Перейти к содержанию

Имран. Заберу тебя себе — книга №1 серии «Братья Карахан»

Автор:

Категория
Современные любовные романы
Серия
Братья Карахан · книга №1
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
13.11.2026

Аннотация

— Какого лешего ты женился на дочери Абрамова, брат? — Какого черта ты затащил ее в свою кровать, Имран? — Да откуда я мог знать, что она теперь твоя жена?! — Не жена. Это она так считает. Насолить Абрамову решил. Старик палки во все колеса ставит. — Идиот. А дочь тут причём? — Пусть теперь головой думает и под ногами не мешается. — Алина перепутала нас! — Естественно. Мы же близнецы. Я свое дело выполнил, Имран. Пользуйся, а потом выброси. Никто тебя не тронет. Слово даю. ***** Два брата. Две одинаковые улыбки. Один женился на дочери врага, чтобы насолить старику. Второй оказался с ней в постели по ошибке. Когда месть становится игрой без правил, кто останется стоять, а кто сгорит первым?

Читать «Имран. Заберу тебя себе» — Лена Голд онлайн

Страница 2 из 4

— Ладно. Я отлучусь немного.

Он выходит, захлопывает дверь. Я остаюсь одна.

Вокруг такой гул… А в моей голове — хаос. Я должна выйти на работу. Или хотя бы сообщить, что несколько дней меня не будет. Потому что, уверена, отец будет меня искать. Зная его, он сейчас горит желанием найти меня и наказать.

Не имею ни малейшего представления, как он отреагирует, когда узнает, что я вышла замуж за другого. Наверное, инфаркт хватит.

На стекле собирается пыль. Наблюдаю за прохожими с усмешкой. У каждого свои дела… Будь это нормальный день, я бы сидела у себя в кабинете и рисовала эскизы. Или спорила бы с коллегами. Теперь я просто прячусь. Не зная, как сложится моя дальнейшая жизнь.

Безумно устала. Мне бы сейчас закрыть глаза и немного отдохнуть. Но боюсь, что меня найдут, пока я сплю.

Через какое-то время Имран возвращается. Такое спокойное выражение лица. Словно это самый обыкновенный день в нашей жизни.

Он смотрит куда-то за мое плечо, стоя напротив авто, потом коротко отвечает в трубку:

— Да. Вижу. Сейчас подойду.

Я поворачиваюсь к окну.

На другой стороне парковки останавливается белое такси.

Имран идет к нему, расправляет плечи и принимает у водителя небольшую спортивную сумку. Что-то говорит, кивает и возвращается.

Он кладет доставку на капот, расстегивает молнию. Несколько секунд роется внутри. Такой нахмуренный, сосредоточенный.

Потом поднимает взгляд на меня, чуть усмехается.

— Все чисто, — говорит, открывая дверь. — Без бомб.

Теперь я смотрю, что мне отправили.

Внутри — мой ноутбук. Телефон. Папка с документами. Мой последний проект. Украшения. И пачка денег.

Пахнет духами мамы.

Она положила абсолютно все, в чем я могу нуждаться. Даже наличные, ровно перевязанные резинкой.

Горло сжимает спазм.

Я представляю, как она все это собирала. Как плакала. Наверняка радовалась, что я буду счастлива.

Я закрываю сумку, аккуратно кладу на заднее сиденье.

Мы трогаемся с места.

— Мне нужно купить сим-карту. Остановись у нужного салона, пожалуйста, — прошу спустя несколько минут.

— Хочешь изменить номер? А как же работа?

— Я свяжусь с нужными людьми сама. Лучше так, чем если меня найдут люди отца.

— Уверена?

— Абсолютно.

— Ладно.

Мы едем уже почти час. Я успеваю написать маме и сестре с нового номера. И коллеге говорю, что пару дней меня не будет. Я никогда не прогуливала работу, поэтому лишних вопросов не задают. Если меня нет, значит, есть веские причины.

Отключаю мобильный.

