Мягко провел по моему затылку ладонью, коснулся волос, переложил их на плечо и очень тихо сказал:
— Хочешь что-нибудь поесть? Что угодно.
— Хочу, — едва не задохнулась, так заполошно забилось сердце, будто принц к нему напрямую притронулся. — Но не знаю… что.
— На месте решим, — игриво подмигнул Северин и потянул меня через сад к академии. Его ничуть не смущало, что он в одном белье идет по коридорам. В апартаментах он остановился около моей двери. — Если не понравились мною выбранные наряды, можем заехать к модистке, ты выберешь себе то, что по вкусу.
— Мы можем покинуть Конкорд? Увидеть столицу Ароны? — восторгом так и звенело каждое мое слово.
— Конечно, — его глаза загорелись, словно он тоже едва сдерживает восторг.
— Давай, да. Очень хочу, — я физически ощутила, как мои глаза полыхают в ответ.
— Тогда собирайся, — Вер слегка захрипел, выпрямился. — Не спеши. На учебу не пойдешь завтра, отдохнешь, я в деканат сообщу.
Я не успела и рта раскрыть, как в общую дверь постучали.
Северин отступил и молча распахнул ее.
В коридоре стоял посыльный, который и глазом не моргнул, что Северин практически обнажен.
— Письмо Вивианне Эверлин, — отчитался парнишка и протянул конверт.
Принц медленно забрал письмо и захлопнул дверь. Задумался. Постоял, глядя в пол, и передал мне корреспонденцию.
— Жду тебя, здесь же, — и ушел к себе.
Дверь хлопнула, а я опустила взгляд на конверт, и душа оборвалась.
Из Эртина.
От матери.
С черной траурной печатью.
Глава 11
До сих пор какое-то чувство от этого письма… гнетущее.
Быстро сполоснулся, оделся в штаны и рубашку и, протягивая в петли пояс, вдруг понял, что за печать мелькнула перед глазами. Черная.
Впрыгнул в сапоги и вырвался из комнаты.
Дверь в покои Вив была распахнута, внутри никого.
Прислушался к себе, сделал вдох. Аромат тянулся к выходу в коридор.
Я метнулся туда.
По ступенькам к главному входу. Заозирался. Еще глубже вдохнул.
Где ты, Вив?
Повело в холл в отдельную зону отдыха с камином.
Вивианна сидела на серой меховой шкуре. Поджав ноги и обнимая себя руками, внимательно смотрела, как в огне сгорает письмо.
Я подошел неслышно. Сам не знаю, что мной двигало, ведь нельзя с эртинкой сближаться, это идет вразрез моим ценностям, но присел рядом на корточки и коснулся ее плеч ладонями.
— Вив, что случилось?
Она мотнула головой. Не плакала. Просто безотрывно смотрела на оранжевое пламя, что уже сожрало бумагу вместе с траурной печатью.
— Отец умер.
Она сказала это без надрыва, даже без сожаления. Скорее с толикой злости.
Я потер грудь. Для меня отец — все. Не представляю, что буду чувствовать, если его потеряю.
И представлять не хочу.
— Ты говорила, что в семье нет мужчин.
— А его и не было никогда. Он бросил мать, когда та родила девочку… Меня, — отозвалась Вив холодно.
— Вот урод, — вырвалось.
Она усмехнулась и повернулась ко мне лицом.
— Еще какой, — девушка улыбалась, но в небесных глазах плескалась грусть и боль, которые можно было почувствовать кожей.
— Говори, как есть. Явно ведь там есть что-то еще.
— Тебе правда интересно знать? — она удивленно взметнула светлые брови.
Я кивнул, отстранился, выставил ладонь, чтобы Вив помолчала немного, и махнул пальцем по связному браслету:
— Чиан, принеси ужин на двоих. Мы в главной комнате с камином. — Вернулся к девушке, сел рядом и тоже посмотрел на огонь. Хотелось остудить, льда подсыпать, чтобы пар пошел, но Вив явно холодно, а я потерплю.
Глянул на нее серьезно и впервые заметил, какие у девушки игривые веснушки на носике. Так и пляшут в отсветах камина.
— Я слушаю.
