Он продолжал всматриваться в меня, и теперь наша дневная встреча явно тоже вернулась ему в память.
— Интересный у тебя сегодня день получается.
— У тебя тоже, — я коротко пожал плечами.
Семён Ильич рядом тихо фыркнул, но вмешиваться не стал.
Из бокового прохода вернулся один из охранников.
— Там пусто. Дальше дверь во внутренний коридор, потом развилка. Мог уйти куда угодно.
Мужчина выругался и сразу поднял рацию.
— Цель ушла через хозяйственный проход жилого корпуса. Проверить внутренний двор и технический коридор. На выходах смотреть внимательно.
Из рации посыпались подтверждения.
Он снова повернулся ко мне.
— Если лицо вспомнишь или ещё что-нибудь всплывёт, сразу сообщишь охране.
— Сообщу.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга. После истории на кухне особой симпатии между нами не появилось, зато сейчас у него были дела важнее выяснения отношений.
— Ладно. Уведите старика в медблок, если хуже станет, — бросил он своим и двинулся к выходу. — Остальные со мной, проверим двор.
Через минуту коридор снова опустел. Где-то вдалеке продолжала работать сирена, однако стрельба стихла. Семён Ильич потрогал затылок, посмотрел на пальцы и недовольно скривился.
— Сука. Хорошо приложил.
Я придержал его за локоть, пока мы выбирались обратно в основной коридор. Семён Ильич сопротивляться этому не стал, хотя через несколько метров демонстративно убрал руку и пошёл самостоятельно.
Мы добрались до лестницы и начали подниматься. Старик шагал медленнее обычного, иногда трогал шишку на затылке и что-то тихо бурчал себе под нос.
На втором этаже он вдруг остановился.
— Ты его отпустил.
Я тоже остановился и посмотрел на него. В глазах у него уже появилась вполне знакомая насмешка, так что удар, похоже, действительно не нанёс серьёзного вреда.
— И что? Он вырвался.
— А то, что сейчас ты спокойно идёшь со мной наверх.
Он снова двинулся по ступеням и продолжил через несколько шагов:
— Если бы тот мужик действительно вырвался и убежал, ты бы за ним рванул. Особенно после того, как он меня приложил...
Я ничего не ответил и пошёл дальше.
Семён Ильич искоса посмотрел на меня, дождался ещё нескольких ступеней и усмехнулся.
— Понятно. Значит, точно отпустил.
— Тебя по голове недавно били. Может, мерещится, Ильич.
— Вот если начну видеть двух Сергеев, тогда пойду к врачу. Пока передо мной один, и врёт он довольно посредственно.
Я посмотрел на него. Семён Ильич сразу поднял обе ладони, насколько позволяла лестница.
— Всё, Серёг, закончили. Это твоё дело. Раз отпустил, значит, причина была.
Мы поднялись ещё на один пролёт.
— Была.
Семён Ильич кивнул и больше к разговору не возвращался. Через несколько минут мы уже подходили к своему этажу, где нас ждали остальные.
Глава 5
Утром столовая работала так, словно ночью вокруг Маяка никто не стрелял. У входа стояла привычная очередь, за раздаточным окном женщины раскладывали по тарелкам кашу, резали хлеб. Чай наливали из двух больших металлических баков, рядом стояли сахар и несколько банок с каким-то вареньем, которое люди разбирали особенно быстро.
Я взял поднос и пристроился в хвост очереди. После вчерашней беготни аппетит проснулся хороший, а запах горячей еды окончательно убедил организм, что разбираться с чужими нападениями гораздо удобнее после плотного завтрака.
Разговоры вокруг почти целиком крутились вокруг ночной тревоги. Мужчина впереди меня уверенно доказывал соседу, что к периметру подошли обычные мародёры и попробовали выяснить, насколько хорошо Маяк охраняется. За соседним столом женщина рассказывала совершенно другую версию. По её словам, это была крупная местная банда, которая уже несколько недель крутилась поблизости и собиралась взять базу штурмом.
— Каким ещё штурмом? — возмущался пожилой мужик рядом с ней. — Там стреляли минут пять от силы. Если бы штурмовали, мы бы сейчас тут кашу не жрали.
— А ты откуда знаешь, сколько они стреляли? Ты часы держал?
Чуть дальше двое мужиков обсуждали третью версию. Один считал, что охрана сама открыла огонь по подозрительной группе снаружи, второй уверял, что кто-то случайно вышел к стене и получил по себе просто из-за нервов после недавних нападений.
Похоже, за одну ночь Маяк успел обзавестись десятком вариантов случившегося, и каждый рассказчик точно знал правду.
Когда очередь дошла до меня, женщина за стойкой поставила на поднос тарелку каши, добавила мясо и протянула два куска хлеба.
— Следующий.
