— Как прикажете, — отозвался он уныло, поклонился, после чего засеменил по коридору.
Я твёрдым шагом последовал за ним. Слуга поддержал мою ложь, нас пропустили в королевское крыло, но к нам присоединилось несколько стражников. А у двери покоев Кэссиди нюх защекотал волнующий аромат моей пары. Минария была здесь, может, даже находилась внутри. Стараясь унять бешеный стук сердца, я громко постучался. Предстоящий разговор решит мою судьбу.
Глава 2
/Раун/
Дверь распахнулась, являя весьма мрачную и подобравшуюся Кэссиди. Выглядела она вымотанной, ведь не спала ночью. А исходящий от неё еле заметный запах крови говорил о заживающих ранах.
— Мне передали подписанное вами требование покинуть страну, — я продемонстрировал ей приказ, даже не заметил, когда умудрился его смять.
— Да. Мне стало известно о нападении на Минарию на территории дворца, — сухо ответила она. — Чтобы избежать подобного, я…
— Мы можем поговорить у вас? — больше не в состоянии сдерживаться, я заглянул в комнату и потянул носом воздух. Надежда на встречу с парой воспылала в груди с особой силой. — Она ещё здесь…
— Здесь, — она сделала шаг ко мне, чтобы вытолкнуть меня обратно в коридор. — Поэтому не могу пригласить вас к себе…
— Да ладно, Кэссиди? Подписали мне смертный приговор и не позволите даже увидеть истинную перед отъездом? — улыбнулся я, подстрекая её на действия.
— Я не…
— Подписали, — перебил я её. — Установление метки закрепляет связь. Теперь мне не поможет даже ведьма. Я погибну без истинной.
— Погибнет? — послышался встревоженный шёпот моей истинной.
Я вновь принюхался, пытаясь уловить её ускользающий аромат.
— Один разговор, Кэссиди, — взмолился, заглядывая с холодные синие глаза.
— Как вас вообще пустили в крыло? — внезапно ворчливо пробормотала она, но сместилась в сторону, позволяя мне войти.
Хотелось сразу же рвануть к Минарии, чтобы её увидеть, чтобы поймать взгляд ясных глаз, но я заставил себя успокоиться и двигаться спокойно, без резких движений.
— Моё решение не изменится, — Кэссиди закрыла дверь и обернулась ко мне. Смотрела без страха, несмотря на то, что заперлась со зверем. Но и она опасный хищник, хоть и выглядит хрупко. — Вам следовало подумать головой, прежде чем ставить метку и закреплять связь. Ни я, ни Минария не в ответе за вашу жизнь. Не пытайтесь повесить на нас эту ответственность и сыграть на жалости.
— Не оскорбляйте меня, Кэссиди, я не взываю к вашей жалости. Мне нужен шанс. Возможность завоевать особенную для меня женщину, — ответил я, стараясь подавить волну раздражения.
— Но у Мины уже есть особенный для неё мужчина, — иронично ответила она и подобралась, словно готовая защищаться. — Сердце девушки занято.
Огромных трудов стоило пропустить её слова сквозь себя и сдержать бешенство.
— Кэссиди, один шанс, — попросил я. — Кто, как не вы, можете меня понять? Вы вытянули любимого из-за грани.
— О, вам доложили? — усмехнулась она, но я почти ощутил, как она внутренне вздрогнула.
— Вы преступили строжайший запрет ради любви, — я сделал ещё один шаг к ней, пытаясь пробиться сквозь лёд синих глаз к скрывающейся от меня доброте, которую умудрилась высмотреть Валери.
Но от Кэссиди исходила лишь настороженность. Она справедливо опасалась меня, только здесь мы были равны. По словам Дороса, ещё одного посла и сильного боевого мага, она смогла без прикосновений и заклинаний заблокировать и его резерв, и резервы ещё двоих неслабых магов. Хорошо, что Минария так не умеет.
