Я напрягся. Ничем хорошим от встречи с личом и не пахло. Разве что смертью и могильным холодом.
– Командующий предлагает встретиться в городе, но если Рейн откажется, он может явиться лично.
– Угроза? Быстро он меняет тактики. Передай Борроузу, что я приду.
Сказал и сам задумался. Глядя на пепелище, оставшееся от моей лужайки, понял, что завидую Борроузу. Если у него есть какие-то проблемы, он просто может приказать армии нежити, и нет у него никаких проблем.
И тут картинка в голове сложилась.
– Четверг, у меня гениальная идея.
– Утверждение, мягко говоря, спорное.
– Мне нужна армия. Сильнейшая в Логосе армия. Собственная, абсолютно лояльная и такая, которую вообще будет не жалко.
– Сбавь обороты, я уже обдумывал эту же идею. Но пока что под эти требования лишь тебя нашел.
– Я знаю, где ее достать.
– Нейрозадом чувствую, сейчас какую-то дичь сморозишь.
– Нам нужно попасть в самое сердце полуострова.
– Слушай, помнишь ты грозился перенести меня в картошку? Так вот, я согласен.
Глава 2. Он даже мёртвому медицинскую страховку продаст
– Не понимаю я местных, – произнёс Сектор. – Они же в среднем довольно крутые ребята, а шипогривов за сто метров обходят. Нет, зверь опасный, кто спорит. Но они же вчера мертвяков только в путь гоняли, а это ведь вообще какая-то нездоровая чертовщина.
– Ты смотришь со своей колокольни, а они со своей. Ты жил на свалке, а нежить только здесь увидел. А они с нежитью бок о бок живут, а вот в глубину большинство из них спускалось один раз в жизни, и то под инициацией.
– И что?
– Для них шипогрив – это что-то, что показывают в передвижных цирках. В одном ряду с другими чудовищами. А ты, я смотрю, уже решил показать свою удаль.
– Да нет, – Сектор смущённо спрятал перебинтованную руку. – Просто один из них сам ко мне полез. Ну я и погладил. Кто ж знал, что у них шипы настолько острые.
– Не переживай. Подтянем тебя по эйбу совсем чуть-чуть, и вновь станешь Железнокожим. А пока всё же перчатками обзаведись.
– Откуда твой Суббота вообще нашёл целую стаю? Не в глубину же он за ней нырял?
– Не знаю. Может, и в глубину. Я вообще не перестаю удивляться этому псу. Давай уже к делу.
– К делу… Дела нормально. Насколько это возможно. Стену разгребать будут ещё неделю. А хоронить останки ещё месяц. Чарли сказал, что можно воспользоваться восточным проходом, чтобы попасть в Алеппо, через него сейчас ходят разведчики.
– Когда Чарли отправляется?
– Скоро. Тяжелораненых в первую очередь, немного сундуков, первую партию. Обратно потащим лекарства и припасы. Только Чарли хотел к тебе лично прийти, переговорить. Не приходил?
– Ещё нет. План нормальный, если есть проход, надо отправляться. Заодно Уильяма вернём отцу, а то разнервничается ещё. Нам ведь нервного мафиози тут только и не хватает.
– Ладно, пойду проконтролирую.
Сектор ушёл, я остался сидеть на крыше, наблюдая за раскинувшейся внизу деятельностью. Роджер куда-то свалил, так что я наслаждался тишиной, как мог.
Работы предстояло много. Про лужайку, дорогу и фонтан вообще молчу, тут надо сначала пласт спекшейся земли снять, потом уже что-то делать можно будет. Но особняку тоже досталось.
Почти весь фасад держится на честном слове, каким чудом не обвалилось ничего, я не представляю. Скорее всего на рунах укрепления держится. Кстати, надо бы уточнить у Грэма, сколько те будут действовать.
Сам я не делал ничего. И если честно, то вообще не понимал, почему остальные что-то делают, хотя их никто не просил. У меня сложилось стойкое ощущение, будто бы это я пришёл в чужой дом и просто занимаю спальное место. А настоящие хозяева почему-то работают, суетятся, что-то делают. И почему-то при этом решили, что главный тут я.
Оно как-то само собой получилось, что люди начали считать особняк своим, может быть временным, но родным домом. И потому стараются всё здесь обустроить. Может, боятся, что я их выгоню? Да только мне-то что? Пусть живут, места полно, мне не мешают. Да и оно как-то… поживее что ли.
– Рейн? – раздался за спиной голос Яркого.
– Привет, Джордж.
– Чарли уже говорил с тобой?
– Мне кажется, Чарли уже со всеми поговорил, кроме меня.
– О, здорово. Тогда лучше я скажу. Я присяду?
– Да, конечно. Только учти, что за это кресло тебе придётся драться с вожаком шипогривов.
– А… А это?
