Страница 2 из 7
– Тебе дай волю, ты будешь есть, не останавливаясь, – съязвил Аркадий, выбираясь из кабины.
– Главное, что работе это не мешает, – Кащей запер двери и задумчиво постучал ногой по скату автомобиля, оглядываясь по сторонам. – Тем более, персонал общепита, как правило, знает гораздо больше, чем все остальные люди.
– Ну-ну, – только и успел сказать Аркадий, а затем поспешил за Синевым, который уже выбрал направление и теперь целенаправленно шел быстрым шагом к какому-то кафе, расположенному на пересечении четырех дорог, в сотне метром от моста через Волгу.
Впрочем, оказалось, что Костя двигался к небольшому заведению, внешне весьма приятному, что несколько примирило Аркашу с действительностью. Есть и правда хотелось.
Внутри оказалось светло, но пусто: всего за парой столиков сидели посетители, причем не сильно напоминающие туристов. Да и светом заведение было обязано обилию светодиодов, что напомнило о мрачном въезде в город.
– Здравствуйте! – официантка со светлым хвостом до середины лопаток улыбнулась Кащею широкой улыбкой, не глядя на Аркашу. – Что вам подать, молодые люди?
– Только самое свежее и вкусное, – начал было Костя, но вдруг, изменившись в лице, осекся и добавил: – Хотя сперва можно просто чайник чая, пожалуйста, а остальное, наверное, подождет.
– Ты же есть хотел? – фыркнул студент, но Синев отмахнулся.
– Чай черный или зеленый? – уточнила официантка, не переставая улыбаться.
– Каркаде есть?
– Конечно! – улыбка стала неприлично широкой.
– Это же прекрасно, – воодушевился Костик, как будто даже не рассчитывал на подобное. – Чем страннее выбор, тем лучше клиент.
– Страннее? – сперва не поняла официантка, а потом натужно, но вежливо рассмеялась: – Это вы так шутите, да? Впрочем, у нас и своих таких хватает, так что странным приезжим мы давно не удивляемся.
– Может быть, мы местные? – пробурчал Аркаша.
– Ой, да ладно, – рассмеялась девушка, по-прежнему не отводя взгляда от Кости. – У нас маленький городок, так что всех местных я уже знаю.
Аркадий не первый раз наблюдал результат действия дара Кащея, и каждый раз неимоверно завидовал его способности. Ему всегда казалось, что жизнь обошлась несправедливо, отдав дар тому, кто пользуется им ради сиюминутных удовольствий. Иногда Аркаша представлял, как бы сложилась его жизнь, если бы не Костик, а он обладал возможностью очаровывать людей. Сколько возможностей, сколько дорог она перед ним бы открыла…
Чай принесли быстро, как будто заведение начало работать исключительно для двух молодых людей, забыв об остальных посетителях. Да и сама официантка уже успела избавиться от фирменного фартука с вышивкой, стилизованной под старорусские мотивы, поэтому присела за столик и вновь уставилась на Синева влюбленными глазами, не забыв поправить волосы и воротник на малиновой блузке, у которой внезапно оказалась расстегнутой лишняя пуговица.
– Меня Дашей зовут, – сообщила она ребятам, разливая чай по чашкам. Их она, кстати, принесла сразу три, а не две. Ребята представились, но Аркадий сильно сомневался, что официантка запомнила его имя. А вот имя Кащея повторила, причем с томным придыханием, точно от постели их отделяла пара минут.
– Дашенька, так что там со странностями? – направил фривольные мысли девушки в конструктивное русло Костик. – Ты обещала рассказать нам о местных несуразностях.
– Ой, странностей и правда много, – вдруг оживилась Даша. – Смотрите сами. Город старый, кругом одни церкви, кладбища, каменоломни. И всё это, не считая неприятностей двадцатого века... В революцию знаете, как город усох? Мне бабка рассказывала, что людей чуть ли не вдвое меньше стало.
– Что ты говоришь! – поддакнул Синев. – Церкви, кладбища… Здесь же, наверное, спать невозможно из-за привидений.
-- Да у нас чего только не происходит, - игриво рассмеялась девушка, стараясь с каждой фразой пододвинуться поближе к Кащею поближе. - Мне тут недавно рассказали, что в храме на площади, тут неподалеку, вообще батюшка одержимым стал.
