— И зачем ты меня хотела?
Я почти выпалила, что не хотела, но это возвращало нас в начало неловкого разговора, оставалось смиренно кивнуть:
— Нужно кое-что отдать.
Наводящих вопросов Киан задавать не стал, уверенно направился в спальню, совмещенную с гостиной и, должно быть, кабинетом, если судить по изящному письменному столу в уголке. Жених задумчиво прошелся по покоям, словно оказался здесь впервые, и остановился перед картинами.
— Принесли дары от Власта?
— Оригинальный подарок, — сдержанно заметила я. — Крайне необычное искусство…
Киан не поленился приподнять полог и глянуть на картину. Одним глазком и явно не из любопытства. Наверняка он их уже видел и хотел убедиться, что художества лучше не стали, по-прежнему завораживающе уродливы.
— Ты хотела отдать их?
— А можно? — встрепенулась я и посмотрела на дракона с большой надеждой. Да просто как на избавителя невест от страшных монстров!
— Дар твой, и тебе им распоряжаться. Но я люблю иную живопись… — Он примолк, пытаясь подобрать на валлейском нужное слово и просто перешел на драконий: — Живую.
Да без проблем! Хоть пять порций.
В голове мгновенно сложился коварный план, как избавиться от двух порталов в преисподнюю. Пустишь дело на самотек, и они начнут кочевать за мной следом из комнаты в комнату.
— А если картины будут живыми, ты их повесишь у себя?
— Верно, — величественно кивнул он.
— Спасибо, — прижав ладонь к сердцу, счастливо вздохнула я. — Но я позвала тебя не из-за картин. У меня есть подарок.
— Где? — вдруг резковато произнес Киан, и зрачки на мгновение покруглели.
— Если подарки неуместны, то так и скажи, — немедленно уверила его, удивившись реакции. — Я не обижусь.
— Покажи мой дар. — Он попытался смягчить тон, но в голосе неожиданно просквозило нетерпение. — Пожалуйста.
Заставлять его ждать и устраивать интригу на ровном месте, я не собиралась. Мигом принесла из гардеробной подарочную коробочку с бежевым бантиком, чуток помятым в багаже.
— Благодарю за все, что ты сделал для меня, Киан Йорн. — С торжественной миной я вручила украшение будущему мужу.
Он немедленно проверил содержимое коробочки и перевел на меня вопросительный взгляд.
— Это брачный браслет, — пояснила я. — В Валлее такие принято надевать во время свадебной церемонии. Подбирала на глаз, но надеюсь, что подойдет по размеру. Только лучше пока не надевай, а то он…
Щелк! Характерный звук щелкнувшей застежки заставил меня испуганно моргнуть. Киан поднял руку и с интересом изучил украшение, идеально севшее на запястье.
— …не расстегивается, — тихо договорила я.
ГЛАВА 3. Вечер с дарами
Киан на секунду замер. Лицо оставалось невозмутимым, но взгляд сделался очень говорящий. И говорил он, кажется, бранными ругательствами. Возможно, не только на эсхире.
— С другой стороны, мы же все равно поженимся, правда? — Я решила, что самое время для оптимизма, и немедленно уверила: — Тебе очень идет браслет! Чудесно подходит к… руке.
— Анна, как много ты знаешь о двуликих? — мягким, почти ласковым тоном вымолвил он.
Стало ясно, что лучше бы мне знать побольше, но порадовать было нечем. До встречи с будущим мужем двуликими соседями из-за гор я не интересовалась, а в последнее время, когда следовало интересоваться крайне энергично, времени хватало только на учебу.
Немногочисленные знания я почерпнула из общения с друзьями-стражами и из одного любовного романа, прочитанного в прошлом году под влиянием общественности. Среди девушек вдруг случился бум на истории о драконах, я хотела приобщиться. Правда, с чего такой ажиотаж, не поняла.
— А давай устроим экзамен на знание через месяц? — предложила я.
Киан вздохнул и пояснил:
— Из второго лика мы выходим без одежды.
— В смысле, обнаженные? — удивилась я. — И никакой набедренной повязки?
Он развел руками.
Новое знание плохо приживалось в голове. В книжке про любовь штаны на драконе появлялись сами собой. Ни в одном абзаце он не расхаживал в голом виде, ошеломляя мир размером мужской харизмы. Спустился с неба и пошагал сугубо приличным мужчиной с прикрытым задом.
— Если не раздеться, то одежды не останется, — продолжил просвещение наивных невест Киан.
— А в браслете ты не сможешь превратиться в дракона, — резюмировала я, чувствуя, как начиная краснеть.
