Читать «Сиротский приют. Драконы на попаданках (не) женятся» — Кристина Юраш онлайн
Страница 4 из 6
Как это произошло, я и сама не поняла, но внезапно моя нога поехала на льду. Дыхание перехватило, перед глазами все дернулось, а внутри что-то испуганно сжалось и…
Через мгновенье ко мне стало возвращаться чувство реальности. В руках и ногах была ужасная слабость, а сердце билось воинственным тамтамом. Я увидела свои руки, которые вцепились в принца, а потом почувствовала, как меня обнимают за талию, удерживая от падения.
— С… спа… сибо, — выдохнула я, не веря, что он меня поймал! Мне показалось, что он на такое не способен!
— Я был прав, вы все-таки падшая женщина, — усмехнулся принц, все еще держа меня в непроизвольных объятиях. Я попыталась найти точку опоры каблуком, как вдруг нас ослепила вспышка! Одна, вторая, третья!
— А что? Вам непривычно, что при виде вас у девушек непроизвольно разъезжаются ноги? — ядовито ответила я.
Я снова попыталась встать на лед, но нога соскользнула, и я опять повисла на руках у принца. Он смеялся, но не отпускал.
— Вы собираетесь упасть к моим ногам? — спросил принц, на губах его появилась улыбка.
— Нет, я привыкла, что мужчины это делают сами! — парировала я, яростно пытаясь найти опору.
— Я не из тех, кто падает к ногам женщины, — ответил принц, пока я барахталась. Чувствую, что мы только что изобрели фигурное катание!
Почему он держит? Почему не отпустил? Ему ничего не стоило просто сделать шаг в сторону.
Наконец-то под ослепительные вспышки я поставила ногу на снег. Он проскрипел, словно кто-то укусил свежее яблоко.
— Благодарю! — я сделала неловкий реверанс, одергивая шаль. — А вот и приют! Эм…
Глава 21. Ася
Я не сразу вспомнила, что хотела сказать. Слова путались и увязали у меня в горле, словно в болоте.
— Зря стараешься, — послышался голос принца. — Газетчики уже смотались.
Он развернулся, а я удивлённо посмотрела на его спину.
— Вы не хотите посмотреть приют? — спросила я, глядя, как принц остановился.
— Я уже посмотрел тебя. Этого вполне достаточно, — послышался голос, а мои глаза удивленно распахнулись. Я пожала плечами, открыла двери и вошла в тепло.
— Это принц?!! — закричали детки, а их глаза загорелись от восторга. Они то льнули к окну, то бежали с топотом ко мне. — Настоящий!!! Прямо как на конфетах! Принц!!! Ура! Мы видели принца!
Среди общей беготни и криков, я увидела серьезного мистера Флетчера. Он снял цилиндр, продрал пятерней волосы и изрек:
— Если что, я ему свой горшок не уступлю. И вообще, я бы с ним на один горшок не сел, — заметил он, снова надевая цилиндр. Булочка висела на мне, задыхаясь от восторга и обиды одновременно. На принце было столько драгоценностей, а он как чувствовал!
— Так, успокойтесь, — строго произнесла я, видя, как по потолку пробегает Джимми. — Джимми! Слезь с потолка немедленно!
— Хорошо, — послышался голосок Джимми, а он спрыгнул на пол. — Извините, тетя Ася…
— Так! А у нас урок! — я взяла со стола колокольчик и позвонила в него. «Урок! Урок!!!» — бегали дети, пока я со звонком шла в сторону классной комнаты. Вообще-то в приютах не давали образование. Детей не учили ни читать, ни писать. Но я решила, что лишним это не будет!
— Звенит — звенит звоночек, зовет всех на урок! — пропела я, снимая шаль и вешая ее на крючок. Мимо меня прошмыгнула тень.
— Итак, тема урока — рисование! — начала я, присаживаясь за стол. — Я вам давала задание нарисовать наш приют! Кто нарисовал? Поднимите руку? О! Какие молодцы!
Я шла между рядов и смотрела на рисунки. Дети всегда находили тысячу способов выдавить из меня комплексы. Но я научилась себя утешать. Толстые осьминоги намекали на то, что у меня много рук, и я все успеваю, косолапые пирамидки намекали на то, что во мне есть загадка, лохматые чудовища всех мастей и оскалов говорили о том, что я очень коммуникабельная и жизнерадостная.
— Ой, какое красивое солнышко! — улыбалась я, гладя Булочку. На меня смотрела толстая каракатица.
— Это не солнышко! Солнышко вот! А это ты! — радостно сообщила Булочка, показывая пальцем на половину листа.
Глава 22. Ася
— Какой молодец, — потрепала я по голове Джима. Он покраснел и вздохнул.
Я подошла к пустой парте, присела рядом с ней и улыбнулась.
— Джоси, — позвала я. — А где твой рисунок?
На стол лег скомканный рисунок, а я стала осторожно его разворачивать.