— Хотите сказать, покусали девушку ради любви? — качнула она головой. — Это лишь инстинкты…
— Магия. Она указала на будущую любовь, — услышав тихий вздох истинной, я развернулся и двинулся к ней.
Минария замерла в проходе спальни. Напуганная, но заинтригованная моими словами. Всё то же нелепое платье висело на тонкой фигуре. Тени подчёркивали следы усталости на приятном лице, линии длинной шеи и изящных ключиц. Светлые волосы кудрявым беспорядком спадали за её спину. Большие голубые глаза наполняли сотни опасений, пока губы приоткрывались в такт учащённому дыханию. От неё пахло солнцем и свежескошенной травой. Этот аромат бил по инстинктам с неистовством бури, но я понимал, что это мой последний шанс, потому жёстко контролировал каждый свой шаг, вздох и слово.
— Поверь мне, ты величайшая драгоценность для меня. Никто в этом мире не будет любить столь же неистово, как я тебя, никто не пойдёт ради тебя на немыслимое, как я, никто не будет стремиться к тебе и желать тебя столь же самозабвенно, как способен я. Дай нам шанс, Минария!
— Мне страшно… — прошелестела она, бросив встревоженный взгляд на замершую за моей спиной Кэссиди.
Но я видел, что решимость Минарии тает, потому сделал последние шаги до девушки.
— Шанс, всего лишь один шанс. Я не о многом прошу, — заверил её, склоняя голову, чтобы заглянуть в полные сомнений глаза.
— Если Минария возьмёт на себя ответственность за вас, я могу дать добро, — внезапно заявила Кэссиди, чем подарила мне надежду и бросила в омут неприятия. — Вы станете её личным зверем.
— Что? — не справившись со злостью, я развернулся к наглой алхимичке.
Она смотрела с вызовом, ждала моей реакции. И стало ясным, что специально выводит меня из себя, хочет пресечь сомнения в душе Минарии.
— Она всё для вас? Так докажите. Откажитесь от гражданства Клоуфаста, от титула, от прошлой жизни ради неё. Встаньте на ступень ниже её по статусу. Пусть она вам покровительствует, а не вы ей. И если она согласится взять вас под свою ответственность, тогда вам будет позволено остаться в стране. Естественно, при заблокированном резерве.
Я медленно выдохнул, смиряя гнев зверя. Знал, что к этому придёт, но Кэссиди умела бить по больному. Она ждала моего взрыва, но зря.
— Хорошо, — выдохнул сквозь стиснутые зубы и, поймав вспышку удивления в синих глазах, развернулся к своей истинной и присел перед ней на колено. Минария и вовсе пребывала в ошеломлении. — Ты же дашь нам шанс, драгоценная моя? Или позволишь мне погибнуть?
— Я… дам шанс, — прошептала она, что принесло мне невероятное облегчение.
Хотелось обнять истинную, сжать в объятиях, поцеловать, но тогда бы я лишил себя всего.
— Значит, вы согласны? — вновь напомнила о своём присутствии Кэссиди. — Откажетесь от гражданства, титула и своих свобод, как посла?
— Да, я согласен, — подтвердил, глянув на неё из-за плеча.
Пусть понимал, что она идёт на уступки для меня и заботится о благополучии подруги, но в эти мгновения почти ненавидел её за унижение.
— Да будет так, — Кэссиди сухо улыбнулась.
И в этот момент связь с резервом прервалась. Я тяжело повалился на бок, не совладав со слабостью. Похоже, Дорос не преувеличивал способности алхимиков.
— Что ты… — сипло уточнил я, глядя на Кэссиди.
— Я заблокировала твой резерв, Раун. Соглашение вступило в силу. Ты больше не принц.
Её заявление было подобно удару молота в грудь. У меня перехватило дыхание. Даже перед глазами потемнело. Я всегда служил своей стране, поддерживал короля, защищал родину. В этом моя суть. Но ради обретения истинной придётся отказаться от всего, даже от себя самого, своего зверя и магии. Иначе просто погибну.