— Браслета тоже не останется.
Какая я все-таки дуроч… умничка! Просто погладить меня по голове и позволить в уголочке тихо издохнуть от смущения. Подарила щедрому жениху украшение, которое он даже не может носить! Разве что порадоваться, глядя на коробочку.
— Мы его сейчас снимем! — решительно заявила я. — С тобой рядом бытовой маг с академическим дипломом. Я все исправлю!
— Исправляй, — великодушно согласился Киан.
— Сейчас замок вскроем, только инструменты принесу…
Не успела развернуться, как он ловко сжал мой локоть, не давая отойти ни на шаг.
— Почему не магией?
— Поверь мне, иголкой безопаснее, — кивнула я с самым искренним видом, дескать, знаю, о чем говорю, и аккуратно убрала его руку.
Оттави, конечно, со мной не согласился бы. Однако заклятье разрушения мгновенно накаляло и плавило мягкие металлы. Вряд ли в этот раз рука заживет до свадьбы. На худой конец, до свадьбы какого-нибудь другого кейрима, ведь до нашей оставалась пара дней.
Снова я отправилась в гардеробную, а когда вернулась, Киан сидел за круглым столом и с интересом читал мой конспект по эсхирю. Он отложил блокнот и проследил, как я раскатываю на столе кожаный чехол с инструментами. Многие выглядели не лучше пыточных, особенно резцы с острыми лезвиями.
Вытащив из кармашка тонкое шило с деревянной ручкой, я присела на соседний стул и с фальшивой улыбкой предложила:
— Приступим!
Не меняя расслабленной позы, он молча протянул руку с браслетом. Я покрепче сжала его запястье с выступающими венами и пробормотала на выдохе:
— Не нервничай.
— И не думал, — не сводя с меня глаз, проговорил Киан на эсхире.
— Да я не тебе, а себе, — проворчала я и попыталась аккуратно просунуть тонкое острие в едва заметную щель крепления…
Через полчаса безрезультатного ковыряния браслет по-прежнему украшал драконью руку. Я перестала ругаться мысленно и начала ругаться вслух, почти не выбирая выражений. На золотом браслете появились три отчетливые царапины. Киан продолжал демонстрировать нечеловеческую выдержку и все еще не пытался выдать ценные указания.
Внезапно острие соскочило, оставив очередную бороздку на браслете, и впилось ему в руку. Надо отдать должное, он не вздрогнул, только прикрыл глаза и резко выдохнул. На коже внезапно проступила полоска крупных серебристых чешуек.
— Безопаснее магии? — должно быть, проглотив долгое матерное вступление, коротко спросил он.
— Прости! — покаялась я. — У нас считается, что брачные браслеты застегивают один раз и на всю жизнь. Делают на совесть. Оттави я тоже случайно ткнула в руку, когда с него браслет снимали.
Я продолжила расковыривать треклятый замочек.
— Оттави? — через паузу прозвучал в тишине вкрадчивый вопрос.
Пришлось оторваться от нервирующего занятия и поднять взгляд. Киан вопросительно изогнул брови.
— А он не рассказал тебе эту забавную историю? На нем браслет застегнули в ювелирной лавке, но все закончилось хорошо… Не этот браслет, а другой! — Я кашлянула в кулак, понимая, что случайно подставила приятеля. — Уверена, здесь легко открывается. Надо просто нажать в нужное место.
Поиск нужного места занял еще полчаса и стоил Киану очередных двух уколов острым шилом. Видимо, он подстраховался, и чешуйки с кожи в принципе не исчезали, а проткнуть их оказалось невозможно. С каждым разом они становились все плотнее. Кажется, мы приближались к сакраментальному моменту, когда дракон был готов принять вторую ипостась, а потом обратиться в обнаженного мужчину без браслета, уже не истыканного острием пыточного инструмента.
Внезапно раздался щелчок, и браслет раскрылся. Никогда в жизни не смогу объяснить, как сумела победить застежку.
— С ума сойти! Получилось! — с облегчением выдохнула я. — Киан Йорн, тебе повезло, что твоя невеста умеет управляться с шилом!
— Да, — усмехнулся он, потирая запястье, — редкое счастье.
— При случае отдам браслет ювелиру. Переделаю застежку и верну, — предложила я, пряча украшение в коробочку.
Киан молча протянул руку, предлагая ему вернуть подарок. Спорить не стала: отдала коробочку. Бантик печально свалился с крышки, я его поспешно подхватила в воздухе и тоже вручила владельцу.
