— Все, мне пора! - взглянул он на свои часы, а затем снял их и протянул мне. - Носи с гордостью. Верю в тебя и жду хороших показателей.
— Спасибо вам, товарищ полковник. - расплылся я в довольной улыбке. - Я постараюсь изо всех сил!
— Не нужно стараться, просто делай и все. — отпустив мою руку и хлопнув по плечу, произнес Малышев и отправился обратно на банкет, а я уселся на кровать и начал разглядывать командирские часы.
И тут уже время вышло, по громкой связи объявили команду «Таблетки принять», и я закинул в рот белую блямбу, запив большим количеством воды. А дальше была темнота…
Глава 3
Сознание постепенно возвращалось ко мне. Голова раскалывалась, словно по ней кто-то кувалдой молотил, причем молотил усердно и очень долго. Во рту пустыня, в которую нагадила целая стая кошек. Тело онемевшее, затекшее и слушалось меня с трудом, его словно в цемент закатали, не вздохнуть, не выдохнуть. Слух тоже подводил, но постепенно возвращался, сначала звуки были где-то далеко и едва различимы, словно я находился под водой. Но спустя пару минут пришел в норму, и я услышал шум встречных потоков ветра, звук мотора и шелестящих по асфальту колес. А на фоне из динамиков доносился мелодичный шансон в исполнении артиста с охрипшим голосом.
Не открывая глаз, я почувствовал, что спереди сидит два человека. Водитель был абсолютно спокоен, как удав, и от него исходило легкое чувство любопытства. А вот второй был куда более эмоционален. Раздражение и злость вылетали из него, словно фейерверки в новогоднюю ночь. И все это было направленно разумеется на меня.
— Очухался? — небрежно спросил пассажир, не оборачиваясь на меня. — Не притворяйся, угрозы нет, тут все свои.
— Я и не притворяюсь, в себя прихожу. — произнес я, но из-за пересохшей глотки мой голос был больше похож на шипение змеи.
— В ногах вода лежит, попей, полегчает, голову отпустит и горло промочишь. — улыбнувшись, произнес водитель.
Открыв глаза, я посмотрел себе под ноги и увидел полуторалитровую бутылку минералки что каталась по коврику вперед-назад. На ее этикетке были изображены два белых лебедя что смотрели друг на друга. Я дотянулся до нее онемевшей рукой и с горем пополам схватил бутылку, а затем еще немного помучился с отвинчиванием крышки. Крышка открылась, газ зашипел, и вода хлынула через горлышко обрызгивая все вокруг.
— Ну что ты будешь делать! Что ж за лейтенанта нам с тобой послали-то? Безрукий какой-то! — забрюзжал, как старый чайник, пассажир.
— Да ладно вам, Азиз Ильшатович, сами знаете, как от этих таблеток бывает. — заступился за меня водитель. — А салон кожаный, все высохнет, тем более минералка, а не пиво, и он на себя все пролил.
Пропуская слова мимо ушей, я жадно припал губами к горлышку и начал пить, как двугорбый корабль пустыни. Живительная влага наполняла мое тело, и мне становилось все лучше с каждым глотком. Мелкая моторика возвращалась, зрение пришло в норму, и даже дышать стало легче.
Окинув взглядом салон машины, я рассмотрел повнимательнее своих попутчиков. За рулем сидел парень лет тридцати. Голубоглазый брюнет-симпатяга с модной стрижкой. Одет в обтягивающую футболку и синие джинсы, при этом под левым плечом виднелась полицейская кобура с пистолетом Макарова. Парень широкоплечий, в отличной физической форме, что он, собственно, и подчеркивал своей футболкой. Второму было за сорок. Черные, вьющиеся волосы с седыми висками. Внешность восточная, с узковатым разрезом глаз. Одет он был в льняную серую рубаху в черный мелкий горох и черные брюки, обувь мне видно не было, но я уверен, там либо лакированные туфли, либо плетеные сандалии на носок. При нем также была кобура, а рядом со мной на сиденье лежали два пиджака, черный с заплатками на локтях и светло-бежевый.
Мы ехали по широкой трассе через густую лесополосу, хотя, учитывая, что я нахожусь в Сибири, вся дорога состоит именно из них, лишь иногда она должна разбавляться полями со злаковыми культурами и сенокосами. Погода была теплой, бортовой компьютер машины писал, что снаружи плюс двадцать семь градусов. А время сейчас было восемь утра.
— Как самочувствие? — обратился ко мне водитель.
— Спасибо, уже лучше. — согласно кивнул я.
— Кстати, меня Леха звать, а это наш с тобой самый главный начальник Азиз Ильшатович. С виду суровый и очень строгий, так оно и есть, но справедливый. — добродушно произнес водитель.
— Адам, очень приятно. — кивнул я ему в ответ.
— Идиотское у тебя имя вышло, Иванов Адам Викторович! И кому такое в голову только пришло. — ухмыльнулся Азиз.
— Канцелярским крысам, кому же еще! Буду всем говорить, что у родителей было плохо с фантазией. — пожал я в ответ плечами.
