Страница 5 из 5
– Потрясающе! Мягкая, воздушная… – произнес он с чувством и отпил из чашки. – М-м-м, фиалковый. Обожаю.
Малфи молча жевал булочку, глядя в стену.
– Ты тоже в замке живешь? – полюбопытствовала я у гостя.
– Да. Только мой замок отсюда не видно.
– Он мрачный? Не подумай, что это плохо… Просто здесь темно и сыро, а мне интересно, у всех ли так?
– Пожалуй, мрачный, – Дравен рассмеялся, – но не настолько. Матушка следит за порядком. И слуги есть – человек десять.
Я повернулась к Малфи.
– А где твоя матушка?
– Почила. – Он вцепился в чашку. – Вместе с отцом и… другими родственниками.
– Ой, прости, пожалуйста. Я не знала.
– Ничего. Давно было.
Дравен притих и уткнулся в чашку. Ну или был занят жеванием булочки. Но вид у него сделался такой, будто он очень хочет провалиться сквозь диван и оказаться сейчас где угодно, только не здесь.
– А у меня нет родителей, – поделилась я, впервые ощутив себя по этому поводу какой-то обделенной. – Я из бутона родилась – в Оазисе. Нас с подружками воспитывали феи-наставницы. Они добрые и заботливые, но это, разумеется, другое. Хотя Элара и Тиана мне как сестры.
Чашка в пальцах некроманта отчего-то задрожала. О, да там ручка того гляди отколется… Старый сервиз, что с него взять.
– Может, тебе нанять помощников? Живых. Чтобы следили за порядком в замке.
– Мне достаточно умертвий, – отрезал он.
– У него удобная специализация, – вкрадчиво вставил Дравен. – Я вот уборщиков призвать не могу. Демоны в этом профаны. Скорее все разрушат, чем приберут.
– Ты у нас в гостях, – осенило меня, – значит, и мы к тебе можем приехать?
– Э-э-э… – Он покосился на Малфи. – Понимаешь, Рия… У меня сейчас в замке ремонт. Большой ремонт. Грязь, краска, куча рабочих и мастеров. Весь первый этаж разобран. Не лучший момент для визитов.
Я аж подпрыгнула на диване. Ремонт! В замках делают ремонт! Почему мне самой это не пришло в голову? Можно всё переделать, перекрасить, заново обставить. Блестящая идея.
– У нас тут двери часто ломаются, – пожаловалась я с намеком. – Не открываются. Вечно что-то заедает в их… Ну, дверном отверстии.
– В замочной скважине? – уточнил Дравен и некромант зыркнул на него сердито. – Знаете, а приезжайте, как ремонт закончится. Буду вас ждать.
– Договорились! – Я откинулась на спинку дивана счастливая. – Ходить в гости здорово. Мне так нравится твой друг, Малфи.
Некромант поперхнулся чаем.
– Я велел называть меня иначе, – процедил он, вытирая подбородок.
– Исправлюсь, – опомнилась я. Приосанилась и произнесла торжественно, с уважением: – Владыка тьмы Малфи.
Тот залпом осушил чашку, Дравен прыснул в кулак. У него даже уши покраснели. Неужели чай слишком горячий? Вроде нет…
– Раз ты владыка тьмы, – щелкнула я пальцами у его носа, – выходит, сильный маг?
– Не жалуюсь, – скромно улыбнулся он.
– А у тебя нет заклинания, чтобы вернуть меня в Оазис? Только не прямо сейчас, а завтра. Я еще рассвет не видела.
Некромант дернул щекой.
– Знаешь, – сказал Дравен вкрадчиво, – Малфегор в этом гораздо лучше разбирается. Если кто и способен тебе помочь – то он. Был выдающимся студентом на нашем курсе в Академии темных искусств.
Ого! Какой мне умный некромант достался. Будь я старательнее с заклинаниями третьего круга и мудрее, возможно, сама бы сумела попасть домой.
– Кстати, а почему меня сюда переместило? – задумалась я. – Из Небытия! Я руку протянула, а щупальца как вылезут, как дернут меня – под землю и сразу в саркофаг в склеп. Это загадочно.
Малфи напрягся. Прямо видно было, как у него плечи каменными стали.
