Мы молча разворачиваемся лицами к двери, не зная, что от нас потребуют дальше. Но охрана, одетая в полностью закрытые белые комбинезоны и маски на лицах, просто закрывает дверь. Замок щелкает, мы остаемся одни.
Я просто хочу лечь, накрыться одеялом и не шевелиться. Я чувствую себя плохо, а после процедур еще и мерзко…
Так я и делаю. Другие девушки следуют моему примеру, они напуганы не меньше моего…
Нас будит щелчок двери, и охранник, не входя в комнату, тыкает пальцем в меня.
— Ты — на выход!
— Почему я… — Меня окатывает страхом, заставляя съежиться в кровати.
— Без разговоров, встала и пошла! — Он делает шаг вперед.
Я с трудом распрямляю онемевшие руки и ноги и сажусь. Тело буквально застыло от неудобной позы, в которой я проспала все это время не шевелясь. Потом качнувшись, встаю и делаю два шага вперед, потом еще, и, споткнувшись, почти падаю в руки охранника. Он, не церемонясь, подхватывает меня под руку и почти выволакивает в коридор. Теперь мучителей два, они подхватывают меня под локти и куда-то ведут.
— Не нужно устраивать трагедию! — говорит один из них. — Когда монстр потребует, делай, то, что вы, бабы, умеете лучше всего: раздвигай ноги и ублажай. Тогда, возможно, и выживешь!
— Ага, — поддакивает ему второй и смеется. — Всего лишь быть подстилкой монстра! Любая дура сможет!
У меня холодеет внутри. Почему они повторяют слово монстр? Меня ведут не к человеку?
Еще коридоры, двери, шкаф с дымом, и вот меня буквально впихивают в небольшую спальню, где на кровати вальяжно лежит мужчина. Я осторожно оглядываюсь, никого больше нет. Так о каком монстре шла речь?
Я твердо решаю не сопротивляться, хотя в какой-то момент, поддавшись слабости, говорю ему, что меня продали, и я не хочу. Но мне кажется, мое мнение не интересует этого странного человека.
А еще…
От него исходит нечто, что заставляет меня его слушаться и молчать. У меня пропадает желание сопротивляться, я хочу только подчиняться… Прихожу в себя, сказав «да». Перед тем как он лишил меня невинности, я успела выкрикнуть «нет». Но жестокий мужчина, назвавшийся странным именем Гуннар, просто смеется…
Мне остается только молча плакать, хотя боль почти сразу проходит, и мне даже кажется, что его прикосновения доставляют мне удовольствие….
Я все это переживаю словно со стороны: вроде я, но при этом чувства не мои. Что со мной происходит?..
Сознание мутится, и я вдруг вижу во рту у него клыки, огромные и острые, он с рычанием наклоняется ко мне и внезапно кусает. Мое измученное сознание решает, что с него хватит, и я наконец-то проваливаюсь во тьму…
Просыпаюсь от ощущения жуткого голода. Прислушиваюсь к телу — ничего не болит, а потрогав ключицу, не обнаруживаю рану, которая вроде бы должна быть… Но ее нет, и я решаю, что это было во сне и просто бред. Вспоминаю, что меня лишили невинности, бедра липкие и немного саднит внутри. Слезы сами льются из глаз…
Я чувствую себя грязной и преданной. Безумно хочется помыться. Словно угадав мои мысли, Гуннар говорит, чтобы я вставала и шла мыться, сам он тут же уходит в ванную. Я решаюсь встать с кровати, только когда он покидает комнату…
Мне стыдно, еще и вся постель в пятнах крови. Я, увидев чистую стопку, быстро снимаю испачканное, кидаю в корзину для белья. Тут же обнаруживаю, что есть вещи и для меня. Взяв белье, одежду и тапочки, спешу скрыться в душе, тщательно смываю следы этого странного человека…
Шампунь и гель без запаха, совсем, это удивительно, но моют они хорошо, и я стираю с себя мочалкой грязь. Она остается только на душе, и боюсь, что оттуда ее просто так не убрать.
Выходить их спальни я боюсь, замираю перед дверью, не решаясь ее открыть. Пока голос мужчины буквально не заставляет меня повернуть ручку…
— Выходи, и пошли есть.
Этот приказ отдается странной судорогой по телу. Я быстро выхожу из спальни и снова замираю, а он подходит, берет за локоть и подводит к столу, усаживая за него.
Я внезапно сравниваю себя с куклой: мной управляют, а я не могу сопротивляться. На столе стоит вкусно пахнущая еда, и мой пустой желудок громко напоминает о том, что я не ела больше двух суток. Но в нашей семье принято, что сначала начинает есть отец, брат, а потом только мы…
Дождавшись, когда он начнет есть, я приступаю к еде сама. Мне с трудом удается подавить жадность, и я стараюсь себя контролировать, хотя это очень плохо получается. Я давлюсь, руки трясутся…
Я желаю только одного — выжить любой ценой. Вроде Гуннар сказал, что мне нужно пробыть здесь всего семь дней. Это же не месяц и не год!
Я ведь смогу?..
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
