Аделаида Крестовская. Ведьмин камень

— Давай попробуем, — кивнула я.

Вольдемар сидел со скучающим лицом, но все же было видно, что он прислушивается к разговору.

— Тогда я заеду за тобой вечером, — предложил Олег.

— Хорошо, давай до вечера.

— Как вчера?

— Меня вполне устроит, - согласилась я.

— Зададим им жару, — радостно проговорил он.

— Как получится, — усмехнулась я.

— Тогда до вечера.

— Увидимся, — ответила я и сбросила звонок.

Я убрала телефон в сумку.

— Ну что, Вольдемар, допивай кофе и погнали ко мне, — улыбнулась я. — Или ты останешься здесь?

— Нет, мы поедем к тебе, — кивнул он и продолжил потихонечку цедить кофе со скучающим лицом.

Глава 9 Все такое странное

Кофе всё же был допит, я помыла чашки, и мы собрались ехать ко мне. Пришлось вызывать такси. С Вольдемаром ехать в общественном транспорте было опасно. Меня не смущал его внешний вид — много необычных людей ходит по городским улицам, — но никто не знал, как он себя поведёт там. Пришло сообщение, мы вышли с ним на улицу. Он сразу принялся вертеть головой в разные стороны.

— Идёмте, Вольдемар, — проговорила я, увлекая его за собой.

Кое-как впихнула его на заднее сиденье автомобиля — он не знал, как правильно забираться в салон. Водитель что-то там пробормотал насчёт деревни, но я не стала ничего ему отвечать — его это не касается. Вольдемар вцепился в край сиденья и с напряжением смотрел в окно, но ничего не говорил, только хмурился.

Довольно быстро добрались до моего дома, благо в это время пробок не бывает. Я расплатилась с водителем, и мы вышли из машины. Вольдемар стоял у подъезда, задрав голову, и разглядывал панельный шестнадцатиэтажный дом с таким видом, будто перед ним был не жилой дом, а какой-то кошмар архитектурной мысли.

— Здесь раньше была деревня, как её, забыл, — проговорил он, немного скривившись.

— Не важно, — ответила я. — В центре квартиры дорогие. Я не могу себе позволить там купить, да и обычно там все коммуникации нуждаются в капитальном ремонте. А у меня ни сил, ни лишних денег на ремонт не наблюдается.

— Это доходный дом? — он посмотрел на меня с изумлением.

— Нет, у каждой квартиры есть собственник, — пояснила я, — Но квартплату мы все же платим, но она меньше, чем аренда.

— И ты здесь живёшь? — спросил он с лёгким сомнением в голосе.

— А что не так? — я усмехнулась, открывая дверь подъезда.

— Высоко, — ответил он, входя следом за мной. — И странно пахнет.

— Это подъезд, Вольдемар. Здесь всегда пахнет странно, ладно хоть не кошками и не бомжами, как в старом фонде моего города.

— Бомжами? — переспросил он меня. — Что за нечисть?

— Человек без определённого места жительства, — ответила я.

— Бродяга, — уточнил Вольдемар.

— В принципе да, — согласилась я с ним. — Идём. Наверх будем подниматься на лифте, а не по лестнице. Так быстрей.

Он только кивнул в ответ.

Лифт, к счастью, работал. Я нажала кнопку своего этажа, и кабина медленно поползла вверх. Вольдемар стоял неподвижно, сжимая трость, и я видела, как напряжены его плечи. Интересно, он когда-нибудь ездил на лифте? Когда двери открылись, он вышел первым и оглядел коридор с тем же настороженным любопытством, что и всё вокруг.

— Тут всё слишком узкое и потолки низкие, — заметил он.

— В новом Питере так всегда, — ответила я, доставая ключи.

Я открыла дверь в квартиру, пропустила его вперёд.

— Проходи, — сказала я. — Обувь нужно снять, у меня тут прислуги нет. Там есть пуфик, можешь присесть и разуться.

Он чуть кивнул и присел на пуфик, быстро снял ботинки и остановился в нерешительности, рассматривая коридор. Потрогал шкаф-купе, подошёл к нему поближе, принюхался и снова потыкал пальцем. — Дерево какое странное, — проговорил он, пытаясь ковырнуть кусочек ногтем. — Это ЛДСП, не дерево, материал такой. Из опилок делается и защитной пленкой покрывается. — Ааа, — судя по его лицу, он ничего не понял.

— Чай, кофе, что-то из спиртного? Может, есть хочешь? — спросила я, снимая ветровку и убирая её в шкаф.

— Ты же знаешь, я не ем, — он был явно озадачен.

— Конечно, это не старый Питер, — начала я.

— Это вообще другой город, я его не узнаю, — перебил он меня.

— Что поделать, времена его изменили, — пожала я плечами. — Со мной на кухню пойдёшь или тебе фильм включить на ноуте?

— Фильм на ноуте? Не надо ничего, — Вольдемар махнул рукой. — Идём, на кухню расскажешь всё.

Я провела его на кухню и усадила на маленький диванчик. Он снова принялся крутить головой.

— А печка у тебя где?

— У меня плита электрическая, — усмехнулась я, открывая холодильник и доставая лоток с пловом.

— А это что за шкаф? — он уставился на холодильник.

— Это называется холодильник, там холодно и хранят еду.

— Почему там холодно? Это магия какая-то?

— Нет, это технологии и прогресс, — усмехнулась я. — Сейчас ты вообще обалдеешь.

Переложила из лотка в тарелку плов и поставила в микроволновку и снова стала объяснять, что это и к чему.

— Странно вы тут люди живёте, — покачал головой Вольдемар.

