Страница 15 из 15
Парень сглотнул, отступил к стойке, и старший тут же сцапал его за плечо. Из-за перегородки донёсся шепоток. С моими обострёнными чувствами я слышал его так отчётливо, будто говорили прямо мне в ухо:
— Вахид, это же капец! Капец полный! Сам князь Бездушный! Сидит у нас за третьим столиком и ест баранину! Один, без конвоя! Если б мы знали... Всевышний, если б мы только знали!
— Да что вы так переживаете? — не поворачивая головы, громко поинтересовался я.
Хозяин заведения дёрнулся и побелел ещё сильнее. Торопливо выскочил из-за стойки, прижал пухлую волосатую руку к груди и низко поклонился:
— Ваша Светлость... Ну мы б закрылись, наверное! Честное слово, на замок бы всё заперли, чтоб не позориться перед таким высоким гостем! Полы бы помыли, скатерти из шёлка достали, музыкантов позвали... У нас же простая харчевня, шофёры обедают, работяги с мебельной фабрики...
— Не надо закрываться, — покачал головой я, подцепляя вилкой кусок лука. — Яичница вкусная, лепёшка свежая, а люля-кебаб вообще выше всяких похвал. Серьёзно, в столице за такие деньги тебе принесут кусок подошвы с пафосным соусом. Так что закрываться точно не стоит. А вот кофейку мне можете принести? Если на песке варите — вообще отлично будет.
Оба разом просияли, будто им только что простили государственный долг.
— Да-да! Сию секунду, Ваша Светлость! На песке, с кардамоном, двойной! Уже побежали!
Хозяин отвесил юноше увесистый подзатыльник и отправил к жаровне. Сам бросился намывать медную джезву.
Я же откинулся на спинку деревянного стула и слегка прищурился, активируя встроенный в зрительный нерв интерфейс тактической связи.
Поверх пыльного перекрёстка, залитого полуденным солнцем, перед глазами развернулась трёхмерная панорама поля боя. Изображение шло напрямую с полуорбитального дрона-разведчика: тот висел в стратосфере над урочищем Сихотэ.
Посмотреть там было на что.
Ещё утром в этой широкой низине между двумя пологими сопками тлели всего два небольших пространственных разлома. Из них вяло вылезала какая-то мелочь — штук двадцать диких лесных орков с одной стороны и примерно столько же с другой. Обычные зубастые оборванцы с ржавыми топорами, которых армейские дозоры отстреливали без особого труда.
Сейчас низина походила на огромный муравейник, в который сунули палку.
Только муравьи были зелёные, и набилось их столько, что земли не видать.
В радиусе километров трёх собралась, по самым скромным расчётам Сириуса, двадцатипятитысячная армия. Пространственные якоря гудели, в воздух били тяжёлые багровые разряды. Сквозь дрожащие воронки сплошным потоком продолжали переть подкрепления. Орки заполонили всю долину: одни сколачивали грубые частоколы, другие рыли ямы и таскали тюки. Устраивались основательно, уходить явно не собирались.
Тут из густого ельника на восточном склоне холма начали высыпать люди. Зрелище открылось редкое. Никакого строя или армейской дисциплины в помине не было: толпа примерно в полторы тысячи человек с диким гиканьем неслась по раскисшей глине прямиком на зеленый лагерь. Причем натянули нападающие ту самую злополучную партию европейского текстиля с оптово-розничного склада.
Немецкий «флектарн» шел вперемешку с ядовито-пятнистым швейцарским камуфляжем, рядом мелькали британские пустынные куртки с болтающимися карманами и темно-синие комбинезоны, щеголявшие яркими шевронами «Bayerische Sicherheitsdienst GmbH» и «Рейнский контингент». Головы защищали кто чем — попадались помятые каски, простые вязаные шапочки, а один энтузиаст в первом ряду и вовсе летел вперед в расстегнутом тактическом жилете прямо поверх тельняшки, потрясая охотничьим ружьем.
Оружие толпе досталось под стать гардеробу. Армейских автоматов или штатных импульсников нападающим явно не перепало, поэтому в руках у них сверкал отборный криминальный хлам: тульские курковые двустволки, укороченные помповые дробовики, бандитские обрезы и старые пистолеты. Ещё газовые пугачи, переделанные под боевой патрон, и древние карабины, замотанные синей изолентой. Всё это добро мои городские дроны месяцами изымали при зачистках: из тайников наркокартелей, притонов, контрабандных складов в порту, у местных криминальных авторитетов. Выбрасывать железо было жалко, на переплавку отдавать лениво — и вот, нашлось идеальное применение.
Толпа с разбегу врезалась в передовые заслоны зеленокожих.
Затрещали беспорядочные выстрелы. Дробовики плевались картечью, хлопали револьверы. Над кустами серыми клочьями пополз пороховой дым. Завязалось побоище.
