Складываю руки на груди и жду его цену.
— Сходи со мной на кофе, Лиза, и мы в расчете.
Округляю глаза.
— Ну, а что? — Дима трогается с места и подъезжает к общежитию, в котором я живу. — Пользуюсь шансом. Может, мне тебя сама судьба послала?
Он кивает на небо и смеется. Я тоже не сдерживаюсь и хихикаю, качая головой.
— Хорошо. Кофе, так кофе.
Дима тормозит на свободном месте перед входом в общагу. Поворачивается ко мне лицом и осматривает меня.
Мне становится немного неуютно. Не привыкла я к вниманию противоположного пола.
— Номер оставишь? — Дима закидывает руку на спинку пассажирского кресла и снова его обезоруживающая улыбка. — Созвонимся и договоримся о времени.
Киваю и диктую ему номер телефона. Раз обещала, то придется выполнять. Тем более, Дима, вроде бы, неплохой. Не бросил меня в сложной ситуации.
Помог, довез и денег не взял. А уж сходить куда-то я не развалюсь.
— Спасибо тебе большое, Дима! — Тянусь к двери, чтобы выйти из машины. —Ты меня очень выручил. Если бы не ты…
Рассыпаюсь перед ним в благодарностях, улыбаюсь во все зубы. Новый знакомый просто кивает и, дождавшись, пока я отойду от машины, жмет на газ, скрываясь из вида за поворотом.
Делаю шаг и шикаю от боли, которая тут же пронзила ногу. Остаток дня провожу в комнате общаги, но на следующий день я не могу позволить себе пропустить занятия. Там допуск к экзаменам, и если я прогуляю…
Смотрю на пустую кровать подруги и вздыхаю. Таня часто остается у своего парня, и мне даже не с кем сейчас поделиться своими несчастиями.
Попросить совета. Как мне теперь учиться в универе, где я в любой момент могу встретить Арсения?
Таня бы нашла выход… Но Тани нет, и выход приходится искать мне самой.
Натягиваю широкие штаны-карго, чтобы ткань не раздражала кожу, ныряю в красную толстовку, и почему-то перед глазами вспыхивает широкая спина Арсения.
Трясу длинными волосами, собираю их в высокий хвост и слегка прокрашиваю ресницы, чтобы не выглядеть такой уставшей.
Бреду к университету, прихрамывая и проклиная все на свете.
Стоит мне только зайти на парковку, как рев мотора сзади оглушает. Отскакиваю в сторону. Мимо проносится красный мустанг, а потом резко тормозит и сдает назад…
Глава 3
Сердце кубарем летит вниз и, кажется, куда-то закатывается, потому что я перестаю чувствовать все свое тело. Все мышцы будто разом превращаются в кисель.
Спотыкаюсь и чуть не падаю в живую изгородь. Вовремя успеваю выровняться. Натягиваю капюшон посильнее, чтобы Волков меня не узнал.
В поле моего зрения только кроссовки на моих ногах и колеса машины Арсения. Я перестаю дышать, продолжаю идти к универу. Мне только и остается, что надеяться на то, что Арсений меня не узнал.
Ему кто-то сигналит, и Волков, к моему великому счастью, стартует и проносится дальше. Со свистом тормозит, и до меня доносится звук закрывающейся двери.
— Арс, ты что-то часто начал тормозить. — Громкий смех и свист его друзей чуть ли не оглушает. — Я начинаю переживать за тебя, брат.
— Отвали, Демон, — ворчит Арсений.
Хлопки рук, смех девчачий и грубый мужской.
— Нихера, это ты где так припечатался? — выдыхает один из дружков Волкова.
Я замедляюсь и прислушиваюсь к их разговору, напрочь забывая о том, что мне вообще-то надо побыстрее отсюда убраться, пока я жива и здорова.
— Да, бля, — выдыхает низким и хриплым голосом Арсений. — Ненормальная одна влетела в меня на самокате. А потом ещё и свалила.
