И готова поклясться, он их увидел. Страх промелькнул в его глазах.
— Эйви, что ты скрываешь? Не обманывай, я твой единственный друг, скажи правду, он в замке?
И тут я включила дурочку и актрису одновременно, дайте мне «Оскара» немедленно!
— Да, кого? Здесь кроме нас со старухой и стаи ворон, которые ждут нашей смерти, никого нет!
— А это что? — он сердито кивнул на псов?
— Что? Снег? Лёд? Или моё уродливое платье? Простите, очень замёрзла, пойду.
— Ты их не видишь?
— Да кого? — снова недоумение.
— Псов?
— Лекарь, вам нужно быть осторожнее с лекарствами и крепкими напитками. Здесь никого нет, я ничего не вижу, тем более каких-то псов. И не пытайтесь меня запугать, и без вас страшно. Обниматься не будем, жду бургомистра в любое удобное для него время и желательно быстрее, пока сюда не нагрянули грабители или Хендрик с его безудержной страстью.
— Значит, он тебе не показался? — настойчивый Альберт так и не успокоится, псы начинают нервничать, а мне всё труднее делать вид, что я не вижу призраков.
— Кто?
— Настоящий хозяин замка, тот, кого все боятся, иначе давно бы разграбили все сокровища пиратов. Эйви, я всё знаю, и про несметные богатства, и про старуху баронессу выжившую из ума, жаль, что ты не хочешь проявить сознательность и помочь мне. Если увидишь этого человека, то передай ему, что его ждут во дворце, и чем быстрее, тем лучше, остальное он поймёт. Ведь скоро сюда придёт отряд из столицы, или военный корабль, и вас всех объявят пособниками морских бандитов, а за это ждут жуткие пытки и эшафот.
— Принесёте ключ, и возможно, я разузнаю у старухи о хозяине, или она передаст ему вашу просьбу и новость, если, конечно, он существует.
— А ты умна…
Маска сердобольности слетела с него мгновенно.
— А вы отправили меня сюда специально? Чтобы я залезла в постель к какому-то мифическому хозяину? Ведь это ваш браслет? И ключ не у бургомистра? Они искренне ненавидели меня, а вы ещё хуже, притворились другом и предали. Это подло, я с самого начала чувствовала подвох, прощайте, принесите ключ и тогда поговорим.
Говорю слишком эмоционально, один из псов не сдержался и дёрнулся, а я выдала себя, посмотрев в его сторону.
— Раз ты настолько умна, то я тоже не собираюсь скрывать правду, ключ от браслета существует, и у меня есть к нему доступ. Если я увижу хозяина этих псов лично, то ты получишь свободу сразу же. Поняла? Твоя мачеха тебя ненавидит, у тебя вообще никого нет, подумай о себе, девочка, этот человек не стоит твоей жизни.
— Так войдите и поговорите с ним! Я вас не держу...
Разворачиваюсь и ухожу. Не стоило мне вообще подходить и затевать этот разговор. Альберт не лекарь, он какой-то шпион из столицы. А я приманка для мужчины, у которого давно не было женщины…
Глава 8. Новая хозяйка замка
Ненавижу таких людей. Всей душой, сердцем и разумом ненавижу.
Бургомистр не собирался меня ссылать в замок, вспоминаю тот долгий взгляд перед объявлением приговора на Альберта, и потом фраза про проклятый браслет…
Всё это под давлением лекаря, он и в городе играл роль заступника, чтобы я ему начала доверять, считал дурочкой деревенской, да обломился.
После того, как я впервые взглянула на себя в зеркало и сознание прояснилось, всё вижу таким, какое оно есть в этом сером, холодном и очень грубом мире. И правда такова, что на меня всем плевать, заинтересованность проявляется только в том случае, если маячит выгода или надобность грубо использовать меня.
Фу!
Передёрнуло от отвращения…
Альберт посредник или охотник за головами, и по какой-то причине не может пересечь границу замка, и выманить Шэйда не получается. Вот и подвернулась старая, как мир идея, подкинуть жалкую девчонку, какую вполне нормальный здоровый мужик захочет или поиметь, или спасти, тут уж от порядочности зависит. Так или иначе, я в этой истории всего лишь сыр в мышеловке.
