– Что сделать? – спросила Иза и поморщилась. – Ты говоришь странные слова.
– Как его оттуда выгнать?
– Опустить амулет Рассвета, и он сам вылезет…
– Или не вылезет, – ответил Антон. – Будет уходить от амулета под водой и тиной?
– Или так, – неохотно кивнула Иза. – Но под водой он беззащитен, его магия там не действует.
– Ясно, значит, буду думать, что делать, если он нырнет. Что могут твои трэллы?
– Контролировать разум, пить кровь и сражаться.
– Ясно, я таких уже видел. Это все?
– Да, – ответила королева-мать. – Но я боюсь, – честно призналась она.
– Понимаю, но если у тебя есть план получше, то предложи.
– Нет, – отрицательно закачала головой та.
– Тогда до встречи.
Антон надел полушубок, взял свой заплечный мешок и вышел из подвала. У ворот его ждал Ермил с двумя конями.
– Готов, ваша милость? – спросил командир разведчиков.
– Готов, Ермил, – слабо улыбнулся Антон. Поглядел на небо, поискал свою счастливую звезду и, не найдя ничего выдающегося, сел на коня. Он ударил коня пятками, и тот тронулся к распахнутым воротам замка.
Путь по болотам был неблизким и запутанным, но Антон исходил болото вдоль и поперек. Он готовился к партизанским действиям с легионами империи и «Рассветом», поэтому хорошо изучил проходы и гиблые места. На немногих небольших островках были построены укрытия от непогоды для диверсионных отрядов. Складированы припасы в сундуках, обитых медью, чтобы дикий зверь и мыши до них не добрались. И хотя работы не закончились, уже удалось многое сделать. В этом ему помогала Боудика, жена вождя горцев, что пришли на его земли. Они с помощью выделенных ей строителей строили крепость на вершине холма на острове, где Антон нашел Орлика. Но это был самый последний оплот, где должны были в случае опасности разместиться все жители деревни Замковой и горцы. Медный поселок и род Бертока в случае опасности уходил далеко в горы и прятался там.
К подковообразному острову шли почти до утра. Там Антон распрощался с разведчиком и остался один. Сел на сколоченную лавку в небольшом, закрытом кустами домишке, больше похожем на сарай, и устало закрыл глаза. Сейчас начиналось самое главное. Рансир нашел его на болотах по пути и сообщил, что Шузмарал в дне пути от земель Антона, но колдун не спешит. С ним только двое слуг. Где остальные, он не знал, но с колдуном их не было.
Антон размышлял. Колдун почувствует ауру Изы и последует за ней. Она успеет уйти в болота, и колдун, скорее всего, не будет углубляться в его земли. Ему нужна она, и только. Если он ее сможет захватить, то попробует устроить здесь свой некрополь из трэллов и упырей. Место, удаленное от других владений, может ему приглянуться. За короткий срок он сможет создать здесь целую армию вампиров. От этой мысли Антона пробрала дрожь.
Пришло время показать рассветным артефакты. Сделать это оказалось просто: надо дать возможность Разрушителю проявить себя. А это можно сделать, превратив его в алтарь света. Антон мысленно обратился к Просветителю:
«Хочу активировать Разрушитель и сделать из него алтарь для зарядки амулетов света».
«Принято», – ответил Просветитель, и молот у ног Антона засиял ярким желтоватым светом.
Антон выложил вокруг него амулет, наконечники для стрел, сами древки находились в колчане у сундука вместе с луком. Лук был уже не деревянный, как прежде, а купленный у кочевников небольшой мощный составной лук.
«Алтарь активирован, – сообщил Просветитель. – Артефакт начал действовать, скоро рассветные увидят его».
– Какие мои действия? – спросил Антон, хотя без всякой надежды на нужный ответ. У него сейчас было что-то типа испытания или экзамена для перехода на новый уровень. Но Просветитель ответил равнодушным, безэмоциональным тоном:
«Беги, скройся».
– Не буду, – буркнул Антон и перестал беспокоить артефакт.
На том уровне, на котором находился носитель артефактов, ему предлагались самые простые решения, способные сохранить ему жизнь, и только. Все остальное Просветитель отметал как незначимое. Ему не было дела до королевы-матери и крестьян, которые жили на землях Антона. Это был искусственный интеллект, предназначенный для остановки экспансии монгридов, и помогал иномирцу выполнить эту работу. Ему, как понял Антон, даже неважно, выживет ли носитель. Вместо него придет другой и получит артефакты. Система, заложенная в эти два артефакта, ждала своего носителя, который сможет ими воспользоваться.
«О, сколько их упало в эту бездну…» – невесело подумал Антон. И никто не добился результата. Может, в системе есть ошибка…
«Нет ошибки, – неожиданно на его мысли ответил Просветитель. – Носителю нужно желать развивать свои возможности. Кто этого не делает, погибает».
– Ага, – не поверил ему Артем. – Сначала он должен дождаться другого иномирца. Бывший почтальон вообще носил в себе червя.
«Так тоже можно, – ответил Просветитель. – Так носитель был защищен и мог исполнить свое призвание».