Я вскидываю голову с желанием отстоять свою честь и сказать, что вообще-то это Волков в меня въехал. Но вовремя прикусываю язык, в прямом смысле этого слова.
Мне не поверят. И, уж тем более, из его компании никто не встанет на мою сторону. Миллион процентов уверенности.
— И ты до сих пор не поставил её на счетчик? — продолжают допрос дружки Арсения.
Я сжимаю руку в кулак так сильно, что даже мои короткие ногти больно впиваются в кожу.
— Эта коза смоталась куда-то, — голос Волкова пронизан яростью.
Я её ощущаю даже на расстоянии от него.
— Но я её обязательно найду, — добавляет он тише, а я слышу каждое слово, пропитанное злобой. — Никто ещё не кидал Волка. И эта коза не станет первой.
Все тело словно окунают в жидкий азот. Мороз пробирается под кожу, и все внутри покрывается толстой, плотной коркой льда.
Мне становится холодно, я прячу руки в рукава толстовки.
Меня подмывает поднять глаза и посмотреть на машину Арсения, чтобы самой увидеть, что же там стало с ней после нашего столкновения. Но я этого не делаю. Мне нужно как можно быстрее скрыться в стенах универа. Не знаю, почему, но у меня стойкое ощущение, что именно в здании я буду в полной безопасности.
Не будет же Арсений охотиться за мной, если мы вдруг столкнемся, когда вокруг будут другие студенты?
Или будет?
Господи, я слишком мало знаю про этого мажора, чтобы делать какие-то выводы.
— Лизок, — раздается у меня над ухом, и я с визгом подскакиваю. — Ты чего орешь?
Меня перехватывают под локоть, чтобы я не рухнула на пол. И я выдыхаю, когда понимаю, что это Таня.
— Ты меня напугала! — Хлопаю себя по груди в том месте, где сердце уже готово вылететь сквозь ребра. — Нельзя же так.
Таня хлопает ресницами и смотрит на меня, как будто первый раз видит. Лопает пузырь черной жвачки, а потом приближается ко мне почти вплотную.
— А тебе кто-то угрожает? — она вопросительно выгибает бровь. — Давай мы этому кого-нибудь морду начистим.
Сжимает руку в кулак, а я начинаю нервно хохотать. Знала бы она, что со мной приключилось, не была бы так в себе уверена.
— А что ты смеешься? — тут же надувает губы Таня. — Я могу.
— Верю, верю. — Тяну Таню в сторону аудитории, где пройдет наша первая пара. — Только давай мы это обсудим внутри.
Показываю на дверь. Таня послушно бредет за мной.
— Да я тебя прям не узнаю, Лизок. Что там за ночь приключилось, что ты сейчас похожа на тень и шарахаешься от каждого движения.
Отмахиваюсь. Решаю, что пока не готова посвящать подругу в подробности вчерашнего приключения. Мне нужно постараться самостоятельно придумать, как избежать столкновения с Волковым.
И почему-то внутренний голос и интуиция мне подсказывают, что Арсений не из тех, кто так просто спустит на тормозах побег после нашего ДТП.
Я не смогла оценить ущерб, который нанес машине Арсения мой самокат, но уверена – с его деньгами для Волкова это сущий пустяк.
Он отремонтирует машину на раз-два.
Мне удается немного расслабиться и погрузиться в лекции с головой. Я забываю про Арсения, но стоит только звонку прозвенеть, я с опаской выхожу из аудитории и оглядываюсь по сторонам.
Старших курсов не видно. Скорее всего, они давно уже разошлись по домам, а я веду себя тут как трусливая мышь.
— Божечки, ещё одна пара, — стонет рядом Таня и плетется к последней аудитории. — Я не вынесу. Нет, ну кто придумал вот эту учебу?
Она хнычет и топает ногами в знак своего крайнего возмущения.
— А зачем ты пошла в универ, Тань? — смеюсь и протискиваюсь в дверь мимо пары одногруппников.
