Выдыхаю и поворачиваюсь к служебному лифту. Обычно я поднимаюсь по лестнице, спортом занимаюсь, да и не так много этажей в этом здании, я раньше удивлялась, зачем отец захотел поставить здесь лифт. Впрочем, еще он хотел, чтобы здание было выше и стройнее, прямо как Ирина. Какое у меня ироничное сравнение получается, однако.
Хотя, конечно, лучше бы мне остановить поток мыслей или направить его в другую, более безопасную сторону, если не получается остановить. Ведь как ты остановишь ураган? Вот именно, никак.
Правда, его нельзя направить в другую сторону, насколько я понимаю природу атмосферных явлений и то, на что способно человечество. Но поток мыслей уж точно можно, наверняка можно. Жаль, не в моем случае.
У меня в душе уже проснулась горечь и обида и на отца тоже. Ведь, по сути, он организовал все так, что я до сих пор существую рядом с Ириной. А еще он не сильно отличался от Артема и мачехи, он был такой же, как они, даже хуже, иначе он бы не забрался столь высоко в нашем городе. И, может быть, если бы я была чуть более похожа на него характером, тогда мы были бы более близки. И я бы не оказалась сейчас в такой ситуации, в какой оказалась.
– Да едь ты уже быстрее, – нервно жму на кнопку необходимого мне этажа.
Для моего спокойствия было бы лучше разговаривать с Артемом за пределами офиса, где буквально все заставляет почувствовать меня ущербной на фоне общей крутости абсолютно всего и всех вокруг. И психолог бы мне наверняка посоветовал тоже самое. И вообще, не стоит торопиться с выводами, сказал бы он практически стопроцентно.
Собственно, потому я и перестала ходить к нему на приемы. С ним я становилась лишь более неуверенной в себе. И, кстати, психолога мне нашла Ирина, она же и убедила отца в том, что он мне нужен. А я, как послушная дочь, ходила на приемы к абсолютно бесполезному доктору на протяжении почти десяти лет.
«Надо было хотя бы в этом взбунтовать, да, папа?» – горько усмехаюсь про себя.
К счастью, двери лифта открываются, не дают мне еще сильнее погрязнуть в пучине собственных комплексов и обид. В конце концов, для подавляющего большинства девушек моя жизнь выглядит идеальной, а я сама кажусь им избалованной богачкой.
Правда, вот–вот они смогут позлорадствовать, ведь по словам Ирины я собственными руками лишила себя всего.
– Саша? – удивленно восклицает Артем. Он стоит неподалеку у лифта и перебирает какие–то бумаги в папке, которую держит молодой стажер. – Что–то случилось?
«А вот и он, момент икс», – думаю, глядя с мрачной решимостью на Артема…
Глава 6
– Ты что–нибудь скажешь? Двери вот–вот закроются, – иронично выгибает бровь мой жених, его губы непроизвольно дергаются, словно он пытается сдержать усмешку.
– Да, конечно, я выхожу, – стараюсь звучать уверенно, а выглядеть достойно.
«Черт, надо было переодеться, моя одежда насквозь пропахла им, – мелькает в моей голове досадная мысль. – Раздутое эго Артема сейчас подумает что–то совсем не то о моем приходе. Впрочем, какая уже разница».
Выхожу из лифта и останавливаюсь напротив изменщика. Офисные работники бросают на меня любопытные взгляды, но это меня мало волнует.
– И? – все–таки насмехается надо мной Артем. – Так что ты хотела сказать, раз не поленилась самостоятельно приехать после нашей недавней встречи?
«Он даже вид не делает, что уважает меня, – понимаю вдруг. – И как я могла влюбиться в такого?»
Нужно ведь себя слушать, а не сторонних советчиков. А я всегда слишком любила перекладывать ответственность на других, мол, отец не обращает на меня внимание, потому я такая. Мачеха в очередной раз назвала меня бледной и неинтересной, потому я замкнулась в себе и действительно стала бледной и неинтересной.
«По–моему, я наконец–то научилась разбираться в себе. Возможно, часы общения с психологом были не столь бесполезны».
– Разговор есть, разве непонятно? – зеркалю надменное выражение лица Артема и даже бровь выгибаю, как он.
Не так уж и трудно выглядеть стервой, авось, мне даже понравится.
– И что, он не мог подождать? Я ведь сказал, что занят, – чуть с большим интересом смотрит на меня изменщик, но все еще не проявляет уважение.
«Какая же я дура, – ставлю себе полный и окончательный приговор, – сама напоролась, самой и расхлебывать».
– Очевидно, нет, – твердо отвечаю. – С Ириной я уже поговорила, – решаю дать намек, а то мы можем еще долго ходить вокруг да около, Артему явно все равно, что мы стоим посреди рабочего этажа, и добрая половина офисного коллектива на нас смотрит.
