Страница 2 из 6
- Похоже на то. — Поддержала Анечка.
- А надо? — Изумилась Ева. — В смысле, вы так говорите, будто бы хотите, чтобы этот ваш Леон его ударил!
- Ну, — Оля покачала головой. — Не то чтобы прямо хотим…
- Но в общем, мы были бы не против. — Закончила за неё Анечка.
- А почему? Что он такого сделал? — Радостно спросила Ева. На самом деле ей было не столько жалко этого незнакомого парня в синей форме, сколько интересно, что же такого тот натворил. Тем более бить его, судя по всему, всё-таки не станут.
- Так он же со Скифом водится. — Сказала Оля так, будто Ева знала, кто такой Скиф.
- И что? — Спросила Ева. — С ним нельзя водиться?
- Так он же со склада вещи таскает.
- Кто? Скиф?
- Скиф.
Ева подумала.
- Он тут работает что ли?
- Ну да. — Анечка посмотрела на неё с удивлением.
- Щас я всё расскажу! — Заговорила Оля, словно только сообразила, что новенькая вообще не в курсе местных дел. — Скиф тут работает и говорят, вещи со склада ворует. Говорят, у него на нашем складе целая банда и они выносят товаров на сотни тысяч ежемесячно. Но его ни разу не поймали, поэтому не уволили. Ведь для увольнения нужны доказательства. Нужно комиссию собирать, сложные инвентаризации проводить, выговоры писать, а Скиф не пойман. Не пойман — не вор. Леон даже до высокого начальства добрался и жаловался, говорят, просил, чтобы Скифа под каким-нибудь предлогом убрали, но начальство сказало — ваши разборки, вы и… как бы помягче выразиться…
- Вы и разгребайте, — тонким голоском захихикала Анечка. — Я в вашу песочницу не полезу.
- Говорят, этот начальник, который Леона прочь отправил, вообще по знакомству тут сидит и ему фиолетово, есть кражи со склада или нет. А вот скандала с судом и трудовой инспекцией, если Скифа турнуть, он не хочет. А Скиф чётко дал понять, что будет судиться. А он такой. Сказал — точно будет.
- Ага… поэтому его и не трогают. Ну, пока за руку не поймали.
- А поймать не могут. — Оля ощерилась. — Говорят, Леон даже камеры случайным образом вешал в разных местах склада, но всё равно не поймал.
- Чушь какая-то, — Ева покачала головой. — То есть этот… Скиф — вор, все это знают, но никто ничего не делает?
- Почему не делает? — Изумилась Оля. — Вот Леон же стоит и делает.
Анечка фыркнула и рассмеялась.
- Ага. Может, думает, что Клёпов Скифа сдаст. Дурашечка.
- Кто дурашечка? — Уточнила Ева.
- Леон, кто же ещё. Скиф так хорошо делится, что его не сдают. И ещё говорят, некоторые прямо просят у него, чтобы Скиф их к себе в долю взял и делился.
- Просятся к вору?
Ева замолчала, переваривая информацию.
Как это — сами просятся? Она не понимала. Ну, ясное дело, бывает, что тебя против воли втягивают в какую-нибудь противозаконную аферу. Да, бывает. Но чтобы добровольно лезть туда и делать то, за что сажают? Это так странно звучит…
- Сами?! — Воскликнула Ева.
Анечка и Оля переглянулись, как будто обладали каким-то общим секретом.
- Ну это же Трухляндия… — Снисходительно объяснили они и разом рассмеялись.
Ева снова не знала, что сказать.
- Да всё уже. — Заговорила Оля. — Ладно, бить он его, похоже, не будет. Пошли.
- Всё равно скоро узнаем, о чём они болтали. Все будут сплетничать.
- Ага.
Девчонки пошли дальше и Ева, конечно, за ними.
Только напоследок ещё разок взглянула в окно.
Леон уже совсем опустил руку. Но вдруг как-то так повернулся, резко выставил вперёд плечо, отчего Клёпов сжался ещё больше.
А Ева вдруг подумала, что… возможно, вчера вечером она видела именно их? Там, в темноте, когда они били человека у гаражей? Вернее, Клёпов был в числе тех двоих, кто бил, а этот вот… Леон — он стоял и контролировал. Так же, как сейчас. Командовал.
Это было так странно. Видеть человека и плохим, и хорошим одновременно.