– Жизнь загадочная штука, – философски заметил демонолог. – Небытие себе на уме. Может, такова твоя судьба – оказаться здесь.
– Судьба… – протянула я. Звучало красиво и гордо. – Ну да, с ней не поспоришь.
Некромант со стуком поставил чашку на стол. Едва не расплескал чай на скатерть.
– Я действительно тороплюсь, – вдруг сказал гость, поднимаясь. – Спасибо за чай, Рия. Ты прелесть.
Хозяин замка пошел провожать. Хотела составить компанию, но он на меня так грозно посмотрел, что я мигом передумала. Сидела на диване и слушала их шаги. Сначала – совместные удаляющиеся. Затем, после скрипа двери: одиночные, тяжелые и торопливые. Малфи прошел мимо меня, не взглянув, и направился к лестнице.
– Дела, – бросил он на ходу.
– Поспать бы тебе, – крикнула я вдогонку.
– Это тоже в списке дел, – донеслось с лестницы.
– Я суп сварю на обед! Новый. Ты можешь обедать, когда захочешь, но на ужин приходи в восемь!
Малфи не ответил, его поступь растворилась где-то на верхних этажах.
Мы со скелетами убрали со стола, Бульончик хозяйственно унес остатки булочек в холодильный шкаф. Я мыла посуду и удивлялась. Надо же, я тут второй день, а уже встретила второго мужчину. Какие они разные бывают! Дравен – милый, вежливый, одет с иголочки, говорит комплименты. Но какой-то он… Будто с картинки. И имя у него такое, что ласково не сократишь. Малфи – суровый, вечно невыспавшийся, в своей мешковатой одежде и недовольно бурчащий. А с ним почему-то приятнее.
Закончив на кухне, я пошла в свою комнату. Пора было заняться ею всерьез. Сперва вытерла пыль со всех поверхностей – их было много, мебель темная, резная, с кучей завитушек, в которых пыль скапливалась годами. Я постоянно чихала, и каждый раз из какой-нибудь щели вылетало еще больше пыли, будто она там размножалась. Потом я вымыла пол – ведро воды почернело после первого же захода, пришлось менять три раза.
Окна… Стоило открыть створку, как в лицо пахнуло сыростью и кладбищенской землей. Я высунулась наружу, протерла стекла с обеих сторон тряпкой. Стало лучше.
Сев на подоконник, я принялась за ткачество. Магия текла по пальцам легко, восстановившаяся за ночь. Нити паутинного шелка сплетались в плотное полотно – нежное, переливчатое, с золотистыми искорками. Занавески получились длинными, до самого пола, с кружевными краями. Верхушка закрепилась на стену магией – карниза-то не было. Теперь, когда ветер задувал в окно, они колыхались, и по комнате плыли золотые блики.
Постельное белье я соткала такое же – нежное, шелковистое, с мелкими цветами. Поколдовала с зеркалом. Маленькие бутончики проросли прямо из рамы, оплели его со всех сторон, распустились нежно-розовыми цветами.
Я отошла в угол, оглядела комнату целиком. В ней появилась жизнь! Мягкий свет от занавесок, цветы на зеркале, новое белье. В голове настойчивее закрутилось слово «ремонт». Этот замок в нем очень нуждается! Весь, от подвала до крыши.
Но для ремонта нужен план. Надо знать, сколько тут комнат, какой они площади, где что расположено. Не могу же я наугад всё переделывать. Наверняка у некроманта есть какой-нибудь чертеж. Спрошу!
Я направилась к башне. Лестница вилась вверх, ступеньки были старыми, стертыми посередине. Из любопытства я считала их – пятьдесят две, пятьдесят три… Ух, много.
У двери кабинета я остановилась. Малфи просил не отвлекать его от важных дел. Но ведь предстоящий ремонт тоже важное дело! Даже важнее некоторых других, потому что в чистом замке и дела делать в радость. Я постучала. Ответа не последовало. Решив не отступаться, я вошла.
В кабинете было пусто. Пошел спать? Какой молодец! Нельзя его будить, пусть отдыхает. Подожду. Хоть он и говорил, что не надо сюда ходить, я же никак не могу отвлечь того, кого тут нет.