— Могла бы предупредить, Кэссиди, — упрекнул я, тяжело поднимаясь с пола.
Минария на инстинктах потянулась ко мне, но тут же отдёрнула руки и отступила. Видимо, привыкла помогать тем, кто в беде, но боялась меня.
— А ты бы мог облегчить мне жизнь и отказаться, — отбила Кэссиди, проходя мимо меня.
— Я не мог. Ты ведь этого и добивалась, — усмехнулся ей вслед.
Спина девушки закаменела, но сразу же расслабилась.
— Не подведи, Раун.
— Не подведу, — пообещал, заглядывая в глаза истинной.
Минария пока боялась меня, но в моих силах это изменить. Она дала нам шанс.
— Не бойся меня, — попросил я у Минарии, заметив, как она дрожит.
Она нервно кивнула, но не нашлась с ответом. А там вернулась Кэссиди и протянула мне блокирующий магию браслет. Я даже не удивился наличию в её спальне такого артефакта.
— Сейчас мы подпишем твой отказ от привилегий посла и титула принца, поболтаем, и вы с Миной сможете уехать, — сообщила она деловитым тоном.
Синие глаза Кэссиди снова стали напоминать льдинки. И лишь по запаху я ощущал, как ей страшно и тревожно. Но вряд ли она боится за себя.
— Уехать? Куда? — переспросила Минария.
— После подписания документов Раун станет бесправным бездомным… котёнком. Твоим личным котёнком, Мина. Тебе придётся о нём заботиться.
Думаю, Кэссиди ещё надеялась на мой взрыв, потому подобрала такую формулировку. А я даже обрадовался. Возможно, если Минария будет воспринимать меня безобидным и бесправным котёнком, сможет присмотреться ко мне и отбросить свои страхи?
— Мяу… — заявил я с улыбкой.
И это того стоило. Кэссиди кашлянула и воззрилась на меня в шоке, а бледность Минарии сменилась смущённым румянцем.
— Подожди? Заботиться? Я должна помочь ему с жильём?
— Забери его пока к себе, а сама поживи у родителей. Потом я помогу ему с жильём. А сейчас… у меня свадьба послезавтра и куча дел, я не вытяну, — ответила Кэссиди почти беспомощно, будто оправдываясь.
И я про себя согласился с Валери, наша принципиальная алхимичка на самом деле мягкая добрячка. По крайней мере, с близкими.
— Да ты и так много делаешь! — возразила Минария.
Похоже, они очень хорошие подруги. Надо бы узнать, каким образом аристократка такого уровня и девушка из простой семьи сошлись.
— На том и решим, — Кэссиди махнула рукой. — Раун, за мной.
Последний раз бросив взгляд на растерянную истинную и вобрав в лёгкие солнечный аромат, я послушно последовал за своей… внезапной помощницей.
— Спасибо, что даёшь нам возможность, — произнёс я, когда мы покинули покои.
Конечно, было бы легче, если бы мне отдали истинную без условий и претензий, но стоит признать, что основное неприятие исходит именно от Минарии. Значит, надо подавить его, тогда у меня появится шанс на возвращение к старой жизни.
— Это её решение, — отрезала Кэссиди. — Мина добрая и сострадательная. Только попробуй обидеть её, Раун, и будешь мечтать о смерти.
От её слов вдоль позвоночника прошёл холодок. Если она так легко блокирует резерв мага, боюсь представить, что может сделать ещё. Хотя и немного любопытно.
— Все алхимики могут лишать магов сил? Что ещё вы умеете? — поинтересовался я.
— Я могу сделать из тебя немощного инвалида, неспособного самостоятельно прекратить своё жалкое существование. Нужны подробности? — иронично уточнила она.
— На самом деле не отказался бы. Любопытно, — признался я.
— Ты ещё и ненормальный, — вздохнула она расстроенно.
— Я маг, Кэссиди, и никогда не сталкивался с алхимией.