От злости забыла про холод, про то, что должна сейчас сделать обед. Иду неспешно через небольшую площадь замка, а псы рядом, словно у меня в кармане есть корм, и они об этом прекрасно знают, благо, что лаять не могут.
— Ведро, точно, я же за водой собиралась. Вот так жизнь только начнёт налаживаться, так нет, притащатся всякие предатели, испортят настроение, а потом приходи в себя неделю. Пусть ему аукнется этому Альберту. Карма в этом мире тоже есть! Герти получила, и этот получит!
Ворча себе под нос, поднимаю ведро и неспешно иду к источнику, глядя себе под ноги, чтобы не оступится на скользкой мостовой.
Захожу за угол очередного строения и внезапно слышу звук льющейся воды, не просто льющейся, а настоящий поток, вздрагиваю, поднимаю взгляд и замираю.
У источника стоит…
Стоит божество в мужском обличии, совершенно голый, и, к счастью, спиной ко мне, это он сейчас вылил на себя ушат ледяной воды, стряхнул довольно длинные чёрные волосы и быстро завернулся в свою тёмную накидку.
Прошло несколько бесценных секунд, пока я сообразила, что произошло, и, наконец, смогла открыть рот.
— Эй, простите, не знаю, как вас зовут. Приходил Альберт Бакст, ему так надо с вами поговорить, что он решил ради этого из меня сделать приманку. Честное слово, я здесь жертва и совершенно не хочу играть в эти проклятые шпионские игры. Но цена такая: вы с ним встречаетесь, с меня снимают браслет.
Он неспешно повернулся, лицо уже скрывает широкий капюшон, а я всем своим нутром чую, что вообще зря подала голос. Надо было спрятаться за углом, подождать, пока он уйдёт.
— Этот браслет не имеет ключа, тебя уже не спасти. Живи, пока можешь, другой жизни у тебя не будет.
— Судя по всему, как и у вас. Зато у меня уже была другая жизнь, и я с этой тоже разберусь. Лависса меня выдаст замуж за пирата, отрубим мне ногу, и я уплыву на корабле. Кстати, как водичка?
— Хм, бодрит…
— Прекрасно, я тогда тоже ополоснусь, ненавижу грязь. Обед сегодня будет чуть позже. Приятно было пообщаться!
— Хм, — только и нашёлся что ответить. Развернулся и клянусь, не ушёл, а сбежал.
Я заставила его хмыкнуть дважды, уже прогресс.
Не знаю, что на меня нашло, но стоило Шейду завернуть за угол, я тоже стянула с себя одежду, вытряхнула её, зачерпнула воды из каменной чаши и с пронзительным визгом облилась.
— Ничего себе! Вот это кайф! — вода сначала вонзилась холодом в кожу, а потом обожгла, согрела и взбодрила так, что показалось сто килограмм грязи и камней свалилось, или цепи, или зажимы, неважно, но стало невероятно легко. Присмотрелась к покрасневшему телу, а синяки начали исчезать прямо как в прямом эфире.
— Это магическая вода, живая?
Зачерпываю снова и выливаю на себя второе ведро. Чтобы уже наверняка. Хорошенько отжимаю волосы, первыми натянула шерстяные чулки, потом ботинки, и последними пришлось надеть грязное платье и шаль. Бельё надо постирать, вместе с платьем, а ещё лучше выкинуть и найти в сундуках Лависсы что-то поновее.
— Ничего, сейчас так добегу, ух, как же здорово!
Если Шейд за мной наблюдает, а он совершенно точно наблюдает, то…
Стоило подумать о нём, как по телу пробежали согревающие мурашки. С нами что-то происходит. Я чувствую, какую-то связь, он не просто так пришёл именно сейчас «остудиться», наш разговор с Альбертом и то, как я отшила шпиона, так возбуждающе подействовали на Шейда? Или…
Пока я любовалась его шикарным телом, не заметила главного.
А теперь вспомнила, на его запястье такой же проклятый браслет.
— Твою ж… Мы оба пленники этого замка. И если он с себя не смог снять браслет, то и с меня не сможет. Ключа не существует.