— Утверждать ты так не сможешь, только предполагать. Так как не было у тебя родителей, детдомовский ты. И вырос в Новосибирске, в том же месте, где и я в свое время. Собственно, по этой причине ты окажешься у меня в отделе полиции, в роли участкового. Я вроде как взял тебя под свое чуткое и заботливое крыло. — заявил мне Азиз Ильшатович.
— Понял. — кивнул я, запоминая свою легенду.
— Понял он. — фыркнул начальник. — Ты хоть что-нибудь соображаешь в работе участкового?
— Не особо, уголовный кодекс знаю и примерное представление имею, сериалы про ментов видел. Я думаю, тонкости подскажете, как мой наставник. И это, если честно я не сильно общительный, опыта маловато. — признался я, ведь откуда опыт общения у изгоя?
— Как будто у меня есть выбор. — недовольно фыркнул он.
— Азиз Ильшатович давайте расставим все точки над ё! Я отличный эмпат и чувствую массу негатива в свою сторону. Не знаю, чем это вызвано, но хотелось бы разобраться в сложившейся ситуации. Чтобы потом у нас не возникло недопониманий и разногласий. Все же я офицер и хамского отношения к себе не потерплю!
— Видал, Леха? А парень с характером! Офицер он! Эмпат итить твою мать! — ухмыльнулся Азиз. — Прямолинейный? Хвалю, ценю таких, подхалимов на дух не переношу! А мое негодование вызвано, разумеется, появлением тебя, и на то есть две причины. Первая, уж не знаю, чем ты там такой особенный, но внимание к тебе очень пристальное! Ты еще не прибыл, а начальство уже мне всю голову излюбило! Смотри за ним! Следи за каждым шагом! Парень ну оооооочееееень перспективный! Но при этом глаз с него не спускай и не угробь его! Самый умный и способный курсант за всю историю академии! На кой я тебе сдался раз ты такой ценный? Сразу бы на мое место поставили и все дела! Жили мы тут потихонечку в своем мирке и раз! Прислали к нам лейтенанта Иванова! И вторая. Знаешь ли, мне это излишнее внимание на хрен не сдалось! Докладывать теперь по тебе каждую неделю! Отчеты строчить! Полковник Малышев, мать его за ногу, лично пообещал, если что не так, меня за причинное место подвесить. И судя по его тону, это была не шутка!
— Он может, это в его стиле. — не сдержал я улыбку.
— Нет, ты посмотри на него! Он радуется! — возмутился до глубины души Азиз и аж покраснел от злости.
— Прошу прощения за неуместное поведение. — тут же смутился я.
— Проехали. Плевать я хотел на поведение начальства и на их пристальное внимание. Меня больше беспокоит другое. Общался я с одним старым майором. Марка Петровича не забыл? — вопросительно посмотрел он на меня.
— Нет, конечно, он у меня практику вел. — смутившись ответил я, поняв, что Азиз клонит не к моему происхождению, а к фиаско на практике.
— Он мне сказал, что ты реально способный парень, в бою так вообще профи, но, сука, слишком самоуверенный и самостоятельный. Из-за чего в итоге майор отправился на больничную койку, а после был списан на пенсию по состоянию здоровья! Да и курсанты до кучи погибли. Я читал рапорт, и в целом я согласен, что этот старый пердун сам виноват! Перегнул, повел вас всех с оборотнями бодаться, хотя сам уже давно не в силе. Но и вы молодцы, повелись, побежали на радостях хвостиком виляя. А итог? Выжили не все, да и вы чудом, прям по краю прошли!
— Азиз Ильшатович, я сделал выводы после той потасовки. Переоценили мы себя, но никто не ожидал что там вся стая будет и у них там инициация молодняка была. Первое обращение и все такое. Я умерил свой пыл и начал более приземленно оценивать ситуацию и собственные силы. А также понял, что звание лучшего бойца на ринге в академии ничего не значит в реальном бою, особенно против нескольких противников пребывающих в бешенстве.
— Я на это очень надеюсь. И еще больше я надеюсь на то, что ты не вляпаешься в какую-нибудь историю, и мне не придется отправлять твое тело обратно в академию.
— Я понимаю все ваше негодование и постараюсь не доставлять проблем.
— Ага, как же! А то я не знаю, как это работает! Вырвался на свободу и вперед носом землю рыть! Искать преступников! Раскрывать заговоры! Уничтожать секты!
— Да с чего вы это взяли? — возмутился я.
— Да с того, что сам таким был, вот обалдуй сидит за рулем такой же! И помимо него еще еще один ничем не лучше! А старый Азиз Ильшатович бегай за вами и подчищай, а еще заступаться приходится. Но учти, будешь косячить, рапорт такой накатаю, что поедешь ты обратно в академию и будешь там до самой глубокой старости горшки за курсантами выносить! — пригрозил он мне пальцем. — Кстати, когда я читал твое личное дело, я не увидел кто ты, в этой графе был прочерк. Как это понимать?
— Прочерк? — удивился я.
— Да, прочерк, и Марк на мой вопрос не ответил, только многозначительно промолчал и сказал, цитирую: «Будет для тебя замечательный сюрприз!» А я уже не молод! Я сюрпризы не люблю!Я люблю тишину, покой и стабильность. Раз ты лучший, и он промолчал, да и прочерк, значит в тебе что-то редкое. Запаха совсем я не чувствую, а это значит, что ты нечто очень сильное или редкое. Мое волчье чутье еще меня не покинуло, но пахнешь ты как человек. Что-то холоднокровное? Неужели в тебе драконья кровь? Или какой-то другой аспид? Ледяная саламандра? — начал он засыпать меня вопросами.
