Читать «Нафеячу любовь деду» — Анастасия Иванова онлайн
Страница 2 из 4
Подхожу ближе, раздвигаю кусты руками и замечаю притаившуюся Фелицию. Она смотрит на меня снизу вверх виновато-испуганно.
— Привет, — криво улыбается.
А у меня, кажется, сердце до этого не билось, потому что сейчас оно готово вырваться из груди.
— Фелиция, — хриплю, подхватывая малышку на руки.
Внучка морщит носик.
— Фея.
Но я не слушаю. С ней на руках спешу к няньке, которая продолжает звать Фелицию.
— Таисия! Я нашёл её.
Нянька тут же выбегает мне навстречу, растрёпанная, взгляд безумный. Кидается к нам, забирает Фею у меня из рук и начинает ощупывать.
— Тася, — тихо зовёт Фелиция, — а я малину нашла.
Во время успеваю прикусить язык. Не дать крепкому словцу сорваться с языка.
Малину.
Мать её.
Фея убежала есть малину!
— Ты почему не отзывалась?! — спрашиваю строго.
Фелиция пожимает плечами, взгляд отводит.
— Испугалась, что ругаться будете.
Таисия замирает с приоткрытым ртом. Будто собиралась уже начать отчитывать, но слова застряли в горле.
Я смотрю на внучку. Ладошки в красных разводах от малины. На коленке зелёная полоска от травы. Из-за уха торчит маленький листик.
И вот на это чудо я собирался сейчас рявкнуть?
— Ругаться будем, если ты ещё раз одна в лес убежишь, — говорю как можно ровнее.
Перехватываю внучку и отточенными годами в меде и после на практике движениями ощупываю малышку.
Цела.
Выдыхаю.
Только рано.Над лесом глухо перекатывается гром. И Таисия обхватывает себя руками, чтобы скрыть дрожь, пробежавшую по телу.
Нет, Серёга, о спокойном отпуске точно можешь забыть.
Теперь у тебя в компании егоза, за которой нужен глаз да глаз, и нянька со взглядом строгой училки, но дрожащая от грозы. Не заскучаешь в ближайшие дни.
— Пойдём в дом, — подхватываю Фею и несу на руках к домику.
Таисия шагает рядом.
— Заходите.
Я успеваю спуститься на ступеньку, как мигом затянувшееся небо озаряет яркая молния. Следом новый грохот грома. И тихий, почти неслышный, но полный надежды голос:
— Сергей, вы же вернётесь?
Глава 4
— Вернусь, — отвечаю сразу. — Куда я денусь?
Таисия выдыхает, а в дом всё равно боится зайти. В отличие от Феи, которая уже чем-то гремит.
Ох и влип ты, Серёга.
Поднимаю голову к небу, откуда уже начинают падать крупные капли дождя. Ещё немного — и ливень зарядит. Удочки новые смоет с причала.
И фиг с ними, но и в озере они не нужны.
— У меня выбор небольшой: или в дом, или бежать.
— Куда?
Таисия растерянно осматривается по сторонам.
— Туда, — киваю в нужном направлении, — километров десять или пятнадцать через лес и буду в Финке.
Таисия фыркает. Наконец-то! Живая, колючая.
Резко разворачивается к дому, и коса взметается так, что её кончик почти касается моего носа. А я возьми да и поймай кончик косы.
Замирает, оглядывается, и снова этот взгляд строгой училки.
— Вы что, меня за косу только что дёрнули?
Улыбаюсь, как пацан, хотя, если честно, и веду себя сейчас не лучше.
— Не удержался, — пожимаю плечами. — Тебе что, жалко?
Слова вылетают раньше, чем успеваю заметить: вежливое “вы” будто смыло дождём.
Таисия замирает на секунду.
Гром снова перекатывается над лесом. Она едва заметно вздрагивает, и вся её строгость на миг даёт трещину.
Разжимаю пальцы и киваю на дверь.
— Иди в дом. Я здесь. Никуда не денусь.
Она смотрит на меня ещё мгновение, потом коротко кивает.
— Хорошо.
