Перейти к содержанию

Урок для Миллиардера или Срочно ищем папу

Автор:

Категория
Современные любовные романы
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
26.09.2026

Аннотация

– Ваша оценка, коллега? – Экспонента не равна нулю, производная положительна. – Хотите сказать, годится? – По крайней мере, не пустое множество. Две гениальные близняшки взломали школьную систему, сорвали отчетный концерт и решили, что я подхожу на роль мужа для их матери. И я бы посмеялся. Или даже восхитился. Если бы не узнал, что их мать та, кто сбежала от меня десять лет назад.

Читать «Урок для Миллиардера или Срочно ищем папу» — Аня Вьёри онлайн

Страница 4 из 11

– Олеся Юрьевна, здравствуйте! – голос у завуча такой, будто она уже лично составила на меня донос в четыре инстанции и теперь просто выбирает, в какую отправить первой. – Ваши девочки опять напроказничали.

Опять.

Какое милое слово.

Емкое.

Универсальное.

Красноречивое.

– Что случилось, Ираида Львовна?

Разговор этот мне не нравится, но я стараюсь быть вежливой.

В конце концов, она педагог. Уважать педагогов надо. Стискиваю зубы и еще раз сама себе повторяю: «Надо!»

– Боюсь, на словах я не смогу передать! Вам необходимо явиться в школу. Сейчас! – почти чеканит она.

В смысле «сейчас»? Сейчас у меня герой ведет себя так, будто это не я его выдумала, а он меня! И грозится, собака такая, сломать мне всю композицию. А мне, между прочим, до пятницы – будем честны, до воскресенья! – нужно сдать текст в издательство!

– О, – почти самопроизвольно вырывается у меня из груди, – Ираида Львовна, сейчас никак не могу. Можно в понедельник? Вторник? Когда вам удобно на следующей неделе, но сейчас никак не могу! – почти пищу я, неосознанно прижимая свободную руку к груди.

– Олеся Юрьевна! – тоном разъяренного гестаповца выплевывает в трубку Ираида. – Похоже, у вас совершенно нет времени, чтобы участвовать в жизни девочек! Мне кажется, – она тут явно набирает в грудь воздуха, – это повод обратиться в опеку!

О-па!

Я аж с кресла вскочила.

– На каком основании?! – возмущенно вопрошаю я.

Не надо мне тут угрожать самым для меня важным.

Мои девочки любимы, я о них забочусь, одеваю, кормлю, учу…

Ладно, учат они в основном себя сами, но…

Черт возьми, что за нахальство?

– Ираида Львовна, – совсем уже другим тоном требую я, – назовите мне хоть один признак, по которому я нарушаю права ребенка или не выполняю свои обязанности!

А в трубке раздается лишь яростное сопение.

– Они систематически устраивают бедлам в школе… – начинает она.

– Так, может, это дело в школе? – иду в нападение я.

Нечего мне тут угрожать девочек отобрать. Мы и сами с усами. Точнее, с зубами.

– Я обращусь в комиссию по делам несовершеннолетних! – взвизгивает Ираида.

Ух ты! Похоже, девчонки реально ее довели!

– Ираида Львовна, – чуть сбавляю обороты я, – что конкретно натворили девочки?

– Они сорвали мою отчетную презентацию!

Что?

Презентацию?

Всего-то!

И вот за это опеку и КДН?

– Простите! – мой голос вибрирует от еле сдерживаемой злости. – А это уголовное или административное нарушение?

– Да вы!.. Да я!.. Да… – срывается завучиха. – Мы их отчислим! – выкрикивает она в запале.

И тут…

Я слышу уверенный, твердый и отчего-то мучительно знакомый мужской голос.

– Стоп! Нет!

.

Глава 5

Павел

– Стоп! Нет!

Произношу, кажется, даже негромко.

Но Ираида Львовна отчего-то осекается.

И Елена Степановна тоже.

В кабинете будто что-то лопается – беззвучно, но так, что все сразу понимают: произошло нечто важное. Просто еще никто не успел сообразить, что именно.

– Вы осознаете? – завуч смотрит на меня с раздражением.

Не с испугом. Не с растерянностью. Именно с раздражением. Как на серьезную помеху, внезапно возникшую на ее привычной траектории.