— Отвечать обязательно? — уточнил я.
— Разумеется! И не только отвечать, еще и показать, на что способен. Леха, вон полянка за лесополосой, тормозни-ка там. — указал он пальцем на обочину.
— Слушаюсь, командор! — улыбнулся он.
Машина резко сбавила скорость и съехала на прилегающую грунтовку. Проехав немного по прямой, машина завернула за березовую рощу, что была высажена для защиты от ветра. Леха припарковал машину за густыми зарослями и, сняв с себя кобуру, вышел из машины.
— Вылезай, пора размяться. — пробухтел Азиз и тоже выбрался из машины.
— Твою-то мать! А вроде только общий язык начали находить. — выругался я и вышел.
— Если ты не догадался, то скажу сам, во мне сила волколака. Леха у нас гибрид Берендея. То есть могучий и яростный, как медведь, и очень падкий на сладкое, особенно на мед. — улыбнулся Азиз.
— Так нам что, подраться нужно? — уточнил я.
— Разумеется, но не просто, а используя свою силу. Я же должен понимать, на что ты способен и чего ты вообще стоишь. В рукопашке каждый раскрывает свою истинную сущность. Но смотри, он был одним из сильнейших на своем курсе.
— Был бы на первом месте, если бы не впадал в ярость. — добавил Алексей, снимая с себя футболку, а после скинул кроссовки и стянул носки. — Ты это, если что, не обессудь, если сильно прижмешь, могу покалечить. — по-дружески предупредил он меня.
— Ничего страшного, на мне все быстро заживает. — пожав плечами, ответил я. — Но и сам потом не обижайся.
Леха закрыл глаза, приложил руки к груди, совместив кулаки в районе сердца, и начал глубоко дышать. Его мышцы стали увеличиваться в размерах прямо на глазах. Плечи стали на порядок шире, лицо приобрело звериные очертания, скулы расширились, нос немного впал и стал более крупным, а брови и волосы на голове стали бурого цвета. На ногах вместо привычных ногтей появились черные, острые когти. Леха резко раскинул свои могучие руки в стороны и грозно прорычал, оскалив клыкастую пасть. Причем на его пальцах также появились черные когти длиной по пять сантиметров. Эти когти не шутка, они без труда могут порвать весьма толстый металл, не говоря уже о плоти.
— Готов? — нахмурив брови, скептическим тоном спросил у меня Азиз, так как не увидел во мне изменений.
— Да, как пионер. — кивнул я в ответ.
С подобными противниками я уже сражался, разумеется, только на ринге. В грубой физической силе мне с ним тягаться не стоит. А еще этот тип гибридов относится к взрывным. Это значит, они невероятно опасны, особенно в первые минуты боя, но потом начинают выдыхаться. К тому же они достаточно неповоротливы, и главный недостаток — они теряют голову. Леха все верно сказал про ярость, чем больше урона они получают, тем яростнее и сильнее становятся. Но при этом они начинают сражаться очень прямолинейно, а значит предсказуемо.
Соперник не долго думая помчался на меня, словно локомотив, и тут же попытался нанести по мне первый удар. Видно, что Леха сдерживался, и удар был простой, раскрытой ладонью по лицу и не в полную силу. Подыгрывать ему я не хотел, мне ведь нужно показать себя. Азиз Ильшатович должен быть уверен в том, что я способен за себя постоять, а то задвинет меня куда-нибудь подальше, на бумажную работу и я точно проживу здесь до пенсии, а у меня ведь планы. А значит Лехе, скорее всего, сегодня крепко достанется, но это не точно. Увернувшись от его замаха, пропустив руку над головой, я нанес мощный прямой удар кулаком в живот. Противнику это явно не понравилось, и он, злобно рыкнув, крутанулся на месте и сделал еще один взмах, но уже хотел зацепить когтями. Тут я отогнулся назад, почти как в «Матрице», правда, повалился на спину и резко повернулся на земле, взмахнув ногами, словно танцую брейк-данс. Мощной подсечкой я заставил противника перенести весь вес на одну ногу и, вскочив вверх, тут же нанес сокрушительный апперкот в челюсть. Противник задрал голову, прокрутился на месте и упал на землю. Азиз смотрел на это с легким недоумением на лице, так как он до сих пор не видел во мне изменений. А Леха разозлился не на шутку и пошел на меня всерьез, без поблажек. Как боец он был очень даже неплох, умело стоял на ногах, прикрывал лицо и наносил удары. Но я словно предвидел каждый из них и уворачивался. Сейчас была самая горячая фаза боя. Противник рычал, злился и ускорялся. А я просто уходил от ударов, парировал их и очень редко контратаковал. Через три с половиной минуты темп боя замедлился, Леха устал, а значит пришло мое время. Есть у такого противника еще один несомненный плюс — вырубить его очень и очень сложно, уж больно он крепок. Голова прочнее панциря черепахи, а ломать конечности нельзя. Я начал его бить, по слабым местам точно, больно и, главное, сильно. Атаки противника стали слишком предсказуемыми и медленными. Так мы бились минут десять, пока Азиз не остановил бой.
