Кто остался на трубе — книга №3 серии «А и Б»

- Чего? – повысил он голос до угрожающего.

- Ну вот у нас в России за порядком на земле наблюдают специальные люди, называются смотрящие по району или там городу. Думаю, что и у вас что-то такое есть.

Боб сделал попытку схватить меня за лацканы пиджака, но я быстро увернулся.

- Давай не здесь, - предложил ему я, - сразу после занятий встречай меня на выходе, там и определимся с местом…

- Ладно, - сбавил обороты он, - в два часа на выходе… там и со смотрящим определимся.

И он вместе со своими напарниками отбыл в том же направлении, откуда появился. Джон, смотревший за этим представлением со стороны, подошел и сказал следующее.

- Зря ты вспомнил про смотрящих, Витя…

- Это почему? – не понял я.

- Они у нас немного не такие, как в твоем Нижнереченске – ну то есть по национальности похожие, а во всем остальном нет. Я один раз столкнулся с ними, больше не хочу.

- Ну что сделано, Джонни, то сделано, - тяжело вздохнул я, - если не получится, буду плакать, а пока надо жить и радоваться.

- Пойдем, второй урок начинается, - хмуро сказал он, а Лена, стоявшая молчаливо тут неподалеку, сочла нужным меня подбодрить, - все у тебя получится, Витя, я в этом уверена.

- Спасибо, Леночка, - кивнул я ей, и мы зашли в соседнюю комнату, на которой висела табличка “Математика”.

Здесь в виде разнообразия руководил процессами учитель, а не учительница. Он строго посмотрел на класс, увидел незнакомые лица и сразу же поставил вопрос ребром.

- Это вы русские? – обратился он к нам с Леной.

- Да, мистер, - ответил я, - мы самые они и есть… прямо из России.

- Меня зовут Деннис Крюгер, я буду вести курс алгебры и начал анализа. Как у вас с этим предметов в России было?

- Нормально, мистер Крюгер, - опередила меня Лена, - между А и В по вашей шкале оценок.

- Окей, садитесь… - задумался на пару секунд учитель, - в к4онце урока напишем небольшую контрольную работу, я посмотрю на ваши знания, а пока открываем тетради и записываем тему урока…

И далее он битых полчаса диктовал нам, как считается производная от непрерывных функций – и про физический смысл, и про экстремумы, и о правилах дифференцирования. Достаточно толково объяснил все, я это не смог не отметить. Ну а в итоге он, как и обещал, продиктовал нам задачу, кою мы должны были решить в последние четверть часа.

Задача была такая – составить уравнение касательной к простенькой квадратичной функции в точке х=1. Я справился с этой проблемой за пять минут, посмотрел, как там дела у Лены, через ее плечо в принципе видно было, что она там писала – у нее тоже задача двигалась к концу. А после этого я откинулся на спинку стула и расслабился. Крюгер подошел ко мне (я невольно вспомнил его однофамильца Фредди из ужастика восьмидесятых).

- Почему не решаем задачу? – строго спросил он у меня.

- Так закончил уже, мистер Крюгер, - просто ответил я.

- Ну-ка, ну-ка, - он забрал у меня тетрадь и бегло просмотрел мои каракули. – Молодец, теперь вижу, что успехи в алгебре ты не придумал.

Интересным в первый наш день в Хай-скул была только физкультура, это последним уроком значилось. Форму и кроссовки нам с Леной выдал тренер, поджары и высокий мужик с большими залысинами, представившийся, как Генри О’Рейли… из ирландцев, наверно, подумал еще я, у них это О перед фамилией означает внука или просто потомка.

Форма была, конечно, не новой, но чистой и даже выглаженной, и на майках значился логотип школы. А на уроке мы после разминки сыграли в баскетбол, сначала мальчики, потом девочки. У меня это получилось совсем неплохо, даже два трехочковых броска выполнил довольно чисто. А уже когда совсем все закончилось, я нога за ногу поплелся на крыльцо, ожидая разборок с хулиганом Бобом и его подельниками…

К декану Шварцу мы заглянули, как же, но кабинет 204 был намертво закрыт.

- Сам виноват, - сказал я Лене, - надо на рабочем месте находиться… ну не беда, завтра с ним поговорим, - и мы продолжили свой путь на свежий воздух.

А вот и обошлось без обещанных разборок – не увидел я на крыльце ни одного хулигана, они тоже, видимо, манкировали своими обязанностями, как и декан. Джон, который рядом со мной шел, удивился не меньше меня.

- Наверно, что-то случилось, обычно они за свои слова отвечают… ну пошли домой – можно автобуса подождать, можно пешком, тут минут двадцать всего. У вас какие дела на сегодня?

