— Я ничего не сказала.
— Вы посчитали. Я видел, как вы разложили цифры в уме. — Он покачал головой. — Мой вам совет: не сейчас. У вас в Норфолке канал, завод и дороги, а также производство в Саутуорке и его высочество принц. Довольно.
Он был прав, я это знала, и все же весь остаток ужина у меня в голове против воли складывались цифры: четыре сотни акров, два десятка дворов, мельница, ручей. Земля в Кенте. Два дня пути от Лондона и хозяин, который не может вернуться.
К девяти дом стих. Мы перешли в малую гостиную, дождь все еще шелестел за окнами, угли оседали, и миссис Грант, зная привычку графа, уже разложила карты на ломберном столике. Артур, устроившись в кресле у камина, немного поворчав на его неудобство, подвинул колоду ко мне и с усмешкой заговорил:
— Сдавайте и рассказывайте, что вам такого поведал мистер Финч. С семи часов у вас такой вид, будто вы что-то замышляете.
Я сняла колоду, и чуть помедлив, произнесла:
— Привилегия Уатта истекла.
Артур поднял брови.
— Когда?
— В тысяча восьмисотом году.
— Два года назад. И об этом никто не знает?
— Кто-то знает, но не те, кто в этом заинтересован.
Я раздала карты и взяла свои.
— Артур, они два года боятся покойника.
— Катрин, это вернейшее описание половины того, что делается в нашем королевстве. — Он просмотрел карты и выбрал одну. — И что вы намерены делать с покойником?
— Оставить его в покое и вспомнить, что мистер Радд рассказывал мне в конце зимы.
Я объявила терц. Артур поморщился, но карту все-таки положил.
— В Лидсе есть механик по имени Мэттью Мюррей. Из простых, начинал подмастерьем, теперь имеет собственное заведение. Радд говорил о нем с таким уважением, какого я от него прежде почти не слышала, а Радд, как вы знаете, скорее откусит себе язык, чем похвалит чужую работу. Он утверждает, что станки Мюррея работают с редкой точностью.
— Похвально. И что же?
— А то, что ему становится тесно. Дело растет, заказов больше, земля возле мастерских дорожает, свободных участков почти нет. И Мюррей слишком хорош, чтобы нравиться Сохо.
Артур, до сих пор разглядывавший свои карты, поднял глаза. В камине осел уголек, на мгновение ярче осветив его лицо, а за окнами все так же ровно шуршал дождь.
— Вот как.
Я выложила карту и потянулась за следующей.
— У него есть мастера, имя и заказы. У вас есть то, чего нет у него.
Артур прищурился, будто действительно принялся перебирать собственные достоинства.
— Семьдесят лет, подагра и крайне дурной характер?
— Земля.
— Земля… как прозаично, — рассмеялся Артур и наконец сделал ход. — Из всех моих достоинств вы выбрали самое унылое.
Я дождалась своей очереди, забрала взятку и только тогда продолжила:
— Артур, у вас есть свободная земля, которую вы согласились бы продать?
На этот раз он не ответил сразу. Сперва закончил взятку, потом собрал карты веером, еще раз просмотрел их, словно ответ мог обнаружиться между королем и девяткой, и отложил на колени.
— Есть, — выговорил он наконец. — Разумеется, есть. Полтораста акров за старой пустошью, вдоль дороги на Тетфорд. Земля скверная, под пашню не годится, овцы и те ходят неохотно. Я четыре года сдавал ее в аренду Уолту за смехотворные деньги, потому что он желал числиться землевладельцем в Норфолке.
— И?
— И полагаю, что сейчас он в ней не нуждается. Я согласен, даже если завод не окупится ни разу.
— Он окупится.
— Тем лучше.
— Артур, вы понимаете, что из этого выйдет?
— Понимаю, что мне придется терпеть еще одного механика.
— Хуже… заводу понадобятся рабочие. Не двадцать человек, а, возможно, сотня, а если он переведет часть мастеров из Лидса еще больше. Вместе с женами и детьми это несколько сотен человек, которых надо где-то поселить.
Артур нахмурился.
— В трех деревнях вокруг столько свободных домов нет.
— Вот именно, — согласилась я и только теперь, проговорив это вслух, сама увидела масштаб. — Одним заводом дело не ограничится. Рабочим понадобятся дома, следом появятся лавки, колодцы, школа, а если поселок разрастется — рано или поздно и часовня. Значит, кирпича потребуется в несколько раз больше, Маршам придется нанимать людей, которых в Хоу-Энде тоже нет, а дорогу от старого тракта, которую мы сейчас засыпаем известью для кирпичных подвод, разобьют в первое же лето. По ней пойдут станки, железо, уголь...
— Канал, — сказал Артур.
