Друг поднимается с места и, подойдя к кулеру, наливает воду в стакан. Без лишних слов он ставит передо мной стеклянный сосуд и снова опускается в кресло, с почти незаметной насмешкой смотря мне в глаза.
Схватив стакан с водой, осушаю его полностью. Подхожу к огромному панорамному окну и, чуть прищурившись, смотрю на оживленную улицу. Остываю. Не так быстро, как хотелось бы, но все же.
— Теперь готов к диалогу? — нарушает молчание Басаев.
— Готов, — глухо отвечаю я, не оборачиваясь.
— У Залесского слишком много проблем. По этой причине он переводит все активы на новую компанию, — объясняет Артур. — Его кто-то жестко кинул, теперь выкручивается, как может.
— Ничего удивительного. Он слишком крупная рыба, — отзываюсь. — Конкуренты не дремлют.
— Рустам, у него есть к нам неплохое предложение, — продолжает Басаев.
Я сажусь в свое кресло и полностью сосредотачиваю внимание на своем компаньоне и по совместительству лучшем друге. У Артура не бывает плохих идей. Но его взгляд меня настораживает. Я слишком хорошо знаю Басаева. Здесь есть что-то еще помимо рабочего интереса.
— Слушаю.
— Тимур предлагает поработать вместе в качестве компаньонов по одному очень интересному проекту, — почти по слогам произносит Артур.
— Ты знаешь мою позицию в этом вопросе, — отрезаю я. — Мне не нужны компаньоны.
— Рус, я не стану тебя уговаривать, — он задумчиво качает головой. — Но объективно, сотрудничество с ним не как с клиентом, а как с компаньоном даст нам хорошие перспективы. Мы сможем выйти на новый уровень. Ну и ты сможешь доказать своему отцу, что от тебя есть толк.
В словах Басаева есть смысл, и он безусловно прав. Но моя позиция в этом отношении довольно жесткая. Пару лет назад подобное сотрудничество с другим клиентом едва не привело мою компанию к краху. Тогда я решил, что больше не стану даже пытаться. Лучше направлю все трудовые и финансовые ресурсы на развитие своей компании.
— Нет, я не пойду на это, — почти не раздумывая, отвечаю я. — Безусловно, партнерство с Залесским сулит прекрасные перспективы, но ты ведь все знаешь, Артур.
— Да, я-то знаю, — Басаев запускает пятерню в свои густые волосы. — Но решил, что тебя это может заинтересовать.
— Ты что-то не договариваешь.
— С чего ты взял? — обманчиво удивленным тоном спрашивает он.
— Басай, я ж тебя не первый день знаю, — усмехаюсь я. — У тебя личные мотивы. Выкладывай давай.
Я смотрю на Артура в упор, но он не спешит говорить, чем выводит меня из себя. Кстати говоря, в последнее время я вспыхиваю часто и быстро, и тому есть весомая причина.
— Мотивы личные, но меня они не касаются, — Басаев наконец нарушает молчание.
— Басай, не выводи меня из себя, — резко бросаю я.
— Не так давно ты попросил меня кое-о-чем, — неторопливо произносит Артур.
Я напрягаюсь. Не понимаю, как моя просьба связана с Залесским. Я никогда не связываю личное с бизнесом.
— И? Где связь?
— Самая прямая, — прищуривается он. — Попробуй догадаться, кто будет курировать новый проект.
— Ты серьезно? — хмурюсь я. — Не может этого быть.
— Она очень выросла за эти годы, как я успел выяснить, — мрачно заявляет Басаев. — Ее ценили на прежнем месте работы. Залесский забрал ее к себе с руками и ногами.
— У Залесского работают только квалифицированные специалисты, — произношу задумчиво. — Как она попала к нему? Через постель?
— Считаешь, другим способом она не смогла бы попасть к нему? — усмехается Артур.
После его вопроса мои пальцы рефлекторно сжимаются в кулаки, а дыхание вдруг учащается. Одно упоминание об этой женщине вызывает во мне целый спектр эмоций. В основном, отрицательных.