— Все! Брейк! — громко гаркнул он, и мы разошлись по сторонам.
Тяжело дыша, мы с Лехой уселись на траву, чтобы перевести дух.
— Красава, молодой! Силен, удар наносишь, словно бетонной плитой припечатываешь. И верткий, как червяк, не попасть. — Ухмыльнувшись, произнес он вернувшись в прежний, человеческий вид.
— Спасибо, ты тоже хорош. Но это просто спарринг, попытайся ты меня убить, исход мог бы быть другим. Твоя природа не предназначена для таких поединков. Ты должен давить и рвать, а не кружиться на месте, оттого ваша братия считается одной из лучших в своем деле, особенно против нескольких противников. — подбодрил его я, при этом признав очевидный факт.
— Так! Адам! Завязывай юлить! Я не заметил в тебе ни одного изменения! И запах не изменился! Показывай, кто ты такой! — не выдержав, ворвался в нашу беседу Азиз Ильшатович.
— Хорошо. — обреченным тоном ответил я и опустил голову вниз.
Сосредоточившись, я пропустил через свое сердце энергию, что хранилась в моей груди, и посмотрел на своих новых коллег.
— Ух ты ж! — завороженно произнес Алексей расплываясь в улыбке.
— Ядрена вошь! Ведьмак, чтоб меня! Ты ведь ведьмак? Красный глаз и изумрудный! Сука, красиво, но что это значит? — не зная, то ли восторгаться, то ли пугаться, неуверенно произнес мой новый начальник.
— Да, ведьмак. А касательно значения цвета глаз, если бы я сам знал. — улыбнувшись, ответил я, пожав плечами, а затем, собрав энергию обратно в грудь, вернул глазам нормальный вид.
— Теперь понятно, чего так о тебе пекутся и почему пропуск в деле, и Марк мне ничего не ответил. Да уж, сюрприз так сюрприз. — задумчиво произнес Азиз Ильшатович.
— Я надеюсь, это не станет для нас проблемой? — с надеждой в голосе спросил я.
— С чего бы? — возмутился мой новый начальник. — У меня в подчинении настоящий ведьмак! Одно из самых сильных существ в нашем мире! Я думаю, это очень даже перспективно, приятная такая пометка в личном деле. Да и ты главное, когда станешь большим начальником, не забывай своих наставников. — улыбнулся он, и, судя по его эмоциям, он реально был рад этому. Но и некая настороженность в его словах тоже прозвучала.
— Ну спасибо, в академии ко мне было совсем иное отношение.
— Боялись? — спросил у меня Леха.
— Еще как, шарахались как от смерти.
— Придурки, хотя, в целом, наверное, понять можно, в мире всего два известных примера. Вот все и боятся, не знают каким ты можешь стать. — задумчиво произнес Леха.
— А ты не боишься? — поинтересовался я.
— Не-а, а чего бояться? Раз ты тут, значит, ты на нашей стороне. Тем более учился в академии, которую создал ведьмак. Не думаю, что начальники такие идиоты, что выпустили бы тебя за стены, будь у них хоть малейшие подозрения. Ну и давай посмотрим правде в глаза. Ты простой, молодой и неопытный пацан. Да, кое-что можешь, но что с того толку? В тебе есть потенциал и то только в теории. А раскроешь ты его или нет, это мы узнаем со временем. Ты колдовать то умеешь? Зелья, проклятья?
— Нет конечно, такому нас не учили, да и книг на эту тему тоже нет. — честно признался я.
— Тут то и оно. Ты как бы ведьмак, а как бы и нет, только ширма, не более. Так что не зазнавайся. — спустил он меня с небес на землю.
— Ладно болтать, поехали. Сейчас отвезем тебя на служебную квартиру, сегодня тебе день обосноваться, осмотреться немного, а с завтрашнего утра начинается настоящая служба. Лейтенант Иванов. — прервал нас начальник и направился к машине.
Глава 4
Обстановка немного разрядилась. Не сказать, что после произошедшего мы стали друзьями, но на деловые рельсы встали точно. Мой новый начальник, подполковник Айдыноглу Азиз Ильшатович, немного подобрел по отношению ко мне. И даже сказал, что после нашего поединка допускает меня к самостоятельной работе. Но все операции, если таковые и будут, только после согласования с ним, а если его вдруг не будет, то с разрешения его заместителя, капитана Чкалова Алексея Алексеевича. То есть того самого Лехи, что сейчас сидел за рулем. Я помнил слова Малышева, так что на их доброту особо не обольщался.
— Адам, дабы ты не подумал чего, я тебя сразу предупрежу. С виду я дружелюбный и спокойный, да и в душе наверняка тоже. Но когда дело будет касаться работы, то ты тут уж не обессудь. Драть буду как сидорову козу! По всей строгости! Не посмотрю на твоих заступников и на то, кем ты являешься. Мой принцип прост: накосячил — отвечай! Меня так учили. — кивнул он в сторону подполковника. — И я так учить буду.
