Наконец, услышал осторожные шаги на лестнице. Девчонка поднималась медленно, явно желая отсрочить свою казнь. А вот не надо, перед смертью всё равно не надышишься.
Встретившись со мной взглядом, она скривилась. А после расправила плечи и задрала голову, собираясь вынести мою отповедь гордой и несломленной.
Ха, смешно.
– И? – произнёс лениво.
Злость улеглась. Словно голодный зверь, она получила дозу свободы и вновь затихла. До следующего всплеска.
– И? – копируя меня, повторила Эмили.
Бессмертная она, что ли? Или в её деле затерялась справка о невменяемости?
– Я жду объяснений, почему вы не выполнили работу, которую я вам поручил?
Я ждал, что она скажет что-то дерзкое и девчонка не подвела, разыграла всё, как по нотам:
– Может быть потому, что я нанималась на совершенно другую должность?
Сделав шаг в её сторону, останавливаясь непозволительно близко, я плотоядно улыбнулся:
– Это мой отдел. И только я решаю, кто и какую должность здесь занимает. Ясно?
В её глазах вспыхнула злость и быстро пропала. Пожалуй, даже слишком быстро, что лишь усугубило мои подозрения в желании девчонки работать именно у меня. Она покорно опустила голову и почти покаянно произнесла:
– Простите, такого больше не повторится, – в голосе праведный гнев, с трудом замаскированный под чувство вины.
Не повторится, как же. А то я не видел, каким азартом горели её глаза, когда она возле трупа прыгала. И ведь, действительно, прыгала. Странная она, очень странная.
– У вас испытательный срок. Не забывайте об этом.
Отошёл в сторону, сделав приглашающий жест в сторону каморки. Конечно, при этом издевательстки улыбаясь. Эмили вновь вспыхнула, но поджала губы, чтобы не наговорить лишнего и вернулась к коробкам.
Ничего. Пусть поработает. Подумает над своим поведением, а я решу, что с ней делать дальше.
Глава 6
Эмили Эфор
А-а-а-а!
А-а-а-а-а-а-а!
Что за… ужасный человек!
Бестолково перекладывая вещи из одной коробки в другую, я злилась. Да что там! Не просто злилась! Я была в бешенстве! Хотелось разнести эту каморку, а ещё лучше развернуться и уйти…
При этой мысли я замерла, а после опустилась на какую-то подставку и закрыла лицо руками. Было ужасно обидно. За всё и сразу, но больше за то, что я не могла взять и высказать Лестеру Хайду всё, что про него думаю. Не могла, а очень хотела!
Ладно! Хорошо! Пусть!
Думает, я сломаюсь? А вот и нет! Не дождётся!
Встав, я с энтузиазмом принялась разбирать коробки. Расфасовывать – мелочи, вроде старых перьевых ручек, баночек с высохшими чернилами, статуэток и мятых листков, в одну сторону, а вещи, в основном жилеты и рубашки, в другую.
Я работала так, что ничего не слышала и никого не видела. У меня была цель – привести эту гадкую комнатушку в приемлемый вид в самые кратчайшие сроки. Поэтому, когда услышала многозначительное покашливание у двери, в прямом смысле слова, подпрыгнула на месте.
Подняв голову, на пороге каморки увидела Фреда. Парень улыбался, но в отличие от того же Лестера, в его улыбке не было ничего издевательского.
– Эмили, мы тут подумали, – он будто бы немного смутился, провёл пятернёй по затылку, – перерыв же. Чай с нами будешь?
– А… – выдохнула, растерянно оглядываясь по сторонам. Оказывается, я так увлекалась, что даже не заметила, что неразобранной осталась только одна коробка. Она стояла в самом углу, прикрытая двумя старыми форменными жилетами. – Мне нужно ещё пять минут, хорошо? – вновь перевела взгляд на Фреда. Нужно было закончить уже здесь, а то чего доброго, увидит Хайд, что я чаи распиваю, и опять мне влетит за то, что не выполняю порученную работу. А я ему больше такого удовольствия не доставлю, пусть изливает яд на кого-нибудь другого.
– Без проблем, – парень улыбнулся и прошёл в каморку. Без моей просьбы составил коробки одну на другую, выстраивая две ровные башни.
Удивительно, а комната оказалась не такой уж и маленькой. Если вынести отсюда стеллажи, то каморке можно найти достойное применение.
Благодарно кивнув парню, я прошла в угол. Аккуратно сложила жилеты и открыла коробку. Там лежали пожелтевшие от времени бумаги. На большей части из них были какие-то каракули, словно кто-то выводил их, совершенно не думая. Или думая, но совсем не о том, что выходит на бумаге.