И только когда поднимается на крыльцо, я понимаю, что назад на “вы” уже как-то не хочется.
Додумать мысль не успеваю. Дождь срывается с неба резко, без раскачки, будто кто-то наверху опрокидывает ведро.
По доскам причала тут же барабанят тяжёлые капли. Где-то у воды жалобно брякают брошенные удочки.
Чёрт.
На автомате дёргаюсь в их сторону, но в этот же момент новая вспышка молнии взрывается над нашим небом. А что за молнией идёт? Пра-авильно. Гром.
Ещё не загрохотало, а Таисия уже делает шаг ко мне. Инстинктивно. Будто хочет пойти со мной. Но останавливается и смотрит на домик, где во всю наводит порядок Фея.
Да простят меня защитники природы за удочки в озере.
Вместо причала поднимаюсь на крыльцо и беру Таисию за локоть.
— В дом.
Вода стекает с её волос. Мокрый хлопок липнет к телу, так, что я слишком резко отвожу взгляд.
Подхожу к комоду, достаю два больших полотенца.
Ну что, Серёга, как учили в меде? Врачи не мужики. Вот и вспомни, что ты врач.
Мысленный подзатыльник помогает взять себя в руки. Разворачиваюсь и с холодным спокойствием протягиваю полотенца Таисии.
— Держи. Одно для волос. И переодевайся в сухое.
Киваю в сторону спальни, где, как назло, нет двери. Потому что кому она нужна в доме, где обычно живу только я?
Таисия забирает. Делает пару шагов, но замирает.
— А вы?
Выгибаю бровь.
— А я освежаюсь.
— Деда, Тасю надо веником побить.
Важно заявляет Фея, отправляя в рот печеньку. Вот же егоза! Нашла-таки.
— Зачем меня бить? — спрашивает Таисия, косясь на метлу около входа.
— Чтобы не заболела. В бане. Специальным веником, — Фея снова громко хрумкает. — Деда, у тебя же есть.
Угу.
Есть.
Только, внучка, не подкидывай мне такие советы. Небезопасно это.
Смотрю в окно, где дождь уже стоит сплошной стеной.
— Удочки, похоже, уже всё, — бормочу себе под нос.
— Что? — не понимает Таисия.
— Ничего. Дары богу моря принёс.
Таисия смотрит на меня секунду, будто решает, насколько я в себе.
Фее же совершенно не до душевных метаний няньки.
— А какао будет? — спрашивает она с деловым видом.
Снова ныряет маленькой ручкой в жестяную банку.
— Будет, — отвечаю. — Если кто-то перестанет хрустеть печеньем до ужина.
Фея молча суёт в рот ещё половину и пытается проглотить, не выдав себя.
Ну да. Договорились.
Ставлю чайник на плиту. Газ вспыхивает не сразу, только с третьего щелчка. За окном снова полосует молния, и в ту же секунду домик вздрагивает от грома.
А утром обещали солнце и жару всю неделю.
— Таисия, если сама не переоденешься, то мне придётся помочь.
— Не надо! — тихо пищит и сбегает в комнату.
В отражение окна замечаю, как она открывает сумку и с грустью смотрит на неё.
Не показалось.
Всё-таки сумка оказалась пустой.
Подхожу к комоду. Беру из верхнего ящика простую белую футболку и штаны на завязках.
— Держи. Чтобы тебя не смущать, побуду за дверью.
— Там дождь.
— Не сахарный, не растаю.
Выхожу, чтобы пресечь лишние споры. С наслаждением вдыхаю свежий воздух и аромат травы.
Кайф.
Дверь за моей спиной скрипит.
— Я всё, — негромко говорит Таисия.
Оборачиваюсь. И на секунду забываюсь.
Моя футболка доходит ей почти до середины бедра, штаны, конечно, великоваты и держатся исключительно на честном слове и завязанном шнурке. Волосы ещё влажные. Щёки чуть розовые — то ли от спешки, то ли оттого, что ей самой неловко. Лучше бы я и дальше любовался серым тяжёлым небом.