– Ах вот оно что, – на лице изменщика появляется понимание, – идем, конечно, идем. Зайдешь ко мне с этой папкой через час, не раньше, – дает он задание стажеру, а сам берет меня под локоток, изображая приторную заботливость. – Все на самом деле не так, ты ведь знаешь свою мачеху, ей не стоит доверять.
Я предпочитаю дождаться, когда мы дойдем до кабинета Артема, только потом что–либо говорить, но он, кажется, принимает мое молчание по–своему.
– Сашенька, зайка, ты что, – обнимает меня за талию, – не нужно верить Ирине, – говорит тихо мне на ухо, – ты ведь ее знаешь. А хочешь, я помогу вам разъехаться?
Закатываю глаза, но упорно молчу.
– Меня ни для кого нет, Анастасия, – рявкает Артем своему секретарю.
– Но вы просили напомнить, – растерянно начинает девушка, но быстро замолкает под строгим взглядом своего начальника. – Ясно, я поняла.
«Интересно, с ней он тоже спит? – пристально разглядываю Анастасию. – Смотрит она на нас без досады или ревности, может, с ней он и не спал», – делаю вывод, а мы с Артемом наконец попадаем в его кабинет.
– Так что тебе сказала Ирина? Что мы с ней вместе? Не верь ей, – говорит мой жених, едва закрыв дверь. – В самом начале нашего знакомства, возможно, были какие–то намеки, но не более того.
– Я сегодня нашла ее лифчик в твоем диване.
– Она сама его туда засунула, я тебе точно говорю, она могла, она ревнует, не хочет, чтобы мы были вместе, боится, что ее положение пошатнется.
Смотрю на Артема и думаю о том, что не зря сразу не устроила скандал, столько интересного бы не узнала. И ведь лжет он стройно, гладко, не придерешься. А лицо! Лицо такое искреннее, ему бы на сцену, в театре играть, да в театре столько денег не заработаешь.
– Меня интересует доверенность, – обрываю я стройный поток его речи…
Глава 7
Надо отдать должное актерскому мастерству Артема, на его лице ни один мускул не дрогнул после моих слов, и глаза не забегали. А вот я вдруг чувствую чудовищную усталость, хочется сесть, а лучше лечь на диван и свернуться калачиком, и чтобы последнего года не случалось.
– Только не надо говорить, что ты не понимаешь, о какой доверенности идет речь, и что Ирина что–то напутала, придумала или еще что-то не то сделала, – устало вздыхаю и таки присаживаюсь на стул для посетителей.
Не потеряю я лицо, если присяду, еще и туфли эти чертовски неудобные.
– Нет, – растягивает гласные Артем, – я понимаю, о чем речь. Я не понимаю, что тебе рассказала Ирина.
– Вы с ней не согласовали версии вранья? – горько усмехаюсь. – Зря, стоило согласовать.
Не могу продолжать смотреть на Артема, который, наоборот, не отрывает от меня своего внимательного взгляда, вместо лицезрения персоны неверного жениха опускаю глаза на стол. Бумаги, бумаги и еще раз бумаги. Компьютер с большим монитором, конечно, а еще ручка.
– Надо же, пользуешься ею, – беру канцелярскую принадлежность и принимаюсь нервно щелкать ею.
Отец сейчас был бы очень недоволен мной, ведь я отвратительно веду переговоры, еще и показываю свою слабую позицию, отводя взгляд и щелкая ручкой. Хотя, быть может так я выражаю скуку, а заодно хочу вывести оппонента из себя.
Любой свой недостаток можно превратить в достоинство. Ну, или почти любой.
– Конечно, почему бы мне не пользоваться этой ручкой, ведь ты мне ее подарила, – отвечает Артем. – У меня здесь и наша общая фотография стоит на столе.
Он берет фоторамку и сует ее мне под нос. Я там обнимаю «любимого», а он милостиво позволяет себя обнять. Собственно, так можно охарактеризовать все наши отношения с Артемом.
– И к чему ты мне это сейчас рассказываешь? – спрашиваю и все–таки перевожу свой взгляд на него. – Почему ты меня не бросил еще месяц назад? Предварительно оставив ни с чем, конечно. Ирина уверяет, что говорила тебе поступить именно так.
– Ирина, – кривится Артем, как от зубной боли, его холодная маска впервые за наш разговор трещит по швам, – я не знаю, как твой отец с ней жил столько лет, это не женщина, а пиявка.
– Ну, – чешу нос, – ее характер не мешает вам спать с ней.
Артем на это тяжело вздыхает, закатывает глаза и качает головой. Столько проявлений эмоций сразу – это нечто невероятное в его случае. Видимо, в чем–то моя мачеха и впрямь гениальная женщина, вон как на эмоции выводит даже самых хладнокровных представителей сильного пола.