Сложив их в отдельную стопку, я протянула руку, чтобы вытащить остальное, да так и застыла… Там, в коробке лежал розовый плетёный браслет, немного корявый, сделанный детскими неумелыми руками, но… Это был тот самый браслет, который я сплела для сестры. Сандра тогда сказала, что теперь всегда будет носить его с собой…
Сердце замерло, а потом принялось стучать с такой силой, что я на мгновение оглохла.
Это коробка с её вещами… Да, именно так… И…
– Помочь? – над головой раздался голос Фреда и я, машинально зажав браслет в руке, обернулась.
Сыграть безмятежность было сложно, но я старательно растянула губы в улыбке и отрицательно покачала головой:
– Нет, тут остались мелочи, – затем пружинисто подскочила на ногу, пряча браслет в карман, и с преувеличенным энтузиазмом произнесла, – вообще, потом закончу, тут осталось-то, так, ерунда.
Фред если и заподозрил что-то, то виду не подал. Лишь пожал плечами и пошёл вперёд.
– Идём, Джеймс теперь уже заждался, – парень не обернулся, чем я и воспользовалась. Спешно прикрыла коробку, а те самые жилетки, которые до этого отложила в сторону, вновь бросила поверх, чтобы никто не вздумал сунуться туда в моё отсутствие.
В общем кабинете было немноголюдно. Точнее, там был только Фред и мужчина, который подходил вчера ко мне, когда я выражала немой протест, сидя на ступенях. Кажется, парень назвал его Джеймсом.
– Светлого утра, – произнесла немного рассеянно.
Меня не отпускала мысль, что там, в этой треклятой комнате, лежат вещи моей сестры. Ведь там же может быть что-то такое, что поможет приоткрыть завесу тайны? Или всё важное отнесли в архив, а тут остались лишь ненужные мелочи?
Джеймс по-доброму усмехнулся, указав на свободный стул:
– Время уже давно перевалило за полдень, поэтому светлого дня всё же.
Смутившись, я прикусила губу и опустилась на стул.
– Спасибо, я просто, – замолчала, скользя невидящим взглядам по папкам с делами, – не следила за временем.
– Да мы так и поняли, – усмехнулся Фред, – ты даже не заметила, как уходил Хайд. А он ведь стоят и ждал, что на него-таки обратят внимание.
Что? Хайд ушёл? Так это к лучшему! Есть шанс, что я смогу перебрать коробку, а то, что посчитаю нужным, забрать домой.
– Будем считать, что я просто не пожелала смотреть на него, – криво усмехнулась, вспоминая то, как он меня отчитывал. Но злости больше не было. Если бы не это глупое задание, я бы не нашла вещи Сандры.
– Рассказывай, – вручая мне пузатую чашку с чаем, произнёс Джеймс.
Фред тем временем пододвинул ко мне тарелку с бутербродами. На тёмных ломтиках хлеба лежали тонкие кусочку мяса. Пахло умопомрачительно, пряно и немного остро. Рот тут же наполнился слюной.
– Ой, – вспомнила, – у меня тоже с собой есть!
Я же собирала с собой обед. Не боги весть какой, но поделиться нужно.
Сбегав к своему портфелю, достала бумажный пакет, в котором, завёрнутые в чистую ткань, лежали котлеты. Они были ещё тёплыми, а всё потому, что я научилась накладывать согревающие плетения даже на такие нестабильные материалы, как бумага и ткань. Бытовые заклинания неплохо давались мне.
– Вот, угощайтесь, – поставила еду на общий стол и первой взяла котлету, а затем, подумав, прихватила и бутерброд. А то подумают ещё, что я не хочу есть предложенное.
– О, как пахнет, – Фред потянулся к пакету и взял котлету. Джеймс же так и сидел с кружкой в руках, внимательно глядя на меня.
Ах, да, он же задал вопрос…
– О чём рассказывать? – безразлично пожала плечами. Затем откусила кусочек от бутерброда и зажмурилась на мгновение от удовольствия. На вкус мясо было таким же умопомрачительным, как и на запах.
– О том, как тебя сюда занесло, – мужчина усмехнулся.
Простой в общем-то вопрос, но просто на него не ответить.
Хотелось бы мне сказать им всё, как есть, но… Я уже проходила этот путь. Сразу после выпуска из приюта, я сделала официальный запрос и получила сухой ответ: «Информация не подлежит разглашению». Кроме того, что Сандра погибла на службе, больше ничего знать мне было не положено. Но я чувствовала, что что-то не так. Сестра всегда была осторожна, она много раз говорила мне о том, что не бросит меня, что не будет лезть туда, куда не нужно, даже если она знает о «них».
Пожалуй, из-за «них» я здесь и оказалась.
Моргнув, я вернулась в реальность и посмотрела на Джеймса.
– Я сама мечтала попасть сюда, – сказала чистую правду.
