Я. Изменил
Марика Крамор
— Выходи за меня, — с улыбкой протягивает кольцо любимый.
Из моих глаз катятся слезы. И если бы счастья
— Нет, — отрезаю я сокрушенно, пока на мужском лице расползается недоумение.
— Нет?
— Ты думал, я не узнаю, Паш? Не узнаю, что ты с ней переспал?
Чтобы он смог занять долгожданную должность, нам пришлось бросить все и переехать в столицу. Первый заработанный миллион, заманчивые возможности, новое окружение, дьявольские соблазны. В Паше я была уверена. А он не устоял.
Марика Крамор
Я. Изменил
Глава 1
ЖЕНЯ
— Выдыхай, ты слишком беспокоишься, — роняет мне на ухо Паша и, расправляя плечи, натягивает на лицо привычную ухмылку, не забывая на пару мгновений ободряюще сжать мои пальцы.
Ему легко говорить. Он тут как рыба в воде, а мне бы на сушу, пожалуйста, и поскорее.
— Непривычно как-то, — хмурюсь, ощущая себя не в своей тарелке. Меня уже несколько раз незаметно смерили уничижительным взглядом, а я так и не нашлась, как достойно отреагировать. — На этом приеме все такие высокомерные. Смотрят на нас, как на кучку…
— Павел Викторович, — прилетает из ниоткуда женский голос, — приветствую! Какой приятный сюрприз!
На фоне легкой расслабляющей мелодии этот заискивающий тон неприятно царапает слух. Жгучая брюнетка с длинными локонами, рассыпавшимися по многозначительно выпирающему четвертому размеру, глядит на моего Пашу так томно, что мои брови в лютом возмущении взлетают вверх!
— Екатерина Андреевна, добрый вечер. Вы сегодня выглядите обворожительно.
Я незаметно щиплю Пашу за предплечье. Он никак не реагирует, разве что уголок его рта слегка дрогнул, добавляя фирменной Пашиной ухмылочке еще больше колкости.
— Здравствуйте, — перетягиваю я на себя женское внимание, потому как меня незнакомка категорически не хочет замечать, старательно выпячивая открытое декольте. Все понимаю, она хочет выделиться, но во всем должна присутствовать мера!
— Здравствуйте, — недовольно вторит мне брюнетка.
— Женя, познакомься. Это Екатерина Андреевна, начальник аналитического отдела. Екатерина Андреевна, — Паша с обожанием смотрит в мои глаза, и я в который раз чувствую нежный трепет, касающийся самого сердца, — это Женя, моя девушка.
— Очень приятно, — наигранно растягивает губы в неестественной улыбке та самая Екатерина «четвертый размер». — Ты здесь так недавно и уже с девушкой? — интересуется она.
Видимо, многие в курсе, что Паше пришлось переехать из родного города, чтобы официально занять новую должность. Какое-то время он работал на удаленке в крупной компании, после чего ему сказали: «Приезжай».
Раздумий у Паши не было, он мог в любой момент собрать небольшой чемодан и сесть на самолет, но… ждал меня. Пока я отработала две недели, подготовилась к переезду, пришлось отправить вещи в другой город, настроиться на новую жизнь…
Не скажу, что это далось мне очень легко, но главное ведь наши чувства.
— Мы с Женей вместе оставили родной город, — отзывается Паша.
— О, правда? — улыбается брюнетка, заставляя меня испытывать острое желание развернуться и уйти. — Как романтично, — заявляет размалеванная особа.
— Как это здорово, что вы можете оценить.
Паша прекрасно чувствует, что я могу и сорваться. И старается исправить ситуацию:
— Мы еще хотели взглянуть на фотографии.
— Какие они неприятные, — сокрушаюсь я, когда мы отходим на несколько шагов. — Как ты с ними работаешь?
— Ты тоже заметила? Она обычно более дружелюбна.
— К тебе? — насмехаюсь я, уже порядком разозлившись. — Поэтому, очевидно, и выпячивала свои необъятные достоинства.
«Силиконовая долина!» — звучит в голове, но я прикусываю язык.
Корпоратив компания, конечно, закатила впечатляющий, но мне здесь душно. В прямом и в переносном смысле.
— Жень, ну перестань. Кстати, поговаривают, что ее директор… того.
— Что? — не понимаю я.
— Пялит, Жень.
— Корпоративная этика, однако, — морщусь я от сказанного.
— А вон и он сам, нас уже увидел. Рукой машет. Пойдем поздороваемся.
— Ладно, пойдем.
— Максим Игоревич, приветствую!
— Павел! Привет!
Низкого роста плавно седеющий мужчина средних лет с одутловатыми щеками протягивает Пашке руку. Мужчины здороваются, обмениваются короткими репликами.