— О, какая красота! — обалдела я, глядя на рисунок, похожий на иллюстрацию к сказке. Все было прорисовано с особой тщательностью, особенно платье. — Джоси, у тебя талант!
— Нет у меня никакого таланта, — послышался тихий голос, а я взяла мятый рисунок и повесила на стенку.
Вот к чему приводят крики: «Да чтоб глаза мои тебя не видели!!!»
— Мистер Флетчер! — смутилась я, глядя на его рисунок. Он напоминал оголенное мужское достоинство. — Как вам не стыдно!
— Это собака, а тебе, пигалица, видать уже замуж пора! — мрачно произнес Мистер Флетчер, переворачивая рисунок ко мне. Он усмехнулся, пока я приходила в себя.
В дверь постучали, а потом зазвенел колокольчик. Я успокоила класс, дала задание и направилась к двери.
— Если че, — послышался голос мистера Флетчера. — Я не участвовал в драке на Бернстрит! И ничего про нее не знаю!
Я набралась смелости, дошла до двери, открыла ее, видя на пороге полисмена. Он был круглым, ниже меня на половину головы, но при этом при параде. Два помощника стояли позади него, а я улыбнулась.
— Мы разыскиваем убийцу Говарда Кэмптона! — произнес полисмен, бегая цепкими глазками по мне.
— Вы так смотрите на мое декольте, словно я его там прячу, — строго и сухо ответила я, намекая, что это неприлично!
— А вдруг? — совершенно спокойно и строго спросил полисмен, сверкнув саблей. — Вдруг у вас там преступная группировка! Нам дали ориентировку!
Он раскатал перед моими глазами бумажку, на которой был изображен портрет мистера Флетчера.
— Вы с ума сошли?! Обвинить четырехлетнего мальчика в убийстве… — произнесла я, так, выплюнула слова. — Флетчер, не бойся, иди сюда… Не бойся, дядя не обидит…
Из комнаты шел мистер Флетчер, правда без цилиндра с огромным старым медведем в руках. Вид у него был трогательный и милый. А еще он косолапил.
— А кто эти дяди? — спросил мистер Флетчер, одергивая штаны.
— Это полисмены, — ответила я, беря его на руки. Медведь выпал, а мистер Флетчер заплакал, пока я его успокаивала.
Растерянные полицейские чувствовали себя идиотами, пока я утешала мистера Флетчера.
— Эм… Мы ошиблись, мэм… — переглянулись они, видя, как я отряхиваю медведя и даю его в руки ребенку. — Простите!
Мне козырнули и с топотом направились обратно. Я закрыла дверь, как вдруг услышала ругань, грохот и «Ты цел, Митчелл?»
— Тьфу, — произнес мистер Флетчер, которого я спустила на пол. Он сгреб медведя и потащил его в чулан со словами: «Дружище, спасибо за алиби! Ты еще пригодишься!»
— Надеюсь, это не вы, мистер Флетчер, — произнесла я, видя, как он прячет медведя в чулан и надевает цилиндр.
— Конечно не я, пигалица! Он сам упал на нож! Я просто его там забыл! — усмехнулся мистер Флетчер, приглаживая волосы и вертанув на голове цилиндр. — А еще, как человек он был дерьмо!
Вдруг в дверь постучали, а я открыла, видя Патрика. Он влетел внутрь, бросая сумку с газетами. От нее дышало морозом, а Патрик протянул мне газету и выдохнул: «Смотри!»
Первое, что я увидела, — нашу с принцем фотографию в обнимку. Если бы я не знала о том, как это случилось, я бы решила, что мы — двое влюбленных… Только бы они так не подумали…
— У его высочества принца есть тайная возлюбленная! Что скажут король и королева, узнав, что это — девушка из народа! — прочитала я, оседая по стенке.
Глава 23. Принц
— Что значит, меня собираются женить?! — закричал я, влетая в кабинет отца.
Мать в нежно-голубом муслиновом платье сидела в кресле, а ее прическу качало от веера. Министр Кингкнайт стоял возле стола, а отец сидел в кресле, читая газету.
— Это как называется? — сквозь зубы произнес я, чувствуя, как меня переполняет ярость. — О таких решениях предупреждают заранее, дорогие родители!
Мне ткнули в лицо газетой, а я изумленно поднял брови. На фото была эта самая дамочка из приюта, с которой начались мои неприятности. Газетчики запечатлели тот момент, когда я ее поймал. Со стороны это выглядело, как будто бы у нас и вправду роман!
— Тайная возлюбленная? Девушка из народа? — ужаснулся я, рывком выхватывая газету у отца.
— Уже не тайная, — заметил король, пока мама обмирала в кресле, уводя руку с каплями на золотом подносе. — О ней уже знают все!
— То есть, вы хотите, чтобы я… — у меня не укладывалось в голове.