Машина плавно замедляется, останавливается напротив высокого шлагбаума. К авто подходит охранник, коротко кивает Имрану — без слов.

Шлагбаум поднимается, и мы заезжаем внутрь.

Я буквально попадаю в другой мир.

Высокие корпуса с панорамными окнами, ровные аллеи, фонтаны, идеально подстриженные кусты.

На тротуарах — ни пыли, ни мусора. Даже воздух пахнет иначе.

По двору тихо движутся электрокары, у подъезда — консьерж в безупречной форме. Я впервые понимаю, что значит «элитный жилой комплекс». Мы всегда жили в частном доме, чуть дальше от центра города.

Имран паркует машину прямо перед входом. Выходит, открывает с моей стороны.

— Приехали, — говорит коротко.

Я выхожу, запрокидываю голову.

Здание огромное — стекло и бетон, устремленные вверх, как что-то живое. Ни одной выбоины, ни одного лишнего звука. Все идеально. Даже слишком.

Входим в холл.

Пахнет деревом и свежими цветами. На стенах мягкие панели, на полу — белый мрамор.

Администратор у стойки здоровается по имени.

Имран кивает, не замедляя шага. Его ладонь уверенно лежит на моей спине.

Лифт — зеркальный. В нем играет едва слышная музыка.

Кнопка пятнадцатого этажа светится мягким золотом.

Вижу в отражении себя: волосы растрепаны, глаза усталые, а под ними образовались темные круги, которые видны даже сквозь тональный крем.

Однако я неуверенно улыбаюсь. Потому что не знаю, что чувствовать: благодарность Имрану за помощь или настороженность.

Створки расходятся. Мы выходим в просторный холл с мягким ковром.

Имран открывает массивную дверь из темного дерева.

Захожу внутрь, дальше.

Квартира огромная. Высокие потолки, панорамные окна в пол, за которыми — город в огнях. Интерьер сдержанный, но дорогой: серые стены, дерево, мрамор, мягкий свет.

Большая гостиная переходит в кухню: барная стойка, кофемашина, книги на полке, несколько картин без рам.

На полу — ковер, по которому хочется ходить босиком.

Все настолько аккуратно, что мне кажется, будто я вошла не в дом, а разглядываю дизайн в журнале.

Имран смотрит на наручные часы.

— В холодильнике есть еда, в спальне — ванная.

Он поворачивается ко мне, и в его голосе нет ни тени мягкости — просто факт.

— Ты…

— Мне нужно уехать по делам, — перебивает. — Буду через несколько часов.

Разворачивается и без слов уходит.

Все как-то странно. Да, он звонил, проявлял знаки внимания. Буквально несколько часов назад говорил о моей девственности. А сейчас… Просто взял и ушел.

Может, не хочет воспользоваться ситуацией? Может, ждет, когда я буду готова?

Наверное. Если это так — я благодарна ему вдвойне.

Аппетита нет. Поэтому, выпив стакан воды, иду в спальню. Достаю из шкафа одну из рубашек Имрана и отправляюсь в ванную. Всего одна зубная щетка. Все мужское — гель для душа, шампунь, даже разные кремы. Никакого признака того, что здесь бывает женщина.

Он говорил, что живет один. Не врал.

Приняв душ, сушу волосы и возвращаюсь в гостиную. Включаю телевизор. Услышав щелчок, встаю. Кто-то открыл дверь.

Имран? Так быстро?

Встав, тяну подол рубашки вниз.

Да, это он, но… переоделся? И волосы сейчас аккуратные, но взгляд… Слишком усталый.

— Ты еще кто такая? — громом гремит его вопрос.

ГЛАВА 4

Имран

Стройплощадка гудит ровным, деловым гулом. Воздух — плотная смесь цементной пыли, раскаленного металла и едва уловимого аромата духов от моей рубашки. Контрасты, ставшие нормой.

— Где отчет? — интересуюсь, не отрывая глаз от графика.

— Через десять минут, Имран Каримович. — Голос начальника участка выдает нервозность.

— Через пять. Мне нужны цифры, а не обещания.