Но она молчала. Вглядывалась в причудливый танец пламени и теней. Казалось, полностью ушла в свой внутренний мир. Что там творилось в ее голове?
— Запах, который ты от меня чувствуешь, — вдруг тихо заговорила Вив, — появился после того, как я вышла из разлома. Иногда я сама его чувствую, когда теневая магия переполняет резерв и вспыхивает.
— А кто-то еще чувствует его? Кроме меня? — я посмотрел на ее профиль. Красивая, дух захватывает. Точеный нос, изящной формы губы, которые я знаю на вкус, — сладкие.
Откашлялся. Рядом с ней вообще мысли тяжело текли, направляясь только вниз, но я научен контролю, и пока, после драки, мог не выглядеть безумным извращенцем, у которого одно на уме.
— Думаю, да. Курт не просто так обезумел. Не уши же мои ему понравились, — она вздохнула и перевела на меня пронзительный взгляд. — Но это только предположение.
— Курт — ублюдок, который берет то, что ему хочется. Это не первый такой случай. Вначале года девчонка с факультета архитекторов из-за него бросила Конкорд. Ничего не доказали, но среди парней ходили очень однозначные слухи: он ее силой взял. Ты просто, — я взглянул на Вив чуть иначе, не как на эртинку и теневичку, а как на женщину. Да она охуенная. Прочистил горло. Отвернулся, потому что еще чуть-чуть и сорвусь. — Ты необычная. И очень красивая, — добавил я, глядя на неукротимый огонь.
Ненавижу жар, а сейчас он вовсе не мешает.
— Азриель сказал, что я — экзотика для дракона, — она задорно рассмеялась.
— Еще бы… — повернулся снова к ней. — Не думаю, что кто-то, кроме меня, слышит этот аромат. Могу даже забиться на сотню золотых, что найду тебя везде, где бы не спряталась. Так и сюда пришел. Как пес, блядь, — сцепил зубы. Сравнивать себя с расой шерстяных и хвостатых — ниже падать некуда.
— Все мы в чем-то псы, Вер. Тебе править множеством рас. Теневиками в том числе. Для магии застенья расы не существует. Она заражает любого мага. В этом ее сила. Придет время, когда Морн явится в этот мир. Неизбежность, — ее глаза блеснули ало-черным, чем-то совсем потусторонним и немного жутким.
— Магия застенья — черная, инородная сила, — отрезал я. — Морн? Тот самый, который закрылся изнутри в своих багровых покоях? Явно ведь струсил… подонок.
— Тот самый, — она поджала губы и отвернулась.
— Думаешь, вас просто так обучают?
Тема уходила куда-то в слишком зыбкое болото, но я хотел знать ее мнение. Хотя… о чем я? Несмотря на нестабильную магию, она теневик! И если захочет, легко сломает мне шею.
— Вы хотите держать нас под контролем, изучать и… правильно делаете, — Вив с нежностью погладила меня по плечу и посмотрела прямо в глаза. — Ты тоже очень красивый, — ее тихий голос почти осязаемо обласкал.
Мне много женщин говорили о красоте, даже в любви признавались, бегали за мной, надоедая и раздражая, я же им… почти никогда, даже не делал комплиментов. Кроме старшей сестры, Нэй и мамы, конечно. И Тэе, которая никогда не была моей, сколько я ни пытался быть лучшим и завоевать ее.
Потому что она истинная другому.
Я повернулся к Вив, привстав, но оставаясь на коленях. Коснулся ее лица ладонью, сжал двумя пальцами подбородок и приподнял его, уронил взгляд на нежные губы. Приоткрытые, словно в пригласительном вдохе.
И аромат набросился на меня, будто голодный зверь. Я даже не сразу смог опомниться.
Примял рот девушки своим, раздвинул ее губы и со стоном вклинился между зубов.
Она застыла, не ответив на поцелуй.
Сжав ее шею сильнее, отодвинул от себя, заглянул в затуманенную синеву глаз.
Сиплый выдох.
Порывистый вдох.
И голос, расслоенный убивающей меня похотью:
— Ви-и-ив… что ты скрываешь? Говори сейчас, потом ведь больнее будет.