Факелы горели тускло, зато чадили вовсю. На столе – горы бумаг, чернильница, перья. На подоконнике – мой розовый цветок. От этого зрелища внутри стало тепло. Внизу, на полу, валялось что-то маленькое и костлявое. Я наклонилась – скелет! Чей? Похоже, некоего грызуна. Упал, бедняжка. Я подняла его, отряхнула от пыли, поставила обратно. Скелет вздрогнул. Челюсть клацнула, костяные лапки впились в подоконник.
– Ох! – Я отшатнулась. – Ты умертвие?
Оно шустро сползло с подоконника и юркнуло за книжный шкаф. Оттуда торчал только кончик костяного хвоста.
– Не бойся, – я присела на корточки, заглядывая в щель. – Не обижу. Хочешь, я и тебе имя придумаю?
Хвост затрясся и втянулся глубже. Ладно… Стеснительное, наверное. Не привыкло пока ко мне.
Я выпрямилась. Взгляд упал на полку шкафа. Справочник о феях! Тот самый, который Малфи вчера листал. Он стоял на полке, чуть выдвинутый. Жутко любопытно: что про нас пишут люди? Как известно, они те еще выдумщики.
Взяв книгу, я раскрыла ее на первой странице.
«Феи – магические существа, обитающие в параллельном мире, известном как Оазис. Обладают врожденной способностью к магии, которая усиливается с возрастом и практикой. Старшие особи имеют крылья».
Были картинки. Не цветные. Феи, нарисованные тушью, с большими глазами и длинными волосами. Крылья у них были прозрачные, стрекозьи. Я потрогала рисунок – у меня таких нет, но однажды появятся. Если перестану лениться…
Помечтав о них, я нашла оглавление. Разделы назывались: «Среда обитания», «Питание», «Размножение», «Магические способности», «Взаимодействие с людьми»… И куча других строчек.
– Размножение? – хихикнула я. – Ну и словечки у них.
Там было написано, что истинные феи рождаются из утренней росы и бутонов. Правильно! Так я и родилась. «Дети фей и людей являются феями лишь наполовину и не могут жить в Оазисе».Я ахнула. Полуфеи?.. Вот так новость! Иллианта такого не рассказывала…
Вероятно, это неправда, поскольку в разделе про взаимодействие с людьми оказались сплошные враки. Было написано, что феи любят золото и блестящие вещи, что они могут очаровать человека одним взглядом, что они крадут детей.
– Мы не крадем! – возмутилась я вслух. – И золото нам не нужно, пф-ф-ф. У нас своя красота есть, зачем нам чужое?
Но дальше шли и правдивые вещи. Про то, что феи ткут из паутинного шелка, что умеют выращивать цветы волшебством, что их магия зависит от настроения.
Я листала, листала, листала. Прочитала про то, что феи не выносят железа – чушь, я вчера ведра таскала. Про то, что феи боятся громких звуков – тоже глупости, мы с Эларой и Тианой визжали на весь Оазис, когда играли. Про то, что феи не умеют плакать – тут я даже хмыкнула, вспомнив вчерашний вечер. Еще как умеем!
И вдруг я заметила, что ближе к концу книги загнут уголок. Ну Малфи, зачем так неаккуратно… Надо будет соткать ему закладку. Открыв эту страницу, я бережно расправила уголок. Глаза же наткнулись на заголовок:
«Ритуал призыва феи из Оазиса».
Сердце ухнуло где-то в горле. Я вчиталась.
«Для перемещения феи из ее родного мира в мир людей требуется создание ловушки на границе Небытия. Ловушка маскируется под естественный разрыв ткани миров и активируется при контакте с феей за куполом Оазиса. Щупальца ловушки захватывают фею и доставляют в заранее подготовленное место – ритуальный замкнутый сосуд».
Я перечитала этот абзац еще раз. Потом еще. Буквы расплылись перед глазами. Прикусив до боли губу, я закрыла книгу.
В кабинете было тихо, только крошечное умертвие шуршало за шкафом да факелы потрескивали. Я стояла, сжимая справочник в руках, и смотрела на розовый цветок на подоконнике. Он покачивался от сквозняка, такой беззащитный, такой красивый, такой чужой. И ничего не понимающий. Совсем как я, да?..