- Как это, одержимым? - чуть ли не подпрыгнул на стуле Аркаша. – Его что, бесы захватили?
– Ну я в этих тонкостях не разбираюсь, – воодушевленная внимательным взглядом Костика, жеманно вздохнула официантка. – Но ему вроде как в храм теперь заходить нельзя. Представляете? Как в кино.
– Ага, – поддакнул ухмыляющийся Кащей. – Заходит бывший батюшка за церковную ограду и тут же корчиться начинает в страшных муках. А потом еще и сгорает заживо за касание святой земли.
– Не смешно, – обиженно надула губки Даша. – Мне вообще кажется, что на тему священников шутить неуместно.
– Ты права, согласен, – тут же сдал назад Костя. – Я переборщил. Просто глупо же звучит. Как можно священнику запретить в храм заходить? Он же человек, а не вампир какой-нибудь.
– Так я ж говорила уже, – всплеснула руками официантка. – Он одержимый, поэтому ему и в церковь нельзя. Там же и другие священники есть, неглупые все люди…
– Да мы верим тебе, верим, – поспешно попытался съехать со скользкой темы Аркаша. – Просто действительно удивились. Согласись, нечасто такое бывает, что батюшку от церкви отлучили.
– Я вообще о таком не слышал, – подал голос Костик. – А этот батюшка… Он где вообще сейчас? С ним можно как-то пообщаться? Просто может быть ему какая-то помощь нужна?
– А если помощь мне нужна? – вдруг обиделась девушка. – Что вы мне тут по ушам ездите? Дашенька то, Дашенька сё. Сходите до Пятницкой церкви и сами обо всем спросите! Это в ту сторону.
Девушка как-то не очень определенно махнула рукой, а затем, демонстративно качая бедрами отошла от столика, делая вид, что спешит к новым посетителям. На ходу она прихватила из-за барной стойки фартук и ловко завязала его, больше не повернувшись к двум назойливым посетителям.
– Дарья, куда же вы? – не удержался от реплики ничего не понявший Аркадий, но Костик уже тянул его в сторону выхода, тоже не пытаясь ничего объяснить.
После искусственного освещения кафе, солнце ослепило обоих.
– Ну и что это было? – уже на улице потребовал объяснений Кудесник, но Кащей лишь ухмыльнулся и затянулся только что раскуренной сигаретой, подставив лицо солнечным лучам.
– Да ничего особенного. Маленькая проверка на вшивость. Я всегда так делаю. Выключаю дар и смотрю, как девушка относится ко мне на самом деле. Если я ей хоть немного интересен, то бежать от меня, как черт от ладана, она не будет. А если как сейчас, то и напрягаться не стоит, ничем хорошим подобные хороводы не закончатся.
– Жестоко, – пробормотал Аркадий, не решив еще для себя, как именно стоит относиться к подобному поведению коллеги.
– Жестоко строить отношения на лжи! Даже если чуть, и чтобы всё хорошо было, – с непривычной серьезностью ответил на невысказанную реплику Аркаши Костик. – Я вообще считаю, что в начале отношений надо показывать себя максимально естественно. Может быть, даже немного с плохой стороны.
– Чего это? – Кудесник аж шею вытянул, чтобы внимательнее разглядеть Синева. – Наоборот же, на первом свидании все всегда стараются выглядеть лучше, чем есть на самом деле.
Тема отношений для Аркаши была весьма животрепещущей, так что он не мог просто так завершить разговор, тем более что в вопросах взаимоотношений с противоположным полом Кащей виделся юноше непререкаемым авторитетом с огромным запасом жизненного опыта.
– Ты же не придешь на первое свидание к красивой девушке в старых джинсах и мятой футболке? Ты постараешься одеться красиво, – развивал свою позицию Аркадий. – Будешь рассказывать анекдоты, развлекать девушку… В ресторан ее сводишь, цветы подаришь…
– Стоп! Стоп! Стоп! – развеселился Синев. – Ты меня в свои дела не вмешивай. Тем более, что мы с тобой говорили про отношения. А как можно любовь построить, если ты всё начинаешь с обмана. Вот влюбится она в тебя такого модного в костюме, а потом выяснится, что ты даже галстук завязывать не умеешь. И что тогда? Обманывать дальше? Обещать, что научишься? А вот если девушка изначально увидела твой худший вариант и это ее не оттолкнуло, то дальше она будет каждый день получать от тебя фактически подарок. Радоваться тому, что ты можешь быть еще лучше! Еще сильнее! Умнее! А вот эти твои цветы и ресторан в новых джинсах они только для обмана и годятся! Пустил девушке пыль в глаза, в койку затащил ее и бросил! Ну разве это хорошо? Ну как тебе не стыдно, Кудесник? А еще очки носишь! Ладно, что с тебя взять, садись в машину! Поедем работу работать!