— Больше не маг, — напомнила она о неприятном.
Я промолчал. Моё смирение временное. Сейчас для меня главное — остаться с истинной наедине, рассказать о привилегиях и возможностях, которые ждут жену принца Клоуфаста. Любая жительница моей страны многое бы отдала за возможность стать моей истинной, но Минария стоудорка. Возможно, она и вовсе не интересовалась особенностями соседей, ведь практически всю сознательную жизнь прожила в изоляции магического купола.
Но Кэссиди, судя по всему, ещё надеялась на мой отказ, потому провела меня в подвалы дворца, а здесь оставила почти на час в камере для политических заключённых. Надо сказать, дала массу поводов для сомнений, особенно, когда вернулась с кипой документов. Весьма неприятных документов. В конце концов, одно дело отказаться от себя и прошлого на словах, пока вдыхаешь аромат пары, и совсем другое — скользить взглядом по строчкам своих потерь. Но напрягало даже не это. Я сознательно лишал себя политической защиты и всех свобод. После подписания Кэссиди могла просто убить меня. И для неё не наступит никаких правовых последствий и возможных неприятностей со стороны Клоуфаста. Впрочем, брат бы не простил, но это другая история.
— Мне хоть бельё оставят? — спросил ровно, пытаясь навеянной меланхолией скрыть опасения и злость.
Она унижала меня раз за разом. И только понимание её мотивов и вера в Валери заставляли сдерживать характер.
— Выберешь вещи, которые хочешь взять в новую жизнь. Их проверят на сюрпризы, — ответил она. — Подписываешь? У меня и без тебя достаточно забот.
Она откинулась на спинку кресла и чуть поморщилась от боли.
— Можно отложить мой допрос на потом. Когда твои раны заживут и пройдёт свадьба? — предложил ей я, расписываясь в документе.
Сердце задрожало. Мне оставалось только верить в благополучный исход.
— Приступим, — проигнорировав мои слова, она забрала у меня бумаги, просмотрела их, сверила мою подпись с другим документом, даже проверила чернила.
А мне оставалось только в очередной раз убедиться в раздражающей педантичности алхимиков. Ну и мысленно готовиться к жёсткому допросу. Даже, возможно, к пыткам и смерти. Но я надеялся на виде́ние Валери и доброту Кэссиди. И вера в лучшее не подвела. Допрос прошёл довольно мягко, хоть и выматывающе. Меня не пытали, не убили, разве что снова пригрозили мучительной смертью, зато отпустили. Конечно, под охраной, но я был рад покинуть камеру. А скорая встреча с истинной грела душу.
Мне выделили полчаса на сборы, после проверили вещи и забрали почти все артефакты, кроме пары защитных. Остальное обещали отправить на родину, ведь присутствовали и родовые ценности. Следом меня проводили на выход. Здесь ожидал автомобиль, что несколько взбудоражило. В Клоуфасте предпочитали кареты с лошадьми. Уровень развития Стоудора потрясал воображение, о чём я сообщил Минарии, когда залез в салон.
Девушка сразу отодвинулась к окну, глядя на меня с опаской.
— Вам повезло, это одна из последних моделей. Развивает скорость до восьмидесяти километров в час, манёвренная, а конкретно этот автомобиль ещё и защищён от… покушений. Пуленепробиваемые стёкла, усиленный сплав корпуса. Хотя самое интересное, конечно, под капотом. Мотор — настоящее произведение искусства, — и она мечтательно зажмурилась.
— Насколько знаю, ты гениальный механик?
— Не мне судить о моей гениальности, но так говорят, — ответила она, пожав тонкими плечами.
— Что дальше, Минария? Ты позволишь мне жить с тобой?
— Что? Нет, конечно, — придушенно усмехнулась она. — Вы поживёте в моей квартире, пока не подберём вам жильё получше.
— Ко мне можно на «ты». Я больше не принц, а ты моя покровительница, Минария.
