Сиротка. Давай не будем врагами
Кристина Корр
В сердце академии
Покидая приют в своё восемнадцатилетие, я хотела найти достойную работу, а попала в академию Высших Искр, куда принимают только наследников древних магических родов. Во мне внезапно пробудилась магия, что считалась давно исчезнувшей. Так я загорелась целью выяснить своё происхождение, но на пути возникла преграда. И не одна. И дело не только во враждебном отношении других адептов и подозрительном внимании ко мне ректора Самая большая проблема — это старшекурсник по имени Кай Вейллар, который на людях ведёт себя дружелюбно, а наедине откровенно плюётся ненавистью. Я думала, причина в том, что я сирота, но история оказалась куда запутаннее. И всё же, давай не будем врагами?
Однотомник, ХЭ
Кристина Корр
Сиротка. Давай не будем врагами
Пролог
Аджен долго смотрела на мужа. На человека, которому когда-то верила настолько, что связала с ним жизнь, гордо носила его фамилию и пыталась найти в его бездушных, нечеловеческих глазах прежнего Дарена. Того Дарена, кто держал её руку на свадьбе, кто плакал, впервые увидев их новорождённого сына.
Но перед ней стоял незнакомец. Чужой настолько, что пробирало до дрожи. От её любимого давно ничего не осталось. Его поглотила слепая жажда обладать большим. Силой, которой не должно существовать в этом мире, силой, что опасна для живых.
Когда Аджен узнала, что в гробнице отвергнутых богов были открыты Врата Пепла, она сразу догадалась, кто к этому причастен. Давно ведь подозревала, что супруг состоит в Теневом ордене таких же одержимых безумцев, как он. Но и представить не могла, что близких ей людей, которые пожертвовали собой, закрывая Врата, обвинят в измене.
Выходит, их смерть была напрасной?
Дарен ловко всё вывернул, убедив императорскую Белую гвардию и Потомков Солнца, служащих Священному городу, что именно Астерады проникли в гробницу, желая овладеть древней силой.
А теперь что, взялись за устранение свидетелей? Но зачем им ни в чём не повинный ребёнок? Единственное дитя Астерадов — её дорогих друзей…
Хотят использовать из-за искры Истока, заключённой в малышке? Или навсегда уничтожить?
— Если ты тронешь девочку… — тихо вымолвила она, сжимая в ладони камень переноса, — я никогда тебе этого не прощу, — припечатала жёстко, в глубине души надеясь, что муж выберет её и сына, а не служение ордену.
Дарен безрадостно усмехнулся, но глаза оставались пустыми.
— Ты не понимаешь, какая сила в ней может проснуться… — протянул гулко, с нотками угрозы в голосе.
— Понимаю лучше, чем ты. Именно поэтому она не должна попасть к вам, — парировала она бесстрастно, прекрасно зная, на что способен носитель искры Истока.
Если бы у подруги её не было, она бы не справилась с закрытием Врат, не смогла бы их запечатать. И сейчас орден в бешенстве: древняя сила ускользнула у них прямо из-под носа, потому так спешат.
Нельзя допустить, чтобы дитя Астерадов попало к ним в руки.
“Меня всё равно убьют рано или поздно, раз знаю правду, но если ничего не сделаю…”
Аджен не хотела сожалеть о том, что ничего не предприняла. О том, что даже не попыталась спасти дочь лучшей подруги…
Лицо Дарена застыло, став непроницаемой маской.
… по спине пробежал холодок.
— Аджен, — произнёс в приказном тоне. — Тебе лучше остановиться. Притворись слепой и глухой.
“И до каких пор мне притворяться? А получится ли? Жить с грехом на душе…”
Она не подчинилась.
Когда супруг вышел из детской, Аджен подождала ровно столько, чтобы шаги стихли внизу, затем опустилась к кроватке и провела пальцами по светлым волосам сына. Ему недавно исполнилось четыре — ещё совсем ребёнок.
У неё было столько планов…
— Прости меня, мой свет, — прошептала она нежно, глотая слёзы, вставшие комом в горле. — Иначе никак. Когда-нибудь ты поймёшь…
Веки малыша затрепетали, сверкнули в полумраке наполненные силой прозрачно-серые глаза.
— Мама?.. — сонно нахмурился он.
У Аджен перехватило дыхание, предательски дрогнуло сердце.
— Спи, малыш. Всё хорошо, — ласково улыбнулась она, стараясь казаться непринуждённой.
Сын улыбнулся в ответ и снова провалился в сон, безмятежно засопев.
Она наклонилась и поцеловала его в лоб, стараясь запомнить тепло его кожи, впитать родной запах, ощутить мягкое дыхание. Сердце рвалось остаться. Спрятаться вместе с сыном, убедить себя, что кто-нибудь другой обязательно спасёт дочь Астерадов, кто-то другой остановит Теневой орден, кто-то другой заплатит цену…
… изо рта вылетел горький смешок.
“Я должна хотя бы убедиться…”
Аджен выпрямилась и сняла с шеи тонкую цепочку с родовым камнем. На миг сжала её в ладони и сунула под подушку сына, чтобы он нашёл его, когда проснётся.
— Однажды ты узнаешь правду, — выдохнула она так тихо, что слова почти растворились в полумраке. — Только не стань таким, как он. Не иди по стопам своего отца, не гонись за силой.