— Спасибо за прямоту. Постараюсь не доставлять неудобств. — искренне ответил я.
— Уж постарайся. — ухмыльнулся Азиз Ильшатович. — Леха — твой наставник, по всем глупым вопросам обращайся к нему. И оказывай ему любое содействие. Тем более у вас очень складно все получается, он опер, а ты участковый. Никаких вопросов со стороны не возникнет, обычные ментовские будни. Но об этом мы уже завтра пообщаемся, все объясню и разложу по полочкам. Сегодня рекомендую пройтись по городу, осмотреться, поесть вкусной еды. Я помню, как это бывает, когда только вырываешься из академии. — мечтательно закатил он глаза.
— Это точно. — поддержал его Леха. — Я столько сладкого сожрал, что чуть диабет не заработал! — рассмеялся он.
— Понял, поесть — это я люблю. — согласился я.
— Все необходимые документы лежат в квартире. Кошелек, наличка, банковская карта, но ты помни: трать только на оперативные расходы, а не на все подряд. Отчеты, чеки никто не отменял. На тебя заложено пятьдесят тысяч в месяц на еду и прочие расходы.
— Пятьдесят — это много или мало? — уточнил я. — Я цен не знаю.
— Немного, экономить нужно. — пояснил Алексей. — Но у тебя еще полицейская зарплата будет, но там тоже особо не разгуляешься, тысяч пятьдесят плюс-минус. Но так жить уже можно, и на поесть хватит, и на бензин, и девушку в кино сводить.
— Кстати о девушках, голову не терять, жениться не вздумай и уж тем более ребенка кому заделать! Я тебе потом твои бубенцы вокруг шеи намотаю и бантиком завяжу! — предупредил меня начальник. — А то ты парень больно смазливый, так и вижу, что девки на тебя вешаться пачками будут. И кстати, ревностных людишек не покалечь, не забывай, кто ты такой, силу свою держи в узде. У меня одного кобеля и любителя кулаками помахать хватает, и если ты такой же, то я даже и не знаю как с вами двумя бороться. Скорее всего придется вазэктомию делать, прямо у себя в кабинете, ржавым канцелярским ножом.
— Понял, не дурак. — кивнул я.
— Что-то я отвлекся. — покачал он головой. — Там в квартире запас одежды, плюс форма полицейская под твой размер, завтра к девяти явишься ко мне при полном параде, представляться, все как положено. Машину мы тебе подогнали, ключи и документы тоже в квартире, ну а холодильник сам заполнишь. И это, если соседи начнут интересоваться, кто таков. То ты получил квартиру от государства. Ты детдомовский, вот тебе ее и распределили, и ты очень этому рад.
* * *
Мы ехали еще около часа, по пути мои новые начальники давали советы и наставления. Где что находится в городе, куда лучше идти, где вечерами лучше не бывать и все в таком духе. Но стоило мне завести разговор о работе, какова оперативная обстановка? Как много происшествий происходит и какого характера? Меня тут же осекали и сказали, пока официально не вступлю в должность, то есть до завтра, сидеть на попе ровно и никуда не совать свой нос.
Возразить мне было нечего, так как я младше и по званию, и по возрасту, да и дел на сегодня, я думаю, мне и без работы хватит, а там как пойдет. Леха наконец-то свернул с трассы, мы переехали железнодорожный переезд, и я увидел стелу Болотное.
«Вот и приехали» — мысленно произнес я. Леха начал сразу проводить легкий экскурс. На въезде находилась заправка, одна из двух на весь город, и ворота, ведущие на кирпичный завод. Далее мы ехали по прямой, разбитой дороге мимо частных домов. Как я понял, почти весь город состоит из них. Высоток нет, все многоквартирные дома максимум в девять этажей. Мы проехали и мимо моего официального места работы, двухэтажное здание полиции, которое граничило с пожарной частью. Чуть дальше по дороге находился центр города, железнодорожный и авто вокзал, площадь, магазины, большой рынок. А сразу за ними, чуть в глубину, находилась и моя берлога. Три двухэтажных дома, по два подъезда в каждом, а на этаже по три квартиры. Мы заехали во двор и остановились у среднего дома. В целом дворик выглядел более чем прилично. Небольшие парковки на три-четыре машины. В середине детская площадка с песочницей, деревянной горкой, парой качель и одной старенькой каруселью. Скамейки в два ряда, а между ними столики, и за одним из них сидело три старичка, которые громко играли в домино, стуча костяшками по металлической столешнице. А под лавками у них стояли банки с крепким пивом.
— Ну вот тут теперь ты и живешь, первый этаж, квартира номер тринадцать. — улыбнулся Алексей и протянул мне ключи. — А это своя ласточка. — указал он пальцем на припаркованный у подъезда черный кроссовер.
— Нормально так. — расплылся я в улыбке. — «Субарик», «Форестер», да еще и «Эс Ти Ай»!
— Ага, он заряжен, под четыреста кобыл. Едет бодро, то, что нужно для молодого пацана, но только смотри не переусердствуй, штрафов не налови. — подмигнул он мне.
— Блин! А почему руль в бардачке? — огорчился я, посмотрев в салон через стекло.
— Это Сибирь, детка! Тут процентов семьдесят машин на правом руле, привыкай. А не нравится, эту отдашь и новую купишь.
