— Попроси у папы.
Дочь удивленно приподнимает брови.
— В смысле?
— В прямом, Алин. У меня сейчас нет лишних денег.
— Ну конечно! — она закатывает глаза. — Теперь ты будешь из-за папы на мне отыгрываться!
Чувствую, как внутри начинает закипать злость.
— Алина, я на тебе не отыгрываюсь. Твой отец снял с нашего накопительного счета почти восемьсот тысяч. Ты об этом знаешь?
Дочь пожимает плечами.
— Ну и что? Он же сам их заработал.
Несколько секунд просто смотрю на нее.
— А я, значит, ничего не делаю?
— Мам, ну ты же дома сидишь и отдыхаешь!
Вот как, значит. Дома сижу. Девять лет стираю, готовлю, убираю, занимаюсь детьми, а оказывается, просто бездельничаю. И это говорит моя собственная дочь.
— Алина, кто тебе сказал, что это только папины деньги?
— Никто! Я сама понимаю. Папа работает, а ты нет.
Мне даже смешно становится. Интересно, она в курсе, что фирма вообще-то досталась мне от моего отца? И что Андрей сам когда-то работал у моего папы наемным сотрудником? Что мы вместе, когда-то построили этот бизнес, и только потом я ушла в декрет.
— Твой папа работает в компании, которую основал дедушка. И часть этой компании принадлежит мне.
Алина недоверчиво смотрит.
— Ну да, конечно. Ты же ничего там не делаешь.
— Потому что твой отец занимается управлением. Мы с ним так договорились.
— Мам, ну хватит уже! — раздраженно восклицает дочь. — Папа же сказал, что будет помогать. Зачем ты все усложняешь?
— Помогать кому? Собственным детям?
— Да какая разница!
— Большая, Алина. Очень большая.
Дочь хватает со стола телефон.
— С Олесей хотя бы нормально поговорить можно. Она не придирается к каждому слову!
Снова эта Олеся. У меня в ушах начинает звенеть.
— Значит, ты собираешься и дальше с ней общаться?
— А почему нет? Она мне ничего плохого не сделала!
— А мне?
Алина недовольно морщится.
— Господи, мам. Ну она же не специально в папу влюбилась! Так бывает!
— Бывает, — киваю. — Только нормальные люди сначала заканчивают одни отношения, а потом начинают другие. А не заводят любовницу за спиной у жены.
— Опять ты все перекручиваешь!
— Что именно я перекручиваю, Алина? Твой отец три месяца мне изменял, а ты знала и молчала!
— Потому что он попросил!
— И ты согласилась!
— Да! Потому что я хочу, чтобы папа был счастлив!
Мне становится трудно дышать.
— А я, Алина? Я тоже хочу быть счастливой.
Дочь смотрит на мои слезы и морщится.
— Ну вот опять! Мам, ты взрослая женщина, а ведешь себя как маленькая. Папа тебя больше не любит. Смирись уже!
Закрываю глаза.
Мне хочется накричать на нее, сказать, сколько всего я сделала ради нашей семьи. Сколько ночей не спала, когда она болела, сколько раз отказывала себе в покупках, чтобы дети ни в чем не нуждались.
Но разве это можно объяснить пятнадцатилетней девочке, которая считает, что мама просто сидит дома?
— Алина, иди в школу, — прошу сипло.
— Да я и так собиралась!
Она хватает рюкзак, но возле двери останавливается.
— И вообще, папа сказал, что ты сама все портишь! Он не собирается нас бросать, а ты хочешь разводиться!
— Я не собираюсь жить с мужчиной, который мне изменяет.
— Значит, сама виновата, что мы разводимся!
— Кто разводится? — раздается за моей спиной.
Оборачиваюсь.
Миша стоит в дверях с рюкзаком на одном плече. Смотрит сначала на меня, потом на сестру.
— Мам, вы с папой разводитесь?
Я открываю рот, но Алина меня опережает:
— Да, Миш. Папа больше маму не любит. Поэтому они разводятся.
— Алина! — кричу так громко, что дочь вздрагивает.
— Что?! Он все равно узнает!
— Выйди сейчас же!
— Да пожалуйста!
Она хватает куртку и вылетает из квартиры, громко хлопнув дверью, а я смотрю на сына.
Миша стоит посреди кухни и не двигается. Глаза у него огромные, губы дрожат.
— Мам, это правда?
Подхожу к нему, присаживаюсь на корточки.
— Солнышко, послушай меня...
— Папа нас больше не любит?
— Нет! Конечно, любит! Вас с Алиной папа очень любит.
— А тебя?
Не знаю, что ответить.
Я ведь до вчерашнего вечера была уверена, что Андрей меня любит. А оказывается, он давно живет со мной из жалости.
— Миш, иногда взрослые перестают понимать друг друга.
— А если я с папой поговорю? — сын смотрит на меня с надеждой. — Попрошу, чтобы он тебя опять полюбил?
И тут меня окончательно прорывает.
Обнимаю сына, прижимаю к себе. Слезы текут по щекам, а я ничего не могу с ними поделать.