— Я все рассказала патрульным. Почитай доклад. Ты мне не нужен, принц Ароны, — решительно проговорила она.
— Не нужен, значит? — процедил зло, сдавливая пальцы сильнее.
Отпихнул ее. Встал.
Ноги одеревенели от томной слабости.
В гостиную как раз зашел Чиан с подносом еды.
— Проследи, не выпускай, пока не поест, — холодно произнес я и покинул комнату отдыха.
Тело отказывалось уходить, я спотыкался, касался ладонью стен коридора, чтобы не упасть.
Глава 12
Я не поняла, что сказала не так. Зачем мне убивать принца Ароны? Это мне не нужно. Почему он резко ушел, оставив после себя до боли звенящую пустоту.
Магия внутри взбунтовалась от потери Северина и яростно обожгла грудь.
Я вмиг превратилась в черную дымку.
Все чувства обострились до предела.
Хлопок, и я бесследно растворилась в воздухе, чтобы тут же появиться прямо перед принцем снова в человеческом облике. А ведь дракон уже поднялся на второй этаж. Никто из первокурсников теневиков не способен по щелчку пальцев преодолевать такие расстояния. Как я это сделала?
— Святые когти, да что ж такое? — ощутив легкий укол в копчике, я чуть не задохнулась от догадки. — Это же хвост, да? — указала пальцем назад, уже чувствуя, как мех скользнул по ногам и пощекотал кожу.
— Он, — сдавленно произнес Вер и, глядя вперед, пошел дальше. Проговорил в браслет: — Чиан, перенеси еду в мои покои, в гостевую.
Я крутанулась на месте, разглядывая новое недоразумение, которое мне подкинула магия. С чувством юмора у нее так себе. Уж лучше бы когти вернула, гадина проклятая.
Нагнав принца на лестнице, я спросила его в спину:
— Почему ты разозлился?
— Ты мне никто, — ответил безэмоционально Вер, продолжая печатать шаги вперед. — Нет причин злиться. Я просто ненавижу вранье. То твой запах слышат все, хотя я уверен в обратном, то… — глянул через плечо, звезды полыхнули в его глазах, а вокруг нас резко похолодало. — Неважно. Уже неважно. Иди поешь, а то хвост от голода отпадет. — И улыбнулся напряженно.
— Я не вру. Сама не знаю, что происходит, — махнула хвостом и перегородила Северину путь. — Неужели ты всерьез думаешь, что я какая-то наемница, которая задумала убить наследника престола?
— А что я должен думать? — он ударил ладонью по стене, распустив по ней ледяные трещины. — С первой нашей встречи я слышу тебя! Понимаешь? На расстоянии. Когда ты рядом. Когда вдали. Блядь. Все, отстань! — отступил от меня. — Ты будешь жить рядом со мной, пока мы не выясним. И слушаться будешь меня, пока я точно не буду знать, что ты не преступница. Не вынуждай вызывать королевскую стражу, я этого не хочу.
— И как ты собираешься все выяснить? — магия снова зароилась внутри, темная, гневная, хлестнув раскаленной плетью по сердцу, отчего оно гулко застучало. — Поцелуями? — я подступила к дракону вплотную, вздернула гордо подбородок.
Вер потемнел, взгляд соскользнул на мои губы, сорвался ниже. Парень медленно придвинулся ко мне, прижал к стене и вжал ледяные пальцы в мою талию.
— Если придется, — грубо, низко, отчаянно, — трахать буду, пока это не прекратится. Никто не смеет владеть моим желанием и управлять моей волей. Никто!
Мне больно стало от этих слов. Почему-то допустила мысль, что Северин совсем не такой, как те уроды, что напали на меня в лесу. Неужели ошиблась и угодила в лапы еще более опасного зверя?
— Силой возьмешь? — процедила сквозь зубы.
Он коварно заулыбался, узкие зрачки растянулись на всю серебристую радужку и превратились в две бездны.
— Не понадобится, — ладони, стискивая меня, поплыли выше, большие пальцы зацепили твердые соски. — Ты будешь желать меня так, что сама попросишь.
Тело чувственно откликалось на его прикосновения, кожа горела, тянуло внизу живота, там будто крылышки порхали.
