Юлия Гетта "Взаперти с соседом"

– Офигеть… – выдохнула я.

И как, скажите на милость, он очутился на моём балконе?!

День определённо переставал быть томным…

Глава 2

Кирилл

Проснулся я от ощущения, что моя голова – это строительная каска, сверху по которой кто-то методично долбит кувалдой.

Знакомое чувство, прямо скажем.

Открыл один глаз. Увидел стены родной квартиры.

Это уже хорошо. Лежать было больно, двигаться – ещё больнее, поэтому я просто уставился в потолок и попытался вспомнить, как вообще оказался в собственной постели.

Память услужливо подсунула фрагменты вчерашнего вечера.

После на совесть отработанной ночи в клубе, мы всем коллективом дружно отправились на тусовку к Лёхе. Помимо наших там оказалось немало других малознакомых людей, которые уже к полуночи показались мне лучшими друзьями на свете. Но больше всего меня заинтересовала безумно красивая девушка с формами, от которых мужики обычно теряют голову и всякий здравый смысл. Мы о чём-то разговаривали с ней, смеялись. И в какой-то момент красавица с игривым взглядом взяла меня за руку и повела в ванную, а потом...

Блин.

Нарисовался её жених.

Я болезненно сморщился.

Точно. Её жених – двухметровый шкаф с квадратной челюстью, косая сажень в плечах. А-ля угадай в каком кулаке спрятан баскетбольный мячик.

Он неожиданно появился чёрт знает откуда, пьяный в дрова, но несмотря на это, сразу сообразил, что мы с его невестой вытворяем в ванной.

Я так быстро, наверное, ещё ни разу в жизни не бегал.

Чудом поймал такси до того, как этот амбал выскочил на улицу с пистолетом наперевес.

Уф…

Это же надо было так попасть.

Кажется, вселенная недвусмысленно намекала мне, что пора завязывать с таким тусовками.

Алкоголь – зло.

Я осторожно повернулся, поднял с пола телефон – такая у меня привычка, на ночь туда его класть, – и, щурясь, посмотрел на экран.

Одиннадцать утра. Восьмое марта. Международный женский день, мать его.

Ну точно, мы же как раз и начали отмечать вчера в клубе этот чудесный праздник!

Надо было вставать. Попить воды. Сушняк мучил жёстко.

Больше никогда в жизни бухать не буду. И уединяться с первыми встречными красотками тоже, не выяснив сначала их семейное положение.

Я встал, добрёл до кухни, выпил полтора стакана воды залпом и поплёлся обратно в сторону кровати, понимая, что весь день сегодня проведу в горизонтальном положении и полной тишине.

Но тут раздался звонок в дверь, спровоцировав в моей черепной коробке взрыв невыносимой головной боли.

Я остановился посреди коридора, схватившись ладонями за виски.

Мерзкий звонок раздался снова, причинив ещё больше дискомфорта.

– Иду я, иду! – жмурясь, заорал я, не представляя, кого там принесло в такой час.

Почти на ощупь провернул замок и распахнул дверь.

И тут же едва не получил кулаком в лицо! На голом рефлексе увернулся.

А в следующее мгновение я сфокусировал взгляд на дверном проёме и увидел там вчерашнего амбала с красной рожей, жениха той самой фигуристой красотки.

Похоже, каким-то непостижимым образом он меня нашёл…

Я среагировал раньше, чем успел это осознать – резко захлопнул дверь. Но амбал успел подставить ногу. Однако это не спасло его разъярённую физиономию от нехилого удара по носу. Раздался характерный хруст и следом поток впечатляющих матерных оборотов.

Я навалился на дверь плечом, пытаясь удержать её – и не удержал. Мужик всё-таки был огромным. Он вломился в квартиру и начал неотвратимо надвигаться на меня с устрашающим видом.

– Ты! – ревел он, как медведь, тыча в мою сторону указательным пальцем, который напоминал сардельку. – Ты лапал мою невесту! Ты – труп!

Я попятился в коридор, пытаясь быстро сообразить, что в моей квартире можно использовать в качестве самообороны. Как назло, под рукой ничего подходящего не оказалось.

Но тут амбал полез за пояс, и все мысли мгновенно вылетели из моей головы.

Когда в руке этого Халка появился ствол, я вдруг отчётливо осознал: мне пришёл капец.

В голове даже успели пронестись крамольные мысли: «Прости меня, мама, я был так себе сыном».

Потом понял, что пока никак не могу умереть, потому что, идиот, не потрудился заранее заказать ей на праздник доставку цветов.

Вообще друзья-самбисты как-то учили меня обезоруживать нападающего, вот только во время практики никто из них не весил под двести с лишним кило.

Я сделал то единственное, что, по моему предположению, могло сработать – рухнул под ноги этому громиле и сшиб его, как в американском кино. Это оказалось почти не сложно: масса тела решила всё – ревнивый жених потерял равновесие, охнул, завалился сначала на стену, и по той уже благополучно сполз вниз.