— Ага, с такими зарплатами купишь разве что ржавую копейку. — огорчился я.
— А удостоверение тебе на что? Ты ж мент, зарабатывать можно по-разному…
— А ну отставить! — строгим голосом прервал Алексея Азиз Ильшатович. — Научишь у меня тут! И чтобы о таком я больше не слышал!
— Командор, да я же пошутил! — начал оправдываться Леха.
— Знаю я ваши шуточки, а завтра ко мне служба безопасности нагрянет! Все, поехали, время! — ткнул он пальцем в часы.
— Бывай! — махнул мне Леха и залез в салон.
— К девяти и без опозданий! — напомнил мне подполковник, усаживаясь в машину.
— Есть! — ответил я и, тяжело вздохнув, позвенел связкой ключей, подбросив ее вверх.
Мощный внедорожник Алексея выехал со двора, и я остался один, разве что кучка дедов сейчас пристально смотрела на меня, отложив в сторону свои доминошки. Но я не придал значения такому пристальному вниманию и направился к подъезду.
Входная дверь открывалась ключом, видимо, о существовании домофонов или хотя бы кодовых замков тут еще не слышали. Дверь была старой и открылась со скрипом, а вместо доводчика была ржавая пружина прибитая гвоздями. Едва я шагнул за порог, в нос ударил запах хлорки, сырости, лекарств и старости. Не знаю почему, но запах корвалола, облезлые стены, наполовину покрашенные в зеленый цвет, и отсутствующие в патронах лампочки ассоциировались у меня именно со старостью. Возможно, тому виной те деды, что сидели на лавке, отсюда и такие выводы.
Дверь в мою квартиру была прямо по коридору, я и сразу подошел к ней. По пути я сразу подметил забавный факт: первое, это то, что она единственная из трех металлическая, у остальных они деревянные и очень старые, даже в девяностые их уже пора было выбрасывать на свалку, а они все тут. А еще я почувствовал любопытство, на меня смотрели через глазки из обеих квартир. Я прямо слышал, как кто-то мнется за дверью и с интересом наблюдает за мной. Видимо, и правда тут живут одни старики. Провернул ключ, дверь отворилась, и я вошел в квартиру, захлопнув ее за собой. И, не снимая обуви, сразу прошелся по всем комнатам, по всем трем: комната, кухня и ванная, а еще крохотный коридорчик. До меня тут жил кто-то очень пожилой, об этом говорили ковры на всех стенах и на полу. Старенький диван и раскладное кресло. Допотопный телевизор, но хотя бы цветной и с пультом, правда, диагональ ни к черту. Под телевизором стояли видеомагнитофон и DVD-плеер. Плюс сервант с незатейливой посудой из хрусталя и два пустых шкафчика. На диване же лежали пакеты с одеждой и моя полицейская форма с лейтенантскими погонами. Кухня тоже не сильно порадовала: обычная электрическая плита на две конфорки, маленький обеденный стол, два комода с посудой, кастрюлями и сковородками. Электрический чайник, микроволновка и старенький холодильник, но хотя бы на две секции. Ванная была совсем маленькой, в ней полежать точно не удастся, использовать ее можно разве что как поддон для принятия душа. Тут же по соседству стоял советский унитаз и стиральная машинка, и я очень рад тому, что автомат. А то не удивился бы, если бы обнаружил стиральную доску и пару кусков мыла. В каждой комнате под белым, побеленным потолком висела здоровенная люстра со свисающими с нее стеклянными, ограненными камушками. На одной из стен висели очень странные часы, большие, из пластика покрашенного под золото и выглядели прям как наручные, с расправленным браслетом. Пол был застелен линолеумом, а на кухне еще и подпол имелся.
— М-да-а-а-а. — протяжно произнес я, присаживаясь за кухонный стол. — Не Москва-Сити, конечно, но жить можно.
За моей спиной на стене висел календарь за две тысячи семнадцатый год, видимо, с того самого года тут никто и не живет. Об этом говорило огромное количество скопившейся вокруг пыли. На столе передо мной лежал черный кейс, он был закрыт на обычную пряжку, отщелкнув которую, я начал перебирать содержимое. Документы, свидетельство о рождении, СНИЛС, диплом, аттестат, водительские права, страховка и прочая бумага. Конверт с наличкой, открыв его, я порадовался виду пачки пятитысячных купюр. В конверте было двести тысяч, это выделили мне на обустройство, чтобы купить то, что требуется, да и в целом на первое время. Еще внутри лежал добротный кожаный кошелек с банковской картой. Ключи от машины, два мобильных телефона, основной и запасной. Ноутбук, что служил способом связи и получения информации. Два пистолета для работы, револьвер со специальными патронами для разных ситуаций и старый добрый «Стечкин». Плюс парочка добротных ножей, дополнительное оружие и снаряжение можно будет получить по запросу.
— Пу-пу-пу. — задумчиво произнес я, осматривая квартиру. — И что делать? — спросил я сам у себя, проведя пальцами по некогда белой стене и увидев на ней четкую полосу, а подушечки пальцев почернели.
Задача была простой: для начала нужно все отмыть и очень хорошо. Вода в квартире была, электричество тоже, а это уже половина дела.