— Да нормально, мне лично больше нравится, чем в старом Питере. А, кстати, забыла сказать. Я какого-то странного товарища видела, думала, что это ты или кто-то из твоих, — проговорила я, вытаскивая тарелку из микроволновки.

— Какой товарищ? — не понял Вольдемар.

Я ему описала тот случай на перекрёстке.

— Может, это был ты? Типа твой двойник. Трости же теперь две стало, и с тобой такое могло произойти, — предположила я.

— Нет, не могло, — он нахмурился.

— Судя по тому, как он там шарахался от машин, он тоже не местный.

— Я не знаю, кто это был, — Вольдемар покачал головой. — Может, он и не из моего времени. Расскажи, кто сейчас на престоле сидит? Всё также Романовы?

— Э-э-э, как бы тебе не стоит знать будущего, — я даже есть перестала. — У нас правительство.

— А как же вы без царя живёте? — удивился он.

— Нормально живём, — буркнула я. — Не спрашивай меня о будущем, я в школе плохо училась и с историей у меня беда.

— Я понял тебя, — кивнул он.

— Ну и замечательно.

— А в туалет вы на улицу ходите? — неожиданно спросил Вольдемар.

Я чуть не подавилась.

— Да, все шестнадцать этажей с утра до вечера стоим в туалет на улицу. Талончики выдаём, запись на месяц вперёд и очередь у нас, как в мавзолей к Ленину, — принялась я хохотать. — Сейчас доем и покажу.

— Что тут смешного? — обиженно проговорил он.

— Нет чтобы про водных тварей поговорить, он меня про туалет спрашивает, — фыркнула я.

Я доела плов, поставила пустую тарелку в мойку и жестом поманила Вольдемара за собой. Он поднялся с диванчика и пошёл следом, с явным недоверием поглядывая на всё вокруг. Я открыла дверь ванной и включила свет.

— Ну вот, смотри. Это туалет. Вода смывается кнопкой, — я нажала на слив, и вода с шумом ушла в трубу. — Унитаз, раковина, смеситель с горячей и холодной водой. Никаких уличных удобств.

Вольдемар переступил порог, наклонился, заглянул в унитаз, потом подошёл к раковине, потрогал кран, повернул его и отшатнулся, когда из него полилась вода.

— Она сама течёт? — спросил он с неподдельным изумлением.

— Сама, — подтвердила я. — Нажал — потекла, закрыл — перестала, и не надо носить вёдра. Кстати, в старом Питере у меня уже был водопровод. Не такой, как здесь, конечно, примитивный, но всё же.

— Интересно, — сказал он, рассматривая мокрую руку.

Я сунула ему махровое полотенце.

— У меня тут и жидкое мыло есть, если надо, и гель для душа. Если хочешь, то можешь помыться.

Вольдемар только покачал головой, вытер руки и вернул мне полотенце.

— Теперь нужно с тростью разобраться, — сказала я.

Мы вернулись на кухню. Вольдемар сел, взял трость, которую я оставила в углу, и положил на стол.

— Ты сказала, что трость помогла тебе против водяных, — начал он. — Это потому, что она чувствует твою волю. Она не просто палка с камнями, это артефакт. Но чтобы она работала, нужно уметь направлять в неё свою энергию.

— Как это? — спросила я, садясь напротив.

— Представь, что ты держишь не трость, а продолжение своей руки. И когда ты хочешь ударить или защититься, ты вкладываешь в неё не силу мышц, а намерение. Она должна чувствовать, что ты хочешь, чтобы она сделала. Не бей просто так, как обычной палкой, а бей с мыслью, что она должна поразить врага.

Я взяла свою трость, положила её на колени и закрыла глаза. Попыталась представить, что она часть меня. Я чувствовала её тяжесть, холод камней, гладкую поверхность. Я сжала ручку и мысленно сказала: «Помоги».

— Только в мою сторону не напрвляй. Попробуй на чём-нибудь неодушевлённом, — предложил Вольдемар. — Например, на этой свече.

Он указал на свечу, которая стояла на полке. Я подошла, подняла трость, снова сосредоточилась и легонько коснулась набалдашником фитиля. Свеча загорелась ровным жёлтым пламенем.

— Ого, — выдохнула я. — Сработало.

— Ты направляешь энергию через трость, — сказал Вольдемар с лёгкой улыбкой. — Поздравляю, первый шаг сделан.

Я потушила свечу и повернулась к нему.

— А что ещё она умеет?

— Всё зависит от твоей силы и намерения. Она может защитить, создать свет, открыть проход, остановить врага, но главное — не перегружать её. Иначе она станет бесполезной.

Я кивнула, запоминая.

— Ясно, что ничего не ясно.

— Аделаида, а ведьмин камень он остался в прошлом? — спросил меня Вольдемар.

— Кто о чём, а вшивый о бане, — проворчала я. — Может, в прошлом, может, в будущем, а может, вообще растворился в небытие. В общем, я его не видела. Давай лучше ещё с тростью потренируемся, вот только не в квартире, а где-нибудь на улице. У нас тут неподалёку парк есть. Может, туда прогуляемся? — предложила я. — Если ты, конечно, не хочешь душ принять или кофе с чаем выпить.

— Идём, хочу посмотреть на ваш мир поближе, — кивнул Вольдемар и поднялся со своего места.

— Тебя бы по-хорошему переодеть надо, — окинула я его внимательным взглядом. — Но боюсь, ты в мои вещи не влезешь. Уж лучше так, чем шокировать публику хэбешными женскими спортивками на пять размеров меньше оригинала.

Судя по его лицу, он ничего не понял из того, что я сказала.