Я опять раскрыла книгу. Текст на странице был тот же, никуда не делся. А жаль. Я вглядывалась в эти строчки, будто надеялась, что они изменятся, если посмотреть на них под другим углом. Или если сильно захотеть. Увы, буквы складывались в те же слова, слова – в те же предложения.
«Щупальца ловушки захватывают фею и доставляют в заранее подготовленное место – ритуальный замкнутый сосуд».
Саркофаг. Малфи называл его ритуальным. И он не так уж удивился моему появлению в склепе. То есть удивился, но как-то не так. Сказал про сюрприз. А чем сюрприз? В том, что ловушка сработала?..
Зачем-то я пошарила глазами по книжному шкафу. Полки ломились от фолиантов с такими названиями, что читать их было страшновато: «Некрономикон для продвинутых», «101 способ упокоить буйного духа», «Как варить зелья (и не отравиться самому)», «Анатомия умертвий: от черепа до мизинца. Практическое руководство по сборке и разборке», «Энциклопедия проклятий». А где же «Руководство по вранью»? Видимо, некромант и без него прекрасно справляется! Еще на полке стоял череп. Вороний, кажется. Просто украшение? Странное, конечно. Но кто их знает, этих владык тьмы.
Больше там интересного не было. Я отлепилась от шкафа и уставилась в окно. На подоконнике стоял розовый цветок в стакане с водой. Лепестки чуть увяли по краям, а он всё еще держался. Малфи поставил его сюда. Не выкинул.
Я подошла ближе, тронула пальцем нежный лепесток. Он качнулся, на кончике пальца осталась бледная пыльца. Тишина давила на уши, пламя факелов отбрасывало на стены кривые тени. Пахло старыми бумагами и горьковато-терпкой полынью, которой пропитался балахон некроманта. Которым он укрыл меня на кладбище.
Помню, как я прижималась к нему, потому что боялась упасть, и чувствовала его тепло. А вчера в столовой на ужине у него было такое лицо… Будто Малфи забыл, что можно сидеть вместе с кем-то за столом. Он сказал «спасибо». Тихо, почти невнятно, но сказал.
Скелеты. Как они смущались, когда я дала им имена! Костяшкин чуть челюсть не уронил от радости. Глыба старательно месил тесто, боясь продырявить миску костяными пальцами. Кроха притащил ритуальный кинжал – фамильную ценность, между прочим. Бульончик размахивал половником и светился бы, если бы умел. А догонялки на крыльце? Я думала, мы играем. А меня всего лишь не выпускали из замка?..
Дравен. Он уточнил, что отверстие в дверях – это замочная скважина. Замок – это то, куда вставляют ключ. Я решила – заело, а меня заперли. Как в тот самый ритуальный сосуд. У нас в Оазисе двери никто не запирает… Нам нечего друг от друга скрывать.
«Если кто и способен тебе помочь – то он, – ответил мне Дравен про заклинание возвращения. – Был выдающимся студентом на нашем курсе в Академии темных искусств».
Они тогда переглянулись. Знали, что я здесь неслучайно. Судьба, говорите? Нет. Меня поймали!
За мутным стеклом серело небо. Моросил дождь, кладбище под ним выглядело еще несчастнее обычного. Надгробия торчали как попало, деревья тянули голые ветки к небу. У меня тянуло под сердцем. Не больно, а тоскливо. Очень и очень тоскливо.
И что теперь делать?!
Я вернулась к книге. Про обратное перемещение феи в Оазис там ничегошеньки не было. Ни словечка. Загнув уголок, я поставила книгу на полку: точно так же, как она и стояла. Может, выйти из кабинета и сделать вид, что я ничего не читала? Ведь это какая-то несуразица! Ну зачем некроманту фея? Но вдруг зачем-то нужна?..
Стол был завален бумагами – письма и всякие свитки. Я заглянула в ящики. Верхний – там валялись перья, чернильница, обломки мела. И один очень подозрительный зуб! Не спрашивайте, откуда я это знаю. У фей на такие вещи чутье. Второй ящик был пуст. В третьем…
Пергамент. Свернутый в трубочку, перетянутый черной ниткой. Я вытащила его, развернула. Пробежала глазами по строчкам, и у меня внутри всё оборвалось.
Пункт первый: фея.
То есть я.
