— Пф. Я взрослый вообще-то, — усмехаюсь. — Выпить хочешь?
Резко разворачивается ко мне лицом и, похоже, только сейчас понимает, что я стою очень близко. Отступает на шаг и облизывает быстро губы. Заправляет за ухо золотистую прядь. Волнуется?
— Я не пью, — произносит тихо, но уверенно.
— И я не пью. Я про сок, так-то. Ну, там, кола, сок, минералка. Будешь что?
Лицо сразу чуть расслабляется. Думала, я напоить её тут хочу, что ли? Пф.
— А есть апельсиновый сок? — говорит Рыжая. — Я люблю апельсиновый сок, а у нас его редко привозят.
Апельсиновый сок значит.
— Есть, — улыбаюсь я. — Пойдём.
Беру её за руку и тяну к дивану.
— Садись. Отсюда лучше видно.
Садится.
Я иду к барному шкафу и наливаю девчонке её любимый сок, а себе колу. Возвращаюсь с бокалами и протягиваю Рыжей.
— Спасибо, — говорит она.
Сажусь рядом, но так, чтобы не касаться её. Пусть не думает, что я тут… хотя, блин! Я ведь тут как раз…
— Ты учишься где? — спрашивает Алиса, отпивая маленькими глотками сок.
— Ага, в универе.
— Кем будешь?
— Хз, — пожимаю плечами. — К отцу пойду, наверное. Семейный бизнес, все дела, — усмехаюсь. — А ты чё? Как?
— Я тоже хочу в университет поступать. Готовлюсь.
— Ммм… круто. На кого? Погоди, угадаю. Учительницей?
— Нет, — улыбается Рыжая и это, наверное, её первая улыбка, подаренная мне.
Вау. Прогресс.
— На врача хочу. Детского. Педиатра.
— Ууу. Почти угадал, значит. Учитель и врач. Похожи ведь? Оба с людьми работают, только с мелкими.
Опять улыбается.
— А ты, оказывается, нормальный, — неожиданно произносит девчонка и я перестаю улыбаться.
В смысле?!
— Ну, я думала, ты и правда придурок самовлюблённый.
Хмурюсь. Вот…
— Ну, ты ведёшь себя так, — продолжает она.
— Как «так»? — смотрю на неё исподлобья.
— Как будто тебе все должны.
А нет?
Ладно вслух говорю другое:
— Просто ты видишь то, что хочешь.
— Да? Не замечала за собой, — отворачивается и обнимает себя.
Вообще, становится прохладно. Даже у меня по коже ветер холодит. А она вообще, вон, в платьице.
— Замёрзла? — спрашиваю я, вставая.
— Всё нормально.
— Ага. Вижу, твоё «нормально». Заболеешь ещё! Мне дед тогда по жопе ремня надаёт!
Алиса смеётся.
Я встаю, беру заранее подготовленный тут же на диване плед. Встряхиваю его и подхожу к Алисе. Стою пару секунд, а потом накрываю её плечи, снова садясь рядом. Чувствую, как девчонка чуть дёргается. Словно пытается сбросить плед и мои руки заодно с плеч, но я настойчивее прижимаю плед.
— Замёрзнешь ведь, — улыбаюсь, садясь уже ближе. И руки не убираю.
Она дрожит? Совсем замёрзла. Реально ещё заболеет.
Не знаю, почему, но голова сама наклоняется ближе к лицу Алисы. Её запах снова забивает лёгкие, дурманя и заставляя голову кружиться.
Херня какая-то происходи. Не было никогда так. Не было, блин!
— Я согрелась. Спасибо, Артём, — тихо говорит она и я ещё больше офигеваю от того, что она ведь впервые по имени меня назвала.
Не мажор или мажорчик, а Артём.
Не дождавшись от меня ни ответа, ни какой-то реакции, она поворачивается ко мне.
Между нашими лицами не больше пары сантиметров и от этого реально едет крыша. Ну, у меня так точно. Да и у Рыжей, вон, взгляд поплыл.
— Алис, я… — почти шепчу, сглатывая ком из непонимания, что, блин, делать-то?
Взгляд сам опускается на приоткрытые, влажные и такие розовые губы девчонки.
Опять сглатываю. Сдохну, если не попробую её сейчас, не поцелую. Сдохну ведь!
Подаюсь вперёд. Но тут в кармане джинсов начинает зверски вибрировать телефон. А потом раздаётся режущий напряжённую тишину звонок.
Алиса тут же отшатывается и даже встаёт, оставляя меня с пледом в руках.
Я матерюсь, хмурюсь и достаю долбанный телефон. Кого, блин, там прибить?!
Глава 13. Клуб
— Силыч? Ты? — орёт в трубку моя приятель Лёха Соколов или просто для друзей Сокол.
— Чё орёшь? — бурчу я, откидывая плед на диван.
Кошусь на девчонку, которая уже отошла и стоит ко мне спиной. Смотрит на город, обняв себя. Блин, Сокол! Не вовремя как! Всё испортил! Злюсь на приятеля.
— А я думал наврали, что тачку твою в городе видели! — продолжает орать сквозь громкие басы в трубке Сокол. — Ты чё? Прячешься? Забыл, да?
