— Я боюсь, что ты уронишь меня по дороге, — настаивала я. — Приноровимся, позу выберем.
— Позу? — вкрадчиво уточнил он.
— Лицом или спиной, стоя, сидя… кхм… лежа. — Я дернула плечом, давая понять, что варианты закончились. — Просто это мое первое похищение драконом. Хочется долететь до ритуальной чаши в целости и сохранности. Желательно в своем уме. Но если ты уже поднаторел в этом деле, то я, конечно, доверюсь мастеру…
— Ты сказала «мастеру»? — уточнил он.
— Я знаю, что драконы любят воровать девушек.
Внезапно в его глазах с вертикальными зрачками вспыхнул насмешливый огонек, уголок рта дернулся в ироничной улыбке. Опершись локтями о стол, будущий муж-похититель сцепил пальцы в замок и некоторое время изучающе рассматривал мое лицо.
— Что? — не выдержала я.
Он произнес длинную фразу. Красивую, сложную, певучую и, без сомнений, ужасно язвительную. Смысл от меня ускользнул еще на первом звуке.
— Ты же осознаешь, что я тебя не поняла? — невольно переиначив его вопрос, вымолвила я.
— На это и был расчет, — усмехнулся Киан.
После обеда он проводил меня — нет, не до покоев, — до дверей столовой. Большая делегация уже исчезла, и нашего возвращения в мир после ритуальной, но весьма сытной трапезы ожидал смотритель с двумя горничными.
— Служанок специально выбрали по твоему возрасту. Смотритель Вигдис покажет твои комнаты, — объявил Киан. — Завтра госпожа Фрея тебе расскажет о брачном ритуале. Отдохни хорошо.
— Как мне с тобой связаться, если что-то понадобится? — спросила я.
— Ты обо всем можешь попросить Вигдиса.
Мы одновременно посмотрели на седовласого смотрителя.
Тот слегка поклонился.
— Есть проблема, — вздохнула я. — Он знает язык жестов? По-другому я с ним объясниться не смогу.
И снова мы обратились к Вигдису. Кажется, тот занервничал. Возможно, начал подозревать, что иноземка замышляет против него недоброе. Кланяться второй раз не стал, ограничился кивком.
— Просто пришли ко мне горничную с запиской, — сдался Киан.
На этом мы попрощались. В некоторой растерянности я вышла из столовой, но внезапно поняла, что еще кое-чего не уточнила.
— Еще вопрос, — заявила ему, подняв указательный палец. — А как я завтра договорюсь со свахой? Конечно, я спрошу у нее, как пройти в библиотеку, но вряд ли это поможет делу.
— Через переводчика, — уверенно пообещал Киан.
— Хорошо. — Я уже хотела уйти, но не удержалась. — Последний вопрос. У тебя все это время был переводчик?
— Найдем, — коротко ответил он.
— Тогда пошла обозревать владения, — сдалась я. — Если что, напишу.
В общем-то, больше сказать было нечего ни на валлейском, ни на эсхире. Оставалось удалиться и познакомиться с новыми владениями.
По дороге мне позволили полюбоваться дворцом и видом из окон. Когда в широком коридоре горничные открыли двери и я ступила в покои, то мигом почувствовала себя девицей из глухой деревни, случайно попавшей к цивилизованным драконам.
Спальня оказалась роскошной и огромной, в жизни такой не видела. В смысле, видела, но на картинках. Стены были отделаны дубовыми панелями, с потолка спускалась каскадная люстра. Высокие арочные окна, выходящие на фьорд, украшали разноцветные витражи. Широкая кровать резным изголовьем утопала в алькове, на полу лежал шерстяной ковер.
Похоже, вид у меня был столь обалделый, что смотритель на всякий случай уточнил:
— Вам подходит, эйлин4[4] Анна?
— Хорошо, — без особой сноровки проговорила я на эсхире и поспешно добавила: — Спасибо.
Чтобы смотритель не подумал, что невеста будущего владыки мало что темная, так еще и невоспитанная.
— Прислали свадебный дар, — стараясь говорить исключительно простыми фразами, объявил Вигдис и указал на две картины, стоящие на мольбертах и накрытые покрывалами.
Пришлось выдать контрольные «хорошо» и «спасибо».
Похоже, смотритель решил, что его просят немедленно продемонстрировать ценный подарок, и снял чехлы с полотен…
На картинах были изображены две страшенные бестии, каких в питомнике для монстров даже за деньги не увидишь. Пятипалые, двухвостые и оскаленные. Они щерили клыки, выгибали спины и словно хотели вцепиться друг другу в глотки. Слюна капала крайне живописно, глаза, намазюканные алой краской, тоже были весьма колоритны.