— Ой, не душни, Шапкина. Я же шла с надеждой, что уголовное право – это капец как интересно, — накручивает на палец прядь волос. — А тут одна зубрежка.
— Так мы же только начали учиться. Дальше будет интереснее.
— Надеюсь, — бурчит подруга и усаживается на второй ряд, раскладывая тетради и ручки. — Иначе я отправлюсь к психотерапевту. Терапию проводить, чтобы не поехать кукухой.
Крутит пальцем у виска, а потом ей на телефон приходит сообщение, и она погружается в переписку. Мне не нужно много времени, чтобы понять, с кем именно она переписывается.
Её парень.
— Ща вернусь. Прикроешь, если что, Лизок? Скажешь, что у меня живот закрутило.
С этими словами Таня вскакивает со своего места и выходит из аудитории.
Я выдыхаю. Сегодня день прошел спокойно. Может, я могу надеяться на то, что дальше так и будет, и судьба нас не столкнет с Волковым?
Кладу голову на сложенные на парте руки и прикрываю глаза. Рядом раздаются шаги, но я не поднимаюсь, уверенная в том, что это Таня вернулась после разговора с парнем.
Рядом с грохотом падает какое-то тело. Меня подкидывает на месте.
— Ну что? Попалась, красная шапочка? — раздается шепот прямо мне в ухо, и с головы слетает капюшон.
Глава 4
Волчьи глаза Арсения прищуриваются.
Я же чуть не сползаю под стол, чтобы не смотреть в его лицо. Сквозь меня словно пропускают электрический разряд, и я передергиваю плечами.
— Страшно тебе? — шепчет, не сводя с меня глаз. — Это правильно.
Сглатываю. Осматриваюсь по сторонам, но всем вокруг плевать, что происходит за моим столом, и Тани нет подозрительно долго.
— Подружку свою высматриваешь? — усмехается мажор, наматывая на палец мои волосы и дергая их, причиняя боль. — Не дождешься. В этот раз ты от меня не свалишь.
Морщусь, но послушно пододвигаюсь к нему.
— Что вам нужно? — с трудом разлепляю пересохшие губы. — Что вы хотите?
Арсений усмехается, но веселья в его усмешке нет ни капли. Глаза при этом остаются ледяными.
— А тебе есть что мне предложить, Шапкина Елизавета, студентка первого курса? — Его губы разъезжаются и обнажают белоснежные зубы.
А мне становится дурно. Тошнота подкатывает к горлу.
Как он так быстро меня вычислил? Как?
— Ты слишком громко думаешь, шапка! — Его губы почти касаются моего уха.
По телу ползет холодок. Хочется, чтобы поскорее зашел преподаватель, и Арсений отправился на свою пару.
— Я…
Голос садится из-за страха перед этим мощным парнем. Он нависает надо мной словно гора. Скала, которую не сдвинуть с места.
Его бровь вопросительно ползет вверх. Он ждет, что я скажу ему дальше. Что предложу за ущерб, который причинила своим столкновением.
— Я не виновата, — собираю в кучу все свои силы и вздергиваю подбородок. — Это вы на меня наехали!
Его смешок разрезает напряженную тишину. Все словно перестали болтать и наблюдают за нами. Или у меня просто слух отказал от нервного напряжения?
Но… Я ведь слышу Арсения. Значит, со слухом полный порядок.
— А это ты будешь не мне втирать, шапка.
— Я Лиза, — цежу сквозь зубы.
Опасно! Я ступаю на опасную тропинку, и Волкову это не нравится. Он сжимает челюсть так сильно, что я начинаю переживать за его голливудскую улыбку.
Она, наверное, больших денег стоила, чтобы он сейчас ею так сильно рисковал.
В аудиторию заходит преподаватель, и я с облегчением выдыхаю. А вот и мое спасение. Сейчас Лев Владиленович вышвырнет старшекурсника из аудитории, и все будет хорошо.