Зачерпнула воду в ведро и неспешно вернулась в зал, где Лависса, отчаявшись ждать от меня обед, сама начала колдовать у камина. От её недовольства даже Огонёк зло трещит.
— Где тебя черти носят. Я уже похлёбку сварила. Фу, мокрая, как наш господин решила обливаться ледяной водой? Сляжешь с лихорадкой, я тебя выхаживать не буду. От воды одни болезни…
— Эта вода волшебная, она свела все синяки и ссадины на моём теле. Сейчас только переоденусь в чистую рубашку и помогу тебе с обедом, потом надо стирать, перемоем всю посуду. Похоже, что я обречена оставаться здесь до конца своих дней. А значит, с этого момента, я начинаю устанавливать свои правила, и первое правило: «Чистота во всём!»
— Смотри, как раздухарилась, через пару лет, когда одичаешь и взвоешь от одиночества, махнёшь на чистоту рукой…
— Так, так, так! Стоп. Пираты? Почему они могут входить в этот замок, а все остальные нет?
Я вдруг заметила нестыковку в этом вопросе.
— Сюда могут входить те, у кого есть договор с хозяином, но я не уверена. Ты надеешься, что пираты не придут? Боишься их? — старушка помешала варево и закрыла крышкой.
— Конечно, боюсь.
— Ты обречена стать вместо меня хранительницей их богатств. Они тебя не тронут, а мне осталось недолго, вот и весь секрет. Ты заняла моё место, а я могу спокойно помереть. Хоронить не нужно, просто скинуть в море, сама знаешь как…
Старуха внезапно сделалась такой обиженной, жалкой и печальной, что я не выдержала и крепко обняла её щуплые плечи.
— Киснуть нельзя! Лависса, нельзя…
— Проживёшь с моё в этом проклятом замке, не скиснешь, а зачерствеешь. Я давно молю о конце мучений, последние лет двадцать, а с твоим появлением, чувствую и свою смертушку. Так что скоро я получу волю, мечтаю об этом. И жалею тебя.
Приятное настроение, какое подарила мне вода, исчезло так же внезапно, как и появилось. Снова правда жизни предстала передо мной в самом неприглядном виде.
— Я не буду сидеть сложа руки, чувствую, что здесь какое-то проклятье или интриги, со всем разберусь…
— Обед нужно сделать и отнести господину. Привыкай к своим новым обязанностям. И кстати, всё это теперь твоё, выбирай, что нравится, стирай, штопай, носи, всё равно пропадает.
Она махнула большой поварёшкой в сторону сундуков, вздохнула и продолжила размешивать похлёбку.
— Этот мир такой грубый и жестокий, то я даже рада, что остаюсь здесь, в стенах замка! Отдыхай, Лависса, я отнесу ему обед, только сменю рубашку и оденусь теплее.
Она вот так запросто передала свои обязанности, и я почувствовала их силу. Это не магия, а нечто иное, странное и весьма необычное ощущение, теперь я словно подключилась к системе местного видеонаблюдения, не вижу, но чувствую, особенно живых, крупных существ. Вот прямо сейчас какой-то олень или горный козёл спускается с утёса по южному склону. Чувствую хозяина, просто его присутствие, Лависсу, и…
И о нас сейчас говорят в городе, кажется, ругань там нарастает, и крайней делают меня.
— Альберт решил натравить на замок оголтелых горожан, рассказал им о несметных богатствах, вот тварь! — ворчу себе под нос, собирая обед хозяину, пока Лависса прилегла отдохнуть. Есть только один способ спастись, договориться с Шэйдом, ну не может человек, с таким красивым телом быть подлецом, просто не может.
Хватаю поднос и спешу в башню господина, такая решительная, что куда деваться.
Глава 9. Лицо моего врага
Всего вторые сутки живу здесь, а появилось ощущение приятной деловитости, спешно иду в башню, а вокруг словно энергия клубится, наполняет меня силой.