Пожав плечами, осторожно отпила из чашки горячий чай. Из-за злости, что бурлила во мне после «приятного» общения с начальством, я ни о чём больше и не думала, а сейчас внезапно поняла, что ужасно проголодалась. И, кажется, ничего вкуснее никогда не пробовала. Даже собственноручно приготовленные котлеты показались просто божественными. Хоть бери и сама себя хвали, но неудобно как-то.
– Мечтала? Сюда? – Джеймсу моё объяснение показалось абсурдным. Да любому в здравом уме оно бы показалось таким, но…
– А почему нет? – вновь пожала плечами. – Я, может, с детства желала ловить самых злостных преступников.
– А если без «может»? – вновь спросил мужчина.
Фред ничего не спрашивал. Он молча ел и, как мне показалось, с укоризной посматривал на Джеймса. В этом взгляде было что-то вроде – дай человеку поесть, а потом уже спрашивай. Но старший друг никак на его взгляд не реагировал, продолжая с пристрастием наблюдать за мной.
Так! Меня осенило! Неужели начальник попросил разузнать обо мне? Некрасиво как-то, неуважаемый Лестер Хайд! Если уж вам так интересно моё прошлое, то могли бы почитать личное дело, компрометирующего там ничего не было, а вот рекомендательных писем – хоть отбавляй.
Но виду я, конечно, не подала. Продолжила есть, как ни в чём не бывало.
– Если без «может», то меня всегда привлекало криминальное целительство. Разве это не чудесно, когда при вскрытии трупа, ты можешь помочь следствию? Это великая честь принадлежать к кругу людей, которые наказывают виновных!
Мужчины закашлялись, а Фред, бедняга, так и вовсе брезгливо скривился. Я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться. Сами спросили, теперь нечего возмущаться.
Пока больше никто ничего не успел произнести, парень возмущённо выдохнул:
– Джеймс, дай спокойно поесть, пока Лестер не вернулся, а то сейчас опять за что-нибудь отчитает.
Мужчина, как мне показалось, смущённо кашлянул и вполне искренне извинился:
– Простите, профессиональная привычка.
О, да, в это я могла поверить. Почти.
– А можно я вопрос задам? – прислонила к губам чашку и посмотрела на мужчин поверх её. Глоток не делала, сосредоточившись на их эмоциях. Мне всё же хотелось понять, их ли это была инициатива – пригласить меня на обед или нет?
– Давай, – Фред легко махнул рукой и тут же потянулся за ещё одной котлетой. Джеймс при этом выразительно вздохнул и закатил глаза, из-за чего парень тут же смутился и медленно убрал руку обратно. А потом вовсе завёл её за спину, будто опасался, что неосознанно снова потянется ща едой.
Я постаралась не рассмеяться. Напротив, склонилась к нему, он сидел по левую сторону от меня, и сказала:
– Бери.
Он посмотрел на меня, и я увидела на его щеках слабый румянец, это смотрелось настолько умилительно, так что я спешно отвернулась, чтобы не обидеть его своим неуместным весельем.
– Так что за вопрос? – напомнил о насущном Джеймс.
Спрашивать или не спрашивать? Хорошо, была, не была!
– А в этой каморке, которую я разбираю, что за вещи лежат?
Мужчина облегчённо выдохнул. Думал, я буду выпытывать какие-то тайны? Дались они мне! Я и без чужих тайн неплохо живу, мне своих хватает.
– Так это вещи бывших сотрудников, – он подался вперёд и взял-таки котлету из пакета. Испугался, что Фред всё съест и ему ничего не достанется? Хотя, судя по зверскому аппетиту парня, его опасения были не беспочвенны. – Ведь когда Лестер пришёл в отдел, он уволил всех, полностью заменив состав, а мелочи, которые никто не захотел забирать, стащили в эту комнату да заперли до лучших времён.
– И вот они наступили, – с усмешкой пробормотала я.
Но мне было не весело. Вовсе не из-за того, что меня превратили в уборщицу, сейчас я даже оказалась этому рада, а потому, что вещи Сандры не посчитали нужным отдать мне, после её смерти. Хотя… О чём я? Я была для всех маленькой и неразумной.
И ещё кое-что насторожило меня – почему весь состав был уволен и как давно Лестер Хайд стал главой отдела? Но об этом я, конечно же, спрашивать не стала. Потом лучше у Фреда узнаю, он, мне кажется, отнесётся проще даже к «подозрительным» расспросам.
– Можно и так сказать, – несколько виновато произнёс Джеймс, а потом внезапно добавил, – Ты бы, девочка, не злилась на Лестера, характер у него, конечно, скверный, и рычит он не всегда по делу, но… На самом деле, он неплохой человек.
Неплохой? Так я и не считала его плохим. Всего лишь гадким и отвратительным, но это, конечно же, другое.
– Не злюсь, – улыбнулась искренне, и добавила чуть тише, – уже не злюсь.