Паша уверенно представляет меня как даму своего сердца. А Максим Игоревич приковывает наше внимание к шикарной невысокой девушке. Так с ходу сложно сказать, сколько ей лет, — до тридцати, думаю. Выглядит она обворожительно. Ни грамма неестественности на лице, неброский макияж, облегающее черное платье. Одно плечо открыто, выглядит все это элегантно и удивительно привлекательно, стильно.
А еще у нее тонкие запястья, — отчего-то подмечаю про себя.
Я абсолютно уверена, что тоже выгляжу хорошо, но образ этой женщины — сдержанный и утонченный — вызывает уважение и, чего уж душой кривить, зависть.
У незнакомки русые волосы, она мягко улыбается, смотрит приветливо что на меня, что на Пашу, а потом берет за руку Максима Игоревича под горделивое пояснение:
— А это моя жена, Елена.
Девушка с достоинством держит себя, смотрит на супруга ласково.
Вопреки моему желанию в голове вспыхивают недавние слова Паши: «Пялит он ее, Жень!»
Я, должно быть, абсолютно ничего не смыслю в мужской психологии. Как можно после такой роскошной женщины, просто куколки, смотреть на раздутый «четвертый»?!
Завязывается непринужденная беседа, Максим Игоревич интересуется, какие ближайшие планы у Паши по увеличению дохода компании.
Затем разговор плавно перетекает на личное. Мы рассказываем, как жили до переезда, кем работали. Даже упоминаем, что обожаем путешествовать и планируем следующий отпуск провести в Париже.
— Леночка тоже все туда рвалась. Как только ее желание исполнилось, ей сразу захотелось посмотреть другую страну, да, любимая? Так что, Павел, имей в виду, женщина всегда должна оставаться немного голодной.
— Интересно, он именно поэтому с подчиненными спит? — ехидничает Пашка, когда мы остаемся вдвоем. — Чтобы жена недоедала?
— Тшшш, — я прикладываю палец к губам. — Это неприлично.
— Да тут и так повсюду сплетни.
Он ведет меня на крыльцо.
— Тебе здесь нравится? — с надеждой спрашиваю я, убедившись, что нас никто не подслушает. — Может, скоро поедем? Или погуляем где-нибудь?
— Давай еще немного побудем и правда поедем. Я тоже не привык к такому глобальному пиршеству с праздничной программой.
Пашкин взгляд голодно падает на мои губы, тускнеет, становясь матовым. Затуманивается.
Язык любимого игриво проходится по моему рту, медленно проникая внутрь, неспешно углубляя поцелуй.
Я прижимаюсь к Паше теснее, радуясь тому головокружению, что сносит нас даже сейчас. А еще дурея оттого, как требовательно его ладонь касается моего бедра, а сильные пальцы нетерпеливо собирают ткань изящного черного платья.
— Паша, платье и так до колена, ты сейчас перестараешься, — смеюсь я, не желая отрываться от любимого, но предполагая, что периметр здания напичкан камерами.
— А может, к черту все это? Давай и правда лучше рванем домой? Захватим клубнику…
— Я говорила, что ты сам дьявол?
Ласкаю плечи Паши поверх белоснежной рубашки, просунув руки под пиджак.
— И Люцифер. И змей-искуситель… и еще кто-то там, — возбужденно шепчет он мне на ухо. — Все, я вызываю такси, — заявляет, упрямо дергая на себя черный подол. — Как же я тебя обожаю…
Глава 2
— Эй, моя красивая, просыпайся.
Ласковый игривый тон заставляет меня довольно мычать сквозь сон. Я щурюсь от солнечных лучиков, сладко зеваю, вытягиваю руки. Шелковый ночной топ вовремя задирается и оголяет живот, открывая соблазнительный вид.
Паша и не старается удержаться, тут же пробегается губами по сливочной коже вокруг пупка.
По спине — мурашки. В сердце — трепет. На губах — улыбка.
Сколько мы вместе, но каждый раз — как по краю бездны. Один шаг, и я срываюсь вниз, ощущение полета окрыляет.
— Кошечка моя… — шепчет он напряженно. Частые поцелуи поднимаются выше.
— Паш, — бормочу я сонно слегка охрипшим голосом. Обнимаю его, где могу дотянуться, зарываюсь пальцами в темные жесткие волосы. Когда они немного отрастают, всегда начинают виться. Я обожаю, когда Паша такой. Кажется милым и домашним плюшевым мишкой. Но сам он терпеть не может отросшие волосы, поэтому даже если ему и случается изредка зарасти, он, как только находит возможность, пулей летит в барбершоп.
— Паш, — вновь зову любимого, таю в его руках.
— Все потом…
— У тебя опять телефон звонит, — не переставая улыбаться, подтягиваюсь на постели чуть выше, когда звонок повторяется.
Меня жутко раздражает назойливая мелодия.