Ощущение узнавания почти сразу улетучилось и Ева подумала, что не станет забивать себе голову чёрти чем. И вообще. Думай о другом, положительном. Она приехала сюда лишь вчера. И суток не прошло! А у Евы уже работа, две возможные подружки и даже интересная история в виде противостояния двух лиц — крутого Леона и неизвестного вора Скифа. Будет интересно за этим понаблюдать. Однозначно! Главное, не думать, что среди тех, с кем работаешь — бандиты. Ева не любила бандитов, вообще, и вообще не переносила нарушений закона любыми способами. С ней так долго поступали незаконно, что теперь ей казалось, что только полное соблюдение всех существующих правил и норм позволит человечеству сохранить человечность. Нельзя никогда отступать от закона. Нет никаких оправданий преступникам. Никаких!
Поэтому остаётся только надеяться, что там, у гаражей, был не Леон. Работать под начальством такого человека — ужасно. Не хотелось бы. Не хотелось.
- Ева! Не отставай!
Девчонкам даже пришлось остановиться, чтобы её подождать. Ева тут же бросила думать обо всём сложном — и прибавила ходу. Тем более в животе уже ощутимо посасывало, будто там сидело что-то жутко голодное и оно уже примерялось, как бы поудобней сожрать Еву изнутри.
А уж столовая!.. Ева только вошла, а уже поняла, что это место станет на складе у неё любимым. Ну, или как минимум одним из любимых.
- Я столик займу, — быстро проговорила Анечка и, изгибаясь как восточная танцовщица, ринулась к окнам, вдоль которых ещё были свободные столики. Народа было много, говорят, в это время как раз менялись аутсорсинговые смены. Девчонки даже думали пойти позже, но ожидалась большая поставка средств для мытья окон, а этот поставщик всегда ждал полную приёмку. Насколько Ева поняла, в этом случае им придётся работать, пока работа не будет сделана, а это часа два. Поэтому лучше сразу сходить на обед.
Пока Анечка занимала столик, Оля отвела Еву к окну раздачи. Там уже была очередь из нескольких человек, но они двигались очень быстро. Спустя пару минут женщина на выдаче поставила перед девчонками обед.
- И третий дайте, я за Ляпушину распишусь.
Анечка расписалась и они потащили полученные ёмкости с едой к столику у окна.
В столовой было шумно: кроме людей шумели микроволновки, в которых можно было разогревать обед. Вообще еда была расфасована в небольшие прозрачные судочки и запечатана. Суп, второе, салат и булочка. И компот ещё.
Еда оказалась не то чтобы совсем идеальной, но вкусной и сытной. Ева так объелась, что с трудом допила компот.
- Всё, сегодня можно не ужинать, — сказала она. А потом вспомнила, что ужинать не получится, потому что дома еды нет совсем. Холодильник есть, она проверяла — работает, но он пустой. А последнюю упаковку печенья Ева съела утром на завтрак.
- А где тут ближайший магазин? — Спросила Ева.
- То есть? — Оля даже компот перестала пить. — Зачем тебе здесь магазин?
- Ну, у меня продукты закончились. Я домой пойду, по дороге куплю хотя бы кефира и пару булок.
Анечка и Оля смотрели на неё в изумлении и хлопали глазами.
- Что? — Не поняла Ева.
- Пойду?.. А ты где живёшь? — Спросила Анечка.
- Тут, недалеко. — Ева мотнула головой, как она думала, в нужную сторону, но всё же уточнила. — За забор выходишь и минут десять всего до дома.
Девчонки переглянулись, потом Оля наклонилась к Еве и прошептала:
- Ты что, в Трухляндии живёшь?
- Ну да.
Оля замолчала, но её глаза стали круглыми и неподвижными.
Кажется, девчонок это удивило. Хотя что здесь такого необычного? Ева думала, они живут там же. Хотя нет. Если начистоту, она вообще над этим не думала. Когда бы она успела? События неслись вперёд, как разогнавшийся до максимальной скорости поезд, она за ними просто не поспевала.
- А вы где живёте? — Спросила Ева.
- В городе. — Первой отмерла Анечка. — Автобус после смены увозит нас в город.
- Тут рядом вообще никто не живёт. — Оля продолжала смотреть на Еву круглыми глазами. — Тут же…
- Трущобы? — Подсказала Ева.