- Ой, - хлопнул я себя по лбу, - забыл совсем, мы же вчетвером вечером идем на хоккей, вот, - и я вытащил из кармана два билета в Мэдисон-сквер-гарден.

- Ничего себе, кто тебе их подогнал? - удивился Джон и сам же ответил на свой вопрос, - твои друзья из Кей-Джи-Би наверно… я обязательно пойду, а вот Мэри приболела, она наверно не сможет… ну ничего, еще кого-нибудь с собой возьму. Встречаемся в половине седьмого у стадиона… как доехать, знаете?

- Объяснили уже, - ответил я, - а домой пешочком прогуляемся, ходить полезно. Кстати, объяснил бы заодно, где тут полицейский участок…

- А тебе зачем? – вытаращился на меня Джон.

- Да вчера конфликт небольшой вышел в одном магазине… надо показания дать на этот счет.

- Что за конфликт? – немедленно заинтересовался он.

Я очень сжато рассказал про негра и Джонни Уокера, Джон внимательно выслушал и ответил так:

- Эверт, говоришь, его зовут? Я его знаю – бандит тот еще… ну ты за два неполных дня у нас сумел нажить себе кучу врагов, умелец, ничего не скажешь…

- Да я виноват что ли, - развел в стороны руки я, - они сами заводятся, как эти… как тараканы в доме.

- Ладно, будем надеяться, что продолжения знакомства с этим Эвертом у тебя не будет… а участок вот здесь, - он показал направо, Третья Парковая улица, номер дома не знаю, но мимо не пройдешь.

- Тогда мы сворачиваем направо, - я пожал руку Джону, - спасибо за помощь, встречаемся возле стадиона.

И точно, здание полиции тут выламывалось из общего ряда одинаковых домиков, как например, гора Арарат на фоне Среднерусской возвышенности. Целых три этажа и длина по фасаду добрая сотня метров. У входа курили два бравых полисмена с дубинками и револьверами, оба белые.

- Добрый день, - обратился я к ближнему из них, - не подскажете, как найти сержанта Абрамса?

- Первый этаж, 108 кабинет, - ответили мне, - только он сейчас на выезде… а зачем он тебе нужен?

Я во второй раз рассказал о происшествии возле магазина Кригер, коп покивал головой и сказал идти за ним. Мы с Леной молча поплелись в этот участок. Завел он нас в 107 комнату, где еще сидели двое сотрудников, одна из них женщина.

- Шарлотта, - сказала мой коп этой подруге, - сними с них показания по поводу вчерашней драки возле Кригера, а я поехал патрулировать.

- Садитесь, - кивнула она нам на приставные стулья, - документы есть?

Мы с Леной одновременно протянули ей свои паспорта.

- Ого, из России, - удивилась она, мельком просмотрев первые страницы, - а что у нас тут делаете?

- Культурный обмен, - взял я на себя роль отвечающего, - учимся в Хай-скул-оф-Бронкс.

- Понятно… с Эвертом чего не поделили?

Я уже в третий раз рассказал историю своего знакомства с этим товарищем, она быстро заполнила бланк и протянула его мне.

- Прочитай и подпиши внизу – с моих слов записано верно.

- Знаю, - хмуро ответил я, но все же прочитал, что она там начеркала… грамматических ошибок было много, но в целом ситуация обрисована правильно.

- Ну и ладно, - приняла она у меня назад эту писульку, - мой тебе совет - больше не попадай в такие переплеты, а то, знаешь, может случиться разное…

- Ээээ… - решил все же спросить я, - а что с этим Эвертом, хоть на пару суток закрыли его или как?

- Или как… - хмуро высказалась она, - общественной опасности он не представляет, вчера еще ушел от нас своим ходом.

- А нам, значит, теперь надо ходить и оглядываться, - подала реплику молчавшая до этого Лена.

- Думаю, все не так уж мрачно, - улыбнулась Шарлотта, - но по сторонам, конечно, посматривайте – это не помешает.

- Эх, надо было в столовую в школе зайти, - выдала умную мысль Лена, когда мы уже почти дошли до своего дома.

- Завтра узнаем, как там кормят, а пока соорудим что-то из своего холодильника, - ответил я.

И мы в четыре руки всего за полчаса сумели кое-что соорудить – салатик и жареную говядину, здесь такое стейком, кажется, называется. А далее уже пришло время выдвигаться к посольству нашей великой державы.

- Держись, - сказал я Леночке, когда мы уже маршировали к ближайшей станции, - сейчас ты познакомишься с американским метро.

- А что, оно какое-то не такое, как в Москве? – захлопала глазами она.

- Я бы сказал – совсем не такое… но ничего, привыкнуть ко всему можно.

