Сергей Тамбовский "Кто остался на трубе"

- Так, - сказала Лена, рассмотрев его, - одноразовая поездка стоит полдоллара, не слабо… но есть льготный тариф, двадцать пять центов.

- Давай спросим, кто входит в льготные категории, - предложил я и тут же осуществил свое предложение.

Кассирша за стеклом, толстая и страшная негритянка, пожевала губами и потребовала документы, я протянул ей свой паспорт, в ответ услышал, что нет, по льготному тарифу вы не проходите. Ну делать нечего, купил два желтеньких жетона за доллар, и мы двинулись далее.

- Пока ничего страшного я не увидела, - напомнила мне Лена про мои страшилки, - гранита и мрамора, конечно, нет, но в целом все неплохо…

Нью-Йорк – город контрастов

Ветка до нужной нам станции 96 стрит была прямая, как я успел узнать, посмотрев на схему возле кассы, поэтому хотя бы от пересадок мы были избавлены. А у Леночки впечатление от внутренностей нью-йоркского метро начало портиться уже через пару десятков метров. Начиная от двух бомжиков, которые приватизировали закуток справа от лестницы, ведущей на перрон.

- А чего их полиция не гоняет? – спросила она меня.

- Понятия не имею, - честно ответил я, - наверно договорились… сейчас декабрь, холодно на улице, вот они тут и греются… через месяц-другой уйдут.

- Мда, - добавила она, разглядывая кучи мусора на платформе и граффити на колоннах, - в Москве такого точно не бывает.

- Сейчас еще на вагоны посмотришь, - пообещал я.

- Слушай, а откуда ты про местное метро-то знаешь? – не смогла она не задать вопрос с подковыркой, - ты же никогда тут не был.

- Книжки иногда умные читаю, - выкрутился я, - плюс к тому отец у меня здесь побывал в командировке как-то раз.

Поезд подкатил довольно быстро, пять минут мы всего ждали. И оказался он ровно таким, как я его представлял – старым, разболтанным и расписанным граффити сверху донизу. Народу в нем по случаю середины дня немного сидело.

- Ну что, нравится? – спросил я у Лены с ехидной усмешкой, - привыкай, у нас впереди еще Гарлем ожидается.

В вагоне тоже было не особенно чисто, и ехали почему-то одни негры, но слава богу не буйные. Так что до пролива между Манхэттеном и материком мы доехали спокойно, а дальше линия метро вышла на поверхность и мы забрались на решетчатую эстакаду.

- В Москве тоже есть наземные участки, - заметила Лена, - на Филевской линии, например.

- Но таких вот ржавых эстакад там точно нету… а вот и Гарлем, если я ничего не напутал, - показал я вниз.

- Ничего особенного, - ответила после осмотра окрестностей она, - и не скажешь, что это негритянское гетто.

- Слушай, не надо употреблять тут слово негр и образованные от него прилагательные, - поморщился я, - здесь это за оскорбление считают.

- А как надо говорить? – удивилась она.

- Афроамериканец, вот как… однако мы почти что приехали – следующая станция 96 стрит…

- Так это чего, наше посольство почти что в Гарлеме стоит?

- Получается, что да, пошли на выход.

Здесь в отличие от Бронкса пришлось не подниматься из-под земли, а наоборот, спускаться с небес. Причем с довольно высоких небес, метров тридцать в высоту эта эстакада насчитывала.

- Нам туда, - указал я на виднеющуюся в просветах домов воду, - наши дипломаты живут на берегу озера.

- И небоскребов тут почти нет, - начала озираться по сторонам Лена.

- Все правильно, - ответил я, - это же не нижний Манхэттен, а верхний, периферия, можно сказать.

- А что там за озеро?

- Имени жены Кеннеди, как уж ее там… Жаклин. Оно, кстати, в Центральном парке расположено, озеро это, можно будет зайти потом…

- Что я, парков не видела, - машинально ответила Лена, когда мы уже миновали с полдесятка перекрестков.

- Как скажешь, дорогая, - тоже машинально ответил я, - но мы вроде бы на месте уже… видишь, наш флаг висит?

- Вижу, - сказала Лена, - домик-то небольшой.

- Ну так не посольство же, рангом пониже… - а домик этот представлял собой четырехэтажный особняк архитектуры примерно начала 20 века, ничем не отличающийся от соседей слева и справа.

Я нажал на звонок рядом с входом, дверь отворилась почти сразу же.

- Вы по какому вопросу, господа? – спросил нас по-английски накачанный мужик в строгом костюме, я с трудом удержал в себе ответ – господа все в Париже, ответил скромно и по-русски.

- Мы школьники из Союза, приехали по культурному обмену, наш куратор сказал, что надо отметиться здесь…

- Заходите, - мужик пропустил нас внутрь, но недалеко, до своей служебки, потом внимательно изучил наши паспорта и позвонил куда-то по внутреннему телефону.

За нами пришли довольно быстро, но не мгновенно, так что я успел разглядеть всю эту служебную комнату – на стенах тут висели плакаты наших выставок и гастролей в Америке, среди которых выделялся постер Большого театра с Плисецкой и Лиепой на переднем плане. А пришел за нами… трам-там-там… капитан Лебедев собственной персоной.

- Ну молодцы, что точно по графику прибыли, - сообщил он нам, - пойдем отмечаться.

- Никогда не был в посольствах, - ответил я ему, - интересно, как тут живут.

- Обычно, - поморщился Лебедев, - ничего интересного тут нет… кстати, с вами хотел побеседовать генконсул, Яковом Михайловичем его зовут.

- Конечно, побеседуем, Арнольд Львович, - кивнул я ему.

А регистрация в консульстве заняла буквально пять минут – все тот же универсальный Лебедев заполнил две какие-то бумаги, переписав туда номера наших паспортов, потом мы расписались в них, на этом, собственно, все и закончилось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/raznoe/kto-ostalsia-na-trube-74341222/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.