Аркаша садился в «буханку» в абсолютно растрепанных чувствах. Во-первых, потому что он абсолютно не ожидал такого философского монолога от язвительного и постоянного смеющегося над всем Синева. Во-вторых, потому что теперь выстроенная им когда-то в голове модель ухаживаний за девушками дала трещину, причем где-то в районе основания. А в-третьих, это что, Кащей его только что в распутстве обвинил?
Пятницкая церковь, расположившаяся примерно на тридцать градусов в сторону от направления, заявленного официанткой, выглядело не особо величественно. И тут, и там стены явили миру недостаток централизованного финансирования, но это не портило облик «божьего дома», а наоборот придавало уют и некую умиротворенность. К тому же территория вокруг оказалась ухоженной, трава аккуратно програбленной от мелкого мусора, а широкие дорожки посыпаны свежим песком. Удивительно было найти такую тишь и благодать в паре сотен метров от дороги.
Перед храмом Костик на несколько секунд замешкался, но затем все-таки перекрестился неловким движением и буквально скользнул внутрь, приоткрыв дверь не шире, чем на ширину двух ладоней. Аркаша только и сумел мысленно пожать плечами, не понимая такого поведения коллеги.
Внутри оказалось темно, но достаточно многолюдно. Стоял ровный гул, случавшийся, когда множество людей старается говорить не очень громко. На этом фоне отчетливо звучали слова читаемой молитвы. Прислушавшись Аркадий различил произносимые мужские имена, но к стыду своему не смог бы ответить даже под страхом смертной казни, по какому поводу их могут зачитывать в такое время – за здравие, за упокой или, боже упаси, по какому-нибудь еще более сложному церемониальному поводу.
Повертев головой, он увидел, что Костик пробирается к конторке, за которой две пожилых женщины торговали свечками и принимали у прихожан записки. Вот одна из них наклонилась к Синеву, слушая его вопрос, но затем внезапно резко отпрянула, как будто услышала что-то оскорбительное.
– А ну пошел прочь! – закричала она и замахнулась на Костика какой-то книгой. – Изыди, нехристь!
Ничего не понимающий Синев сделал пару шагов назад, чувствуя, как на нем сходится всё больше и больше чужих глаз.
– Я сказала тебе! Изыди! – вновь закричала женщина, а ее товарка вытащила из-под стола бутылку с водой и плеснула в сторону Костика. Синев буквально вытек из церкви, как та же вода, и Аркаше не оставалось ничего иного, как последовать за ним, стараясь прижиматься к стене и не привлекать еще большего внимания окружающих.
– Сумасшедший дом какой-то! – тряс головой Костик, отойдя от храма шагов на двадцать. – Я просто спросил, где мне найти моего друга отца Павла. Ты видел, что за концерт они там устроили?
– Видел, – кивнул Аркадий. – И тоже ничего не понял.
– Ну а что ж тут непонятного, ребятки, – остановился рядом с ними сухонький старичок, опиравшийся на толстую слегка кривоватую палку. – Всем известно давно, что Пашу бесы одолели. Его и сана лишили, и от церкви отлучили! Настоятель так и сказал на проповеди, что оступился раб божий и гореть ему за это в геенне огненной. И всем тем, кто с ним знаться будет, гореть, значитца, там же. А вы приходите в церковь и такие вопросы задаете!
– Так нам-то откуда знать, – тут же поддержал разговор Аркадий, понимая, что ждать конструктивной реакции от Синева сейчас бесполезно. – Мы не местные, только сегодня в город приехали. Родители наказали найти дальнего родственника, вот и ищем.
– Зря вы это затеяли, ребятки, – с сомнением покачал головой старик, но тут уже сориентировался Костик.
– Ну так родители все же! Как не выполнить просьбу?