— А нападение-то чем закончилось? — спросил мужик за моей спиной.
Женщина даже головы толком не подняла.
— Утром для кого объявляли? Угрозу отбили, периметр теперь под полным контролем.
— Так я так-то спал, потому что ночью мне этого делать не давали… — буркнул мужик.
Этой информации большинству вполне хватало. Люди слышали официальное подтверждение, видели свет в коридорах, работающую столовую и часовых на постах, поэтому постепенно возвращались к обычным делам.
Я забрал чай и пошёл к нашим.
Павел уже сидел за дальним столом и с аппетитом уничтожал вторую порцию каши. В добавке тут никому не отказывали. Рядом устроились Артём с братом, Ломов и Элина. Инны Павловны не было, однако её отсутствие вопросов не вызывало: после ночной тревоги в медицинском корпусе работы наверняка хватало.
Я поставил поднос на свободное место рядом с Элиной.
— Доброе утро. Все живы?
Павел поднял ложку.
— С божьей помощью, Серёг.
Я взялся за ложку и только теперь заметил, что один стул за столом пустует.
— Антенна где?
Элина повернулась ко мне.
— Вроде к связистам ушёл раньше. Я его утром ещё не видела, только слышала от кого-то, что они сегодня рано начинают.
Павел проглотил кашу и кивнул.
— Он говорил, что у них проверка оборудования с утра. Что-то там собирались гонять по питанию и смотреть старые линии. Думаю, добрался до своей игрушки и про завтрак забыл.
— На него похоже.
Я спокойно продолжил есть. Антенна мог добровольно пропустить еду только ради аппаратуры, поэтому особого значения его отсутствию никто не придал. Через несколько минут разговор перешёл на ночную стрельбу.
— Я вот всё равно думаю, что это разведка была, — сказал Артём. — Слишком быстро ушли.
Павел покачал головой.
— Мы вообще не знаем, сколько людей там было и чего они хотели. Сидели внутри корпуса, слышали выстрелы и сирену. Этого мало, чтобы строить хоть какие-нибудь версии.
— Зато половина столовой уже построила, — заметил я. — Ещё час, и выяснится, что на Маяк наступала танковая дивизия.
Павел посмотрел в сторону соседних столов.
— Ты смеёшься, а я минут десять назад слышал, что их было человек пятьдесят. Я сейчас серьёзно…
— К обеду станет сто, — я коротко пожал плечами.
Элина прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться с набитым ртом. Ломов тоже ухмыльнулся и потянулся за хлебом.
Как бы то ни было, но ночная атака никого реально не напугала. Обстановка в столовой постепенно становилась совсем обычной. Ночная тревога уже превращалась в очередную историю, которую каждый рассказывал по-своему.
Павел первым закончил есть и поднялся.
— Всё, мне пора, рад был со всеми увидеться!
Он забрал поднос и ушёл. Артём с братом поднялись следом, Ломов решил ещё немного посидеть, потом всё-таки отправился к себе выполнять предписанный врачами режим.
Через несколько минут за нашим столом остались только мы с Элиной. Она медленно размешивала чай, хотя сахар давно растворился, и время от времени поглядывала на меня. Я сделал вид, что занят хлебом, давая ей возможность самой выбрать момент.
— Сергей, насчёт вчерашнего… — начала она и сразу замолчала.
Я поднял глаза.
— Что насчёт вчерашнего?
Элина отвела взгляд к кружке.
— Я, наверное, немного поспешила. Мы только добрались сюда, вокруг всё это происходит, потом я полезла к тебе со своей шоколадкой и вообще…
Я накрыл её руку своей ладонью.
Она замолчала и посмотрела на меня.
— Всё нормально, — заверил я.
— Точно? — шепнула девчонка.
— Точно.
Элина ещё несколько секунд всматривалась в моё лицо, словно проверяла, говорю ли я серьёзно.
— Просто после сирены получилось как-то глупо, — смущённо объяснила она.
— Теперь с меня ужин при свечах, — ответил я. — Раз уж электричество здесь любит пропадать в самый подходящий момент, надо пользоваться местными особенностями.
Элина слегка сжала мои пальцы, улыбнулась и наконец оставила ложку в покое. Я убрал руку только тогда, когда к нашему столу подошла женщина с тележкой и начала собирать свободную посуду.
Элина допила чай и поднялась.
— Мне пора. Сегодня опять размещение и пропуска. А ты снова молчунов ловить?
— Похоже на то. У каждого здесь своё развлечение.
Мы отнесли подносы к стойке и вместе вышли из столовой. Возле дверей наши дороги расходились: ей нужно было в административный сектор, мне — к площадке службы отлова.
Элина на секунду задержалась рядом.
— Сергей.
— Что?
Она улыбнулась.
— Про ужин я действительно запомнила…