- Плохой район. Говорят, тут только алкаши живут. — Анечка говорила так, будто извинялась. — Ну, мы не знаем, конечно.
- Но местные у нас не работают. Живут все на пособие и бухают по-чёрному.
- Совсем не работают? — Удивилась Ева. — Не у всех же местных пособие.
- Подожди! — Анечкины глаза вдруг вспыхнули. — А разве Скиф не тут живёт? Не в Трухляндии?
- Нет. Он вроде тоже в городе живёт. — Оля нахмурилась. — Но с нами не ездит.
- Потому что он на своей ездит.
- Ну да.
Анечка и Оля снова переглянулись, на этот раз растерянно.
- Наверное, местные на складе тоже работают…
Было похоже, что девчонки прежде тоже не очень-то над этим задумывались.
- Ну, я поняла. — Сказала Ева. — Что в Трухляндии из нас живу только я. Ничего страшного. Я знаю, где магазин. Хотя он в другую сторону от дома, но там недалеко, схожу.
- После работы? — Снова вытаращились на неё девчонки. — Уже темно будет.
- И что? — Осторожно уточнила Ева.
- Ты в темноте ходишь по Трухляндии?
- Ну, а что мне делать? Летать? Под землёй ползти?
- Может, тебе переселиться? — Анечка покосилась на Олю. — Надо подумать, что можно сделать. Комнату поискать. Нельзя же реально здесь жить.
- Почему нельзя?
- Ну… ко всему прочему это вроде опасно.
Ева тут же подумала, что ещё одного переезда прямо сейчас она не переживёт. И без того жутко надоело мотаться без своего угла. Да, многие места были уютные и приятные, и люди её в последнее время окружали добрые: и волонтёры, и врачи… но вчера она, наконец, нашла свой дом. Такое у Евы было впечатление — она нашла свой дом! И не хотела больше ничего менять.
А насчёт опасности — это ещё не доказано! Хозяйка квартиры не очень-то хорошо отзывалась, конечно, о своём жилье, но чтобы прям опасно… ничего такого она не говорила. А она хотя и не слишком общительная, но врать бы не стала. Тем более выгоды ей никакой — Вероника поселила Еву в эту квартиру совершенно бесплатно. Так что не стоит паниковать.
- Я пока поживу у себя, — мягко сказала Ева. — Но если что, я скажу… попрошу помощи. И вы мне поможете. А пока не заморачивайтесь. Ладно?
- Ну, хорошо.
На этом обед закончился и девчонки отправились работать, что после обеда сделать было гораздо сложней.
К вечеру Ева устала. Даже, пожалуй, вымоталась. Но улыбалась так же широко.
Она чувствовала себя целиком и полностью счастливой.
Первые две смены пролетели как одно мгновение. Потом наступили выходные.
Вначале Ева думала, ей будет жутко скучно дома, и только и остаётся, что ждать следующего выхода на работу. Но всё получилось иначе. Ева выспалась, сходила, наконец, в магазин и купила немного продуктов (на много всё равно не хватило денег). Забрала вещи, присланные ей из волонтёрского центра транспортной службой. А потом сделала генеральную уборку, постирала вещи и даже познакомилась с соседкой!
Судя по виду, этой женщине было неопределённое количество лет и жизнь её порядком потрепала. У соседки отсутствовала половина зубов и почему-то часть волос, которые будто бы выдрали с левой стороны головы. Наверняка она долгое время пила, потому что была тощая, как селёдка и её покачивало, будто соседка ходила по палубе плывущего корабля. А Еве как раз говорили, что алкоголь убивает аппетит и люди от этого худеют. Ну, и запах её сопровождал соответствующий: отвратительно-кислый.
- А ты что ли теперь сюда заселилась? — Спросила соседка Еву. Ева как раз выносила из квартиры пакет мусора и, видимо, на звук открывшейся двери и выглянула женщина из соседней квартиры. Свою дверь она всего лишь приоткрыла и держала её одной рукой, загораживая проход. А второй рукой запахивала выцветший чёрный халат, который криво висел на её острых плечах и был весь в пятнах, Ева даже не хотела думать, от чего.
- Да, добрый день. Тут теперь живу я. Меня зовут Ева.
- Венера. — После секундной заминки сообщила соседка. — Отметим новоселье? Есть чего у тебя?
