Страница 28 из 28
Кайрак ответил коротко, и оба перевода в этот раз сошлись.
«Чтобы вернуться».
* * *
Я держал перо и не мог его опустить.
— Ксаверий, спроси: вернуться откуда?
Кайрак посмотрел на меня и ответил тремя словами.
Он говорит: оттуда, куда пошёл,— перевёл дракон.
— Ксаверий, это не ответ.
Это ответ, — "кивнул" он. —Реннел, подумай сам. Ты шесть лет пускаешь через камень людей. Все они возвращаются. Все до единого.
— Ксаверий, они торговцы. Они ходят туда и обратно.
Четыреста с лишним проходов,— уточнил Ксаверий Аргентум Третий. — И ни один не сгинул. Реннел, ты сколько знаешь дорог, по которым за шесть лет не пропал никто?
* * *
Я не знал ни одной.
И вот тогда до меня дошло, что мы шесть лет пользовались вещью, устройства которой не понимали, и что нам просто везло.
Точнее — не везло.
Просто все, кто ходил, платили за себя и в первый раз, потому что у них так заведено четыреста лет, и заведено не нами.
— Ксаверий, а те двое, что прошли в позапрошлом году без монеты?
Он молчал долго.
Тегиш,— отозвался он наконец. — Тегиш прошёл без монеты, потому что шёл за помощью и монеты не имел.
— И он всё-таки вернулся.
И вернулся, — согласился дракон. — Реннел, и я тебе сейчас скажу то, о чём думаю третий день. Он вернулся не тем путём, каким шёл. Он вернулся с нами, через камень, при нас пятерых, и ты за него положил монету сам.
Я вспомнил.
Я действительно положил за него, потому что у него не было.
И камень её не взял, — договорил Ксаверий Аргентум Третий.
* * *
Марек Хольт приехал в апреле с квартальной проверкой и уехал через сутки, и них я сделал то, что откладывал полгода.
Я отдал ему список.
Сто девять мест, где реестр неверен, с указанием, чем неверен и почему, и с моей подписью под каждой страницей.
Он читал его час.
Потом закрыл и очень долго молчал.
— Барон, вы понимаете, что вы мне дали?
— Прекрасно понимаю.
— Уверены? — не принял он. — Барон, тут на отстранение. Не за обман — за небрежность, но этого довольно.
— Магистр Хольт, я знаю.
— И всё-таки вы его мне дали.
— И всё же дал, — подтвердил я. — Магистр Хольт, если я не дам, через год это найдёт кто-то другой, и тогда это будет не небрежность.
Он положил список на стол.
— Барон, я его не приму.
* * *
Я, кажется, не сразу понял.
— Магистр Хольт, вы его обязаны принять.
— Я обязан принять то, что подано по форме, — уточнил он. — А это не подано. Это лежит у меня на столе без сопроводительной бумаги.
Он подвинул список обратно.
— Барон, подайте его через палату.
— Почему через палату?
— Потому что палата рассматривает, а служба взыскивает, — доложил Марек Хольт. — Барон, если вы подадите мне, я обязан дать ход. А если подадите в палату, они сперва спросят, а уж потом решат.
Он застегнул сумку.
— И ещё потому, что в палате сидит магистр Крич, а в службе сижу я.
— И что это меняет?
— То, что его никто не будет спрашивать, отчего он вас покрывает, — отозвался Марек. — А меня будут.
* * *
После того как Марек уехал, мы первым делом подняли ящик.
Восемьдесят две монеты лежали там шесть лет, и Пим за три недели описал каждую и сверил с реестром, и монета Тегиша была двадцать девятой.
Я держал её на ладони и думал о том, что человек, которого мы выходили и который четыре года учил моих людей своему языку, до сих пор не сочтён.
— Ксаверий, а что это значит для него?
Ничего,— отозвался дракон. —Реннел, он живёт в кочевье, сына отдал в науку, дочь собирается отдать. С ним всё хорошо.
— А если он пойдёт снова?
Кеша помолчал.
А вот если он снова пойдёт, я не знаю, — признал Ксаверий Аргентум Третий.
* * *
Монету Тегиша я в тот же вечер отложил отдельно.
Не в ящик — в кошель, и кошель этот с тех пор лежал у меня в столе шесть лет, и я его трижды собирался отправить ему с ходкой и трижды не отправлял.
Илмет, узнав, спросил единственное.
— Господин, а вы её отцу отдадите?
— Этого я не решил.
— Господин, если он не сочтён, а монета у вас — это как?
Я на это ответа не нашёл.
— Илмет, я не знаю, как это устроено.
— И я не знаю, — согласился он. — Господин, а можно я ему напишу?
— Пиши, я не против.
— А что мне писать?
— Правду, — отозвался я. — Илмет, напиши как есть: что он прошёл без монеты, что я положил за него и что камень не взял. И пусть он сам решит, что с этим делать.
Он написал письмо на четырёх листах, по-своему, справа налево, и я не прочёл в нём ни знака.
Ответ пришёл через полгода.
Илмет прочёл его и перевёл мне одну строку.
— Отец пишет: пусть лежит у барона.
— И больше ничего?
— Это всё, — подтвердил он. — Господин, я вам дословно перевёл. Он больше ничего не написал.
* * *
А в мае в Урочище приехал человек, которого мы не ждали.
Приехал он верхом, один, без бумаг, и назвался на воротах Пиму, и он прибежал ко мне с лицом, какого я у него не видел два года.
— Господин Тобиас, там человек.
— Что за человек?
— Он сказал фамилию, — доложил Пим. — Господин Тобиас, он сказал: Веккель.
Глава 9
Про то, как прошли эти сутки до е
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