Включив телефон, я сразу создал в нем заметку и начал составлять список покупок. Для начала прошелся по чистящим средствам, затем гигиена, зубные пасты, станки для бритья, полотенца и прочее. Далее пища, тут я решил импровизировать и разобраться на месте. А еще дописал хороший моющий пылесос. Пока составлял список, настроение немного улучшилось. Все же это что-то новенькое, ведь я никогда ничем подобным не занимался, только учеба, учеба и еще раз учеба. А тут сижу как обычный человек и список покупок составляю. А сейчас сяду за руль и поеду в торговый центр и куплю себе чего-нибудь вкусненького. Классно же!
Включив перед уходом в розетку холодильник, чтобы тот начал вырабатывать холод, я взял документы на машину, права, паспорт и уложил их во внутренний карман. Также закинув в кошелек сто тысяч наличными, прихватил ключи и направился на выход.
Открыв входную дверь, я застал занятную картину. Прямо за дверью стояла пожилая женщина, и, судя по всему, она прислушивалась к тому, что происходит внутри. Выглядела она весьма обычно: покрытый разноцветными узорами махровый халат, домашние пушистые тапочки. Крашеные волосы, собранные в пучок на макушке, очки в тонкой оправе, висящие на самом кончике носа. Морщинистое лицо, тонкие губы, подведенные красной помадой, и красный маникюр, причем ногти были весьма длинными, прям как у Алексея, когда он обращается в зверя.
— Вам чем-то помочь? — вежливо произнес я, наблюдая за тем, как женщина испытывает неловкость.
— Да, будьте добры объяснить, кто вы таков?! — встав ровно и подняв очки до переносицы кончиком ногтя, вальяжно произнесла женщина.
— Э-э-э-м-м, с чего бы? — нахмурив брови, уточнил я.
Меня так и подмывало захлопнуть дверь перед носом соседки. А еще лучше пригрозить ей, чтобы нос в чужие дела не совала и послать куда подальше. Но Малышев сказал учиться общаться с людьми.
— Ну как же?! Явились тут средь бела дня! Вломились в чужую квартиру! Хозяйничаете там! Гремите чем-то! И вообще, я сейчас полицию вызову, пусть они с вами разбираются! — гордо заявила она, словно я в ее квартиру вломился.
— А это ваша квартира? — как можно вежливее спросил я.
— Нет, не моя. Раньше тут Лидия Афанасиевна жила, но померла уж лет десять как. Ее дети, непутевые спиногрызы! — со злостью прошипела она. — Квартиру продали, вот она и пустует с тех пор!
— А я так понимаю, вы живете по соседству? — уточнил я, заметив, что дверь в соседнюю квартиру приоткрыта.
— Все верно, Аглая Ярославовна я. Между прочим, я старшая по подъезду! И поэтому обязана быть в курсе всех дел! — гордо заявила она, поправив очки.
— Ах вот оно что. — наигранно улыбнулся я. — Раз вы старшая по подъезду, то позвольте представиться. Зовут меня Адам, Иванов Адам Викторович. — поправился я. — Эту квартиру мне выдало государство, так как я вырос в детском доме. А еще вы говорили про полицию, так вот, хочу вас порадовать или огорчить, тут все зависит от вашего отношения к сотрудникам полиции и закону в целом. Я ваш новый участковый, с завтрашнего дня вступаю в должность.
— Это же совсем меняет дело! Рада вас приветствовать, Адам Викторович, и добро пожаловать в наш дружелюбный коллектив. Соседи у нас все хорошие, добрые, отзывчивые, все мы тут живем душа в душу, как одна большая семья! — радостно произнесла она. — Правда, вот Федор Кузьмич со второго этажа, с семнадцатой квартиры, счетчики отматывает и ружье незарегистрированное в шкафу прячет. Ленька из соседнего дома женку свою поколачивает по пьяни. — шепотом добавила она. — А еще!
— Услышал вас, Аглая Ярославовна, завтра же, как в должность вступлю, со всем и разберусь, а пока мне пора бежать. — прервал ее я и захлопнул за собой дверь. Чувствую, это соседство выйдет мне боком. Но зато буду в курсе всей оперативной обстановки в своем доме или всего района.
Выйдя из подъезда, я сразу подошел к машине и сел в нее.
— Бли-и-н! — ударил я себя ладонью по лбу, поняв, что сел на пассажирское сиденье, а руль справа.
Не вылезая из салона, просто перебрался на место водителя и завел машину. Двигатель завелся с пол-оборота, а басовитый выхлоп заставил вздрогнуть от неожиданности.
— Ух! Зверюга! — похлопал я машину по рулю в предвкушении первой поездки.
Машина оказалась реально хорошей, управляется так, словно едешь по рельсам, а как ускоряется! Чуть утопил педаль газа в пол, и она готова сорваться в юз, пробуксовывая всеми четырьмя колесами. Уж не знаю, на что рассчитывал Леха, подбирая мне такую машину, на мою скоропостижную кончину из-за аварии или просто порадовать, но спасибо ему за это. Машину я вожу просто отлично, у нас и экзамен по экстремальному вождению был. А там и на быстрых и медленных грузовых, легковых и даже мотоциклах гонять приходилось.