— Прям администратор тематического отеля, надо же, какая забавная шутка Вселенной. Ну нечего, приведём в порядок замок и заживём…
Как приведём, как заживём, об этом я подумать не успела, да и не хочется, чтобы не потерять настрой. Вот уже и башня, а рядом резвится призрачная свора, псы смирились с моим существованием, вообще не обращают внимание. А я стараюсь не смотреть на них, потому что пока только псы служат неприятным напоминанием, что это совершенно иной мир, и здесь есть магия, а я совершенно не вписываюсь в окружающую реальность, но пытаюсь себя обмануть в обратном только лишь потому, что так и не смогла вспомнить своё настоящее прошлое. Даже прошлое имя ускользает.
Но отлично помню технологии. Вот и сейчас промелькнула мысль, что в такой высокой башне лифт был бы кстати, причём, я же прекрасно понимаю, что такое лифт.
Большой, серебристый, и с зеркальной стеной, в которой я всегда наспех оглядывала себя, перед выходом из подъезда.
Стою у кованой железной двери в башню, и забыла обо всём, я нащупала «вход» в своё таинственное прошлое. Себя прежнюю в зеркале вижу смутно, брюнетка, кажется, очень красивая. А рядом…
— Боже мой, рядом какой-то мужчина, крепкий, харизматичный, мой настоящий муж? Да как тебя зовут? Что произошло? Ну же, отвечай! — не заметила, что говорю вслух и довольно громко.
Пытаюсь вытянуть из смутных образов хоть какую-то информацию. Но ничего, кроме осознания того, что я в какой-то момент совершенно точно не хотела находиться с ним рядом, особенно в тесной кабине лифта. Ненависть тюкает в висках, если бы только понять, что между нами произошло, но правда от меня ускользает. Только эмоции, он что-то требует, а я его за это убить готова, и убила бы, но не хочу попасть в тюрьму.
Он пытается забрать у меня самое ценное? Ребёнка?
Показалось, что я уловила, догадалась, о чём мы спорили в лифте, но в этот момент настоящее ворвалось в воспоминания и спугнуло их:
— Тебе не нужно ворошить прошлое, чужестранка! — в темноте как раскатистый гром прогремел голос хозяина, и я чуть было не опрокинула поднос с едой.
— Уф, напугали. Что так заметно? Да, я здесь случайно, и, похоже, навсегда. Ваш обед, извините за опоздание, и он уже немного остыл, — ставлю поднос на стол и вижу вчерашнюю посуду, причём отмытую до первозданной чистоты. Улыбаюсь, господин Шэйд мне нравится всё больше. Только лица его, так и не видела, снова он спрятался в тени арки и под капюшоном. Надо же, какой стесняшка.
— На каком языке ты думаешь?
— Что? — снова вздрагиваю, такого вопроса я не ожидала услышать. Он мои мысли пытается понять, а я думаю по-русски. Вот на чём спалилась.
— Какой язык звучит у тебя в голове? — его голос стал ещё настойчивее.
— Какая разница, вы его всё равно не понимаете, так к чему тратить время на пустой разговор о моём языке. Судя по всему, ключа от этих браслетов не существует, мы с вами обречены остаться здесь до конца дней. Могли бы провести это время хотя бы как друзья, но вы же считаете меня недостойной своего общества. Однако знаете, где меня найти ближайшие сорок — шестьдесят лет, всегда к вашим услугам, сударь.
Разворачиваюсь и на выход. Да не тут-то было, догнал, схватил за плечи и повернул к себе лицом, к двери задом, как избушку на курьих ножках. От неожиданности все три отмытые плошки упали на каменный пол и разлетелись на тысячи осколков. Поднимаю взгляд и пропадаю, не от восторга или внезапно вспыхнувшей любви.
Я потерялась от внезапного шока!
Передо мной стоит тот самый мужчина из лифта, которого я только что вспомнила. Но моложе, сильнее и волосы чёрные намного длиннее. Лучшая версия моего потерянного мужа, на которого я почему-то очень злая, даже не лучшая, а идеальная версия.
Несколько секунд пришлось приходить в себя, даже вдыхаю с трудом. Мой разум отказывается верить в реальность.
Этого просто не может быть.
— Ты ведь не он?
Покачал головой, вижу, что и ему довольно неприятно от происходящего.
Мутант какой-то? Оборотень?