Он, не возражая, кивает и удаляется. Взгляд скользит по бетонной панораме за окном. Пятнадцатый корпус. Фасад почти завершен, его гладь безупречна — ровная, без изъяна. Именно такой подход я ценю: выверенный порядок, минимализм в общении, никакой суеты.

Стройка — это отлаженный механизм. Ослабь контроль над одним винтиком — и вся система даст сбой.

В ухе раздается треск гарнитуры.

— Имран Каримович, поставщики из Твери. С плиткой снова перенос.

— На какой срок?

— На неделю.

— Дайте им двадцать четыре часа. После — расторгаем контракт и вносим в черный список. Они должны понимать цену наших договоренностей.

Делаю глубокий вдох. Чувствую усталость, но она того стоит — результат всегда меня устраивает.

Захожу в небольшой вагон.

Ассистент кладет на стол папку с документами.

— Пресса запросила интервью. Журнал «Бизнес-город». Готовят материал о новом жилом комплексе.

— Без персональных упоминаний. Пусть пишут о компании, о проекте. Я не медийная персона, чтобы выставлять свою жизнь и планы напоказ.

Но если бы это предложение сделали моему брату, уверен, он согласился бы сразу. Любит хвалить себя и показывать, какой он крутой. Неважно, его заслуга это или нет. Порой даже моим именем пользуется. Что вызывает раздражение и бесит ужасно. Раньше психовал, сейчас стараюсь обходить стороной. Он никогда не изменится. Легче смириться.

Возвращаюсь к изучению чертежей. На бумаге — будущее: башни, стекло, парк с фонтаном. Люди покупают не просто квадратные метры. Они покупают образ, иллюзию жизни, к которой стремятся. Моя задача — чтобы эта иллюзия была безупречной, и чтобы за красивой картинкой стояла абсолютная надежность. Мои проекты не боятся проверки временем.

Телефон коротко вибрирует. Сообщение от бухгалтерии: «Второй счет по подрядчикам закрыт. Подпись Камрана».

Хмурюсь. Кто-то явно торопится. Вечером придется разобраться — мой брат до сих пор не усвоил, где проходят границы его компетенций.

— Имран Каримович! — снова отвлекают. — Прибыла проверка из администрации!

— Пусть подождут. Сейчас не время.

Выхожу из вагона. Жара, грохот техники, сотни людей — все это часть моего мира. Мое творение. Машины разгружают панели, по периметру замерла охрана.

Поднимаю взгляд на башенные краны, упирающиеся в небо. Это и есть моя жизнь. Занимаюсь этим делом долгие годы. И, несмотря на бешеный ритм и дикую усталость — не планирую отступать. Моя цель еще не достигнута.

Телефон в кармане вибрирует. Незнакомый номер.

Беру трубку.

— Слушаю.

В ответ — тишина. Лишь короткий женский вздох, обрывающийся на полуслове.

— Алло? Я слушаю.

Короткие гудки.

Странно. Может, кто-то ошибся номером.

Снова окидываю взглядом стройплощадку. Внутри привычное, железное спокойствие. Все под контролем.

Так было, и так будет.

В офисе тихо. Потому что все знают, как я не люблю, когда сотрудники суетятся.

На столе ровно три папки — ничего лишнего. Одна по подрядчикам, вторая — отчет о поставках, третья — новая проектная смета.

До самого вечера торчу тут. Пора бы свалить домой, отдохнуть. Глаза начинают слезиться от нагрузки.

Ассистент стучит в дверь, заходит после короткого «да».

— Имран Каримович, нужно подписать документы по аренде участка.

— Давай сюда.

Беру ручку, пролистываю. Не спешу подписывать.

— Пункт тринадцатый. Убери. Не устраивает.

— Но это условие инвестора.

— Значит, ищи другого инвестора.

Он кивает и уходит. Знает ведь — спорить со мной бесполезно.

Мозг работает как часы.

На экране мигает сообщение от юридического отдела: «Согласование по Хамовническому проекту завершено».