— Вернись в дом, пока снова не промокла.
Таисия заходит в дом. Я следом.
Сразу иду к кухоньке и начинаю варить какао. С дивана долетает командный голос:
— Деда, мне с пенкой.
— Слушаюсь.
— И Тасе тоже.
Киваю.
В отражении окна замечаю, как Таисия не знает, куда себя деть. И помочь хочет, но подойти не решается.
Хмыкаю.
Веселые три дня нам предстоят.
Разливаю какао по чашкам. Одну ставлю на стол, кивком приглашаю Таисию к столу. Вторую вручаю внучке.
— А печеньки? Две шутки. Хотя нет. Лучше три или четыре.
— Не треснешь? — спрашиваю я.
— Нет. У меня вместимость большая.
Хмыкаю.
Но даю три печеньки. Одну Фея тут же закидывает в рот. Жуёт, жмурится от удовольствия. А потом смотрит то на меня, то на няньку, хитро прищурившись.
— Деда, а ты Тасю сейчас целовать будешь или потом?
Кружка в руках Таисии дёргается.
Поднимает голову, и наши взгляды встречаются.
Глава 5
Таисия
Не знаю, каким чудом я вообще смогла поставить кружку обратно на стол и не расплескать какао. После вопроса Феи пальцы задрожали так сильно, что я была уверена: ещё секунда — и кружка полетит на пол.
— Зачем меня целовать? — спрашиваю осторожно.
— Чтобы ты не заболела. Меня мама всегда целует.
На последних словах голос Фелиции чуть гаснет, и я замечаю, как Сергей сжимает руки в кулаки.
— Мне уже волшебное какао помогло, — улыбаюсь малышке. — Не заболею.
— Если что, могу и поцеловать, — подмигивает Сергей. — Для закрепления результата.
— Как благородно с вашей стороны, — закатываю глаза.
— Что такое «благородно»?
— Это Тася только что назвала меня рыцарем, — подмигивает Сергей и поднимается из-за стола.
— Не придумывайте, — бурчу я, пряча глаза в кружке.
— Я? Да никогда!
— А рыцари принцесс защищают? — вдруг спрашивает Фея.
— Защищают, — не задумываясь, отвечаю, но тут же жалею об этом: интуиция подсказывает, что разговор свернул на опасную тропинку.
Фелиция переводит взгляд на дедушку, который уже достал из морозилки мясо и положил его на тарелку размораживаться.
— Деда, а Тася похожа на принцессу?
Сергей склоняет голову набок и слишком пристально рассматривает меня. Мне сразу становится не по себе — из-за своего вида, из-за того, что я в его вещах. И меня снова накрывает злостью на Катерину, которая не дала мне нормально собраться. Будто нарочно умолчала, куда именно я еду.
— Похожа, — наконец отвечает Сергей, не сводя с меня глаз.
От его голоса и такого взгляда у меня, кажется, вспыхивают щёки.
— Значит, будешь защищать, — решительно заключает Фея и поворачивается ко мне: — Теперь надо понять, какая ты принцесса. Как только закончится дождь, попробуешь петь с птицами.
Сергей откашливается в кулак, пытаясь скрыть смех. Я и сама, кажется, вот-вот расхохочусь.
— А ты какая? — спрашиваю с улыбкой.
— Я фея! — с гордостью объявляет Фелиция.
Она спрыгивает со стула и убегает в комнату. Я замечаю, как она распахивает чемодан, поставленный у стены, и из него тут же вываливаются вещи. Но нужное Фелиция всё-таки находит: прижав к груди волшебную палочку, она со счастливой улыбкой бежит обратно.
— Сейчас как нафеячу деду любовь!
И Фелиция начинает кружиться по комнате, размахивая палочкой.
Улыбка медленно сползает с лица Сергея.
— Только любви мне для полного счастья не хватало, — бормочет он себе под нос.
Фея вдруг замирает. Повторяет жест дедушки, склонив голову набок, рассматривает нас. Подскакивает ко мне, берёт за руку.
— Идём.
Я послушно встаю со стула и следую за Фелицией.