Каких-то орков из числа местной лесной швали, не ожидавшей такой наглости, снесло сразу: свинцовая картечь с трёх метров пробивала толстые лбы и разрывала грудные клетки. Но следом из палаточного лагеря выдвинулись совсем другие бойцы.
Космоорки.
Здоровенные твари из флота Звёздных Свежевателей шли тяжело и неостановимо, закованные в матовую чешуйчатую броню. Пули из бандитских стволов либо со звонким цоканьем отскакивали от силовых мембран, либо вязли в подкожной композитной броне. Даже шага им не замедляли.
Полуорбитальный дрон на высоте двадцати километров тут же занялся разметкой. Над каждым бронированным гигантом, одним за другим, в тактическом интерфейсе появлялась мерцающая ультрафиолетовая метка. Глазом её было не увидеть, орочьи сканеры тоже её не брали. Зато любая боевая машина моего Роя в нужный момент безошибочно захватит эту цель в прицел первой.
А внизу тем временем начался настоящий замес.
Орки сообразили, кого против них выкатили, и взревели от восторга. Жалкая биомасса, бестолочь — этих можно рубить без опаски! В ход пошли чудовищные тесаки, пиломечи и тяжеленные топоры... Людей рвали буквально на куски.
Кровь хлестала густыми алыми фонтанами, оторванные конечности летели во все стороны, кишки вываливались на сырую траву с мокрым хлюпаньем. Орки рубили, топтали, хохотали во все клыкастые глотки и откровенно упивались процессом.
Из пространственных врат на шум драки с диким рёвом вываливались всё новые и новые сотни зеленокожих. Они с жадным визгом срывали с растерзанных трупов трофейные дробовики, рассовывали по карманам ржавые наганы и потрясали ими в воздухе, словно величайшими реликвиями.
Я наблюдал за этой бойней, неспешно жуя люля-кебаб с кольцами маринованного лука.
Клоны получились шедевральными.
Биофабрикация Роя в сочетании с полимерами сработала как надо. Синтетическая плоть, искусственные кости из дешёвого хрупкого пластика, эластомеры, имитирующие кожу. И литры синтетической крови: подкрашенный физраствор с органическими белками. Даже вздумай орк провести вскрытие прямо на пне — нихрена бы не понял. Мясо есть мясо, кости ломаются с хрустом, кровь брызжет... А голосовые связки перед разрушением выдают вполне правдоподобный предсмертный хрип.
— Блин... — негромко протянул я, глядя, как трёхметровый орк с размаху разрубил сразу двоих «баварских наёмников» одним ударом тесака. — Красиво идут.
В моём сознании раздался голос Сириуса:
— Повелитель... Я, конечно, обладаю обширными банками данных, но я просто не ожидал, что такое вообще бывает в жизни.
— Так мы же уже такое видели, — мысленно отозвался я.
— Да, но это было давно, Повелитель! Там была осада верфей Механического Пастыря, условия глубокого вакуума, и мы использовали штурмовые муляжи для вскрытия сенсорных сетей! А здесь... Биологические существа, обладающие технологиями межзвёздных переходов, теряют остатки разума при виде резиновых кукол с охотничьими ружьями!
— В том-то и прелесть, Сириус.
Космические орки со всеми своими пустотными дредноутами всё равно оставались орками. И биология, и менталитет у них зависели от примитивнейших дофаминовых цепочек. Дай лёгкую победу — и всё, больше ничего не надо. Пусть хрустят кости врагов, льётся рекой кровища, а противник панически бежит. На таких победах они были помешаны. Стоило почуять слабину, и от хвалёной воинской смекалки ничего не оставалось.
Они даже не задавались вопросом, почему эти странные люди в нелепой пятнистой одежде волна за волной выбегают из леса практически на убой, стреляют мимо и бестолково гибнут сотнями. Зачем думать, когда можно убивать?!
На поляне уже началось натуральное народное гуляние: орочьи шаманы колотили в гигантские барабаны из шкур, жгли костры, выли боевые гимны, а командиры банд с пеной у рта вызывали из порталов всё больше соплеменников, боясь опоздать к раздаче лёгкой славы.
Ударь я по этим двум порталам сразу — орки поняли бы, что встретили жёсткое сопротивление. Свернули бы лавочку и открыли новые точки где-нибудь под Красноярском или Пермью. Ищи их потом по всей тайге. А здесь у них победа за победой, полный триумф! Вот же она, самая слабая, дырявая точка в человеческой обороне. Пусть так и думают, стягивают сюда все силы, какие только могут, включая элитные части. Закрепиться ведь надо, а потом можно и до столицы победным маршем.
А когда соберётся тысяч сорок-пятьдесят... тут я и захлопну ловушку. Устрою настоящее генеральное сражение, чтобы одним махом перемолоть всю ударную группировку вторжения.
В кармане завибрировал телефон.
