая о расписании, преподавателях на нашем факультете и о том, где взять лучший чай после занятий — не совсем законно, кстати, и идем к хозяйственным постройкам. Мысли о маме, о лекарствах, о зарплате, которую я так и не получила, отодвигаются на второй план, уступая место насущному: нужно обустроиться здесь, чтобы потом суметь помочь своей семье.
В кладовой кастелянши пахнет камфорой, пылью и свежевыглаженным льном. Пожилая женщина с очками на хмуром лице долго рассматривает мои документы и ворчит, что все сроки выдачи уже давно прошли, а дополнительное все — только у комендантши в самом жилом корпусе.
Мне приходится объяснить ей, что я только-только зачислена, для меня это не дополнительный комплект, а совсем-совсем новый. Но ее это не сильно беспокоит, она получает особое удовольствие от самого процесса и того, что кто-то это ее ворчание слушает.
После того как она уходит в одну сторону кладовой, передо мной возникает стопка постельного белья кипенно-белого цвета. Всего по два: наволочки, простыни, пододеяльники. Если я правильно разбираю бухтение кастелянши, то одеяло и прочее ждет меня уже прямо в комнате.
— Ну-ка, дай я на тебя посмотрю, заморыш… — она приспускает очки на самый кончик носа и разглядывает меня. — Ну нет… Таких маленьких размеров у нас нет. Съездишь в город, ушьешь. Ну или дотерпишь до того, как сама с бытовой магией разберешься. А то ишь, сначала изнуряют себя до модного истощения, а потом иди ищи им одежду…
Она скрывается в другой части кладовой, возвращаясь со второй стопкой: две блузки из серой шерсти, шерстяные штаны охристого цвета, такая же юбка в пол, пиджак и еще тренировочный костюм из мягкой кожи. Сверху на это все ложится несколько смен белья, самого простого, но явно удобного, и чулки.
— Обувь сама выбери, стоит при входе, — она показывает на обувницу с весьма потертыми ботинками, хотя мне и такие будут за радость, мои-то точно давно менять пора. — И плащ там же висит. Но они у нас старые, настоятельно советую тебе иметь свой.
Она садится, словно теряя ко мне интерес, но потом внезапно вскидывает голову.
— А, да! Чуть не забыла: ботинки бери побольше, чтобы зимой на носок налезали, а то ноги застудишь. Да и не только ноги…
И все. На этом приемное время заканчивается, я подбираю себе обувь, но плащ не беру: уж совсем они оказываются потертыми, своим пока обойдусь, с трудом подхватываю обе стопки и выхожу на улицу, где меня осталась ждать Тайра.
— Ты что, не отказалась от этих ужасных ботинок? — спрашивает она.
Я еще раз бросаю на нее взгляд. Так-то здесь, на территории академии, сложно понять статус студента. Но, похоже, Тайра если не из богатой семьи, то уж точно из такой, которая не испытывает серьезных материальных трудностей.
— Может, для занятий они будут удобнее, чем мои? — пожимаю плечами.
— Может…
Удивительная девушка: вроде бы по мне и так внешне все ясно — денег нет, статуса нет, проблем выше крыши. А она как будто не замечает.
Груз белья оказывается приличным, но приятным. Это мое. Моя новая жизнь, моя форма студентки академии Лоренхейта. В груди теплится маленькая искорка надежды на то, что теперь станет чуть легче, и даже гордости, что я тут.
Наш жилой корпус оказывается недалеко за библиотекой, что логично, учитывая специальность. Аккуратное трехэтажное здание из теплого песочного камня с древним кленом с уже багровеющей листвой при входе. Небольшое, что, скорее всего, объясняется тем, что на нашем факультете не особо много желающих учиться. Но это даже к лучшему.
Мы с Тайрой прикладываем студенческие кристаллы к основанию ствола клена, и в двери жилого корпуса тихо щелкает замок.
— Тут почти как дома уютно, — говорит она. — Это сейчас почти никого нет, а к ночи все соберутся, и в гостиной будет не протолкнуться.
Внутри действительно царит тишина, нарушаемая лишь далекими шагами и приглушенными голосами из-за дверей. Пахнет деревом, воском, старыми книгами и сухими травами. Мы останавливаемся в большом холле-гостиной, уставленном удобными мягкими диванчиками и шкафами вдоль стен везде, где нет проходов и окон. И правда, уютно.
— Тебе на второй этаж, — говорит Тайра, рассматривая мой кристалл. — Ты вещи закинь свои, а потом еще за учебниками сбегаем. Буду тебя ждать тут.