– С психопатом-пиромантом в кроличьей маске. Это тот, у которого мина в затылке.
– А… А зачем ему мина в затылке?
– Говорю же, псих.
– Ясно. Я лучше на ящичек присяду тогда.
– Вот и я так же решил. Шут с этими креслами.
– Я чего пришёл. Хотел поговорить по поводу твоего этого аппарата. Который со Спрутом, как мне рассказали. Который лечит вязь, некротизацию и, поговаривают, даже мужское достоинство больше становится.
– Последнее вряд ли, хотя наверняка утверждать не стану.
– Но самое главное я видел своими глазами. Берсерк с ледяной магией.
– И что? У Уильяма неплохой запас энергии в ядре, вполне может себе позволить иметь в арсенале хотя бы одно атакующее заклинание.
– Ясно, – покачал головой Яркий. – Рейн, я буду говорить прямо, чтобы не тратить время понапрасну. Ты вообще понимаешь, как устроено развитие спиритов?
– Конечно.
– Нет, ты не понял. Я говорю про нормальных, обычных, среднестатистических спиритов. Не со свалки. И уж точно не про тебя.
– Нормальный я спирит, – возмутился я.
– Ага, как же. Давай я расскажу, как это происходит, хотя бы на примере Королевства.
В общих чертах я и сам знал, хотя глубоко в вопрос никогда не погружался. Мне было просто неинтересно, что и как там у других.
В каждом человеке в Королевстве есть немного эйба. Прямо совсем немного, примерно первый ранг свалки, максимум второй. Значения такие мизерные, что я даже исключил их из фильтров спектрального зрения как побочку.
При этом никаких особых способностей у людей нет. Чуть покрепче, реже болеют, быстрее всему обучаются, меньше едят, меньше спят, но всё это незначительные изменения. А вот если эйба к пятнадцати годам набирается выше среднего, то это уже претендент на поход в глубину.
К шестнадцати годам человек проходит ритуал инициации. Дорогое удовольствие, которое могут позволить себе далеко не все. Но если нет денег, всегда можно пойти на службу к короне. Инициация – это банальный туризм, как было на свалке.
Спускаешься в глубину в составе матёрого отряда, а затем быстро возвращаешься на поверхность. Для местных подобного хватает, чтобы сразу взять минимум половину первой ступени, а то и больше. Хотя погружаются они строго на первый слой.
И тут определяется вектор спирита. Не только в какую часть энергосистемы пойдёт эйб, но и первые способности.
Дальше стандартное развитие: кто побогаче – те хлещут чистый эйб, кто победнее – либо получают его за выслугу короне, либо идут в дайверы. Но и те, и другие, и третьи примерно раз в половину ступени спускаются в глубину.
И получают новые способности от Логоса, которые чаще всего синергируют с уже имеющимися. Золотой серединой считается взять вторую ступень. Это оптимальный баланс вложенных сил и результата. Обычно к этому моменту спирит владеет тремя-пятью способностями. Как повезет.
Хочешь дополнительных? Без проблем. Способности можно извлекать и передавать другим, предварительно тщательно очистив эйб от примесей. Можно даже копировать до определённого предела.
Но если не хочешь поиметь вязь, проблемы со здоровьем, а то и вовсе сломать себе энергоструктуру, то выбирать способности нужно в соответствии со своим вектором.
В Королевстве за это отвечает церковь Эбола. У них хранятся огромные базы знаний с каталогами. Какой вектор хорошо сочетается с какими способностями, что скорее всего работать не будет, а что может и сильно навредить.
Грубо говоря, в первое погружение определяется класс спирита, в дальнейшие погружения это направление углубляется. И есть возможность сделать шаг в сторону по своему желанию. Шагнёшь на два от основного вектора – получишь ослабленную версию того, что хотел. Шагнёшь на три – не получишь ничего, просто впустую потратишь место, ведь количество способностей напрямую зависит от того, насколько хорошо развита связь.
Шагнёшь в противоположную сторону – станешь слабее, потому что энергоструктура начнёт конфликтовать сама с собой.
На меня эти правила распространяются лишь частично. Мне Логос ничего не предлагал, кроме голого эйба. И я до сих пор не знаю почему. Разумеется, дело как-то связано с тем, что я ненастоящий человек, но как именно всё это работает, мы так и не выяснили.
Но зато на меня действуют ограничения по количеству способностей. И чем сильнее Четверг, тем больше активных программ он может поддерживать. Но даже в этом количестве я давно опережаю местных спиритов. А уж про то, что ничего у меня внутри не конфликтует, можно и не говорить.
Единственный мой внутренний конфликт – это вечные взаимоподколки с самим Четвергом. Но слушая Яркого, я не мог не отметить, что в его словах есть доля истины. Большинство способностей я брал из артефактов и эйба побеждённых врагов. Но они неизменно работали слабее оригинала или не так вовсе. Я это связывал с тем, что часть программы терялась при очистке, но вполне возможно, что направленность вектора тоже имеет значение.