Ева поняла, что это очень, очень важный момент. Переломный. И если сейчас повести себя неправильно, то Венера может стать весьма неприятной соседкой.
Грубить, конечно, не стоило. Но и пить с ней — не вариант.
Ева улыбнулась. За годы, которые она провела в подвале, она научилась излучать дружелюбие так ясно, что никто не способен был уличить её в притворстве.
- К сожалению, мне пока нельзя ничего отмечать. На самом деле недавно врачи выписали мне кучу таблеток и постельный режим. Вот, лечусь.
- К чёрту врачей, — взмахнула рукой Венера. — Ничего они не понимают. Только хуже от них. Точно тебе говорю!
- Но я всё-таки пока буду их слушать.
- Пошли лучше настойку сделаю тебе. Мой секретный рецепт. От прабабки ещё остался. Стакан — и ничё болеть не будет! Вообще!
Верена ещё сильнее взмахнула рукой и одновременно чуть не вывалилась на площадку.
Ага, совсем не будет, подумала Ева. Прям полегчает даже. А то и вовсе неуязвимой станешь.
- Спасибо, но сейчас не могу. Хорошего дня!
Ева быстро зашла в квартиру и захлопнула за собой дверь. Постояла пару минут, со страхом ожидая, что соседка примется колотить в дверь, но было тихо.
Вечером Ева снова думала, почему же она не слышит звуков? Даже когда она просто ходила по общему коридору, прекрасно слышала, что у соседей громкие посиделки с пьяными воплями и музыкой. А на первом этаже за дверью номер два без конца орала кошка. Но сейчас за стеной было тихо. Необъяснимо.
Остаток дня Ева валялась на диване, куталась в мягкое плюшевое покрывало, которое ей прислали с вещами, и смотрела телевизор. Шёл довольно скучный фильм, зато и ничего жуткого в нём не было. Ева не любила фильмы, где кого-нибудь убивали или мучали. И даже те, где над кем-то просто зло шутили. Она любила добрые фильмы, от которых хотелось улыбаться.
Сейчас шла какая-то комедия, поэтому Ева не переключала. Но мысли текли по своему пути.
Так что по поводу звуков? Ева провела уже три ночи в этой квартире и шумной пьянки она ни разу не слышала. Ну, то есть если открыть окно, то тогда они доносились, но стена была словно звуконепроницаемой.
Конечно, раньше Ева сразу бы сказала — это магия! Лежит на полу вдоль стен и не пропускает лишних звуков. Но магии же не существует, верно? Кстати, сейчас это утверждение разочаровывало не так сильно, как прежде. Будто бы и без магии терпимо… жить в этом мире. Пока не очень-то понятно, как, но зато впереди вроде бы свет. Надежда, что всё сложится хорошо. Почему бы и нет?
Ева так и заснула — спокойная. Сегодня она боялась будущего чуть меньше, чем вчера.
А там уже наступило утро и новые смены.
Ева спешила на работу, потому что, кажется, успела соскучиться по складу. Вроде не должна была к нему ещё привыкнуть, но всё равно привыкла. Да и много ли ей нужно? Приятная компания, хорошая обстановка и занятие, которое приносит деньги. Вот и получается мгновенная привязанность.
В общем, на работу она летела.
А смена оказалась тяжёлой. Не вышла сразу половина кладовщиц, поэтому девчонки остались одни со всеми теми объёмами, которые нужно было обработать и которые были рассчитаны на персонал в два раза большего количества. Учитывая, как медленно работала Ева, нагрузка оказалась колоссальной!
Но Ева старалась. Пересматривала все эти одинаковые упаковки шампуней и геля для душа, сверяла сроки годности, маркировку, фасовала по ящикам и старалась всё делать быстро, но аккуратно. Анечка и Оля её даже хвалили, хотя обе вкалывали куда больше.
Присесть они смогли только в обед.
Сегодня он тоже был вкусный: красный борщ, куриная котлета с макаронами и салат из капусты.
- Терпеть не могу борщ, — заявила Оля и Ева тут же согласилась забрать борщ домой. Пригодится.
- И часто такое бывает, что на работу люди не выходят? — Спросила Ева.
- Нечасто. Ну вот за последний месяц всего второй раз. — Вздохнула Анечка. Почесала себе нос. Ева отметила, что вроде бы люди нос чешут, когда врут. Только какой смысл Ане врать?