Я киваю и по лестнице поднимаюсь на второй этаж. Кристалл подсказывает нужную дверь небольшим пульсирующим свечением, и я без раздумий прикладываю его к замку, который вполне закономерно открывается.
Толкнув дверь, делаю шаг внутрь и… даже не успеваю рассмотреть обстановку, как замираю. На одной из кроватей, стоящих в комнате, я замечаю сначала голую мужскую спину, а потом и то, что пониже спины. Парень двигается так, что это безошибочно позволяет определить процесс, который мне довелось лицезреть.
А потом по комнате проносится протяжный стон…
Ярхаш… И это мой первый день, которым я должна наслаждаться?!
Глава 11
Краска заливает мое лицо, я не успеваю сдержать вскрик удивления, пячусь к двери, мечтая остаться незамеченной, но стопки в руках рассыпаются, а ботинки с грохотом падают на пол.
— Какого демона? — раздается раздраженный женский голос.
Я слышу шуршание и возню со стороны кровати, но сама сосредотачиваюсь на том, чтобы собрать свои вещи, которые, как назло, разлетелись чуть ли не на полкомнаты.
В поле моего зрения появляются босые мужские ступни, мелькают поспешно надеваемые штаны, и едва слышится ворчливое мужское бухтение. Как только я убеждаюсь, что штаны на месте и я не увижу ничего, что не предназначается для моих глаз, поднимаю голову.
Тут же встречаюсь глазами с раздраженным зеленым взглядом соседки. Опасным.
Красивое лицо с острыми скулами, веснушками и носом с горбинкой, обрамленное короткими, но очень яркими красными волосами. Соседка не выглядит смущенной, только злой.
— Ты кто такая?! И какого дракона ты тут делаешь, ломясь без стука?! — она произносит почти спокойно, прикрываясь одеялом, но с таким видом, будто готова метнуть в меня огненный шар.
Я собираю рассыпанные вещи и чувствую себя полной идиоткой. Иридан переползает с пояса на плечо и замирает в цвете моего кристалла.
— Я… Ярика Сирен, — говорю я. — И теперь я тоже живу здесь.
Соседка морщит нос и кивает парню. Тот хмыкает и быстро уходит из комнаты, я даже не решаюсь рассмотреть его хорошо.
Физически ощущаю, как взгляд соседки скользит по моему поношенному платью, скромной сумочке, по Ири.
— Дай угадаю, кафедра Рукописей, да? — она фыркает и, даже не обернувшись в простыню, поднимается с кровати и берет свою форму. — Охра в кристалле.
Я на миг ошалело рассматриваю ее: ноль стеснения! Хотя… Смысл стесняться, когда выглядишь ТАК! Идеальное тело, тонкая талия, высокая грудь, чуть ли не светящаяся светлая бархатная кожа и… витиеватый узор на спине от копчика до самой шеи. Последняя завитушка заканчивается в волосах, но ее видно, потому как они коротко подстрижены.
Да… я успеваю рассмотреть все.
— Ты бы прикрылась, — наконец справляюсь со своими вещами и подхожу к кровати.
— Я ведьма, Ярика. Лисса Фенвик, — она пожимает плечами. — Одежда, знаешь ли… Просто аксессуар. А если тебя это смущает — стучи, когда входишь. Ну, если ты, конечно, не любитель подсматривать.
Гнев, смешанный с обидой, подкатывает к горлу. Обычно я гораздо более терпелива. Но сегодняшний день явно оказался “слишком” по всем фронтам. Во мне что-то лопается. Я бросаю на свободную кровать свою кучу вещей и выпрямляюсь во весь свой небольшой рост.
— Поняла, Лисса, — выпаливаю я, глядя ей прямо в глаза, а голос дрожит от возмущения. — Ценю предупреждение. Но учти и ты: я не собираюсь терпеть хамство. Особенно от соседки, которая принимает гостей в нашей общей комнате. Если ты собираешься водить своих, я уверена, многочисленных поклонников, обзаведись ширмой.
— Не боишься объявлять войну ведьме? — усмехается она.
— Война с драконом у меня уже есть, так что вряд ли ты меня еще чем-то сможешь удивить, — отвечаю я соседке и выхожу из комнаты.
Видимо, лицо, с которым я возвращаюсь к Тайре, говорит само за себя.
— Что-то не так? Я думала, ты переоденешься в форму.
— Я тоже так думала, — хмуро отвечаю я. — Пока не познакомилась с соседкой.
— Что, совсем зануда? Или неряха? — сочувственно спрашивает Тайра.
— Если бы. Ведьма, — отвечаю я.