Аджен стиснула зубы и активировала камень переноса. Координаты знала наизусть, труда не составило…
Багровое пламя над особняком Астерадов поднималось до неба.
Такая страшная и одновременно завораживающая картина…
… в груди заходилось сердце так, что стало трудно дышать.
— Мерзавцы… они всё-таки сделали это, — сквозь слёзы и боль процедила она.
Душа рвалась на части…
Аджен судорожно сглотнула и активировала камень ещё раз. На этот раз последний: заряда больше не осталось.
С первого взгляда было ясно, что огонь не погаснет самостоятельно, что его нельзя потушить даже силами магов воды. Что любой, кто сунется туда, умрёт, только если он не член Теневого ордена…
Оказавшись в одном из залов, она пошатнулась, опираясь ладонью о стену. Камень был раскалён, болезненно обжёг кожу. Воздух густел от дыма, в нём летали искры, и каждая казалась маленькой падающей звездой.
… где-то наверху обрушилась балка.
Аджен закрыла рот рукавом и побежала вперёд, пытаясь расчистить путь крохами магии света.
Она знала этот дом.
Была здесь десятки раз. Помнила галерею с портретами, зимний сад, музыкальную комнату, где подруга играла весёлые этюды и смеялась, когда её супруг пытался подпевать…
Те беззаботные дни, наполненные счастьем, сейчас казались такими далёкими, словно всё это было не взаправду.
Теперь галерея лежала в руинах. Портреты Астерадов горели вместе с именами. Жадное тёмное пламя, созданное мерзавцами, уничтожало все следы…
— Малышка, слышишь?! — позвала Аджен, но дым поглотил её голос.
Ответа не было, а время стремительно ускользало сквозь пальцы. Любое промедление могло стоить ребёнку жизни…
Она поднялась по белокаменной лестнице, ощущая неистовый жар под ногами. На втором этаже он усилился, став невыносимым. Магическая защита дома умирала: где-то ещё вспыхивали золотые знаки, пытаясь удержать огонь, но их тут же пожирали тёмные заклинания.
Аджен добралась до детской почти вслепую. Дверь была запечатана родовой силой Астерадов. Слабой, повреждённой, но всё ещё ощутимой.
Она приложила ладонь к замку.
— Я не враг, — выдохнула хрипло. Горло нещадно жгло. — Алира, если узнаёшь… впусти меня.
… под пальцами вспыхнул золотыми искрами магический символ.
Дверь с тихим щелчком открылась.
В комнате было жарко, но не так, как за её пределами: здесь всё ещё можно было нормально дышать. Над колыбелью мерцал защитный купол — тонкий, почти прозрачный, который не продержится долго.
Внутри, на мягком одеялке с вышитым гербом Астерадов, сидела голубоглазая малышка, похожая на куколку. Сидела тихо, не плача, но и не понимая, что происходит.
Она доверчиво смотрела на Аджен сквозь дым, будто узнавая.
… сердце у неё болезненно сжалось, под рёбрами резануло.
“Так похожа на мать…”
— Здравствуй, маленькая, — с дрожью в голосе вымолвила она, выдавливая из себя улыбку. — Как ты, кроха? Испугалась?
Малышка хлопнула пушистыми ресницами, в глазах задрожали слёзы.
Аджен шагнула к колыбели, но в этот миг за её спиной раздался треск. В охваченном пламенем коридоре появились тени. Она не видела их, но прекрасно чувствовала…
— Проверьте детскую, — донёсся приглушённый голос. — Лорд сказал, ребёнок мог быть защищён родовой магией.
Аджен замерла. Времени совсем не осталось.
Призывая на кончики пальцев немного магии, она аккуратно сняла защитный купол, подхватила малышку на руки и прижала к себе. Девочка была горячей, перепуганной, но на удивление тихой, будто осознавая происходящее, хотя ей недавно исполнился только год.
— Всё хорошо, — успокаивающе прошептала Аджен, гладя кроху по спинке. — Я вытащу тебя, — добавила твёрдо.
Но выбраться из полыхающего особняка с ребёнком на руках, когда вокруг снуют ищейки ордена, невозможно. И камень переноса теперь бесполезен.
… тени неминуемо приближались.
Аджен опустилась на колени прямо посреди детской, усадив малышку перед собой. Вытащила из-за пояса припрятанный нож и, не раздумывая, полоснула им по своей ладони. Выступившая из раны кровь засияла голубым светом, отличающимся от света Астерадов.
Магия Аджены умела скрывать, прятать следы, уводить взгляд. И если отдать ей всё — могла перенести человека туда, где его не найдут.
Словно чувствуя намерения спасти любой ценой, малышка опустила крохотную ладошку на колено Аджены. Вокруг пальцев девочки вспыхнул золотой свет. Слишком яркий. Слишком сильный для ребёнка.
Если орден доберётся до неё…
Дар уже просыпался. Магия Истока тянулась наружу, реагируя на опасность.
— Нет, малышка, — с сожалением в голосе вымолвила Аджен и погладила её по голове. — Не сейчас. Придётся потерпеть, пока вырастишь…
Она призвала силу, позволив ей свободно струиться по потокам, и начала формировать печать. Символ за символом. Каждый давался с болью. Магия утекала, как вода сквозь решето, оставляя лишь опустошение.