Но пистолет всё ещё оставался в его руке, и амбал начал прицеливаться в меня, даже не потрудившись подняться с пола.

Я вскочил, снова подчинившись рефлексам, и понёсся в комнату, а оттуда сразу выскочил на балкон.

Никогда бы не подумал, что у меня такой мощный инстинкт самосохранения.

Несмотря на первые дни весны, на улице стоял мороз, но на адреналине я даже не почувствовал холода.

Перегнулся через перила и посмотрел вниз, прикидывая, как бы так аккуратно сигануть с пятого этажа, чтобы не убиться нафиг. В сущности, это являлось невозможным. Но напуганному до усрачки человеку разве есть дело до таких мелочей?

К тому же прямо под моим балконом находился ещё один – так удачно не застеклённый.

До него было метра полтора, может, два. Если повиснуть на руках, раскачаться немного и спрыгнуть прямо туда – теоретически могло получиться.

В квартире за спиной что-то грохнуло. Я резко обернулся, боясь, что в любую минуту амбал может выскочить на балкон вслед за мной, и тогда он уж точно меня пристрелит.

Терять было нечего.

Быстро перелез через перила, держась руками за ледяные прутья. Повис. Почувствовал, как пальцы немеют, и снова запаниковал. Как же не хотелось умирать такой глупой смертью! Убегая от разъярённого жениха, приревновавшего ко мне свою невесту…

Но быть пристреленным им – ещё хуже.

Я сделал глубокий вдох и выдох, приказывая себе успокоиться.

Нашарил ногами перила нижнего балкона.

Раз. Ещё раз. Нога поехала по металлу, и я сжал руки что было сил.

Вот сейчас, подумал я, будет максимально нелепая смерть.

«Кирилл, двадцать восемь лет, погиб, упав с пятого этажа в трусах, убегая от разъярённого жениха девушки, с которой познакомился накануне».

Мама умрёт со стыда.

Но моя нога всё-таки нашла точку опоры.

Судорожно сжимая деревянными пальцами балку, которая соединяла верхний и нижний балкон, я медленно опустился на корточки и сразу спрыгнул внутрь на твёрдый пол.

Фух…

Жив.

Отдышавшись немного, встал. Прикидывая, что же делать дальше.

Посмотрел на балконную дверь перед собой.

Подошёл ближе, приложил ладони к стеклу, заглянул внутрь.

За спиной светило такое яркое солнце, что внутренности квартиры ни черта не просматривались. Кажется, что-то розовое мелькнуло за стеклом.

Мне ничего не оставалось, как начать стучать в окно и подавать знаки, чтобы меня впустили.

Глава 3

Майя

Я стояла за стеклом и смотрела на него.

Кирилла. Соседа сверху. Каким-то невообразимым образом оказавшегося на моём балконе.

Голым.

В мороз.

Я ущипнула себя за руку – больно. Значит, я не спала. Значит, это происходило на самом деле.

Неужели сосед решил устроить надо мной какой-то тупой пранк?

В прошлом году пара идиотов из соседнего подъезда натянули плёнку на дверной проём и снимали на телефон, как жильцы в неё врезаются. Не удивлюсь, если этот хам трамвайный с пятого этажа до подобной тупости додумался.

Но... вроде бы никакой камеры у него с собой не было. Да и синеватый оттенок губ Кирилла вряд ли был признаком хорошей актёрской игры.

Как долго он уже торчал на моём балконе?

Я нахмурилась, разглядывая его через стекло. Балконы в нашем доме располагались друг над другом – мой прямо под его. Чисто теоретически... он мог перебраться с пятого этажа на четвёртый. Но зачем? Да ещё и голый.

Может, он лунатик и свалился ко мне на балкон во сне?

Я поморщилась, раздражаясь от абсурда, происходившего сегодня в моей жизни. Сначала сестра выкинула номер, теперь… это.

Господи, чем я так нагрешила, что ты наказываешь меня в праздничный день?

Кирилл снова постучал в окно, ёрзая за стеклом. Я подошла ближе и заметила, что его зубы выбивают дробь.

Он смотрел на меня. Я смотрела на него.

Он сложил руки перед собой в молитвенном жесте и произнёс одними губами «пожалуйста», пытаясь меня разжалобить.

Ух, ненавистная наглая рожа.

Я выдохнула, надеясь, что это не тупой розыгрыш, а всё-таки какое-то недоразумение, и потянула ручку, слегка приоткрыв дверь.

Старалась смотреть строго на его лицо. Ни в коем случае не ниже, потому что было очевидно, что ниже лица на соседе абсолютно ничего нет, кроме...

Ох, слава богу, он всё же оказался в трусах. Тёмно-синих боксерах. Спасибо хоть на этом.

Я молниеносно вернула взгляд на его лицо и уставилась строго в переносицу:

– Ты что делаешь на моём балконе?