Она взбешена до пунцовых щек, до раздувающихся ноздрей, до пальцев, впившихся в столешницу.

– Вы осознаете, что вмешиваетесь в педагогический процесс?

Спрашивает так, будто я сейчас должен немедленно покаяться и тихо выйти вон.

М-да.

Интересно, насколько хорошо она сама понимает, с кем именно разговаривает?

– Елена Степановна, – я демонстративно отворачиваюсь от Ираиды Львовны и говорю именно с тем, с кем и должен говорить.

С директором, которого я нанимал.

И как раз с нее я спрошу, почему одну из ведущих должностей в школе занимает абсолютно профнепригодная особа.

– Вы, кажется, не вполне себе представляете масштаб проблемы! – повышая голос, продолжает Ираида Львовна. – Девочки далеко не первый раз…

– Елена Степановна, – теперь и я повышаю голос, но совсем чуть-чуть.

Ровно настолько, чтобы стало ясно: еще одно слово не по адресу – и разговор закончится для кого-то очень неприятно.

Директриса заметно бледнеет.

Глаза расширены. Пальцы судорожно легли на записную книжку.

Она все поняла.

Просто пока не знает, как обойти эту административную выходку без жертв и разрушений.

– Павел Андреевич... – дергается она.

– Будьте добры! – произношу я с подчеркнутой вежливостью.

Этого оказывается достаточно.

Ираида Львовна к своему ужасу понимает, что промахнулась. Что я не собираюсь подчиняться ее тону, авторитету и педагогическому напору. Что я вообще не из тех, на кого можно надавить формулировкой «так не положено».

Она несколько мгновений удивленно смотрит на директрису, потом рвано выдыхает и тяжело оседает на стул.

А я перевожу взгляд на девочек.

Они стоят, стиснув ладони друг друга. Глаза распахнуты одинаково широко. Губы сжаты. Напряжены до звона.

О да… Такого спектакля они явно еще не видели.

И, кажется, как и Елена Степановна, они вполне осознали, что тут произошло. Несмотря на свой юный возраст.

Только вот не для них такие разборки. Совсем не для них. Надо закрыть их вопросы, а по поводу кадров с Еленой Степановной поговорю позже.

– Так, по девочкам, – я быстро перевожу разговор из дисциплинарных плоскостей в педагогические. – Кто у них преподает алгебру, логику и информатику?

– У нас математические дисциплины преподает Ежова… – часто-часто моргая глазами, начинает Елена Степановна. – Логики в их параллели пока нет. Информатика обзорная.

– Девочкам этого явно недостаточно, – поджимаю губы, – раз уж они «неоднократно и систематически»… – красноречиво смотрю на Ираиду Львовну. – Значит, их мозгу попросту не хватает нагрузки. Нужен педагог. Персональный. Именно для них. Сильный математик, готовый к нестандартным задачам.

Ираида Львовна, слушая мою речь, бледнеет.

Девочки восхищенно распахивают рты.

Умнички.

За интеллект не наказывают. Его развивают. Но придется постараться!

– Персональные проекты! На университетском уровне, – смотрю я на них испытующе. – Хотите каждой свой или один на двоих? – прищуриваюсь.

Девчонки переглядываются. Делают быстрое движение губами. Еще теснее прижимаются друг к другу плечами.

– Один на двоих! – выпаливает та, что чуть бойчее.

– Тогда два проекта! – произношу я безапелляционно.

И на этих конопатых мордашках расплываются довольные улыбки.

У меня от этого зрелища что-то теплое и очень давнее вдруг шевелится под ребрами.

Вот они.

Те самые.

Жадные до знания. До смыслов. До жизни.

Ради таких я и затевал вот это все. Ради таких я готов на невозможное.

Елена Степановна тут же садится за свой компьютер, быстро-быстро щелкает мышью...

– Я… – начинает она. – Я подумаю, кто может вынести такую нагрузку…

– Никто! – вдруг вскидывает голову Ираида Львовна. – Никто из наших педагогов не сможет их вынести!

Я смотрю на нее и медленно улыбаюсь.

Очень спокойно.

Очень нехорошо.

– Отлично, – произношу почти ласково. – Тогда я буду вести их сам.

.

Глава 6

Олеся