– И это правильно, – согласился старик, а затем воровато оглянулся по сторонам. – Значится, так! Запоминайте адрес.
Интерлюдия
Юноша с густыми вьющимися волосами с довольным видом крутил большими пальцами рук, сжав подушечки остальных. В этом деловом виде его застала мать. И прежде, чем она успела произнести хоть слово, он заявил:
— Я знаю, что ты хочешь сказать мне, матушка.
— Как удивительно и невежливо одновременно, сын мой. И что же я хотела тебе сказать?
— Что мои люди занимаются совершенно не тем, чем нужно.
Женщина поджала губы. Она действительно хотела сказать именно это, и потому возмущение в ней сейчас сочеталось с восхищением сыновьей проницательностью.
— Продолжай.
— На самом деле, они на верном пути, матушка, хотя я думаю, что кое-какая помощь им не помешает. У нас ведь есть еще фигуры на этой шахматной доске.
Глава 3. Дух. Начало
«Пора им уже вернуться», – в очередной раз подумал Ворон, кидая взгляд на пустую деревенскую дорогу. Вроде бы куратор не в первый раз назначает его старшим, но именно сейчас Георгий сильно волновался за каждого члена группы. Наверное, все дело было в том, что он единственный четко представлял грозящую угрозу и не знал, как уберечь друзей от нее.
Темные колдуны не знают норм этики и морали, им чужды правила честной войны, их интересуют только пути достижения цели. Поэтому Ворон даже не удивился, услышав про исчезнувших детей, подобные методы вполне укладывались в логику поведения его бывших родственников. Если для совершения ритуала потребуется убить несколько невинных душ, то никто не будет задаваться вопросом, насколько это этично или правильно. Максимум, что будет интересовать темных колдунов, где именно можно похитить этих детей.
Так что Костик с Аркашей могут запросто умереть, даже не осознав момент собственной кончины, а просто оказавшись не в том месте или задав не совсем правильный вопрос.
С другой стороны, Ворон прекрасно понимал, что в команду куратор собрал не детей детсадовскоговозраста, и каждый из них вполне способен действовать самостоятельно. Другой вопрос, что понимание головой не могло успокоить тревожащееся сердце.
– Не понимаю, как люди могут жить без Интернета и хоть какой-нибудь стабильной мобильной связи, – пожаловался Георгий Ольге. – Это же просто каменный век какой-то.
– Если честно, именно от тебя слышать такое странно, – улыбнулась Ольга. – Костя или Аркаша сказали бы эту фразу гораздо естественнее.
– А я-то что не так сказал? – возмутился Георгий. – Или ты думаешь, что я настолько древний, что помню только времена печатных машинок и стационарных телефонов.
– Гусиных перьев, – в тон ему ответила девушка. – А если серьёзно, то мне всегда казалось, что ты как раз-таки не сильно привязан к технике. Ты даже пиццу сам никогда не заказывал, всегда поручал кому-нибудь.
– Здесь, боюсь, не то что самой пиццы не найти, местные и слова-то такого не слышали, – проворчал Ворон. – В любом случае, я просто привык, что мы все постоянно на связи. А сейчас сиди и нервничай в неведении, где эти два охламона шатаются.
– Успокойся, – махнула рукой Ольга. – Малыши уже давно выросли и вполне способны позаботиться о себе самостоятельно. Думаю, что они просто нашли какое-нибудь кафе с нормальной едой и приличными ценами, обожрались и теперь никак не могут встать, чтобы дойти до машины. Ну или Кудесник залип в Интернете, а его оттуда, сам знаешь, иногда достать попросту невозможно.
– Я знаю эти места, – после небольшой паузы решился, наконец, поделиться своими переживаниями Ворон. – И представляю, кто именно может готовить загадочный ритуал в этих местах. Я думаю, что именно поэтому куратор и назначил меня старшим.
– Очень интересно, – напряглась и подобралась, как перед прыжком, Ольга. – Слушай-ка, Гера, что это свинство? И ты молчал всё это время? Давай, рассказывай!
Ворон вздохнул, понимая, что коли уж открыл рот, то отмолчаться точно не получится, а затем сел за стол напротив Ольги и принялся говорить. Девушка внимательно слушала, не перебивая, потому что сейчас у нее в голове наконец сложились все нестыковки, связанные с заданием и отправкой их так далеко от Москвы.