Пункт второй: кристалл-накопитель.
Пункт третий: кровавый камень для фокусировки.
Кровавый камень! Тот красный и блестящий, который я нашла на шкафу? Который Малфи попросил отдать.
Наверху был заголовок: «Ритуал Воплощения». Что это вообще такое?!
Зажмурившись, я представила себе этот ритуал. Меня кладут на алтарь, вокруг пляшут скелеты с факелами. Малфи стоит в капюшоне и читает заклинание глубоким замогильным голосом, а потом… Угу, а что потом? На этом моя фантазия заканчивалась.
Свернув пергамент, я засунула его обратно в ящик. Села на стул. Руки дрожали, я спрятала их под стол, чтобы не видеть.
Наверное, Малфи все же знает, как вернуть меня домой. Но зачем ему возвращать, если он украл меня специально? Нет, всё это какое-то недоразумение! Я неправильно поняла. Или книга врет. Люди, вон, чего только про нас не пишут.
Но я вспомнила список. Вспомнила «сломанную» дверь и «догонялки». Пожалуй, недоразумение – это я. Потому что фея в мире людей – это именно недоразумение. Как та курица без перьев в шкафу со льдом. Лежит себе, никого не трогает, а ее уже в список ингредиентов внесли.
Из-за шкафа высунулось стеснительное умертвие. Скелетик с блестящими глазницами. Оно устало склонило голову набок и клацнуло челюстью, будто всем видом говоря: «О, опять эти живые с их непонятными драмами! У меня вот шерсти нет – действительно проблема»…
Малявка шустро взобралась на подоконник и, понюхав цветок, проскочила в приоткрытую форточку и исчезла. Только костяной хвост мелькнул напоследок. Где-то в замке скрипнула дверь. Вскоре раздались знакомые шаги – тяжелые, приближающиеся, чуть шаркающие. Малфи поднимался по лестнице. Шел в кабинет.
Шаги затихли у порога, дверь распахнулась. Он вошел. Бледный, небритый и в темной рубашке, волосы вихрами торчали в разные стороны. Под глазами круги – спал, наверное, часа два, не больше.
– Я же говорил, – нахмурился некромант, – не надо ходить в мой кабинет.
Я встала со стула, вцепившись руками в подол платья. Сердце почти перестало биться, сжалось в комок и замерло. Малфи тоже замер. Посмотрел на меня, потом на полку с книгой. На стол. На ящик, который я забыла задвинуть до конца. Его брови сдвинулись к переносице.
– Что случилось? – спросил он тихим напряженным голосом.
– Ты… – Губы не слушались, приходилось заставлять их шевелиться. – Ты меня похитил?
Некромант изменился в лице, стал каким-то растерянным. Вот! Сейчас скажет: нет, что ты, какая чушь. Я рассмеюсь и забуду про эту дурацкую книгу, про этот дурацкий список, про всё.
Малфи глубоко вздохнул. Опустил плечи. И выдохнул с каким-то облегчением:
– Да.
Сердце рухнуло куда-то в пятки, а затем забилось с такой силой, что наверняка было слышно во всем замке.
– Да… – глухо повторила я и вздернула подбородок. – Для ритуала Воплощения?
Он кивнул.
– Что или кого ты собрался воплощать?
Малфи открыл рот, постоял так несколько секунд. Казалось, хотел сказать одно, а сказал другое:
– Это неважно.
– Неважно? – Я поперхнулась от возмущения. – Меня выкрали, заперли в саркофаге, притащили в этот мрачный замок, а ты говоришь – неважно?!
Он молчал. Только желваки на скулах ходили, а губы сжимались в тонкую линию.
– Ты знаешь, как вернуть меня домой?
Малфи снова кивнул.
– Но не вернешь…
– Сейчас – нет.
Во мне вскипело что-то такое, чего я раньше никогда не чувствовала. Не обида, а самая настоящая злость. Горячая и жгучая, она разливалась по груди, подступала к горлу.
– Нельзя вот так брать и похищать фей! – выкрикнула я. – Да и не фей тоже! Что это за ритуал такой? Темный?
– Естественно. Я же темный маг.
– Считаешь, что я глупая, да?
– Нет, Рия, ты не глупая, – произнес Малфи абсолютно серьезно. – Просто очень доверчивая.
