Евгения Потапова "Ведьма Агнета. Зимние забавы. Книга 5"

— Его надо проводить в мир иной, — тихо прошептала я, — Проша, фу, оставь его.

Кот отпрыгнул в сторону. Я стала вспоминать, с какой стороны махать, сверху или снизу. Махнула посередине, распотрошив сущность и разрезав ее на две части. На стене в парилке образовалась черная дыра. Шелби спрыгнул вниз, сгреб все останки чудовища с пола и исчез с ним в дыре. Портал закрылся с характерным хлопком закрывающейся двери.

Прошка ходил по Таниному телу и выдергивал из нее шипы клещука. Вытащит и слопает, вытащит и слопает, и при этом чавкает и урчит. Из шеи долго выдергивал хобот от сущности. Делал это с осторожностью, наматывая кишку на лапку. В какой-то момент все застряло. Он посмотрел на меня, дескать, помоги.

Сняла несколько горячих камней с печки. Положила на шею мокрый эвкалиптовый веник, а сверху обложила камнями. Дело пошло быстрей, через несколько минут у кота на лапе была намотана вся кишка. Он стал с удовольствием ее подъедать.

— Она жива? — спросила я Прошку.

Помощник ударил огненной лапой по Таниной спине. Она захрипела и закашлялась. Я открыла дверь и позвала Свету. Она осторожно зашла и стала озираться. Кот ее не испугал и не смутил. Женщина, увидев, что больше ничего такого нет, спокойно вздохнула.

— Теперь лечи, — сказала я, кивнув на Таню.

— Она уже вся серая, — с ужасом ответила Светлана, — Боюсь, что не получится.

Она помотала головой.

— Видишь, она еще дышит. Пробуй, — прикрикнула я.

Света послушно положила руки на спину Татьяне и прикрыла глаза. Ее «зайчик» сделал то же самое. По рукам целительницы пошли сине-зеленые рисунки, которые иногда вспыхивали золотым. По Таниному телу по венам и артериям побежали разноцветные искорки. Помощник все сильнее дрожал и бледнел прямо на глазах. Светина защита стала пропадать.

Оттащила целительницу в сторону, оторвав ее руки от Татьяны. Свету била мелкая дрожь, сама она была бледной и находилась в предобморочном состоянии. Выволокла ее из парилки в предбанник и уложила на старенький диван, накрыла пледом. Она закрыла глаза и тут же вырубилась.

Вернулась в парилку. Таня лежала на полке и ровно дышала. Пощупала пульс, он был ровным и спокойным. Теперь можно выдохнуть. Стащила с себя рубашку, вытерлась изнанкой и опрокинула на себя крапивного отвара. Затем ополоснулась ледяной водой. Вышла из парилки и натянула на себя чистое белье.

Теперь нужно вытащить Татьяну, переодеть во всё чистое и уложить в летней кухне спать. Одна я ее не донесу. Пошла в дом за помощью. Валера тут же рванул за мной следом. Он снял жену с полки, помог ее переодеть и отнес на диван в кухню. Мужчина сел на колени перед ней и заплакал. Сунула ему кулак под нос.

— Не сметь, — прохрипела я, — Она еще жива, нечего ее оплакивать.

— Так я же от радости, — прошептал он, глотая слезы.

— Хоть от чего, не сметь здесь слезы лить.

Мы вышли с ним из кухни. Он посмотрел на спящую Свету.

— Что с ней? — спросил он.

— Жену так вашу лечила, — покачала я головой.

— А она очнется?

— Конечно, она просто спит. И жена ваша очнется. Правда, сколько она спать будет, неизвестно.

Я его легонько стала выпроваживать из помещения.

— Можно я с Таней посижу? — спросил Валера.

— Нет, — покачала я головой, — еще не все сделано.

Он вышел, а я осталась. На Светкиной груди сопел ее помощник, прикрыв их прозрачным веером яркого хвоста. Он постепенно набирал энергию, снова становясь изумрудно-зеленоватого цвета. Я даже залюбовалась им, какой красавец, необычная зверушка.