— Мы тут подумали, и я решил, что девушка из народа, — начал отец, а министр кивнул. Я смерил взглядом отца и его первого министра. — Будет отличным политическим ходом. Особенно для народа, которому нужно непременно показать, как сильно его любит будущий Император. Сейчас мы присоединяем несколько земель, которые достанутся тебе. И они тоже должны видеть, как ты близок к народу. Не какая-нибудь там заграничная принцесса. К тому же ты знаешь, как у нас в стране относятся к чужестранцам! И не какая-нибудь герцогиня!
— То есть, вы хотите, чтобы я женился на вот этой вот дамочке?! — с ненавистью спросил я.
— Народу нужна красивая сказка! Особенно, после того, как вы нелестно высказались в ее адрес! — вставил министр.
— Только так мы можем уладить скандал! — изрек отец. — Чистая, незапятнанная любовь наследного принца к простой, доброй и милой девушке из народа, — вот что растопит сердца людей! Да, дорогая?
— Нет, я про… — начала мама, как вдруг меня подвинули: «Простите, ваше высочество!»
Отец бросил взгляд на маму, которой слуга на подносе нес красивую коробочку. Негодующее лицо мамы сменилось удивлением. Она забыла, что хотела сказать.
— Да, дорогой, — кивнула королева, открывая крышечку и трогая пальцем белоснежное суфле. — Быстро несите зеркало!
Милая служаночка бросила веер и побежала в коридор. Я проводил ее взглядом, видя, как красивый завиток локона подпрыгивает вместе с грудью.
— Ммм… Как пахнет… — наслаждалась мама, растирая новый крем в пальцах. — Сынок, делай все, как скажет папа. Папа лучше знает! О! Мое зеркало!
Служанка вернулась с зеркалом, а я перевел взгляд на отца. Тот улыбался.
— То есть, мои слова «возлюбить народ» вы приняли буквально! — произнес я, понимая, что нужно было отойти в сторону и посмотреть, как она падает на лед! Лучше бы она сломала себе руку, а не мою жизнь!
— Дорогой мой мальчик, — послышался голос матери, которая сделала глубокий вдох наслаждения. — Папа сказал нужно, значит нужно!
— Я против! — прорычал я, сжимая кулаки. — Вы ее видели?!
Мне ужасно хотелось что-то сломать. Ярость, бушующая внутри, застилала глаза.
— Если хочешь что-нибудь сломать — сломай стереотипы! — усмехнулся отец, а я ударил кулаком в стену. — Слышишь, как ликует народ? Вся столица кричит имя принца и жаждет подробностей его романа! Королевская семья пока делает вид, что не знает, и… Стой! Я не договорил!!!
Я вышел в коридор, а слуги шарахнулись в стороны, стараясь не попадаться на моем пути. Жениться на простолюдинке! Отец выжил из ума?!
Глава 24. Ася
В дверь постучали, когда я уложила детей на полуденный сон. Накрыв одеялом Булочку, я потрепала по невидимой щечке Джоси.
— Кто там? — спросила я, пытаясь высмотреть в окно гостей.
— Открывайте! Приказ короля!
Я вздрогнула и открыла дверь. В холл ввалилась целая толпа. Дамочка с пушистой муфтой, которую я сначала приняла за кота, ахнула и стала осматривать приют.
— Это мама и папа? — послышался сонный голосок, а я обернулась. Мира мялась на полу, а я загнала ее обратно в спальню и привалилась к двери.
— Если вы будете меня арестовывать, — гордо произнесла я. — Пообещайте, что не тронете и не напугаете детей!
— О, милочка! — всплеснула руками дама, а муфта упала на пол. Я увидела за ее прической министра, который смотрел на приют и свирепо раздувал ноздри. — Никто не будет арестовывать нашу красавицу!
— Как здесь бедненько! — произнесла вторая цветущая дама, обмахиваясь веером. — Просто шикарно!
— Милочка, ты вытянула счастливый билет! — счастливая дамочка с котомуфтой, которую ей тут же вручили обратно, приблизилась настолько, что я вжалась в дверь спальни. От нее разило морозом и цветами. — О! Какая прелестная рвань! Какие колоритные заплатки!
Она наклонилась к моему корсету, рассматривая аккуратные стежки, а потом бесцеремонно полезла мне под юбку, а я прижала подол рукой.
— О, это самые шикарные обноски из всех, которые я видела! — восхитилась дамочка, оббегая меня взглядом. — Меня зовут Мелла дю Боррей! Я — фрейлина и придворная чародейка ее величества! А это Анна фон Браут! Моя помощница и модистка.
Вторая дама скромно кивнула, принюхиваясь.
— Со мной вы уже знакомы, — ледяным голосом заметил седой министр.
— Отлично, отлично! — ходили вокруг меня, когда я отпрянула от двери.
— Что вам нужно? — спросила я, видя, как эта настырная дамочка снова лезет к моей юбке. — У нас тихий час!
— Мы тихо, как мышки! — убедили меня, пока я с тревогой смотрела на закрытую дверь. Надеюсь, они никого не разбудили!