Звучало это так, словно доверять другим – это какой-то ужасный недостаток.
– Ты… – Я почти задыхалась, слова вылетали сами, я их не выбирала. – Ты плохой человек!
– Я некромант, – пожал он плечами.
Я издала какой-то звук. Не то писк, не то всхлип. Прошмыгнув мимо Малфи, выбежала из кабинета.
Лестница. Ступеньки. Куча ступенек! Я неслась вниз, хватаясь за перила, спотыкаясь на поворотах. За спиной слышались шаги – торопливые, нагоняющие.
– Рия! Стой!
Я не остановилась. Промчалась по коридорам, вылетела в холл, метнулась к входной двери, рванула тяжелое кольцо. Дверь поддалась – не заперто! – и я выскочила на крыльцо.
Холодный воздух ударил в лицо, дождь начал заливать глаза. Я сделала шаг, второй, и меня сцапали несколько костяных рук.
– Пустите! – забрыкалась я. – Пусти-и-ите!
Костяшкин держал меня за одну руку, Глыба – за другую, Кроха подхватил ноги, Бульончик поддерживал голову. Они потащили меня обратно в замок, и черепа у них были… виноватые. Даже сквозь пустые глазницы я видела, что им стыдно.
– Вы же мои друзья… – всхлипнула я, пытаясь вырваться. – Пустите!
Они не отпустили. Занесли в холл, где уже стоял Малфи. Тяжело дышащий, угрюмее, чем когда-либо.
– В комнату ее, – приказал он.
Скелеты послушались. Я перестала вырываться. Бесполезно. Их много, а я – маленькая фея. Что я могу?
В «гостевой» комнате они поставили меня на пол. Костяшкин погладил мое плечо – ладонью, осторожно, будто извиняясь. Фаланга указательного пальца отвалилась и покатились по полу. Он быстро нагнулся, поднял ее. Развел руками: мол, прости, не хотел тут мусорить. Я шмыгнула носом.
Скелеты вышли, порог переступил Малфи. Дальше не шагнул. Стоял сердитый и растрепанный, буравил меня взглядом исподлобья.
– Ты останешься в моем замке, – выговорил он ровно. – Где-то на месяц, может, меньше. А после ритуала я тебя отпущу. Верну обратно.
– Я не хочу участвовать ни в каком темном ритуале!
– Твое согласие не требуется.
Глаза наполнились слезами. Это было нечестно. Всё нечестно. Я ничего ему не сделала, я хотела достать мяч, протянула руку… А угодила в ловушку! По щекам потекли мокрые дорожки, Малфи вздрогнул. Сделал шаг вперед, остановился.
– Не реви. – Тон у него стал другим. Мягче, что ли. – Месяц – это недолго.
– Старшие феи найдут меня раньше! – выкрикнула я сквозь слезы. – Королева Мабэлла – она сильная! Они придут и…
Он отвел глаза. В сторону, на цветы, которые я вырастила на зеркале. И я осознала: меня не найдут. Следы запутаны, портал замаскирован, никто не знает, где я. Малфи же умный. Выдающийся.
– Почему я должна тебе верить? – завыла я. – Что ты меня отпустишь? Ты мне врал с самого начала.
– Не должна. Но у тебя нет выбора.
Я вытерла слезы. Они всё равно текли, но я хотя бы перестала всхлипывать.
– Уходи, – буркнула я.
Малфи постоял еще секунду и кивнул.
– Не пытайся сбежать. Скелеты не дадут.
Он развернулся, перешагнул через порог. Споткнулся о него, едва не упав, но удержал равновесие и сделал вид, что так и задумано. Дверь за ним закрылась.
Я села на пол посреди комнаты, обхватила колени руками и заплакала. В голос, в полную силу, не сдерживаясь. Ревела, пока слезы не кончились. Шатаясь от слабости, я доползла до кровати и рухнула на нее.
Комната, которую я преобразила, казалась мне такой красивой всего несколько часов назад. Занавески из паутинного шелка колыхались от сквозняка, цветы на зеркале благоухали, новое белье было мягким и нежным. А теперь я глядела на всё это и чувствовала лишь досаду. Предпочла бессмысленно пялиться в потолок, на котором плясали отблески факелов. Сколько времени прошло? Час? Два? За окном темнело. Вечер. Значит, скоро восемь. Ужин.