В кухне поставила несколько заговоренных свечей. Задымила веничек и окурила все помещение. Женщина была еще очень слаба, и не хотелось, чтобы на пробои в энергетическом поле прилетел еще кто-то подкормиться. В печку подкинула еще немного дров. Убралась в бане. Сожгла наши рубашки. Выгребла пепел из печки и вынесла его за ограду дома.

Устала, как последняя гончая собака. Обтерла лицо снегом, чтобы совсем не свалиться. Вернулась в дом. В зале перед включенным телевизором сидел Валера и что-то пытался смотреть. Как только я вошла, он кинулся ко мне.

— Мы можем поехать домой? — спросил он.

— Вы да, а она нет, — ответила я.

Отправилась на кухню и рухнула на табурет. Саша засуетился рядом и налил мне в кружку мятный чай.

— Ты как? — спросил он меня.

— Чувствую себя колхозной лошадью, — усмехнулась я.

Валера сел рядом и уставился на меня.

— Валера, это еще не все. Там у вас в доме еще убраться надо, ну и кое-какую защиту поставить от разных нехороших людей.

— Я уберусь, — с готовностью произнес он.

— Это понятно, что вы уберетесь, но так, как надо, у вас не получится.

— Как не получится, я никакой работы не боюсь, — вскочил он со своего места.

Саша положил ему на плечо руку.

— Тут другое, — сказал он ему, — иди отдохни. Хочешь, домой тебя отвезу? Потом за женой своей приедешь.

— Нет, я останусь, — тряхнул Валера головой.

Он хотел еще о чем-то спросить, но, взглянув на меня, всё понял. Ответить я ему уже не смогу. Саша поднял меня на руки и отнес в спальню.

— Позвони мужу Светки, скажи, что она у нас, — сказала я, засыпая.

Передышка

Проснулась, не поняла, утро или вечер, или ночь, за окном темно, Саши рядом нет. Вышла из комнаты, заглянула к Кате, она сидела рисовала и смотрела мультфильмы. Славки в спальне не было. В зале кто-то смотрел телевизор. Заглянула в комнату. На диване устроилась Светка, завернувшись в плед, и смотрела какую-то передачу.

— Проснулась? — спросила она меня.

— Угу, — кивнула я, — А ты?

— И я проснулась, — она тихо засмеялась.

— Где мужики? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — пожала она плечами, — Я, когда пришла сюда, уже никого не было. Катя меня покормила и выдала плед. На улице опять метель, я решила у вас переночевать.

— Ну и правильно, — согласилась я.

В зале появилась Катюшка.

— Доча, а где мужики? — спросила я ее.

— Дядя Миша звонил, у него что-то там на ферме случилось, попросил приехать помочь. Дядя Саша взял Славку и дядю Валеру, и они уехали. Свету я накормила, коз подоила, — сказала Катерина.

— Замечательно, — кивнула я.

— Не смотрела, как там Татьяна? — поинтересовалась я у Светланы.

— Заглянула, она там спит. Я еще дров в печку подкинула, чтобы там тепло было.

— Свечи горели? — спросила я.

— Да, — кивнула женщина, — Таня очень слаба, надо ее еще немного подлечить, иначе она снова будет чахнуть. Для нее было мало энергии, которую я ей влила. Все на страх свой потратила.

— Ну да, — усмехнулась я, — Ты здорово струсила.

— Я ничего подобного никогда не видела. Считала, что все это бабкины сказки. Правда, лечить могла руками еще с детства, у меня и бабушка так умела руками водить. Научила меня специальным молитвам. Много рассказывала про нечисть и бесов, что зло людям приносят, про всяких подселенцев и сущей, но я как-то считала, что всё это выдумки.

— Убедилась, что это не выдумки? — спросила я.

— Угу. Я и помощника своего первый раз сегодня увидела.

— Забавный он у тебя, — улыбнулась я.