Правда, какой у меня может быть вектор, если я сам решаю, что мне использовать?
– В общем, – подытожил Яркий, – Ледяной берсерк, это не совсем то, что одобрила бы церковь Эбола. И вязь парнишки тому наглядное подтверждение.
– И к чему ты клонишь, Джордж?
– К тому, что если твоя машина способна нейтрализовать побочные эффекты, то это уникальный товар.
– Ага, – кивнул я. – Узнаю старого доброго торгаша Джорджа.
– Ты пойми, Рейн. Да, я вижу в этом огромный потенциал, но я ведь не обогатиться за твой счёт пытаюсь.
– Так, стоп, – поднял я руку. – Я понимаю, что сейчас начнётся, так что у меня есть одно условие для начала. Пошли.
Мы спустились с крыши, а потом ещё и в подвал. Добрались до комнаты с оборудованием, где я указал Джорджу на платформу.
– Зачем? – не понял он. – Я чувствую, что это поможет убедить тебя, Рейн, но не понимаю, как именно.
– Вот именно так и поможет. Ты говорил, что тебе от Логоса досталась способность. Ты интуитивно понимаешь, как получить от человека желаемое. Сейчас ты собираешься использовать эту способность на мне, ты ведь это не контролируешь. А я хочу контролировать.
– Что ж… Ладно.
Он лёг на платформу и сложил руки на груди. Спрут не появился, но сканирование пошло, так что я просто уселся рядом.
– Продолжай, Джордж. Я внимательно слушаю.
– Я просто посчитал немного. У бойцов Чарли в среднем по две способности. Но в Алеппо легко можно накупить новых, крайне полезных в борьбе с нежитью. Можно набрать оптом по дешёвке очень грязного эйба, способности от глубинных монстров или множество раз копированные. Твоя машина сможет их привить и при этом избавить от всех недостатков. При этом спириты смогут закрыть свои главные слабости, я ведь прав?
– Думаю, да.
– Представь магов, обладающих рывками. Такие будут мобильными бойцами, не нуждающимися в прикрытии. Умелые воины с собственной защитой, которые могут рубиться с толпой, не боясь помереть от шальной атаки. Тяжёлые рыцари, но обладающие заклинаниями контроля или стягивания врагов. Им не нужно будет разрываться, чтобы защитить всех, ведь атаковать будут только их. Целителя с мечом в руках или луком, который не будет обузой в и так здоровом отряде.
– Это повысит боевой потенциал отряда Чарли.
– Смотри дальше, Рейн. Не у всех есть деньги на подобное. Не все хотят служить короне или нести службу на стене. Тебе не нужны сильные воины, которые потребуют огромной оплаты, ты можешь набрать бедняков и сделать из них верную гвардию.
– Мне не нужна гвардия.
– Но людям нужна защита. Нежить никуда не исчезла. А исчезнет, так на её место придёт другая угроза, уж тебе ли не знать. Тебе нужны деньги, чтобы отремонтировать особняк, построить стену, выкопать ров, по-хорошему где-нибудь крокодила достать, а это тоже деньги. Даже обычных людей, работяг, можно здорово укрепить. Тогда они смогут кинуть рукав до моря, я видел насосную станцию, мы решим вопрос с водой. Тебе нужен эйб, много эйба. Для госпожи Нилы, господина Сектора, да и лампочки в особняке явно горят не за спасибо.
– Ага. И мы подходим к деньгам. И сколько ты предлагаешь брать за процедуру?
– Честно? Я знаю, что скажу то, что вы хотите услышать, но я и сам хочу это сказать. За уникальный дар надо брать столько, сколько человек может заплатить. Богатеев вытрясти до дна. Но если человек умирает от вязи или некротического поражения, он должен быть вылечен.
– Звучит утопично. Но не забывай, что каждая процедура жрёт энергию. Ты прав, мне нужен эйб, много эйба. Некротический не подойдет, божественный тоже. Но то, что ты предлагаешь, это скорее трата, а не заработок.
– Поэтому надо тщательно подходить к вопросу. Бедный человек тоже может заплатить. Но не деньгами. У тех, кто пришёл со мной, нет ни монеты, но это не делает их бесполезными.
– Ясно.
– Это значит, что вы согласны? Хотя бы попробовать?
– Очевидно, да. Я прекрасно понимаю, что цены в храме Апола сегодня обвалились. Мы грохнули кучу нежити, ещё вчера такое количество некротического эйба стоило целое состояние. Но я видел то, что творилось под стеной. Наша добыча – лишь капля в море. А деньги нам нужны. Но и трубить на главной площади о чудо-машине не надо.
– Что вы предлагаете, господин Рейн?
– Ты первым вышел на контакт с местным торговцем.