Первый поход в магазин как очень сильно порадовал, так и очень сильно огорчил. Я, словно сорока бросался на блестящее, греб в тележку все, что только видел, мне хотелось всего и вся. Я нагрузил ее до такой степени, что она едва могла ехать, колесики начали скрипеть, а продукты постоянно вываливались, и мне приходилось их подбирать.
Но на кассе же мне здорово щелкнули по носу. Итоговая сумма составляла восемьдесят семь тысяч, я аж чуть не выругался матом. Но заднюю давать не стал, оплатил все наличкой и взял чек, посмотреть, сколько что стоит, чтобы больше так не наглеть. А то ходил брал все подряд и на цены не смотрел, ну разве что пылесос был дорогим, почти двадцать тысяч, но он явно того стоил.
Загрузил все покупки в машину и поехал домой. Настроение немного испортилось, нужно будет озадачиться вопросом финансовой грамотности и планированием бюджета. А то придется ходить на охоту и рыбалку, чтобы добыть пропитание, не идти же на поклон к начальству, стыдно и недостойно. Размышляя о деньгах, я спокойно ехал домой, и тут передо мной со второстепенной дороги вылетела дорогая Тойота Камри, подрезала и резко ударила по тормозам. Я успел среагировать и увернуться в сторону. Но так как впереди была встречная полоса, дальше я не поехал и встал на месте. Все двери впереди стоящей машины распахнулись, и из нее вылезло четверо здоровенных амбалов. Смотрели на меня, лица недовольные, я бы даже сказал злые. Водитель начал рассматривать переднее левое крыло своей машины. А потом, негодуя, сплюнул в сторону, пнул колесо и направился ко мне.
— Ну куда ты прешь, баран? Что, не видишь, кто едет?! — громко ругался он, а его дружки тем временем начали обступать машину со всех сторон.
— Вот и дождались! Автоподставщики классические! Знаем, проходили. — иронично произнес я, улыбаясь во все тридцать два зуба, все же первые разборки, аж настроение поднялось.
— Чего ты там лыбишься! Выходи давай! Иди посмотри, что ты там натворил?! — продолжал возмущаться водитель, остановившись напротив моей двери.
Едва я приоткрыл дверь, как почувствовал отчетливый запах зверолюда, отчего мое настроение улучшилось еще сильнее.
Глава 5
Едва я вышел из машины, как гоп-компания обступила меня с четырех сторон, и понеслось.
— Ты куда ехал?
— Ты на дорогу вообще смотришь?
— Ты смотри какую царапину оставил!
— Парни, парни! Я же по главной ехал, это ваша ошибка! И касания не было, царапина, видимо, уже была. И вообще, давайте ГАИ вызывать, пусть они разбираются. — попытался возмутиться я.
— По какой главной?
— Ты что, предъявить нам хочешь? Ты кого тут косяками называешь?
— Еще и мусарнуться решил?
— Так правильные пацаны не поступают!
— Что значит «царапина была»? Ты что, меня балаболом назвать хочешь? Предъявить мне решил? А за базар-то отвечаешь?
— Ты же с виду ровный парень, бричка у тебя вон какая бодрая! По-любому монета на кармане имеется. Мы сейчас на стрелу едем, и времени тут стоять и базарить у нас нет. Так что кинь двадцатку деревянных за ущерб и езжай с миром!
А парни молодцы, ничего не скажешь, сразу видно — профи! Обступили, плечами толкают, давят и, главное, рта открыть не дают. Для обычного человека оказаться на моем месте тот еще стресс, и однозначно нередко им платят. Эта царапина на машине может заработать еще на одну такую же.
Но я на их угрозы не реагировал, а пытался понять, кто же они. От парней сильно несло табаком, алкоголем, ментоловыми жвачками, потом, дезодорантом и дешевыми духами. Сквозь этот коктейль сложно было учуять их истинный запах, точнее, я уже понял, что это кто-то из семейства собачьих, запах псины ни с чем не спутать. Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, я прислушался к обонянию, и ответ всплыл в моей голове.
Плут! Вся четверка состоит из хитрых плутов! Ох уж эти хитрые лисы! Подобные разводки — это их хлеб. Если взять всех самых успешных жуликов за всю историю, то эта компания на восемьдесят процентов состоит из плутов. Такая вот у них жизнь, как зверолюды они достаточно слабые на общем фоне, но далеко не безобидные. Правда, к силе прибегают зачастую от отчаяния, когда их зажимают в угол. Но зато наделены недюжинным умом, к сожалению, заточен он только под обман. Разводки, мошеннические схемы, фокусы, карты, лохотроны и даже казино — это все их детище.
Но работают они осторожно, опасных зверолюдов стараются обходить стороной, чтобы не получить за свое мошенничество. Зато людей любят всем сердцем, ведь это их основной хлеб.
— Мужчины, сегодня не ваш день! Ибо вам очень крупно не повезло! — громко заявил я, прервав их тирады.
— Чего? Это еще кому не повезло?
— Паря, а ты ничего не попутал?
— Может это, хочешь на лес из багажника посмотреть? — тут же стали запугивать меня.
— Это вы попутали, псы позорные!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