Я прислушалась. За дверью – тишина. Встала, подошла, приоткрыла. В коридоре сидели скелеты, все четверо. Костяшкин, Глыба, Кроха, Бульончик. Тулились на полу рядком как воробьи на заборе.
– Вы же меня не выпустите из замка? – поинтересовалась я.
Они покачали головами. Костяшкин – грустно, Глыба – виновато, Кроха вообще отвернулся, Бульончик схватился за череп с намеком: самим совестно, но ничего не можем поделать.
Понятно. Они слушаются приказов некроманта, своего хозяина, который их оживил.
– Но из комнаты же мне можно выходить? – не унималась я. Скелеты дружно покивали. – А если я попрошусь погулять во дворе? Ну, подышать свежим воздухом? С вами, под присмотром?
Костяшкин поскреб череп многострадальными фалангами, Глыба потупился, Бульончик уронил голову в ладони – не буквально, слава солнышку. Потом они устроили совещание, клацая челюстями, и это было похоже на скрип несмазанных дверей. В итоге Кроха указал рукой вперед и наверх. Ясно, не к ним этот вопрос, существа подневольные.
– Ладно, – пробормотала я, – не очень-то и хотелось.
Закрыла дверь и вернулась в кровать. Думала, думала, думала. Сумею ли я подать феям сигнал? Или знак? Нет, не сумею. Даже не представляю, как это наколдовать. И не припоминаю, чтобы среди заклинаний третьего круга подобное было. Неудивительно, ведь младшим феям в принципе незачем наведываться в мир людей… Вылезти в окно? Высоковато, а я без крыльев.
На улице окончательно стемнело. Непроглядная чернота. Скелеты принесли ужин – поставили поднос на столик. Кувшин воды, фрукты и булочки. Мои булочки, которые я напекла утром. Лежали такие румяные, наглые, прямо на тарелке. Я смотрела на них, а они на меня. Им хоть бы что, а у меня трагедия. Аппетита не было, и я отвернулась к стене. Умертвия пошуршали костями и ушли. Поднос оставили.
Минут через десять дверь едва слышно скрипнула. Бульончик подкрался к подносу, накрыл булочки какой-то тряпицей – видимо, чтобы не черствели – и так же тихо выскользнул. Заботливый…
Я сама не заметила, как уснула. Провалилась в забытье. Снилось мне что-то беспокойное, цветное, но проснулась я с первыми лучами солнца. Небо мерцало. Свет был другим – не угасающим, а нарастающим. Вскочив, я подбежала к окну.
Тучи расходились, в разрыве показалась полоса – розово-золотая, нежная. Она росла, ширилась, заливала горизонт теплым светом. Деревья на кладбище купались в этом сиянии, трава и надгробия тоже. Рассвет!
Я прижалась лбом к стеклу. Ушедшее вчера солнце возвращалось. Оно здесь каждый день умирало и рождалось заново. И в этом было что-то такое… правильное. Надежное. Знать, что даже после самой темной ночи обязательно наступит утро.
Розовый свет заливал комнату, занавески из паутинного шелка подрагивали, а цветы на зеркале раскрывались навстречу солнцу.
Я расправила плечи. Выдохнула. Не буду сидеть тут и плакать месяц! Вот еще… Иначе сама плесенью покроюсь. Только как быть-то? Запуталась, я совсем запуталась. Возможно, и Малфи тоже? Иллианта говорила: «Не бывает плохих людей. Не бывает злых. Бывают только несчастные».
А он, конечно, очень несчастный. Спит по два часа, ест кашу, которую невозможно есть, общается со скелетами, которые не могут ему ответить. И родных у него нет – все почили. И друзей, наверное, нет, кроме этого Дравена, который приехал, покривлялся и уехал.
Немудрено начать похищать фей… Одиноко же. Живет в таком неуютном месте, неприбранном, запущенном, без цветов и кружевных занавесок на окнах.
Ничего. Я это исправлю. Сделаю Малфи счастливее! А счастливый некромант не будет проводить темные ритуалы. Он меня непременно отпустит. Безо всяких там воплощений.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