– Так это ты потому меня отдал им в лапы, чтобы защитить? – догадался Антон. Просветитель не ответил и больше не общался с Антоном. «Вот гад», – со злостью подумал Антон. – А то, что меня пытали и мучили, это не в счет? – Ответом ему был лишь шелест ветра в кустах и крик ночной совы, вылетевшей на охоту.
Антон задремал и был разбужен голосом Просветителя.
«Артефакты обнаружены, предлагаю покинуть это место и скрыться».
– Есть другие предложения?
«Нет».
– Ты можешь слышать мои мысли и читать их как книгу, – подумав, произнес Антон. Он разговаривал с артефактом, который прижился в его голове, как с живым человеком. – И знаешь мой план. Ты можешь его улучшить или предложить другой?
«Вмешательство в процесс недопустимо», – прозвучал равнодушный ответ.
– А что допустимо? – уточнил Антон. Он уже знал, что Просветитель не будет додумывать, как додумал бы сам Антон, и у него могут быть вполне толковые предложения. Но сейчас прозвучал краткий ответ:
«Носитель должен сам принять решение».
– Я принял, не мешай, – ответил раздраженный Антон. – Железяка хренова. – Просветитель на оскорбление не ответил. «И что ему отвечать? – подумал Антон. – У него нет души, его хоть дерьмом назови, он не будет обижаться…»
Свет, излучаемый молотом, стал тускнеть, и Антон, опустив взгляд, понял, что амулеты заряжены.
– Прекрати заряжать амулеты, – приказал он, и молот погасил свет. Антон остался в полной темноте и, не зная, чем себя занять, лег на лежанку, укрылся полушубком и постарался уснуть.
* * *
Озаряющий Рудольф, дежурный смотритель у кристаллов, задремал и проснулся от тонкого писка. Он протер глаза и понял, что это звучат резонирующие кристаллы. Он подошел к карте, на которой были расположены кристаллы, и увидел, что на ней появился красный крест. Он некоторое время с недоумением смотрел на него, но затем до него дошло, что это значило. Он мгновенно окончательно проснулся и облился потом. Это заработал артефакт, который они столько лет ищут. Время было раннее, еще не наступил рассвет, но озаряющий из службы разведки быстро привел себя в порядок, разгладил помятые щеки и вышел из комнаты.
Поместье, где жил Великий призыватель Чамба Белые Одежды, принадлежало ордену Белые братья, здесь была штаб-квартира главы ордена Белое братство.
Озаряющий направился в апартаменты главы ордена. На пороге апартаментов Чамбы его остановила стража.
– Куда, зачем? – сурово спросил один из призывателей.
Озаряющий Рудольф смог справиться с неприязнью, с которой он и ему подобные относились к призывателям. Они считали их бездельниками и выскочками, незаслуженно вознесенными в иерархии культа. Но он также понимал, что без их умений орден потерпел бы неминуемое поражение. А призыватели отвечали озаряющим той же монетой. Гордо и с предубеждением относились к озаряющим. Все дело в том, что призыватели набирались из простых людей, а озаряющие в основном были аристократы, и в прошлой жизни между ними пролегала пропасть. Даже озарение и наличие внутри них хозяев не делало их равными…
– Есть важная информация для господина Чамбы, – сдерживая рвущееся раздражение, ответил озаряющий.
– До утра не может подождать?
– Не может, – ответил Рудольф. – Я имею от него четкие указания.
– Хорошо, брат озаряющий. Подожди тут, о тебе доложат.
Обращение «брат» неприятно резануло слух озаряющего, он отвернулся и сел на стул в коридоре. На стражу он демонстративно не обращал внимания.
Он прождал почти час, но стойко с терпением ждал. Наконец, вышел секретарь главы ордена, Осеняющий Мосандер. Это тоже было открытое пренебрежение статусом для достигших просветления культистов. Обычно Осеняющие занимали должности региональных лидеров, которые курировали работу ячеек с озаряющими, но Чамба сделал одного из Осеняющих своим секретарем, и никто не мог ему возразить, хотя это было явное попрание сложившихся отношений в ордене. Но попробуй возрази вселенскому главе ордена. Чамба, достигший наивысшего просветления, мог испепелить любого, кто осмелится сказать ему о нарушениях. А страх – великая сила, удерживающая в подчинении хоть человека, хоть животное.
Монгриды создавали колонии, но и среди них шла своя непримиримая борьба за влияние и власть, и она отражалась на членах культа.
– Что вы хотели сообщить, уважаемый брат Рудольф? – спросил его секретарь. Слова были вежливы, но взгляд секретаря был полон раздражения.
– Есть информация по поводу артефактов, ее я сообщу господину Чамбе, – ответил Рудольф и с вызовом посмотрел на Осеняющего. Тот сделал вид, что не увидел вызова, и ответил:
– Я доложу Высокопросветленному, но если…
– Нет никаких «если», любезный брат осеняющий, сообщите Высокопросветленному, что есть информация, которую он должен незамедлительно узнать. И так прошло много времени, и информация может устареть.