— Чё я забыл? Хорош загадками тут базарить? Чё случилось-то?
— Ну, понятно всё, — хмыкает друг. — Отрываешься там в деревне своей? И про друзей забыл!
— Сокол, блин!
— Ну, днюха у меня так-то. Гуляем, вот.
Блин! Блин! Блин! Реально забыл, что у Лёхи день рождения! Вот я придурок!
— Сокол, блин! — встаю. — Помню, конечно! Поздравляю, чё!
— Приезжай давай! Лично поздравишь! — гогочет Сокол. — Мы в «Вышке» тусим! Приезжай, Силыч, а то обижусь!
В «Ввышке» они. Это наш любимый клуб. Мы там часто зависаем. Всех там знаем уже.
— Силыч? Чё молчишь? Не приедешь — обижусь! Понял? Давай! Ждём тебя! А некоторые особенно! — ржёт Сокол и отключается.
Смотрю на экран телефона.
Забыл про днюху друга. Капец.
Если сейчас не приеду, то всё. Реально обидится.
Поднимаю взгляд и смотрю на тонкую фигурку Алисы.
Я прячу телефон в карман и несколько секунд просто стою, глядя на Алису. Настроение стремительно падает в минус. Всё, блин, пошло не по плану. Такой момент испоганил этот долбанный звонок.
— Нам пора? — тихо спрашивает Алиса, поворачиваясь ко мне. Она смотрит настороженно, опять возводя между нами свои колючие невидимые стены.
— Алис... тут такое дело... У меня у Лёхи Соколова днюха сегодня. У лучшего друга. Я... закрутился и совсем из головы вылетело.
— Ну, так поезжай, — спокойно отвечает она, пожав плечами. — А меня домой отвези.
— Да какой домой?! — я подхожу ближе. — Это полтора часа туда, полтора обратно! Поехали со мной. Буквально на полчаса! Поздравлю его, подарок пообещаю, пару бокалов сока выпьем и сразу домой. Обещаю.
— Нет, Артём, — качает головой Алиса, отступая на шаг. — Какой клуб? Какая днюха? Я никого из твоих друзей не знаю. Вези меня домой, ты же обещал!
— Да я не могу не приехать! Это же Сокол! Он мой лучший друг, понимаешь? Мы с первого класса вместе! Если я не появлюсь, он мне этого не простит, мы ссориться начнем. Ну, ты должна понимать такие вещи! Это же мужская дружба!
Алиса поджимает губы. По глазам вижу — колеблется. Сомневается, смотрит на меня с недоверием, словно взвешивает каждое моё слово.
— Алиса, ну пожалуйста. Минут двадцать, не больше. Зашли, обняли, поздравили — и сразу в машину. Честное пацанское, — я даже прикладываю руку к груди, складывая брови домиком и глядя на неё самым умоляющим взглядом, на который только способен.
— Правда быстро? — переспрашивает она спустя целую вечность тишины.
— Моментом! Ты даже заскучать не успеешь!
— Ладно... — со вздохом уступает она. — Только быстро. И сразу домой.
— Ты лучшая, Алис! — я почти сияю от облегчения.
Спускаемся вниз, прыгаем в тачку, и я даю по газам. До «Вышки» долетаем за десять минут. Паркуюсь прямо у входа, где уже выстроилась очередь, но охранники на входе кивают мне как своему и сразу пропускают внутрь.
Едва мы переступаем порог, как на нас обрушивается плотная стена звука. Тяжёлые басы бьют прямо в грудь, вспышки лазеров слепят глаза, а воздух пропитан запахом дорогого парфюма, напитков и дым-машины.
Я чувствую, как Алиса за мной буквально вжимается в плечи. Слышу её судорожный вдох. Смотрю на неё — она бледнеет, крутит головой, выпучив глаза на беснующуюся толпу.
«Чёрт, да она же наверняка никогда в жизни в нормальном клубе не была», — проносится у меня в голове. Точно. Откуда ей в её деревне знать, что такое нормальный туч?
Она тормозит, явно собираясь рвануть назад к выходу. Чтобы придать ей хоть какой-то уверенности и показать, что я рядом и со мной она в безопасности, я беру её за руку.
Алиса дёргается, пытается вырвать пальцы из моей ладони:
— Артём, нет! Я здесь не хочу...
— Тише, — я сжимаю её пальцы сильнее, не давая выкрутиться, и наклоняюсь к самому её уху, чтобы перекрыть орущую музыку. — Держись за меня. Так тебе будет лучше и спокойнее. Со мной тебя никто не тронет. Поняла?
Она больше не вырывается, но сжимает мою руку так, будто это её единственный спасательный круг в этом безумном море светящихся огней и дрыгающихся тел.
Я уверенно прокладываю нам дорогу сквозь толпу танцующих. Мы огибаем танцпол и поднимаемся по широкой стеклянной лестнице на второй этаж — в ВИП-зону, где у нас забронирован отдельный балкон. Сюда пускают только своих, здесь тише, и именно тут мы всегда зависаем нашей компанией.
Толкаю тяжелую дверь в ВИП-зал, удерживая Алису за спиной, и с порога ору:
— Сокол, здорово, именинник!
Все головы разом поворачиваются к двери.