— Забьемся на сто золотых, что никогда не попрошу? — ухмыльнулась ему в губы.
— Да хоть на миллион, — Вер переместил руки на шею, запрокинул мою голову, еще выше, к губам, и скользнул подушечкой большого пальца по нижней. Слегка раскрыл мой рот, но тут же продолжил невесомые касания.
— Идет, — обхватила я его плечи, сжала пальцами мягкую ткань рубашки и наполнила легкие дурманящим ароматом его кожи.
С ума сойти можно от этого запаха. Кого еще нужно проверять на предмет чарующих артефактов? Меня? Или его?
— Где ты миллион возьмешь, когда проиграешь? — хохотнул он, еще теснее прижимаясь ко мне и проталкивая палец в рот.
Я слегка цапнула его и тут же лизнула кончиком языка, коварно улыбнулась.
— Я не проиграю, — томно, обдавая его кожу горячим дыханием.
— Ну а все-таки… — внимательно следя за моим языком, прохрипел Вер. — Так будет честно. Ты должна тоже что-то поставить.
— У меня есть только моя жизнь, — я поплыла ладонями вверх и с нежностью провела руками по его затылку, зарылась пальцами в его мягких серебристых волосах. — Ее и заберешь, — снова облизнула кончик его пальца, дурея от вкуса смуглой кожи.
— Бесценная плата за проигрыш. И что потом мне с твоей жизнью делать? — приласкал пальцем вдоль зубов, вернулся на губы и смочил их моей слюной. Сам дышал очень тяжело, словно болен задухой.
— Мне будет уже все равно, — я дернула его за волосы так, что голова принца запрокинулась. С молниеносной резкостью хищника цапнула его палец и прокусила до крови. — Не смей в меня ничего совать! — злобно прорычала.
Он дико усмехнулся.
— А ты горяченькая, Вивианна Эверлин. Ладно, — протянул мне мизинчик, пошевелил им. — Закрепим спор?
— Давай, — я с азартом протянула свой. — Срок будем устанавливать?
— А как же! До бала в честь Эстиер. — Заулыбался шаловливо принц и связал наши пальцы. — Включительно.
— Хм, — смутилась я. — Всего лишь неделя. Не жалко миллиона?
— Нэ-а, — он перехватил мою ладонь, потянул за собой по коридору, — для тебя ничего не жалко. А теперь ужин. Я очень голоден.
Глава 13
Всю дорогу я держала его за руку и молчала, обдумывая наш разговор. Почему медлит с проверкой? С его возможностями можно хоть сейчас загнать меня в лабораторию и препарировать до тех пор, пока не выяснится, в чем суть запаха, который так манит принца. Меня можно заковать в магические блоки, бросить в подземье. Да меня даже убить не зазорно. Никто не хватится. Похоронят на холмике и дело с концом. Старшая сестра, конечно, расстроится, а вот мать вряд ли. Она мне так и не простила пропажу Элиссы. И зачем только сообщила о смерти отца? Он для меня давно умер. Хотя довольно странно было жить с ним в одном клане, знать, что мы одной крови, но никогда даже не заговорить. Я всегда наблюдала за его чудесной семьей со стороны. Жена. Двое сыновей. Идилия. Корки хлеба не подал, когда мы голодали. А потом мать нашла отца Элиссы. Таким же уродом оказался. Правда еще и руки распускал. Пил, как скотина. Его в стычке кланов разорвали оборотни. Ну и поделом!
Когда мы с принцем оказались в королевских покоях, в гостиной был накрыт богатый стол. В Конкорде очень хорошо кормят, но таких яств я еще не видела и тем более не пробовала. От голода живот к ребрам прилип, но я привыкла терпеть это чувство и не подала вида.
— Присаживайся. — Северин отодвинул стул с высокой спинкой.
Я покорно села.
Убирая руки, Вер скользнул по моим плечам и, словно ненароком, наклонился и втянул запах моих волос.
Отступил. Два шага вдоль стола. Ровно сел и внимательно посмотрел мне в глаза.
— Приятного аппетита, Вив.
Я нервно сглотнула, опустив взгляд на множество приборов, которыми пользоваться не умела.