Осеняющий кивнул, он знал, что информация об артефактах, которые они ищут по всему миру, является очень важной, и ушел. Вскоре он вернулся и сухо произнес:
– Идемте, брат озаряющий, господин Чамба примет вас.
Чамба был накрыт шерстяным одеялом, из-под которого виднелось нательное белье. Он стоял у карты, висевшей на стене, и при звуке открывающейся двери обернулся.
– Подойди, – коротко бросил он, и озаряющий быстро подошел. – Где? – задал вопрос одним словом глава ордена.
– Во владениях рыцаря Робарта Алуринского…
– Бывшего владетеля, сейчас там правит его сын Антей, – поправил озаряющего Чамба и недовольно скривил пухлые губы. – Точнее – где?
– Вот здесь, – указал рукой на место на карте озаряющий.
– В лесу?..
– Точнее, в болотах, – уточнил Рудольф.
– А что там может быть?
– Ничего, но болота и лес – любимые места, где прячутся слуги Матери Ночи.
– И что, там может быть темный?..
– Вполне. Владения Робарта привлекают многих: и Закат, и нас, и, конечно же, темных. Они спят и видят этот надел своим, – пояснил озаряющий. – Очень удобное место для начала экспансии: отдаленное место, граница королевства, там можно легион спрятать и его не найдут.
Чамба задумался.
– Хорошо, – произнес он, прервав молчание. – Если предположить, что это темный применил артефакт, как такое могло произойти? Для чего?
– Там был брат Орлик, вы его туда посылали для разведки, а покойный брат Гиозо хотел заселить эти места призванными тварями. Вполне возможно, что Орлик успел…
– Бред, – перебил его Чамба. – Со смертью призывателя твари возвращаются к себе.
– Не все, Высокопросветленный, – поправил его Рудольф. – Потомство кикиморы, родившееся в болоте, остается там. И вполне возможно, что темный встретил их и, не имея других способов, уничтожил тварей артефактом.
– А что, сам сын Робарта не может использовать артефакты?
– Он пустышка… Вернее, был им до озарения. Такие люди не умеют пользоваться магией. Мы знаем, что для активации артефакта нужен дар.
– Понятно. Сколько времени прошло с тех пор, как засекли артефакт? – спросил Чамба.
– Немногим более часа.
Чамба молча покивал в такт своим мыслям.
– Рудольф, эта информация должна остаться секретной. Вам предстоит выдвинуться на болота и постараться добыть артефакт. Возьмите с собой озаряющего Чаргу, призывателя, я отдам в ваше распоряжение десяток наемников… Ну и одного огнеборца, он будет искать темного по его ауре. Скорее всего, в болотах прячется проводник, и он один, или с ним пара упырей. Отсюда до королевской дороги полдня пути. Три дня до владений Робарта и еще полдня до леса за болотом, возьмите припасы и не позднее девяти утра выдвигайтесь.
– Благодарю за доверие, Высокопросветленный, – поклонился Рудольф. – Могу спросить, кристаллы брать?
– Нет, если и они будут потеряны, то мы в королевстве потерпим поражение. Огнеборец поможет найти проводника. И когда уже сам сын Робарта должен озариться окончательно?
– К зиме, – поклонился озаряющий.
– Долго, – капризно проговорил Чамба и поправил на плечах одеяло, зябко поежился. – Иди и принеси мне артефакт, озаряющий.
Рудольф вновь поклонился и пятясь вышел.
Отряд из двух десятков орденских воинов Заката приближался к Бремельдорфу. Чтобы противостоять Рассвету, орден решил увеличить свои силы в столице провинции. Не доезжая пары льга до города, на дороге показалась повозка. Дремавший в седле достойный отец Сарвол сонно повел глазами, что-то ему показалось странным. Он пригляделся и понял: в повозке темные.
– Отец Гарсим, – толкнул он плетью соседа, – смотри, повозка, и в ней темные.
Полный орденский брат лениво отмахнулся.
– Достойный Сарвол, нас вызвали не для войны с темными, а с Рассветом. В данном случае темные вроде как наши союзники, они нас не трогают, и мы давай не будем их трогать.
Отец Сарвол недовольно повозился в седле, но вынужден был признать, что его товарищ где-то прав, тратить силы на борьбу с темными орден не хотел. Перед ними стоял более могущественный враг, а темные люто ненавидели Рассвет, на закатных обычно не нападали, и эта мысль придала Сарволу решимости не связываться с теми, кто ехал в повозке. Он подстегнул лениво бредущую усталую кобылку и проехал мимо скрипящего колесами воза.
«Хоть бы ступицы смазали, уроды», – отстраненно подумал он о небрежности темных и забыл о них.
Перед городом расположилась дубовая роща, и проезжая ее, Сарвол увидел бегущих им навстречу троих людей.
– Гарсим, смотри, наши бегут.
Отец Гарсим поднял взгляд и пристально посмотрел на бегущих им навстречу людей.
– Сарвол, – смущенно произнес он, – какие же это наши, если аура у них темная?
– Точно… – растерялся достойный Сарвол, – но это же служки из службы охраны цитадели.