Она подводит меня к Сергею и отступает на пару шагов, снова нас рассматривает, а затем довольно улыбается. Словно сложный пазл сложился. В один прыжок малышка оказывается с нами рядом.
— Деда, дай руку, — тянется к большой мужской руке. Потом смотрит на меня: — Тася, ты тоже.
Не успеваю возразить, как Фелиция вкладывает мою ладонь в ладонь Сергея.
Его пальцы тут же смыкаются вокруг моих — крепко, горячо, уверенно.
По коже мгновенно разбегаются мурашки.
Малышка взмахивает палочкой, а потом торжественно касается наших сцепленных рук.
— И что ты делаешь? — спрашиваю с улыбкой.
— Любовь феячу! — важно заявляет Фелиция. — Теперь мы всегда будем жить вместе.
Поворачиваю голову и натыкаюсь на тяжёлый взгляд Сергея.
— Ну что, Таисия… останетесь с нами?
“С нами” — два слова, от которых внутри всё обрывается. Сергей произносит их так, будто у меня и правда может быть семья.
Однажды я упала с высоты, заработав ушиб грудной клетки, и тогда в полной мере ощутила, что такое “вышибло воздух”. Фантомное ощущение, что мне нечем дышать, ещё долго меня преследовало. Вот и сейчас снова то же чувство.
Пытаюсь глотнуть воздух, а не получается. Ещё и молния за окном сверкает. За новым раскатом грома приходит ощущение, будто всё моё тело сковало цепью.
— Тася, смотри на меня, — лицо Сергея оказывается слишком близко. Кажется, в его глазах неподдельное беспокойство: — Дыши. Давай, Тася, сделай глубокий вдох вместе со мной.
— Деда, Тасе плохо? — слышу слёзы в голосе малышки.
Мне нужно её успокоить, но, чёрт, я даже вдохнуть не могу. Хочу, пытаюсь…
Горячие губы вдруг касаются моих — осторожно, едва ощутимо.
Но этого достаточно, чтобы по телу будто пустили разряд. Картинка перед глазами больше не мутная. Сердце бьётся быстро-быстро, будто его заново дефибриллятором запустили. Дышу часто, рвано, совсем позабыв, что недавно и маленький глоток воздуха сделать не могла.
Сергей делает шаг назад. Всматривается в моё лицо, с облегчением кивает.
— Дышишь. Уже хорошо.
Глава 6
Сергей
Чёрт.
В меде нас многому учили: быстро принимать решения, не теряться, когда человеку плохо, держать голову холодной. А ещё при панике человека вообще-то нужно отвлекать словами, а не лезть с физическим контактом. Только об этом я вспомнил уже потом.
Интересно, а диагноз “старый придурок” есть?
Но, главное, Таисия дышит. Правда, взгляд такой, что ещё немного — и мне зарядят пощёчину. Честно? Заслужил.
Я бы и сам себе вмазал, потому что должен был действовать по-другому. Но, как говорится, получилось как получилось.
— Деда, — испуганно пищит Фея, спасая меня от гнева её няни, — Тасе плохо?
— Уже хорошо, — выдыхает Таисия. А потом, кажется, сама понимает, как это прозвучало, заливается румянцем и взгляд отводит.
— Прости, — успеваю сказать раньше, чем снова сморожу что-нибудь не то. — Главное, что ты дышишь.
Так себе оправдание, но какое есть.
— Ура! Волшебный поцелуй подействовал!
Фея хлопает в ладоши, скачет по домику. Выигрывает мне пару минут перед разбором полётов, а то Таисия смотрит так, что я уже готов оправдываться. Но тут Фелиция резко останавливается. Замирает с поднятыми руками, которые медленно опадают. Смотрит с широко распахнутыми глазами то на меня, то на Тасю.
— Это что, у вас теперь малыш будет?
— Чего?! — моя нижняя челюсть с грохотом падает вниз.
— Мама сказала: я появилась, когда она с папой поцеловалась.
— Ну, Катька! Она бы ещё про капусту рассказала.
Фелиция тут же цепляется за мои слова.