– Слушай, Саша, я не собирался с тобой расставаться, зачем? А вот как раз с Ириной очень бы хотел, но пока не вышло, – говорит наконец Артем. – Доверенность – это прекрасно, но ты в роли жены надежнее. И тебе ведь выгодно! – он вдруг опирается на стол рядом со мной и берет мои руки в свои. – Ты же не хотела заниматься фирмой отца, тебе это было не нужно. Ты хороший человек, но этот мир не для тебя. Я ведь хотел тебя оберегать, решать внешние вопросы и дальше, как делал весь этот год. Разве это плохо?
Заканчивает он свою, возможно, частично правдивую речь и смотрит на меня при этом так заискивающе–искренне.
– Ты сейчас серьезно, да? Я настолько жалкая в твоих глазах?
Артем отвечает с секундной заминкой, но мне этого хватает, чтобы понять, что именно такой он меня и считает.
– Нет, милая, конечно, нет. Но ты ведь плохо приспособлена к жизни, согласись. А уж с управлением фирмы ты и вовсе бы не справилась. Твой отец должен был лучше заниматься твоим воспитанием, но что вышло, то вышло. Зато ты хороший человек, с тобой приятно, в отличие от твоей мачехи. Вот и зачем нам все рушить? Давай лучше объединимся и избавимся от Ирины, это будет выгодно нам обоим. А потом поженимся, как и мечтали. Что скажешь, малыш?
Глава 8
Артем изображает нежность, а у самого акулий взгляд. А ведь женившись на мне, он легко может захотеть стать вдовцом, ну, чтобы совсем ему было хорошо. Сначала от одной избавился, потом от второй и остался единственным владельцем всего.
Все это я просчитываю на раз, должно быть, сказываются папины гены и его личный пример. Вот только жаль, что это не помогло мне вообще не связываться с Артемом. Впрочем, каким бы не был умным и продуманным отец, он все равно женился на Ирине. Видимо, в любви вся эта продуманность дает сбой. Порой вроде и понимаешь, что рядом с тобой человек с гнильцой, что он с удовольствием при случае воткнет нож в спину, а все равно не бросаешь, наслаждаешься жизнью с ним.
Впрочем, я не ожидала от Артема подвоха, это не мой случай. Но мне до сих пор хочется обелить выбор отца, как–то оправдать его в своих глазах. Комплексы из детства, что уж тут поделаешь.
Но и это все лирика, что мне делать с Артемом?
– А как именно ты предполагаешь избавляться от Ирины? – задаю более–менее нейтральный вопрос.
Почему–то мне кажется небезопасным вот так в лоб отказывать Артему, но, естественно, ни о каком союзе с ним больше не может быть и речи.
– Есть у меня кое–какие задумки, – самодовольно улыбается мой теперь уж точно бывший жених. – Но я рад, малыш, что ты все правильно для себя решила, ты не прогадаешь со мной, – треплет он меня по голове, что я едва терплю, если честно, но заставляю себя улыбнуться в ответ. – Прости, но у меня много работы, я вынужден попросить тебя уйти.
– Да, конечно, ты прав, я пойду, – поднимаюсь на ноги и лихорадочно думаю, куда податься, каков должен быть мой следующий шаг. – Раз уж я пришла, зайду сначала к Антону Борисовичу, давно нужно было его поблагодарить за все, да я все откладывала.
– Так он на пенсию ушел еще месяц назад, – говорит Артем, – устал человек, на заслуженный отдых вышел. Уехал к детям в другой город, так что не трать время, не ищи его, да и он, я думаю, знает, что ты ему благодарна, так что не переживай.
«И тут месяц назад, прямо совпадение на совпадении», – мрачно думаю про себя.
– Ясно, – киваю, – учту.
Выхожу из кабинета и не могу придумать, к кому мне обратиться в отсутствии Антона Борисовича. Вот такой парадокс, меня на фирме отца знали многие, а я почти никого. И винить в этом нужно в одинаковой мере и себя, и отца. Правда, за последний год кадровый состав сильно поменялся, и снова это прошло мимо меня.
«Отвратительная я наследница, просто катастрофически отвратительная», – думаю с раздражением. И тут мне на встречу из коридора выходит знакомый юрист.
– Саша! – на радостях чуть ли не кидаюсь тезке в ноги. – Как я рада тебя видеть.
– Привет, – настораживается молодой человек. Когда-то мы с ним учились в одной школе, он, правда, старше меня и учился в разы лучше. Мой отец помогал семье Александра, насколько я знаю. В нашей школе обучение стоило очень дорого, но спонсорская помощь частенько выручала одаренных детей из семей попроще. – Эм, как дела? Я все хотел зайти или позвонить, ну, знаешь, выразить сожаление, сочувствие, - заканчивает парень сумбурно.