— И тебе, — ответила, но, наверное, не так как положено по этикету. И вперила еще более опасливый взгляд в блюда, названий которых даже не знала.
— Что-то не так? Не ешь баранину? — показал на главное блюдо в центре и взял ребрышко руками. С удовольствием укусил мякоть и замычал от удовольствия.
Блюдо было так затейливо оформлено, что я не угадала в нем баранину.
— Да я все ем, — пожала плечами и тоже взяла мясо руками.
Немного расслабилась. Так гораздо привычнее.
Первый укус и все… Эйфория. Ничего вкуснее еще не ела. Закатывая глаза, жевала с тихим рычанием потрясающее пряное мясо, которое во рту распадалось на волокна и сочилось.
— Вина? — Вер оказался рядом, я даже не услышала, как поднялся, и, слегка склонившись надо мной, прижался животом к моей спине, нежно притронулся губами к моему уху. Горлышко высокого графина коснулось моего бокала и вызвало легкий хрустальный звон.
Я никогда не пробовала алкоголь. Ту бурду, что варили в клане, даже на дух не переносила, но сейчас из графина пахло очень вкусно.
Дожевав, я кивнула и вскинула на Северина вопросительный взгляд.
— Не крепкое?
— Боишься, что я тебя пьяненькую соблазню? — шепнул, медленно, тонкой струйкой наполняя бокал.
— Не знаю. Не пьянела никогда, — разве что от его бархатного голоса сейчас.
— Мм… интересно. — Он вернулся на свое место и наполнил свой сосуд. Пригубил, но не выпил, отставил назад, на стол. — Расскажи, кто еще у тебя есть? Из родни. Мама?
Я не была готова к такому вопросу. Как-то совсем выбило из колеи. Я схватила двумя руками бокал, чтобы точно не уронить, и сделала большой глоток. Потрясающе… Это вкуснее компота, который мама варила на костре из лесных ягод. Нечто в меру сладкое, немного терпкое. Даже описать букет было сложно. Безумно вкусно!
— Сестра и племянницы, — показалось, что свет в магических лампах над столом загорелся ярче. Приятное тепло расползалось по телу.
— Старшая, значит. У меня тоже взрослая старшая сестра и близняшка еще. — Заулыбался как-то тоскливо, глядя на рубиновую жидкость в своем бокале. — Мы с Нэйдис совсем не похожи друг на друга, из-за этого вечно дрались, а папа нас ставил в разные углы замка. Но мы перебрасывались магией, было весело. Пока не приходила мама. При ней как-то… мы резко начинали слушаться.
Я горько усмехнулась. В этот миг будто открылась старая рана. Шрамы от ударов плетью на спине заныли. Я залила эту боль новым глотком вина.
— У меня племянницы — близнецы. Маленькие еще. Двухлетки. А тоже уже деруться.
Вер кивнул и надолго замолчал. Взял бокал и делал вид, что пьет, потому что напитка меньше в сосуде не становилось.
И я молчала, но при этом продолжала пить и разглядывать лицо дракона. Волевой подбородок, чувственные губы, прямой нос и глаза… Такие глубокие, словно ледяная магия всего Диона в них застыла. Волосы необыкновенного благородного оттенка расплавленного серебра. Челка эта взвихренная, спадающая на одну сторону высокого лба. Божественно красив.
— Спрашивай.
— Когда свадьба? — прекрасно, будто меня это должно волновать.
Он зло прищурился, увел глаза в сторону, поджал губы, спокойно отставил бокал и взглянул на меня более пристально, чем раньше.
— Ты умнее, чем я думал, Вивианна. Я в тебе ошибался. Через полтора месяца, — снова взял бокал и выпил залпом, выдохнул.
— Пригласишь? — откинулась я на спинку стула, чувствуя, как жар подбирается к щекам, а в голове одновременно мутнеет и проясняется.
— Нет.
Грубо, коротко, почти безжизненно.
Он встал, подошел к камину и что-то покрутил на волшебной лампе. В помещение полилась нежная мелодия.
Принц подступил ко мне и, элегантно поклонившись, протянул мне руку.
— Потанцуешь со мной?