— А что насчет ребенка? — игнорирую вопрос Басаева.
— Еще в процессе, — кивает он. — Вопрос не одного дня.
— Да в чем проблема узнать? — взрываюсь я, ударяя кулаком по стеклянному столу, и на нем вдруг появляется трещина, а на руке выступает кровь. Я хватаю салфетку и прижимаю ее к ране.
— Э, нет, друг, — отрицательно качает головой Артур. — Эмоции — плохой союзник. Особенно в таком деликатном деле. Ты хотел выяснить, чем она живет, чем дышит.
— Не она. На нее мне плевать, — отрезаю коротко.
— Образовав трудовой союз с Залесским, ты станешь ее непосредственным начальником, — продолжает друг, а я замечаю в его глазах заискивающий огонек. — И как раз сможешь выяснить все, что тебя интересует.
— Она меня не интересует! — взрываюсь я. — Заруби это себе на носу, Басай. Только ребенок. И если он мой…
— Да понял я, понял, — поднимает ладони вверх в примирительном жесте. — Кстати, она сегодня выходит замуж.
Новость о ее свадьбе становится красной тряпкой. Она не сможет выйти замуж, пока находится в браке со мной, а, значит, в любом случае наша скорая встреча неизбежна.
Поддавшись мгновенному порыву, я хватаю пиджак и вылетаю из кабинета. Я должен увидеть ее.
Глава 4
Ангелина
Выходные проходят по-семейному тепло, а темы небольшого недоразумения мы с Андреем больше не касаемся. Разумеется, его не устраивает сложившаяся ситуация, но пока мой жених молчит, выжидает.
В тот же день несостоявшейся свадьбы я попыталась найти контакты Рустама, но ничего не вышло. После своего побега в Москву я почистила все контакты в телефонной книге и удалила аккаунты из социальных сетей. Со временем я снова зарегистрировалась в одной из них. Мне удалось найти жену брата Рустама, и я написала ей сообщение, однако ответа так и не получила.
— Тимурчик, поторопись, — подгоняю сына, который еле передвигает ногами. — Мы уже опаздываем.
— Мама, я не могу так быстро, — отзывается сын. — У меня слишком важная миссия.
— Малыш, давай перенесем твою миссию на вечернее время? — предлагаю я с надеждой в голосе.
Понедельник не задается с самого утра. Помимо того, что мы сегодня проспали, попали в пробку с таксистом, я зацепилась юбкой за забор и разорвала ее почти до самой ягодицы. Это совсем некстати, поскольку сегодня должна состояться встреча с новыми партнерами — об этом мне сообщил мой начальник рано утром.
Встреча уже через час, и я жутко опаздываю. Игорь Викторович настоятельно рекомендовал, чтобы я не опаздывала. Новые партнеры этого не любят. От этой мысли я еще сильнее начинаю нервничать.
— Тим, мамочка очень сильно опаздывает. Поторопись, — быстро говорю я, наблюдая за своим мальчиком, которым чересчур внимательно рассматривает лужайку у детского садика.
— Мама, ты видела такого жука? — спрашивает сын, и мне приходит подойти и рассмотреть необычную находку.
В этот момент я вдруг ощущаю на себе чье-то пристальное внимание. Смотрю по сторонам, но никого подозрительного не вижу. Ищу глазами черный внедорожник, от которого пару дней назад я едва не впала в ступор — его нет. Облегченно выдыхаю и снова перевожу взгляд на сына. Надо как-то избавляться от этой навязчивой идеи. Да и зачем Каримову следить за мной спустя столько лет?
— Нет, такого не видела. Он действительно очень необычный, — обманчиво заинтересованным тоном произношу я. — Тим, пойдем.
Сын наконец берет меня за руку, и мы входим в здание детского сада.
Проходит не меньше пятнадцати минут прежде, чем мне удается покинуть учреждение. Тимур придумывает все, что угодно, чтобы задержать меня. К счастью, на помощь приходит воспитатель сына. Она чем-то отвлекает его, и только тогда у меня получается сбежать.