Наконец-то. Этот проект держался на волоске месяц, но я знал, что никто не рискнет идти против меня.

К семи вечера офис пустеет.

А я торчу тут до девяти. Пока доберусь домой — будет одиннадцать.

Лифт спускает меня на подземный уровень. Гулкий звук шагов, запах бензина и холодного бетона.

Едва завожу двигатель, телефон на подставке мигает.

Отец.

— Добрый вечер.

— Здравствуй, сын. Как ты?

— Нормально, отец. Вы как?

Он никогда не звонит просто так.

— До меня дошли слухи, что у тебя появилась девушка. Когда знакомить нас собираешься, сын?

Что за бред? Откуда такая информация?

— Ты о чем?

— Не отрицай! Я сначала подумал, что это Камран… Но он сказал, что не стал бы скрывать. Поэтому…

Охренеть.

Брат живет с ними. Каждому его слову верят, хотя он далек от честности. Порой такое выдаст, что сам охреневаю. И сейчас подставил меня. Надо бы его разок наказать, чтобы пришел в себя. Так не пойдет. Я устал.

— Отец, ничего подобного нет. Если я решусь на серьезные отношения — обязательно вам расскажу. И да, познакомлю со своей спутницей.

— Ты мне не ври, ладно? Годы идут! Я внуков хочу! Ясно тебе?

— Проси у Камрана. Чего в меня вцепились? Хорош прессовать!

— В воскресенье жду вас у себя! Понял?

Отключается.

Приплыли, мать вашу!

По пути домой звоню Камрану. Он не берет трубку, чем выбешивает окончательно. Клянусь, я это дело просто так не оставлю. Где я найду женщину до воскресенья?

Уверен, завтра будет названивать мать. И устраивать мне допрос.

Только этого мне не хватало для полного счастья!

Поднимаюсь к себе. Устал как собака. Приму душ и лягу спать. Желания думать о новых проблемах, что создал собственный брат, нет. Черт знает, где он сейчас и с какой бабой шляется, раз времени ответить на мой звонок не находит. Или же специально игнорирует, зная, что я ему скажу.

Открыв дверь, захожу и вижу чужую обувь. Что за хрен?

Глаза лезут на лоб, когда передо мной оказывается незнакомая девчонка в моей же рубашке. Стройная, красивая, безумно приятная. Не похожа на одноразовых баб.

— Ты еще кто такая? — вырывается из горла.

Она распахивает глаза, а потом нервно усмехается.

Что, сука, происходит?

— Ты издеваешься, Имран?

Черт. Чер-р-рт.

А имя откуда знает? В моей жизни никогда не было много женщин. Эту я не припоминаю. В свой дом точно никого не приводил.

Или… Стоп!

Камран, мать вашу! Знает ведь, что провинился, и таким образом пытается смягчить меня?

Ну, ладно. Разрядка мне не помешает.

У тебя получилось, брат.

ГЛАВА 5

Алина

Его вопрос висит в воздухе. Острый, как лезвие.

«Ты еще кто такая?»

Сердце падает куда-то в район каблуков, которые я сняла несколько часов назад. Это шутка? Очень плохая.

Лицо Имрана — напряженное, усталое, с темными тенями под глазами. Оно не выражает ничего, кроме искреннего непонимания и раздражения. Имран смотрит на меня, как на непрошеную гостью, ворвавшуюся в его священное пространство.

Горло сжимается от обиды и внезапного страха. Неужели Имран уже жалеет о своем порыве? Решил отыграть все назад, притворившись, что не знает меня?

Нервный смешок вырывается сам собой.

Что за глупые мысли, Алина?

— Ты издеваешься, Имран?

Он делает шаг вперед. Горячая и агрессивная энергия раздражает меня. От него пахнет дорогим парфюмом. Не тем, что я чувствовала днем. Сейчас он другой.

— Я задал вопрос. — Голос Имрана низкий и ровный, без единой знакомой нотки. — Что ты делаешь в моем доме?