- Один день пропускают? Или дольше?
- Одну-две смены. Надеюсь, уже завтра кто-нибудь будет. Или хотя бы с другой смены пару человек подтянут. — Оля нахмурилась. — В принципе, у нас надолго не уходят. Но сейчас у нас нехватка персонала. Ирка перевелась в восточный склад, там ей ближе из дома ездить. И ещё два места было свободно. Тебя взяли… И осталось два места свободно. Марина и Галка, которые сегодня не вышли… ну, они взрослые, могли и заболеть. Надо спросить у Гришки. Но вообще они стабильно работают. Похоже, просто совпало.
- Значит, нас долго быть больше?
- Точно. — Оля на секунду надула пухлые щёки и стала похожа на рыбу. — Должно быть семеро, а нас трое!
- Жуть.
- Надо Гришке жаловаться. — Поддакнула Анечка.
Ева знала, что Гришка — это начальник смены. Маленький такой плюгавенький мужичок под полтинник в слишком большой для его щуплой комплекции форме. Над ним слегка посмеивались, но Ева была о нём хорошего мнения. Взгляд у Гришки был очень добрый, такой Ева видела у волонтёров, когда находилась на реабилитации. Люди с таким вот взглядом и с таким же тихим спокойствием позволили ей поверить, что жить среди них вполне себе терпимо. И Еву на рабочем месте он принял доброжелательно, хотя у неё не было никакого опыта. Но Гришка сказал — все с чего-то начинали, разберёмся. В общем, Ева не ждала от него плохого.
Однако к концу смены Гришка пришёл к ним и сообщил, что завтра помощи ждать неоткуда. Так что придётся им самим справляться. А тут ещё выяснилось, что они и сегодня не успевают принять одну поставку, которую начали как раз за час до конца смены. Не рассчитали силы. А если начали — нужно доделывать, иначе будет просрочено время приёмки и выпишут штраф.
- Чёрт! Придётся такси брать. — Выругалась Оля. — На автобус мы такими темпами не успеем.
- Идите на автобус. Я сама доделаю. — Предложила Ева.
Она почему-то думала, что девчонки обрадуются, но они нахмурились и посмотрели на Еву одинаковыми взглядами, так, будто она предложила что-то противозаконное. Даже странно стало.
- Точно? — Всё-таки оттаяла через пару минут Анечка. — Не боишься сама оставаться?
- Боишься? Чего?
Ева даже не представляла, чего тут, на складе, куда пропускают только через рамку и через охрану, можно бояться.
- Ну, привидений там… — Сказала Оля.
- Привидений не бывает. — Растерянно ответила Ева.
- Маньяков? — Быстро предположила Анечка.
- Тут есть маньяки?
Девчонки переглянулись.
- Никогда не знаешь, где есть маньяк, пока он не активизируется.
- Вы меня хотите испугать? Сейчас передумаю и будем вместе заканчивать. — Улыбнулась Ева. Они выглядели такими милыми, когда пытались о ней позаботиться.
- Ладно, прости. — Оля стиснула рукав Анечки, будто хотела остановить её протест. — Мы поедем. У нас и правда сейчас лишних денег нет. Но если реально передумаешь, говори, мы останемся.
- Да нет, можете уйти. Тут дел на полчаса осталось…
Ева стояла на своём и девчонки за десять минут до конца смены ринулись на выход. Им ещё нужно было отстоять очередь, чтобы пройти охрану, потом переодеться и успеть на автобус. А Ева осталась доделывать работу и ещё подумала, что всё к лучшему. Не хочет она торчать в очереди, а раз ей спешить некуда, проще дождаться, пока толпа схлынет и тогда уже спокойно идти домой.
Что она и сделала. Закончила приёмку, отметилась в базе данных и спокойно отправилась на выход.
На складе было совсем пусто, только где-то вдалеке гудели погрузчики.
Ева шла вдоль рядов из стеллажей, которые тянулись так высоко, что приходилось задирать голову, чтобы увидеть, где они заканчиваются, и дивилась тому, сколько здесь всего лежит. Все стеллажи были забиты коробками и ящиками. Их без конца вынимали и ставили обратно. Изнутри склад был похож на какой-то муравейник, по которому бегали и суетились люди. Бегали по полу, лазали по мансарде и кажется, висели даже на потолке. Но, похоже, только днём. Вот сейчас склад утих. Ева пока не знала, на всю ночь или это просто пересменка и сейчас появится волна тех, кто вышел работать в ночь.