— Верно, канал. Мы с вами занялись им весьма вовремя. Машину или котел на телеге по норфолкской грязи не увезешь, ось хрустнет на второй миле. А баржа возьмет их и не заметит.
Артур медленно кивнул.
— Восемь миль воды от Денвера до среднего шлюза.
— И от среднего шлюза до вашей пустоши четыре мили по суше, которые надо мостить как следует, а не так, как мы мостим под кирпич.
Он собрал карты в стопку и постучал ими по столу, выравнивая.
— Катрин. Вы описали конец моей тихой жизни. — Он произнес это без всякого возмущения, скорее с любопытством. — Я женился на вас, полагая, что приобретаю занимательную собеседницу и некоторое количество новшеств. С тех пор в моем доме появились трубы, горячая вода, инженер, внук, три кошки, лечебный дом и восемь миль судоходной воды. Теперь вы предлагаете завод и поселок при нем.
— Боюсь, это так.
— Боитесь вы напрасно. В семьдесят лет я обнаружил, что тишина — самая переоцененная вещь на свете. В тишине, Катрин, слишком хорошо слышно, как идут часы.
Он произнес это буднично, почти между делом, и сразу потянулся за следующей картой, но я на мгновение задержала на нем взгляд.
— Ваш ход, — напомнил Артур.
Мы доиграли партию. Артур выиграл, обвинил меня в том, что я снова поддалась, и немедленно потребовал реванша. Я принялась тасовать карты, все еще думая о земле, дорогах и том, сколько всего потянет за собой один завод, когда вспомнила разговор Артура с королем.
— Артур, у меня к вам еще одна просьба.
— Сегодня вы необычайно дороги в содержании.
— Его величество упоминал мистера Кока из Холкема.
— Упоминал и весьма благосклонно.
— Вы с ним знакомы?
Артур фыркнул.
— Катрин, всякий землевладелец в Норфолке знаком с Коком, хочет он того или нет. Если вы не желаете слушать о клевере за обедом, он найдет способ рассказать вам о нем после обеда. Если сумеете избежать его там, настигнет на охоте. — Он сбросил карту. — Зачем он вам?
— В мае я сею свеклу.
— Ах да. Свекла.
— Не говорите о ней так, будто речь идет о неприятной родственнице. Я знаю, что из нее можно получить сахар, и знаю, что делать с корнем после уборки. Но я в жизни не засевала поля, и понятия не имею, как свекла поведет себя в норфолкской земле: когда лучше сеять, насколько глубоко, чем удобрять, что делать, если в мае ударит поздний мороз.
— Вы просите совета?
— Знакомства. Совета я попрошу сама, если мистер Кок согласится его дать.
— Он согласится. — Артур усмехнулся. — Кок много лет убеждает норфолкских землевладельцев не обращаться с землей так, как обращались их деды. А тут является графиня Хавершем и просит помочь ей с культурой, которую здесь почти никто не выращивает полями. Он будет счастлив.
— Тем лучше.
— Нет, Катрин, вы опять не понимаете. Он будет счастлив подробно и через месяц вы начнете прятаться от его писем. А еще должен вас предупредить. Кок не злонамерен, но полезное знание, по его мнению, существует именно затем, чтобы им делились. Если вы объясните ему, зачем вам эта свекла, к июлю будет знать половина Норфолка, а к августу сведения доберутся до Сити.
— Не объясню. Скажу то же, что говорила мистеру Браме. Корм для скота.
Артур покачал головой.
— Однажды, Катрин, кто-нибудь из этих людей сложит два и два.
— Разумеется. Я лишь надеюсь, что к тому времени у меня уже будет завод.
На этот раз партия осталась за мной, хотя играла я из рук вон плохо и дважды едва не отдала Артуру верную взятку. Он долго изучал последние карты, подозревая меня в намеренном отвлечении противника разговорами о заводах и свекле, но доказать ничего не смог.
К себе я поднялась в начале двенадцатого. Джейн уже приготовила все ко сну и, разбирая мои волосы перед зеркалом, вполголоса перечисляла домашние новости: Пегги говорит, что мастер Эдмунд весь вечер говорил о барометре, миссис Грант велела передать, что бакалейщик снова прислал не тот чай, а из Норфолка ничего не было.
Последнее я отметила особенно. Значит, Моррису пока нечего сообщать.
Когда Джейн вынула последнюю шпильку и волосы рассыпались по плечам, я обнаружила, что думаю уже не об Уатте, не о Мюррее и не о земле, которую мы за один вечер успели мысленно застроить целым поселком, а о мистере Вэнсе и его желании обсудить дело лично…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/uliya-arnieva-32204810/saharnaya-imperiya-pravo-silnogo-74329669/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