Другой вопрос, что задание теперь выглядело гораздо более сложным и опасным, чем могло показаться вначале. Одно дело искать чересчур активного колдуна или ведьму, и совсем другое организованное сообщество колдунов, каждый из которых может представлять серьезную опасность. К тому же, закрытость таких сообществ существенно осложняет поиск информации о них самих и каких-то делах, с ними связанных.
Ворон замолчал, а Ольга продолжала сидеть на месте без движения, как будто уснула.
– Может быть, ты что-нибудь скажешь? – осторожно поинтересовался Ворон, когда пауза стала неприлично долгой. – Или может быть хочешь о чем-то спросить?
– Пока не знаю, – устало потерла виски Ольга. – Знаю только, что ты не имел права умалчивать эту информацию. В конце концов, мы команда, а значит жизнь каждого из нас зависит от действий остальных членов группы. Если ты знал, что нас здесь поджидают такие опасности, то почему отправил в Старицы Костика с Аркашей, а не поехал сам.
– Потому что боюсь, что меня могут узнать, – Ворон выругался, хотя позволял себе это в присутствии посторонних достаточно редко. – И тогда бы на нас началась настоящая охота.
Ворон встал, подошел к окну и собрался было сказать что-то еще, но снаружи послышался знакомый шум двигателя. Георгий поспешил на улицу, а Ольга так и осталась сидеть за столом, погруженная в свои мысли.
Похищение само по себе сказалось на ней, а понимание того, что врагом оказался Смирнов, полицейский – попросту вынуло из нее душу. Чтобы люди, выбравшие смыслом жизни служить и защищать, похищали людей?
На фоне этого первые приключения казались теперь какой-то легкой забавой наравне с первым походом в лес. Теперь начиналось что-то серьезное. Как минимум из-за реальных угроз их жизням. И относиться к этому следовало так же серьезно.
– Новостей практически нет, – на ходу делился впечатлениями Аркаша, заходя в дом вместе с Вороном и Кащеем. – Хотя одну перспективную ниточку мы все-таки сумели найти.
Ему явно не терпелось выложить остальной команде результаты проведенной разведки, но Ольга не дала ему этого сделать.
– Я думаю, что всем нам поначалу стоит послушать Георгия, – ровным безэмоциональным тоном прервала девушка поток красноречия Кудесника. – Уверена, что это сейчас самое важное.
Ворон еще раз вздохнул, но понял, что деваться все-таки некуда. Рассказ о прошлом прошел в полном молчании, и только когда Георгий закончил, Кудесник обреченно сказал.
– Похоже, что мы с Кащеем вытянули пустышку.
– Подожди, тебя действительно сейчас только это волнует? – возмущенно вскинулся Костик. – А то, что он так долго молчал об истинном положении вещей, обсудить не нужно?
– Может быть, и нужно, – покладисто согласился Аркадий, поправил очки, а затем уже решительнее добавил. – Только я думаю, что наоборот хорошо, что мы ничего не знали. Во-первых, если сегодня в Старицах мы столкнулись с кем-то из темных колдунов, то он никак не заподозрит нас, что мы ищем именно их. Во-вторых, мы искали информацию вообще, а не уперевшись в одну версию. Ну и в-третьих, стопроцентной гарантии, что похищения детей связаны с бывшими родственниками Ворона все-таки нет.
– Как это нет? – продолжал горячиться Синев. – А кто же, по-твоему, во всем виноват? Священник этот отлученный?
– Какой священник? – заинтересовалась Ольга. – И почему ты считаешь, что он не причем?
– Ну он же священник, – привел, как ему казалось, железобетонный аргумент Костик. – Он не может быть связан с темными колдунами.
– Ну не просто же так его от церкви отлучили, – пожала плечами Ольга. – Значит запросто мог оказаться замешан и в чем-то нелицеприятном. Почему бы и не в связях с темными колдунами?
– Мои бывшие родственники бывают крайне убедительны, – мрачно подтвердил Ворон. – А что за священник? Из какого храма?
Теперь настала очередь Кости с Аркадием поведать о своих приключениях, причем у них это заняло чуть ли вдвое больше времени, потому что они постоянно перебивали друг друга, дополняя повествование несущественными деталями.