Но девчонки вроде говорили, что ночью тише.
Похоже, так и есть.
Ева дошла до широкого прохода между двумя секторами… и задумалась. Вообще ей говорили, то нужно идти вдоль ворот выгрузки, тогда точно выйдешь к выходу — другого варианта просто нет. Но это долго. А девчонки знали от пункта сортировки короткий путь — как раз между этими секциями: три прямо и там второй поворот налево. Они ходили так на обед, чтобы сэкономить время.
И Ева решила, что прекрасно помнит дорогу и смело отправилась по широкому проходу в глубину склада.
Стеллажи длились и длились… яркие наклейки, похожие на почтовые марки, и неразборчивые надписи покрывали ящики, а все большие коробки в основном были замотаны в пупырчатую плёнку. Сами стеллажи были закреплены основой в бетонном полу и окружены бортиками. На бортиках были цифры и буквы. Ева шла… стеллажи плыли… цифры менялись…
Вроде вот этот поворот… С-15. Или 13?
Да нет же, 15! Ева пошла в проход, который показался ей знакомым. И пошла, пошла…
А потом она поняла, что заблудилась. И что поблизости вообще нет того прохода, в который нужно свернуть. Вот вообще ничего похожего!
Ева вздохнула и поджала губы.
Ну до чего же она… нет, не глупая, конечно, на этом складе кто угодно с непривычки заблудиться может, а не только девушка, которая третий день работает. Но непродуманная точно! Зачем она свернула с известного пути и потопала в гущу стеллажей? Чтобы что? Ну, выиграла бы целых четыре минуты! Ну прям дофига времени! Но нет, нужно было зайти сюда и иметь глупость потеряться! И вот что теперь? Звать на помощь? Еву даже перекосило, когда она представила, что стоит посреди стеллажей и кричит: “Помогите! Помогите мне! Я заблудилась! Пожалуйста! Выведите меня отсюда”. Ну умора же!
Или ещё вариант — просто тупо ходить здесь, пока куда-нибудь не придёшь. Правда, тогда это всё может затянуться: конца-края этим стеллажам видно не было. Может вообще получится, что Ева проведёт здесь всю ночь: вначале будет просто ходить-бродить, пока глаза не начнут слипаться, а ноги не начнут подкашиваться, потом сядет передохнуть — и заснёт! А утром встанет — и снова на работу. Удобненько.
Ева даже не знала, что делать. Правда.
Время шло. Она бродила вдоль стеллажей и втайне надеялась, что всё решиться как-нибудь само собой, и ей не придётся позориться.
А ноги действительно уже устали.
Ева снова остановилась, закрыла глаза и выругалась. Шёпотом, конечно.
Это так глупо! Её запомнят, как ту самую дурочку, которая заблудилась среди стеллажей. Таким образом Ева станет одной из местных хохм, вроде Драконьей матери — женщины, у которой отсутствовали передние зубы, и только клыки выглядывали из-под губы. Она не говорила, а рычала и шипела. Или Вонючий случай — пухлый такой парень, от которого всегда воняло кислым. Говорят, его мать всю жизнь мыла ему волосы кефиром, который не смывала, потому что это полезно. Правда это или нет, неважно, потому что как раз про это Ева и говорила — местная байка, которую все обожают мусолить и которую в первую очередь пересказывают новичкам.
Как же не хотелось быть очередной!
Но, наверное, придётся.
А хорошо бы была… магия. Наверняка в этой непростой и неприятной ситуации она помогла бы Еве найти правильный путь. Если бы была, Ева попросила бы помощи… какую-нибудь яркую линию, которая ляжет на серую поверхность пола и укажет путь. Вот если бы…
Мечты прервала суровая реальность, на этот раз в виде шума мотора. Ева распахнула глаза и увидела, что к ней приближается широкий погрузчик. Вообще они на складе были стандартные, одноместные, и перевозили одну паллету — деревянный поддон, на котором стоит полутораметровая коробка или несколько коробок, скреплённых плёнкой. Но конкретно этот был шире и массивней, потому то он не просто перевозил груз, он поднимал его на высоту четвёртой полки — туда только чтобы посмотреть нужно было задрать голову до максимума.