Вход в метро, это была станция Лоуренс-авеню, был как в самый стандартный подземный переход, без каких-либо надстроек сверху. Внутри мы первым делом подошли к кассе, на стенке рядом был привинчен прейскурант.

- Так, - сказала Лена, рассмотрев его, - одноразовая поездка стоит полдоллара, не слабо… но есть льготный тариф, двадцать пять центов.

- Давай спросим, кто входит в льготные категории, - предложил я и тут же осуществил свое предложение.

Кассирша за стеклом, толстая и страшная негритянка, пожевала губами и потребовала документы, я протянул ей свой паспорт, в ответ услышал, что нет, по льготному тарифу вы не проходите. Ну делать нечего, купил два желтеньких жетона за доллар, и мы двинулись далее.

- Пока ничего страшного я не увидела, - напомнила мне Лена про мои страшилки, - гранита и мрамора, конечно, нет, но в целом все неплохо…

Нью-Йорк – город контрастов

Ветка до нужной нам станции 96 стрит была прямая, как я успел узнать, посмотрев на схему возле кассы, поэтому хотя бы от пересадок мы были избавлены. А у Леночки впечатление от внутренностей нью-йоркского метро начало портиться уже через пару десятков метров. Начиная от двух бомжиков, которые приватизировали закуток справа от лестницы, ведущей на перрон.

- А чего их полиция не гоняет? – спросила она меня.

- Понятия не имею, - честно ответил я, - наверно договорились… сейчас декабрь, холодно на улице, вот они тут и греются… через месяц-другой уйдут.

- Мда, - добавила она, разглядывая кучи мусора на платформе и граффити на колоннах, - в Москве такого точно не бывает.

- Сейчас еще на вагоны посмотришь, - пообещал я.

- Слушай, а откуда ты про местное метро-то знаешь? – не смогла она не задать вопрос с подковыркой, - ты же никогда тут не был.

- Книжки иногда умные читаю, - выкрутился я, - плюс к тому отец у меня здесь побывал в командировке как-то раз.

Поезд подкатил довольно быстро, пять минут мы всего ждали. И оказался он ровно таким, как я его представлял – старым, разболтанным и расписанным граффити сверху донизу. Народу в нем по случаю середины дня немного сидело.

- Ну что, нравится? – спросил я у Лены с ехидной усмешкой, - привыкай, у нас впереди еще Гарлем ожидается.

В вагоне тоже было не особенно чисто, и ехали почему-то одни негры, но слава богу не буйные. Так что до пролива между Манхэттеном и материком мы доехали спокойно, а дальше линия метро вышла на поверхность и мы забрались на решетчатую эстакаду.

- В Москве тоже есть наземные участки, - заметила Лена, - на Филевской линии, например.

- Но таких вот ржавых эстакад там точно нету… а вот и Гарлем, если я ничего не напутал, - показал я вниз.

- Ничего особенного, - ответила после осмотра окрестностей она, - и не скажешь, что это негритянское гетто.

- Слушай, не надо употреблять тут слово негр и образованные от него прилагательные, - поморщился я, - здесь это за оскорбление считают.

- А как надо говорить? – удивилась она.

- Афроамериканец, вот как… однако мы почти что приехали – следующая станция 96 стрит…

- Так это чего, наше посольство почти что в Гарлеме стоит?

- Получается, что да, пошли на выход.

Здесь в отличие от Бронкса пришлось не подниматься из-под земли, а наоборот, спускаться с небес. Причем с довольно высоких небес, метров тридцать в высоту эта эстакада насчитывала.

- Нам туда, - указал я на виднеющуюся в просветах домов воду, - наши дипломаты живут на берегу озера.

- И небоскребов тут почти нет, - начала озираться по сторонам Лена.

- Все правильно, - ответил я, - это же не нижний Манхэттен, а верхний, периферия, можно сказать.

- А что там за озеро?

- Имени жены Кеннеди, как уж ее там… Жаклин. Оно, кстати, в Центральном парке расположено, озеро это, можно будет зайти потом…

- Что я, парков не видела, - машинально ответила Лена, когда мы уже миновали с полдесятка перекрестков.

- Как скажешь, дорогая, - тоже машинально ответил я, - но мы вроде бы на месте уже… видишь, наш флаг висит?

- Вижу, - сказала Лена, - домик-то небольшой.

- Ну так не посольство же, рангом пониже… - а домик этот представлял собой четырехэтажный особняк архитектуры примерно начала 20 века, ничем не отличающийся от соседей слева и справа.

Я нажал на звонок рядом с входом, дверь отворилась почти сразу же.

- Вы по какому вопросу, господа? – спросил нас по-английски накачанный мужик в строгом костюме, я с трудом удержал в себе ответ – господа все в Париже, ответил скромно и по-русски.