— Нет, — сухо и даже немного злобно.
Поднялась с места, чуть пошатнулась и встрепенулась, махнув хвостом и прянув ушами, которые, падла, так и не пропали.
— Трусиха.
Я рассмеялась.
— Не умею я танцевать ваши элитные, плавные танцы. И тебе явно не понравятся мои дикие псиные движения.
— Я научу, — качнул рукой.
Я прищурилась и вздохнула, вложила свою ладонь в его и застыла.
Он нежно сжал мои пальцы, вторая рука легла на талию, и принц настойчиво потянул меня к себе.
Я врезалась в его крепкое тело и заулыбалась, ощущая приятное, легкое головокружение.
— Видела я ваши аронские танцы на балу первокурсников, — вспомнился первый день в академии, когда я стояла в углу зала и наблюдала за парами в красивых нарядах. — В них нет души, истории, пылающих чувств. Четко заученные движения без импровизации.
— Правда? — он немного повернул нас и, качаясь под ритм музыки, слегка наклонил меня назад. — Что в твоем понимании «пылающие чувства»?
— Когда воздух звенит от каждого движения, — я прогнулась так, что коснулась рукой пола, закинула ногу Северину на бедро, крепко сжала и часто задышала. — Ты когда-нибудь видел танец плети? — еще резче дуга, до боли в пояснице, и уже почти притронулась к полу макушкой запрокинутой назад головы.
— Н-нет, — он держал меня крепко и глаза сияли. — Покажешь?
Я плавно вернулась в прежнее положение и опустила ногу на пол.
— Преподаватель по эртинским танцам попросил меня выступить вместе с ним перед кадетами. Завтра, — подтянулась к его лицу и крепко обвила шею дракона руками. — Хочешь, пойдем вместе? Посмотришь.
— Посмотрю.
Мы двигались мягко, тела то сливались, то расходились. Северин не делал резких выпадов или пируэтов, лишь в нежном касании кружил меня по комнате.
Я и не заметила, как его ладони оказались под жакетом и обожгли кожу через тонкую ткань блузки, а теплые губы коснулись уха.
— Тогда послезавтра ты пойдешь со мной на соревнование альенов.
— Пойду, — пробежалась пальчиками по его плечам и спина снова, будто податливая глина, выгнулась в ответ на его прикосновения.
Музыка усиливалась, движения стали более интимными, слаженными. На одном из поворотов, Вер блеснул радужками и прижал меня к стене. Поставил руки по обе от меня стороны, приблизился.
— Повезло, что ты его не чувствуешь. Этот аромат. — Прижался лбом к моему лбу. — С ума сводит. — И прибил меня к стене всем телом, что я почувствовала его дикое желание.
Отступил, резко отпустив меня. Я схватила ртом воздух, обнаружив, что все это время не дышала.
Он явно боролся с собой, на висках и спинке носа выступили капельки пота. Звонкие крылышки встрепенулись за его спиной и окатили меня снежной пыльцой.
— Да чтоб тебя… — и налетел на мои губы.
Я ответила с дикостью зверя, сцепив ладони на его затылке.
Дверь в гостиную распахнулась, но Вер не обращал внимания, целовал меня бешено, яростно, будто это последний наш поцелуй.
— Ваше высочество? — тихий женский голосок заставил принца окаменеть и тут же отстраниться от меня. Убрать руки.
Он поменялся в лице, став таким холодным, будто ледяная глыба.
— Элинор, — произнес так же бездушно и повернулся.
На пороге гостиной стояла невысокая очень бледная девушка с серебристыми волосами, с оттенком потемнее, чем у Северина. Они были изысканно заплетены в красивую прическу и украшены дорогими украшениями. Все, от прически до кожаных белых ботинок, кричало о ее высоком статусе.
Из-за плеча девушки выглянул явно под шафе Лайм.
— Ой, предупреждать надо, что у вас, кхе, неприемный день, ваше высочество.
Девушка постояла, глядя на принца и на меня, по глазам и эмоциям не понять, что думает, но вдруг развернулась и ушла.
Северин бросился за ней. Лайм же, заметив вино, присел к столу и наплескал себе полный бокал горячительного.
Гл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