– Да–да, понимаю, – хватаю Александра под локоток, – и ты все еще можешь его выразить. И благодарность заодно тоже выразить как дань уважению доброй памяти отца.
Тут Сашка знатно напрягается, а я с трудом подавляю ухмылку. Вот такая вот благодарность у людей – как до дела доходит, так они тут же в кусты хотят прыгнуть. Ведь так легко все на словах, но не в поступках, с ними легко не бывает.
– И что ты хочешь? У меня есть невеста, – невпопад произносит Александр.
Да, когда–то отец всерьез думал выдать меня замуж за своего протеже, но не срослось. Неужто тот считает, что теперь я могу претендовать на него, как на жениха?
– К счастью для тебя, я тоже несвободна, – отвечаю с нервным смешком, вспоминая, как все оборачивается сегодня, – моя просьба заключается совсем в другом…
Глава 9
Александр согласился встретиться со мной и обсудить, что мне нужно, через два часа. Жаль, что не сразу, весь мой боевой запал стихнет за два часа, и я попросту сдуюсь.
«Чем занимаются героини фильмов, оказавшиеся в моем положении?» – вдруг задаю себе вопрос.
Я не персонаж романа, это понятно, но мыслить такими категориями легче. Хороший психологический прием на самом деле, а я специалист в подобном.
Как раз главная героиня в моей ситуации должна прямо сейчас достать из сумочки зеркальце, поправить прическу, подкрасить губы, улыбнуться самой себе, а в процессе всего этого на нее снизойдет озарение, как ей быть и куда податься дальше.
И да, я фанат подобных фильмов, потому я точно знаю, что должны делать девушки. Вот только осуществить этот план самой не удастся, по крайней мере полностью не удастся, ведь у меня нет зеркальца.
Внезапно смеюсь в голос, невольно пугая случайных прохожих – я уже успела выйти на улицу и начать свое неспешное бесцельное блуждание вокруг здания фирмы.
– Простите, вспомнила кое–что, – делаю неопределенный взмах рукой, – не обращайте внимание.
У меня тут жизнь рушится, а я думаю о фильмах и зеркальцах – странная я личность. Правда, мне давно казалось, что жизнь моя рушится, я ведь была довольно депрессивным подростком, если на то пошло. И как же было удобно, оказывается, спихивать всю вину за подобное состояние на отца.
«Теперь–то я не могу спихнуть все на свете на тебя, папа, – разговариваю мысленно, – Артема не ты заставил меня выбрать, да и все остальное – дело моих рук».
В итоге, так и не поймав чудесного озарения, я попросту отправляюсь к ближайшему банкомату. В фильмах постоянно блокируют карточки неугодным наследницам, сниму наличные, хоть и не верю я до сих пор, что своими руками лишила себя буквально всего нажитого отцом.
– Подожди ставить крест, может, не все потеряно, – бормочу себе под нос.
Именно поэтому я и хочу узнать у Александра, как обстоят дела на фирме, и чем грозит мне та доверенность. Ведь так и поступают разумные люди, они идут на консультацию к юристу, верно?
Вообще, куда угодно бы пойти, лишь бы не домой – там Ирина, которую не так–то легко выгнать. И полиция мне не поможет, мачеха имеет все права находиться в доме наравне со мной.
Я уже устаю наматывать круги, обувь–то не моя, неудобная, но два часа, к счастью, практически истекают. Заворачиваю к неприметной кофейне, в которой мы условились встретиться с Александром, и чуть не сталкиваюсь нос к носу со сладкой парочкой, Ириной и Артемом, что–то эмоционально обсуждающими в неприметном проулке между двумя слишком близко стоящими домами.
– Это ты во всем виноват! – кричит моя мачеха. – Я тебе говорила, надо было избавиться от нее! А ты все тянул!
– Тихо ты! Не истери, – одергивает ее Артем.
– Я поняла! Ты не хочешь от нее избавляться, ты мне только обещал, а сам не хотел. Или собирался все спихнуть на меня, я поняла, – произносит эмоционально Ирина. – Но я больше не намерена тебя слушать!
Судя по звукам, мачеха разворачивается, чтобы уйти, я лихорадочно отступаю назад, через проулок путь мне закрыт, как и мимо, есть только вариант помчаться назад, что я пытаюсь сделать.
Надо же, впервые моя привычка сокращать путь по всяким подворотням оказалась полезной, услышала такой пикантный разговор двух сообщников. Вот только быстро сбежать у меня не выходит – чертов каблук снова подворачивается, заставляя меня опять терять равновесие…