Я вцепляюсь в подол его рубашки, чувствуя, как краснею.

— Ты решил вывести меня на эмоции? — Голос предательски дрожит. — Забыл, что случилось в ЗАГСе? Мы сегодня расписались!

Имран замирает. Его взгляд становится пристальным, изучающим. Он всматривается в мое лицо, пытаясь лучше разглядеть в полумраке черты той, с кем разговаривает. В глазах Имрана мелькает что-то незнакомое мне. Но тут же гаснет, сменяясь странным, хищным интересом.

— Черт… — наконец выдыхает он, проводя рукой по лицу. — День был слишком долгим. Голова идет кругом.

Имран ведет себя странно. Но прежде чем я успеваю что-то сказать, он меняет тактику. Его поза преображается, напряжение уступает место расслабленной, ленивой уверенности. Он проходит в гостиную, скидывает пиджак и развязывает галстук.

— Извини. — Его голос приобретает новые, бархатные нотки. — Не злись.

Я не двигаюсь, прислонившись к стене. Что-то не так. Он другой. Более прямой, более грубый, менее... сдержанный. Но, может, так Имран ведет себя дома, без свидетелей?

— Я уже не знаю, куда мне деться, — говорю тихо. — Ты сказал ждать. Я жду. Что с тобой не так? Может, временная амнезия? Забыл, как прошел сегодняшний день? Строишь из себя… непонятно кого!

Имран оборачивается. Его взгляд скользит по мне с головы до ног, задерживаясь на голых бедрах. Под этим взглядом я снова чувствую себя обнаженной.

— Правильно делаешь, что ждешь, — ухмыляется Имран. — Даже переоделась. Удобно?

В его ухмылке отчетливо вижу что-то дикое, вызывающее.

— Я приняла душ! Сменной одежды нет! Могу снять, если не нравится, что я надела твою рубашку!

Он медленно идет ко мне. Шаги бесшумные, как у большого хищника. Я инстинктивно хочу отстраниться, но за спиной стена. Места для отступления нет.

Имран останавливается так близко, что я чувствую исходящее от него тепло.

— Не бойся, — шепчет он. — Я же не кусаюсь. Если только... ты не захочешь этого сама.

Его рука поднимается. Тыльной стороной ладони он медленно, почти невесомо проводит по моей щеке. Прикосновение обманчиво нежное. За ним стоит такая уверенная сила, что по коже бегут мурашки. Внутри все сжимается в тугой, трепещущий комок. Страх смешивается с чем-то другим. С запретным, острым любопытством.

Понимаю, чего он хочет. Понимаю и… волнуюсь.

— Я не думала, что все будет так... быстро.

Пытаюсь протестовать, но получается слабо и неубедительно.

Губы Имрана оказываются у самого моего уха.

— А я думал, — обжигает дыханием, — весь день. Тем более с момента, как увидел тебя в этой рубашке. Ты так прекрасна в своем отчаянии! Будто фарфоровая кукла, которая вот-вот может разбиться. Я ненавижу хрупкие вещи. Сразу захотелось проверить, насколько ты прочная на самом деле.

Его слова жестокие, откровенные. И в этой откровенности своя правда. Имран не притворяется благородным спасителем. Он тот, кто есть: мужчина, который увидел то, что захотел, и взял это.

Губы Имрана находят мои. Это не тот поцелуй, что я помню из наших редких встреч. Властный, но сдержанный. Нет, это — захват. Требование. В нем нет ни капли сомнения. Только голод и уверенность в своем праве.

Я отталкиваю Имрана, прикладывая всю силу.

— Стой! Так не пойдет!

Он отступает на шаг, но не выглядит рассерженным. Напротив, в глазах вспыхивает азарт.

— А как надо? — склоняет голову набок. — Объясняй. Я хороший ученик.

— Ты должен... уважать меня.

Боже, что я несу?

— Я уважаю, — парирует Имран. — Я не буду играть в нежности, если ты этого не хочешь. Но тело... твое тело хочет меня. Я это вижу. Слышу. Чувствую.