Времени катастрофически мало. Я бегу к воротам детского садика и застываю на месте. Таксист, который привез нас с сыном сюда, уехал. Я заказываю через приложение еще одну машину. Ожидание — двадцать минут. До работы не слишком далеко. За полчаса я должна успеть дойти пешком. Решаюсь. Отменяю заказ и быстрым шагом иду в направлении своей новой работы.
Когда я прохожу примерно половину пути, начинается дождь. И не просто дождь, а ливень, из-за которого уже через несколько секунд я становлюсь похожей на мокрую курицу. Вот же черт! Это так некстати. Я бегу к зданию бизнес-центра, где располагается офис Залесского, громко всхлипывая. Но, к счастью, мои рыдания не слышны из-за шума дождя.
За пару кварталов до офиса у меня звонит мобильный. Залесский.
— Игорь Викторович, я уже бегу, — тараторю я. — Минут через десять уже буду.
— Хорошо, они уже приехали. Ждем только тебя, — спокойным голосом говорит начальник.
— Как приехали? — вырывается у меня, а сердце от волнения уходит в пятки. — Но ведь еще двадцать или даже двадцать пять минут.
— Они приехали чуть раньше, чтобы обсудить посторонние вопросы. Тебя согласились подождать, — объясняет Игорь Викторович. — Все в порядке, Ангелина, не волнуйся. Как приедешь в офис, сразу изи в конференц-зал. Мы сейчас как раз направляемся туда.
— Хорошо, Игорь Викторович, я вас поняла, — быстро отвечаю я, после чего он сбрасывает вызов.
Как только я переступаю здание бизнес-центра, в глаза сразу же бросается мое отражение в огромном зеркале, которое находится на входе. В таком виде я просто не могу появится перед новыми партнерами. Пулей несусь в уборную и собираю растрепавшиеся мокрые волосы в высокий хвост. С одеждой, к сожалению, уже ничего не сотворишь — разве что выжать, что я и делаю.
Мобильник снова оживает. На этот раз приходит сообщение от Залесского.
Ангелина, тебя уже заждались. Поторопись.
Резко выдохнув и подправив форму губ при помощи карандаша, я выхожу из туалета и бегу к лифту. Вхожу внутрь и, нажав на кнопку с цифрой двадцать, наконец перевожу дыхание. Волнуюсь до чертиков. Мало того, что я новый сотрудник, и еще не знаю всех нюансов, так еще и выгляжу, мягко говоря, так себе. Набираю в легкие побольше воздуха и медленно выдыхаю. Чуть успокаиваюсь.
За пять секунд добегаю до конференц-зала и, резко дернув за ручку, буквально вваливаюсь в просторный кабинет. Нет. Сегодня определенно не мой день.
Встретившись с темным взглядом одного из мужчин, который мне хорошо знаком, я застываю на месте. Забываю, как дышать, ведь передо мной находится Артур Басаев — лучший друг моего бывшего мужа. Вернее, не такого уж и бывшего…
— Какое эффектное появление! — восклицает до боли знакомый голос, и я оборачиваюсь.
Его тяжелый взгляд темных глаз касается моих, из-за чего у меня в буквальном смысле случается приступ тахикардии. Но я смотрю на Рустама в упор и вижу совсем другого человека — еще более властного, жестокого, который оценивающе изучает меня с головы до ног. Вся моя уверенность в сегодняшнем и завтрашнем дне летит насмарку, а в этот момент я ощущаю себя провинившейся школьницей, которую вызвали на «ковер» к директору.
Эта встреча становится для меня полной неожиданностью.
— Доброе утро, — выдавливаю из себя.
— Доброе, — с хрипотцой в голосе отзывается Рустам.
— Ангелина, проходи, присаживайся, — вступает Залесский. — Под дождь попала?
— Да. Уже перед самым офисом, — отвечаю я, занимая свободный стул как раз напротив Каримова.
— Неприятно, конечно, ну да ладно. Главное, все наконец в сборе, и мы можем начинать, — хлопает в ладоши Игорь Викторович и поднимается с места. — Рустам, Артур, я хотел представить вам своего помощника, прекрасного специалиста и просто красивую женщину Ангелину. Именно она будет заниматься новым проектом.