Некоторое время мы всем квартетом в гробовой тишине рассматривали эти образчики северного искусства.
— Янгель Подлунный, — невозмутимо представил картины Вигдис.
— Прислал? — тихо уточнила я.
— Художник. — Смотритель задумчиво помолчал. — Он из Родолесса.
Родолесс — королевство, известное сильной школой бестиологии, дорогим бренди и очень странным искусством. Образчик такого сейчас стоял на фоне окна и, прямо сказать, портил божественный вид на мирные фьорды.
— Это многое объясняет… — пробормотала я себе под нос на родном языке и уточнила для ясности: — А прислал кто?
— Кейрим Власт из Фрайта, — пояснил Вигдис. — Закрыть?
— Пожалуйста, — согласилась я на эсхире, но немедленно поняла, что выдала не волшебное слово, а сказочное ругательство, и от смущения на секунду прикрыла глаза.
Господи боже, отдайте мне конспекты, записанные на занятиях с профессором, и больше ничья душевная организация не пострадает! Моя — в том числе. В этих священных писаниях культурного человека были крайне пристойные фразы на любые случаи жизни.
— Эйлин Анна? — обратился ко мне смотритель.
— Кхм?
— Согласен с вами, — невозмутимо прокомментировал он и отдал короткий приказ девушкам.
Картины исчезли под белым полотном. Унести дары он, правда, не предложил. Ушел, а страшные бестии, присланные от владыки северного полуострова Фрайт, остались. Непременно из большой благодарности отправлю этому кейриму что-нибудь необычное… Плакат оперного певца, который будет улыбаться, как натуральный псих!
Оставшись втроем, мы с девушками некоторое время друг друга разглядывали, глупо улыбались и молчали. Они ждали распоряжений, а я примерялась и так и сяк, как договориться с людьми, которые уже узнали меня с неприглядной стороны. Не знаю, кто из нас испытывал большее смущение.
— Что ж… — Я растерла ладони и огляделась по сторонам: — Где мои вещи?
Жестами девушки указали мне направление. Оказалось, что в покоях была большая гардеробная… отчасти похожая на торговый зал лавки готового платья. На деревянных плечиках висела женская одежда, очевидно, сшитая по моим меркам. Сходи я с ума по платьям и подаркам, свихнулась бы от восторга и осталась в этой гардеробной жить. Похоже, на будущей жене Киан Йорн экономить не собирался.
В центре стоял портняжный манекен с длинным алым нарядом, расшитым золотой нитью. Приблизившись, я огладила ладонью бархатистую мягкую ткань, пропустила через пальцы тонкое кружево на вороте. По традиции драконы венчались в красном.
— На свадьбу? — спросила у девушек, и те одновременно закивали. — Красиво.
Три скромных дорожных сундука притулились друг к другу потертыми боками и на фоне новых вещей выглядели как будто неуместно.
— Открываем! — скомандовала горничным, потому как слово «разбираем» не знала, а «пожалуйста» добавлять побоялась.
Разбор багажа занял позорно мало времени. Пока помощницы искали место для моих скромных платьев, я вытащила из ларца с особо важными вещами коробочку с браслетом. Думала подарить в день свадьбы, но гардеробная с приданым как бы тонко намекала, что будущего мужа следовало поблагодарить. И пусть подарок был скромен, но, как говорят хорошие люди, ценность — в намерении и внимании, а не в стоимости. Хорошие люди не будут врать. Пожалуй, приму их точку зрения.
Достав из сундука деревянный пенал и блокнот, я черкнула коротенькую записку «Удели мне пять минут» и выдрала лист.
— Отнеси кейриму, — попросила горничную.
Она с трепетом приняла сложенное вчетверо послание и поклялась исключительно поэтичной фразой:
— Буду ветром в крыльях!
— Да не лети, мы никуда сегодня не опаздываем, — ответила я на валлейском, напоролась на вопросительный взгляд и выдала коронное: — Спасибо.
Служанка действительно выскочила из гардеробной, словно ей в спину дул ветер. Но время шло, вещи были окончательно разобраны, а она не вернулась. Видимо, где-то в середине пути ветер поменял направление и начал шпарить в лицо, заставляя преодолевать на волевых каждый шаг.
На поиски пропавшей коллеги вызвалась отправиться вторая горничная. Мы договорились с помощью универсальных фраз из конспекта. Девушка тоже унеслась на крыльях ветра. И исчезла. Через полчаса я поймала себя на дурацкой мысли, что переехала в страшное место, где исчезают все, кто пытается найти будущего кейрима.