— Чтобы весь комплект, — пояснила я.
Он покрутил в руках уставший от жизни, опечаленный бантик и поднялся со стула, вынудив меня встать следом.
— Благодарю за красивый дар, Анна.
— Сказала бы «носи с удовольствием», но это вряд ли, — пошутила я.
— И спасибо за бесценный опыт.
— Действительно, где тебя еще шилом истыкают? — смущенно пробормотала я в ответ. — Но ты ведь не отменил разрешение писать тебе, если что-то будет нужно?
— В любое время.
Через некоторое время вернувшиеся горничные с опаской наблюдали, как будущая первая леди Фьорета, постукивая по ладони подозрительной металлической указкой длиной с чернильную ручку, рассматривает страшенную бестию на одной из картин.
— Приступим, — скомандовала я и занесла стило для ремонта магических слоев над картиной.
— Эйлин Анна! — воскликнула одна из девушек, заставив меня недоуменно оглянуться через плечо.
— Что? — спросила я на эсхире.
— Нельзя!
Она с отчаяньем указала на рабочий инструмент в моих руках. Вторая служанка, кажется, приготовилась упасть в обморок. Похоже, обе посчитали, что хозяйка собиралась испортить бесценный свадебный дар. Нет, я собиралась, конечно, но не портить, а улучшать.
— Не бойтесь, девы! У меня диплом всего с шестью четверками, — успокоила испуганных девушек, но была бы убедительнее, говори они на валлейском. Пришлось подсмотреть в конспекты и медленно произнести: — Все будет хорошо…
Через некоторое время всем и даже бестиям на картинах стало очевидным, что ничего хорошего не получится. По плану монстры были обязаны ловить бабочек, и я почти добилась цели… Ключевое слово: почти.
У одной бестии вырастали резные крылья. Она ими размахивала и сжирала единственную героическую бабочку-переростка размером с мой кулак. Следом из встопорщенных ушей начинал валить синий дым.
Вторая страшилка, с придурковатом видом сведя алые глаза на переносице, облизывала полотно изнутри, словно возила языком по стеклу. Вокруг башки кружился рой мелких синих бабочек.
— Что я хочу от картин человека с псевдонимом Янгель Подлунный? — проворчала я себе под нос, наблюдая за этим беспрерывным безобразием. — Какой художник, такие бестии. Согласны, девушки?
Я обернулась через плечо. Огромная комната оказалась пуста, пространство заливал рыжий свет уходящего за горы солнца. Девушки, по всей видимости, осознали, что хозяйка не собирается уничтожать свадебные дары, и нашли занятие поинтереснее. Может, решили пообедать. Иначе недолго протянуть ноги, наблюдая, как деятельная невеста раз за разом проговаривает непонятные слова и с раздражением размахивает металлической штуковиной.
— Заново, — буркнула я, нарисовав стило на тонком магическом слое две скрещенные линии, и полотна приобрели первоначальный вид.
Через некоторое время горничные вернулись и принялись зажигать лампы. В покоях стало светлее, а я не заметила, что за окном начало смеркаться. Стояла перед картинами и придирчиво наблюдала за оживленными бестиями.
Первая наконец перестала отращивать крылья… Она отращивала три пушистых лисьих хвоста. Из торчащих, как у фенека, ушей вылетали похожие на мыльные пузыри синие сердечки и лопались, достигая края картины. Вторая бестия больше ничего не облизывала. Усаживалась на задние лампы, как кошка, задирала голову и следила за порхающими вокруг бабочками. С внезапным косоглазием милого монстра справиться не удалось.
— Девушки, время позвать жениха, — заключила я и отряхнула ладони, словно занималась пыльной работой.
Во второй раз ждать долго не пришлось. Киан вошел в покои без приглашения, видимо, было достаточно один раз встретить с поклонами и ритуальными фразами. Скромно сцепив руки в замок, с вкрадчивой улыбкой галериста, готового загнать за немыслимую сумму бездарную мазню, я стояла возле картин.
— Что у тебя… — начал Киан несколько резковатым тоном, но вперился взглядом в оживленных бестий и задумчиво договорил: — это?
— У меня твой любимый вид искусства. Живые картины, — прокомментировала я. — Можно забирать.
На покои опустилась такая тишина, что было слышно, как в какой-то лампе потрескивает магический огонек.
— Сердца? — медленно спросил Киан, намекая, на мыльные пузыри.
— Символ моего доброго отношения к будущему мужу, — на ходу сочинила я, прижав руки к груди.
— А что с ее глазами? — Он указал на косящую бестию.