— И странный, я ничего подобного никогда не видела, — Света покачала головой.

— Не обижай его, он у тебя хороший и добрый, защитил тебя.

— Он иногда меня мучает, — призналась Света, — Заставляет лезть к людям и предлагать их полечить.

Я удивленно на нее посмотрела, вспомнила про свою предшественницу, бабульку. Ей силы не давали выбор, она должна была принимать всех. Так, наверно, и у Светы происходит.

— Вы же тоже в деревне живете. Откуда народу взяться? — удивленно спросила я.

— Я лечу всяких животных, — рассмеялась она. — Я ветеринар. Правда, люди и так ко мне идут, говорят: ты же врач, помоги, подскажи.

— Помогаешь? — спросила я, хотя ответ уже и так знала.

— Конечно, — кивнула Света. — Ты почему меня не ругаешь за то, что я тебе ритуал испортила?

— А чего тебя ругать, ты и сама всё знаешь. Подцепила бы клещука себе на спину, вот бы радость была, — поморщилась я.

— Я чуть не обделалась от такой страсти. А чудовище это, которое в углу сидело, твое?

— Моя защита, — спокойно ответила я.

— Жуткий какой, — покачала она головой. — Агнета, ты не обидишься? Можно, я в твоих ритуалах больше участвовать не буду? Не хочу ничего такого больше видеть.

Я рассмеялась, а она удивленно на меня посмотрела.

— Дорогая моя, я же предупреждала тебя, что вход есть, а выхода нет?

— Да, — кивнула она. — Получается, что я буду такое постоянно периодически видеть?

— Угу. И не факт, что только у меня.

Вспомнила батюшку, ему я тоже особое зрение «подарила». Света тяжело вздохнула.

— Светлана, ты не переживай, их на тонком плане очень много, и всех мы не видим. Они живут в своем параллельном мире, и мы с ними особо не пересекаемся. Видятся только те, что взаимодействуют с нами тем или иным образом, подселенцы всякие, помощники, спутники, паразиты. И то не всегда, иногда они и не показываются, маскируются. Редко кто всё это скопище видит, но там и психика такого не выдерживает, — покачала я головой.

— Понятно, — ответила она и снова вздохнула.

На кресле тихо сидела Катюшка и что-то рисовала, всё это время она слушала, что я говорила. Ну и пусть учится ребенок, ей это тоже не помешает.

— Света, а ты мужу звонила, говорила, что ты в гостях? — спросила я.

— Его это особо не волнует, — усмехнулась она.

— Его не волнует, где находится его жена в десять часов вечера? — удивилась я.

— В общем, да. Мы находимся в стадии развода.

— Почему?

— Потому что у нас нет детей. Он считает, что в этом виновата я. Я вообще никого не виню. Оба здоровы, в этом плане всё в порядке. Нет, и нет, что теперь поделаешь. Он мечтает о наследнике, — она пожала плечами.

— Но вы же на корпоративе были вместе, да и видно было, что у вас неплохие отношения.

— Он попросил, чтобы я поехала с ним на корпоратив, не хочет выносить сор из избы. Вопросов лишних тоже не хочет. Я его понимаю где-то и в чём-то.

— Света, может, вы действительно не подходите друг другу. У меня знакомый был, примерно такая же проблема была. Там женщина ушла налево. Забеременела от другого. Потом с мужем помирились, он ее простил. Второй ребенок уже был общий.

— Предлагаешь мне налево сходить? — рассмеялась она.

— Ничего я не предлагаю. Это я к тому, что, может, мужа лучше поменять.

— Ты прямо как моя мама, та тоже говорит, чтобы я искала себе другого, — она горько усмехнулась.

— Всё, я не лезу. Пошли чай попьем, да я Татьяну гляну. Саше еще звякнуть надо.

Пошла на кухню, поставила чайник. Позвонила Александру, он взял трубку.

— Агнетушка, мы у Мишки, у него крышу со скотника сорвало. Делаем.

— Саша, там метель такая, какая крыша?