Кавказец. Украденная из дома

— Это справедливо.

Я взяла телефон и набрала маму. Она ответила после первого гудка, и от одного звука её голоса у меня подкосились ноги. Я отвернулась от Азамата, дошла до окна и несколько минут повторяла, что мы живы, Тимур рядом, я потом всё объясню. Мама плакала. Я тоже не выдержала, закрыла глаза, прижала ладонь ко рту. Сказала, что позвоню утром и назову место, куда ей ехать. Когда разговор закончился, я долго стояла у окна, собирая себя по кускам.

— Мне нужна машина, — сказала я наконец, возвращая телефон Азамату. — Утром мы уедем.

Он не ответил сразу. Поднялся, медленно подошёл к шкафчику у двери, открыл ящик и достал связку ключей. Положил её на стол передо мной.

— Там серый внедорожник, — произнёс Азамат, кивая в сторону двора. — Полный бак. Документы в бардачке. Я уставилась на ключи.

— Ты меня отпускаешь? В его глазах мелькнуло раздражение.

— Марина, я тебя не привозил сюда как пленницу. Хочешь ехать — езжай. Ворота открываются кнопкой у охраны. Никто тебя не остановит. Почему-то именно это задело сильнее, чем запрет.

— Тогда почему ты сказал Тимуру, что пока я не решу, никто нас не увезёт?

— Потому что это правда.

— А Тархановы?

— Тархановы сейчас перекрывают дороги, обзванивают знакомых и ищут вас, — ответил Азамат, упираясь ладонями в край стола. Голос стал серьёзным. — Если выйдешь отсюда одна с ребёнком, есть шанс, что через час тебя перехватят. Поэтому я бы дождался утра. Но держать тебя за закрытой дверью не стану. Я смотрела на ключи. Вот так. Бери. Езжай.

Никто не держит. И внезапно поняла, что не могу взять их. Телефон Азамата зазвонил. Он посмотрел на экран и сразу перестал улыбаться.

— Кто? — спросила я, заметив выражение его лица. Азамат молча повернул телефон ко мне. Хасан Тарханов. У меня внутри всё сжалось.

— Ответь, — сказала я. Азамат провёл пальцем по экрану и включил громкую связь.

— Слушаю, — произнёс он, не отрывая глаз от меня. Голос Хасана прозвучал устало, но по-прежнему уверенно.

— Женщину можешь оставить себе, Дауров. Мальчика верни. Я перестала дышать. Азамат медленно выпрямился.

— Повтори, — попросил он, и голос стал настолько холодным, что я сразу поняла: услышал он прекрасно.

— Марина нам больше не нужна, — произнёс Хасан. — Пусть едет к матери, к тебе, куда захочет. Мальчик — Тарханов. Утром он должен быть дома. Я схватила телефон.

— Тимур мой сын! — выкрикнула я, уже не чувствуя ни усталости, ни боли в разбитых ногах. — Вы его не получите! Слышите меня? Никогда! Несколько секунд Хасан молчал. Потом произнёс фразу, от которой у меня похолодели пальцы.

— Ты ему мать, Марина. Но кровь у него наша. Посмотрим, чьё слово здесь окажется сильнее. Связь оборвалась. Я всё ещё держала телефон, глядя на погасший экран.

Азамат забрал его у меня очень медленно. Потом взял ключи от серой машины и убрал обратно в ящик.

— Что ты делаешь? — спросила я, вскинув голову. Он посмотрел мне в глаза.

— Ничего не запрещаю. Ключи там же, где были. Только теперь ты знаешь, что ждёт за воротами.

Я обернулась к лестнице, за которой спал Тимур. И впервые после побега поняла одну страшную вещь. Тархановым больше не нужна была я. Им нужен был мой сын.