Я моргнул, возвращая зрение к обычному режиму, достал аппарат и взглянул на экран: генерал Рыжаков — тот самый бравый вояка, чьи армейские части стояли в укреплённом районе всего в семи километрах к югу от этой долины, за холмами.
Я нажал кнопку ответа и поднёс трубку к уху:
— Слушаю вас, генерал.
— Ваша Светлость... Гхм... здравия желаю. Я это... по поводу происходящего в урочище. Я бы хотел сказать... это, наверное, очень хорошо. Замечательно даже, наверное, что вы всё-таки решили нам помочь и прислали подкрепление. И...
Рыжаков надолго замолчал. В трубке он сопел, скрежетал зубами — так и слышалось, как из последних сил удерживает при себе отборный трёхэтажный мат.
— И что дальше, генерал? — невозмутимо поинтересовался я.
— И то, что вы используете наёмные там какие-то иностранные войска — это тоже очень хорошо! — наконец выпалил Рыжаков. — Мы в бинокли видим: шевроны немецкие, камуфляж заграничный... Наверное, ЧВК какие-то европейские выписали, вам по статусу виднее! Но, Ваша Светлость... может, вы это прекратите?! Бога ради прошу, остановите их!
— А в чём, собственно, проблема? — спросил я, разглядывая принесённую официантом чашечку дымящегося кофе.
— В чём проблема?! — генерал подавился воздухом. — Да у меня орков на плацдарме с каждым часом становится всё больше и больше! Они туда со всех щелей прут! Мои люди на позициях уже на полной дизморали сидят! И как бы... Феликс Эдуардович, если вы нанимаете там кого-то за границей за свои миллионы, то хотя бы нанимайте тех, кто стрелять умеет!
— А эти что, не умеют?
— Они вообще нихрена не умеют! — закричал в трубку Рыжаков, забыв о политесе. — У меня тут артиллерийские корректировщики сидят с оптикой двенадцатикратной! У нас есть несколько подтверждённых фактов — лично в рапорте записал! — когда эти ваши «европейцы» в своих же стреляли! Бегут толпой, спотыкаются, лупят очередями в спины товарищам, из дробовиков по соснам палят! Никакого слаживания, никакого тактического маневра! Там, по нашим прикидкам, уже тысяч пять, наверное, погибло! Вся лощина мясом завалена!
Генерал тяжело перевёл дух. Заговорил снова — уже без ярости, растерянно и почти жалобно:
— Я не знаю, что думать, Ваша Светлость. Честно, не знаю. Мои парни в окопах смотрят на эту мясорубку, у них руки трясутся. Офицеры ко мне подходят, предлагают: товарищ генерал, ну давайте мы уже поработаем! Давайте хоть батареями накроем, выкатим танки, начнём работать! А то как-то... некрасиво получается, что ли. Мужики там гибнут тысячами, пусть и баварцы какие-то косорукие, а мы сидим в бетоне, как крысы, и просто смотрим! Я не знаю, что думать...
Я сделал глоток горячего кофе с пряным привкусом кардамона.
— Генерал.
— Я!
— Слушать меня внимательно. Никаких батарей. Никаких танков. Солдатам сидеть в блиндажах, не высовываться и ждать приказов. Всё будет. Вы меня поняли?
Рыжаков помолчал пару секунд и глухо ответил:
— Так точно, Ваша Светлость. Сидеть и ждать приказов... Конец связи.
В трубке раздались короткие гудки.
Я опустил телефон на стол.
И тут во внутреннем канале связи раздался звук, которого я от своего помощника, пожалуй, ещё не слышал.
Сириус заржал. В голос, без удержу. Синтетического скрежета в этом смехе не было: дрон хохотал так, что перегруженные аудиофильтры тихонько попискивали.
— Ох, не могу, Повелитель... «Косорукие баварцы погибают, а мы тут сидим!» Дизмораль у кадровой дивизии! Генерал чуть инфаркт не схватил от такого интернационального благородства!
— Да уж... Я почти всё продумал. Но вот реакцию наших правильных армейцев как-то упустил из виду. Для них же это дикость: видеть, как союзная пехота добровольно аннигилируется о вражеский авангард.
— И что будем делать? Может, объясним Рыжакову суть?
— Нет. Если я им сейчас начну рассказывать про людей, которые на самом деле дроны из латекса и силикона, но выглядят как люди, одеты в контрабандный шмот и стреляют мимо специально, чтобы приманить побольше космических орков... то я их окончательно запутаю. Генерал решит, что у меня крыша поехала. А так — пусть думают, что хотят. Сейчас Государь у меня в кабинете оклемается после нейрозагрузки, придёт в себя — вот пусть он им по закрытым военным каналам и объясняет, что здесь вообще происходит. Монарху поверят быстрее.
Я посмотрел в окно, за которым мерно покачивались на лёгком ветру ветви старых тополей, сделал ещё один глоток крепкого кофе и тихо хмыкнул.
Весёлая ситуация, однако.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