— Игорь, я нисколько не сомневаюсь в твоих сотрудниках и их компетенции, но мне нужно понимать, насколько Ангелина в курсе дел, — Каримов постукивает карандашом по столу, пристально наблюдая за мной.
— В курсе, не волнуйся, — с уверенностью в голосе произносит Залесский.
— Я не могу не волноваться. Мне же с ней работать, — отрезает Рустам, а мое сердце снова улетает в пятки.
— Так вроде же Артур хотел…
Надежда на то, что мне не придется так часто контактировать с мужем, тает на глазах. Очевидно, у Каримова есть свой личный интерес, вот только с чем он связан? Хочется верить, что дело не в сыне…
— У Артура много других задач, тем более, совсем скоро он уезжает в длительную командировку. Проект буду вести я.
— Тогда у тебя будет возможность лично убедиться в профессионализме Ангелины, — заключает Игорь Викторович. — Ангелина, Рустам Кадирович — твой непосредственный руководитель. Уверен, вы сработаетесь.
Я в этом совсем не уверена. Да и у меня нет никакого желания сотрудничать с бывшим мужем. Настоящим, вернее. Стоит ли сказать об этой существенной детали Залесскому? Может, и нет. Сначала необходимо поговорить с Рустамом и разрешить это маленькое недоразумение.
— Я в этом не сомневаюсь, — с легкой насмешкой в голосе произносит Каримов.
В следующие полчаса мы обсуждаем важные вопросы, связанные с новым проектом, и на протяжении всего времени я чувствую на себе пристальное внимание Рустама. У садика было точно такое же ощущение.
Неужели он действительно следил за мной? Но почему спустя столько лет? Узнал ли он о Тимуре?
Маловероятно. Если бы Каримов выяснил, он сразу же примчался бы ко мне и потребовал объяснений. А следить, высматривать — совсем не в его характере. Конечно, есть вероятность, что это лишь игра моего воображения, но она ничтожно мала.
Собрание заканчивается, и Залесский отпускает меня первой. Под внимательные взгляды собравшихся я покидаю конференц-зал и почти бегом направляюсь в свой кабинет. Захлопнув за собой дверь, я прижимаюсь к ней спиной и закрываю глаза. Делаю глубокий вдох и медленный выдох, постепенно успокаиваясь. Сердце уже не стучит как ошалелое, а дыхание почти приходит в норму.
Спустя несколько минут я наконец занимаю свое рабочее место и, открыв нужную программу, погружаясь в задание, которое еще в пятницу вечером поручил мне Залесский.
Через некоторое время из коридора доносятся голоса мужчин. Я невольно прислушиваюсь.
— Рустам, ты можешь занять этот кабинет, — говорит Игорь Викторович. — В соседнем, кстати, работает Ангелина. Осваивайся пока, а у меня встреча. Я буду через час.
— Хорошо. Я дождусь тебя.
Я слышу громкий хлопок двери кабинета. Рустам оказывается совсем рядом — через стену от меня. Теперь, когда он находится в такой близости, я ни о чем не могу думать. Нужно расставить все точки над «i». Собравшись с мыслями и резко выдохнув, я иду в соседний кабинет.
— Я знал, что ты придешь ко мне, Ангелина, — спокойно говорит он, вальяжно развалившись в рабочем кресле.
— Почему ты не подал на развод? — прямо спрашиваю я, решая начать с главного. — Столько лет прошло. Я собираюсь замуж, и мне нужна печать о разводе.
Он поднимется с места и медленным шагом направляется в мою сторону, ни на секунду не отводя черных глаз от моего лица. Я выдерживаю его взгляд, хоть мне непросто это дается.
— Понимаешь, какая штука, в нашей семье не принято разводиться. Такие правила, — разводит руки в стороны.
— Мне плевать на правила, — вздернув подбородок, резко бросаю я. Сама не понимаю, откуда во мне берется столько смелости противостоять ему.