— Не надо, зайчик. Мы сами разберемся.
— Но я хочу, чтобы папа домой вернулся!
— Я знаю, милый.
— А ты его простишь?
Вчера я бы, наверное, простила. Если бы Андрей пришел, обнял меня и сказал, что совершил ошибку.
Но он ведь даже не считает себя виноватым.
— Не знаю, Мишенька.
Сын обнимает меня за шею.
— Мам, не плачь. Я тебя всегда буду любить.
Господи, какой же он у меня хороший.
И как несправедливо, что девятилетнему ребенку приходится утешать собственную мать.
После того как отвожу Мишу в школу, возвращаюсь домой и впервые за много лет не знаю, чем себя занять.
Грязная посуда стоит в раковине, на сушилке висит белье, в холодильнике лежит вчерашняя курица, которую я собиралась испечь для Андрея.
Все как обычно.
Только ничего уже в моей жизни не обычно.
Беру телефон, открываю нашу переписку с мужем. Последнее сообщение от него вчера утром. Просил приготовить белую рубашку.
Листаю выше.
«Купи маме таблетки».
«Забери костюм из химчистки».
«Что на ужин?»
И почти ни одного сообщения, где он интересуется мной.
Когда мы перестали разговаривать о чем-то, кроме бытовых дел? Почему я этого не замечала?
Потому что считала, что так и должно быть. Семья ведь не только поцелуи и свидания. Это еще дети, работа, ипотека.
Андрей, оказывается, другого мнения.
Захожу в галерею, открываю фотографии с прошлогоднего отпуска. На одной мы сидим на берегу моря, муж обнимает меня за плечи. Я улыбаюсь, уткнувшись носом ему в шею.
Помню тот вечер. Мы пили вино на балконе номера, обсуждали, как закроем ипотеку. Я рассказывала, что хочу вернуться к дизайну, а Андрей обещал помочь.
Он тогда сказал, что у нас все впереди.
Получается, врал?
Или уже тогда разлюбил, но терпел из жалости?
Закрываю галерею и откладываю телефон.
Нет, не могу сейчас в этом копаться. Иначе совсем с ума сойду.
Смотрю на часы, у Миши сегодня плавание, нужно забрать его после уроков, покормить и отвезти на занятия. Достаю с сушилки полотенце, складываю плавки, шапочку и очки.
Возле школы, как обычно, толпятся родители. Кто-то обсуждает домашние задания, кто-то разговаривает по телефону. Я машинально здороваюсь со знакомой мамой из нашего класса и жду, когда сын спустится. Но время идет, а его все нет. Вот уже дети совсем перестали выходить из школы, и из родителей я осталась одна.
Набираю учительницу.
— Елена Николаевна, здравствуйте. А Миша где? Вы его задержали?
— Виктория Сергеевна, добрый день. Разве папа вам не сказал?
У меня внутри что-то неприятно сжимается.
— Что не сказал?
— Михаил после третьего урока пожаловался на боли в животе. Мы отправили его к медсестре, она осмотрела и сказала, что лучше забрать ребенка домой.
— И почему мне никто не позвонил?
— Так Михаил сам папе позвонил. Сказал, что тот сейчас приедет.
Слушаю учительницу, тревожным взглядом оглядывая территорию школы.
— Подождите. Андрей его забрал?
— Я сама не видела. Миша сказал, что отец уже подъехал. Мы попросили его подождать в раздевалке, пока взрослые уточнят, но когда пошли за ним, его там уже не было. Я думала, он вышел к папе.
Чувствую, как холодеют руки.
— Вы отпустили больного ребенка одного?!
— Виктория Сергеевна, он не должен был выходить. Мы сейчас как раз собирались вам звонить.
Не слушаю дальше. Выключаю вызов и набираю Андрея.
Идут длинные гудки.
Не отвечает.
Пробую еще раз.
Сбрасывает.
Господи, да что же это такое!
Набираю в третий раз.
Наконец слышу раздраженный голос:
— Вика, я занят! Сколько можно названивать?
— Андрей, Миша у тебя?!
— Что?
— Ты забрал его из школы?
Муж недовольно выдыхает.
— Вик, ты издеваешься? Я на работе. Какая школа?
Сердце начинает колотиться так сильно, что закладывает уши.
— Андрей, у Миши заболел живот! Он звонил тебе, чтобы ты его забрал!
— Мне никто не звонил!
— Как не звонил?! Он сказал учительнице, что ты за ним приехал!
На другом конце повисает тишина.
— Вика, — голос мужа становится напряженным. — Я сегодня вообще с ним не разговаривал и уж тем более не видел Мишу.
Внутри все переворачивается, аж сердце замирает.
— Тогда, где он? — спрашиваю скорее у себя, чем у него.
— Откуда я знаю?! Ты мать, ты должна была его забрать!
Телефон едва не выскальзывает из руки.
— Андрей, нашего сына нет в школе! — кричу, уже не обращая внимания на окружающих. — Его никто не забирал, а сам он куда-то ушел!
— Что
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