И вот этот красненький погрузчик неторопливо подъехал к Еве и замер. За рулём сидел парень в синей форме, такой же, как у всех, но она смотрелась на нём как-то… будто неудачная маскировка. Ну, Еве так показалось.
Волк в овечьей шкуре. Вот что пришло в голову. Но Ева и от этой мысли отмахнулась, потому что хватит ей уже нервотрёпки и с магией! Человек ещё ничё не сделал, а Ева ему уже бирку повесила.
Лет ему было, наверное, примерно столько же, сколько самой Еве. Ну, может на пару лет старше. Лицо овальное, особенно четко на нём выделялись скулы и упрямый подбородок. Глаза светлые, даже слишком. Брови казались необычайно ровной формы, но Ева откуда-то знала, что он точно не стал бы их искусственно ровнять. Значит, от природы такие. Везёт же некоторым — у Евы брови напоминали кривую линию, которую приходилось постоянно ровнять, чтобы она не портила собой весь вид. А кому-то просто так от природы достаётся! Волосы водителя погрузчика был стрижены коротко, чётким контуром облегая череп, что на фоне света из-за спины выглядело очень стильно.
Пахло от него чем-то приятным. Сильно пахло. В запахе выделялись резкие ноты одеколона, которые перебивали другие ароматы. Те, другие, казались Еве более интересными, но она не могла их вычленить из общего. Да и не время воздух нюхать, если честно. Высовывать язык прямо сейчас точно было бы лишним.
Парень сжал руки на руле и Ева невольно обратила внимание на то, что руки у него — как лопаты. Большие ладони, крепкие пальцы, и он так легко управлял этой штуковиной, на которую Еве даже смотреть было страшно, что в сердце невольно завелось что-то трепетное. Она бы не смогла. Поднимать наверх такую огромную паллету… вдруг та упадёт? Прямо на голову? Не, ни за что.
Потом Ева подумала ещё, что всё происходящее выглядит довольно глупо, но ничего странного в этом нет. Вечер и начался глупо — с блуждания среди стеллажей — и заканчивался, кажется, так же.
Ева откашлялась и нервно огляделась. По-хорошему, наверное, стоило уйти с дороги этого чудовищного погрузчика, но отходить-то было некуда. Она стояла посреди прохода и чтобы его освободить, пришлось бы разворачиваться и возвращаться к самому началу ряда, а это метров сорок. Или лезть на полку, на пустое место. Но это даже не глупо, это больше, чем глупо, поэтому она точно не станет этого делать.
- Ты кто? — Вдруг спросил парень. В его голосе было любопытство и досада, и именно последнее избавило Еву от необходимости быть вежливой. Тыкает ещё!
- А ты?
Его глаза на миг расширились от удивления, а потом он криво усмехнулся.
- Я кто?
- Ну да. Я так и спросила.
Наклон головы — его глаза вдруг оказались в тени верхней перекладины погрузчика, и их стало не видно, а вот зубы блеснули на свету. Кажется, хоть у этого все на месте.
- Шатырин Александр Романович, — отчеканил каждое слово парень. — Слышала о таком?
Ева быстро покачала головой.
- Ну, ещё услышишь.
И сказал так буднично. Мол, факт, услышишь, но не то чтобы его это сильно заботило. Сказал, как отметил неизбежное. Мол, завтра утром встанет солнце. А звёзды исчезнут с небосвода до следующей ночи. А ты ещё обо мне услышишь.
Ева молчала. Она почему-то не могла отвести взгляда от его лица, наоборот, сфокусировалась на нём, как на центре мишени. Он выглядел таким уверенным! Но его глаза, которые теперь были загорожены перекладиной — это выглядело как-то странно.
Тогда парень вскинул руку и взмахнул ею с видом: давай, твоя очередь представляться. Чуть отодвинулся дальше на сиденье. Теперь глаза не перекрывала железка, но они всё ещё оставались в тени.
Впрочем, вряд ли они у него вдруг загорелись адским пламенем. Или с ними произошло ещё что-нибудь… магическое?
Опять эта чушь!
- Я… Ева. — Вздохнула она.
- Просто Ева?
- Ага.
- Работаешь тут?
- Да.
- Первый день?