ГЛАВА 5

В восемь утра Азамат поставил у ворот ещё двух вооружённых мужчин, вызвал адвоката и только после этого сообщил мне, что приехала Замира. Я сидела на кухне с кружкой давно остывшего чая и смотрела, как Бекхан ходит по двору с телефоном, кому-то коротко отдавая распоряжения. После ночного звонка Хасана я почти не спала. Тимур лежал наверху, несколько раз просыпался, звал меня, потом снова проваливался в тяжёлый сон. Я поднималась к нему каждые двадцать минут, проверяла, не горячий ли лоб, поправляла одеяло и каждый раз вспоминала одну и ту же фразу: мальчик — Тарханов. Они говорили о моём сыне так, словно фамилия давала им право вырвать его из моих рук. К рассвету страх перешёл в злость. Хотелось взять Тимура, уехать отсюда как можно дальше и больше никогда не видеть ни Тархановых, ни этот город, ни людей, которые знали, как мне жить лучше меня.

Азамат появился на кухне после душа, в тёмных спортивных брюках и серой футболке. На боку под тканью угадывалась повязка, двигался он осторожнее обычного, но по нему всё равно невозможно было сказать, что несколько часов назад в него попала пуля. Высокий, широкий в плечах, с влажными после душа волосами и густой тёмной бородой, он выглядел слишком хорошо для человека, которого врач велел уложить в кровать хотя бы до вечера. Я задержала взгляд на его руках, потом на лице и раздражённо отвернулась. Не хватало ещё начать разглядывать мужчину, в доме которого я оказалась после побега от одного семейного безумия.

— Свекровь твоя приехала, — сообщил Азамат, наливая себе кофе и даже не спрашивая, хочу ли я сейчас её видеть. — Одна. Машину оставила за воротами. Я сказал впустить только её. Я резко поставила кружку на стол.

— А если я не хочу её видеть?

Он повернул голову. Тёмные глаза скользнули по моему лицу, задержались на рассечённой щеке.

— Тогда разверну, — ответил Азамат и сделал глоток. — Но сначала ты должна знать, зачем она приехала. У неё сумка Тимура, и она сказала охране, что забирает внука домой. Во мне моментально всё поднялось.

— Что значит «забирает»?!

— То и значит, — спокойно произнёс он, поставив чашку. Голос у него изменился, стал тяжёлым. — Только за ворота с ребёнком она сегодня не выйдет. Поэтому можешь не дёргаться. Я уставилась на него.

— Ты уже решил?

— Да.

— Азамат...

— Марина, — перебил он, подходя к столу и опираясь ладонью о спинку стула. — Вчера тебе сказали, что заберут сына. Сегодня бабушка приехала с сумкой и заявляет моим людям, что увозит его. Пока вы находитесь в моём доме, никто не войдёт сюда и не вытащит ребенка. Это я решу сам. А разговаривать с ней или нет, решай ты.

Вот теперь в нём снова появился тот мужчина, который ночью снёс ворота Тархановых машиной. Никакого бесконечного «как ты хочешь», никакого осторожного топтания рядом. Он обозначил границу и даже не подумал извиняться. Меня это злило. И почему-то одновременно успокаивало.

— Ты всегда такой? — спросила я, скрестив руки на груди. Азамат чуть поднял бровь.

— Какой?

— Невыносимый. Он усмехнулся, взял чашку и направился к двери.

— Нет. Иногда сплю.

Через несколько минут в прихожей послышались шаги. Замира вошла в кухню быстро, на ходу снимая перчатки. Чёрное длинное платье, тёмный платок, лицо бледное после бессонной ночи. В руке действительно была спортивная сумка Тимура. Та самая синяя, с которой он ездил к бабушке на выходные. Она увидела меня, потом Азамата, который остался у окна, и сразу поджала губы.

— Где внук? — спросила Замира, ставя сумку на пол и не тратя время на приветствия. Руки у неё дрожали, но голос держался. — Я заберу его. Хасан сказал, что Марина может оставаться здесь, если хочет. Я даже не успела ответить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.