Не придумав лучшего способа обнаружить пропавших служанок, я выглянула в коридор и наткнулась на стражей, охраняющих двери. А еще нашла Киана собственной персоной, уверенной походкой шагающего к моим покоям. Исчезнувшие горничные семенили следом с лицами, полными незамутненного благоговения, словно хозяин дворца случайно наткнулся на них в паутине коридоров и лично вывел в цивилизацию.
Киан остановился передо мной и некоторое время молча рассматривал. Войти не пытался и чего-то терпеливо ждал, хотя я уже подвинулась в дверях, недвусмысленно предложив покорить женские покои.
— Заходи, — кивнула я.
— Пригласи, — уронил он.
— Ох! Добро пожаловать. И это… Ветра! В крылья.
И он пожаловал. Горничные зайти не посмели, остались в коридоре дожидаться, когда закончится наше внеплановое свидание. Я по привычке потянулась к бронзовой ручке, но один из стражей аккуратно прикрыл дверь без моей помощи.
— Ты хотела меня, — проговорил Киан на валлейском.
— Не хотела! — почти испугалась я. — В смысле, хотела, но не тебя. Нет, тебя. Боже! Ты мне нужен. Не в принципе, а сейчас…
Окончательно выдохшись, я замолчала. Уголок рта Киана дернулся в кривоватой улыбке.
— И зачем ты меня хотела?
Я почти выпалила, что не хотела, но это возвращало нас в начало неловкого разговора, оставалось смиренно кивнуть:
— Нужно кое-что отдать.
Наводящих вопросов Киан задавать не стал, уверенно направился в спальню, совмещенную с гостиной и, должно быть, кабинетом, если судить по изящному письменному столу в уголке. Жених задумчиво прошелся по покоям, словно оказался здесь впервые, и остановился перед картинами.
— Принесли дары от Власта?
— Оригинальный подарок, — сдержанно заметила я. — Крайне необычное искусство…
Киан не поленился приподнять полог и глянуть на картину. Одним глазком и явно не из любопытства. Наверняка он их уже видел и хотел убедиться, что художества лучше не стали, по-прежнему завораживающе уродливы.
— Ты хотела отдать их?
— А можно? — встрепенулась я и посмотрела на дракона с большой надеждой. Да просто как на избавителя невест от страшных монстров!
— Дар твой, и тебе им распоряжаться. Но я люблю иную живопись… — Он примолк, пытаясь подобрать на валлейском нужное слово и просто перешел на драконий: — Живую.
Да без проблем! Хоть пять порций.
В голове мгновенно сложился коварный план, как избавиться от двух порталов в преисподнюю. Пустишь дело на самотек, и они начнут кочевать за мной следом из комнаты в комнату.
— А если картины будут живыми, ты их повесишь у себя?
— Верно, — величественно кивнул он.
— Спасибо, — прижав ладонь к сердцу, счастливо вздохнула я. — Но я позвала тебя не из-за картин. У меня есть подарок.
— Где? — вдруг резковато произнес Киан, и зрачки на мгновение покруглели.
— Если подарки неуместны, то так и скажи, — немедленно уверила его, удивившись реакции. — Я не обижусь.
— Покажи мой дар. — Он попытался смягчить тон, но в голосе неожиданно просквозило нетерпение. — Пожалуйста.
Заставлять его ждать и устраивать интригу на ровном месте, я не собиралась. Мигом принесла из гардеробной подарочную коробочку с бежевым бантиком, чуток помятым в багаже.
— Благодарю за все, что ты сделал для меня, Киан Йорн. — С торжественной миной я вручила украшение будущему мужу.
Он немедленно проверил содержимое коробочки и перевел на меня вопросительный взгляд.
— Это брачный браслет, — пояснила я. — В Валлее такие принято надевать во время свадебной церемонии. Подбирала на глаз, но надеюсь, что подойдет по размеру. Только лучше пока не надевай, а то он…
Щелк! Характерный звук щелкнувшей застежки заставил меня испуганно моргнуть. Киан поднял руку и с интересом изучил украшение, идеально севшее на запястье.
— …не расстегивается, — тихо договорила я.
ГЛАВА 3. Вечер с дарами
Киан на секунду замер. Лицо оставалось невозмутимым, но взгляд сделался очень говорящий. И говорил он, кажется, бранными ругательствами. Возможно, не только на эсхире.
— С другой стороны, мы же все равно поженимся, правда? — Я решила, что самое время для оптимизма, и немедленно уверила: — Тебе очень идет браслет! Чудесно подходит к… руке.
