Судя по поведению этой напыщенной ящерицы напротив, его драконий род был не только влиятельным, но еще и мстительным. И подтверждение тому не заставило себя ждать, равно как и ответ:
– С тех самых пор, как ему отказала Эн’Лаури Дрейкон.
После своих слов он буквально пригвоздил меня к стене своим телом, выдыхая прямо в губы:
– Кто угодно подойдет, но только не он.
Ох, я бы ему ответила!
Нет!
Лучше б в лицо плюнула, если бы он меня не опередил. Грызанул за губу! Или же это несостоявшийся поцелуй? Ой, не знаю, не знаю. Хотела было рявкнуть на него. Вот только в следующий миг прозвенел звонок, сообщающий об окончании утренней трапезы.
Еще секунда, и Шуат от меня отстранился. Вторая секунда, и он поспешил скрыться дальше по коридору, пока я изумленно взирала ему вслед.
Что это только что было? Приступ ревности? Да ни в жизнь! Собственнические чувства? Сдается мне, это уже ближе к правде.
– Эн’Айри? – окликнул меня, как ни странно, брат. – Что ты здесь делаешь? Хм, и что с твоей губой?
– Ах, это? Прикусила. Нечаянно вышло… – поспешила я оправдаться, пока брательник не надумал себе чего-нибудь своим воспаленным фантазией мозгом и не доложил об этом дракомутер. Пришлось спешно миновать Райана, глядящего на меня во все глаза. Поспешила обратно к залу с расписаниями и входу в столовую, чтобы затем уже повернуть в нужном направлении.
– Тебя проводить? – бросил мне вслед родственник.
Отвечать ему на это глупое предложение не стала, только ускорилась. Ведь если бы он действительно хотел проводить, то не стоял бы на месте истуканом. Вдохнула и выдохнула от облегчения. Видимо, легко отделалась от такого грозного Шуата, припирающего меня к стене. А заодно, наконец, ощутила всю гамму эмоций от нашей миленькой стычки. Чувство страха, пришедшее на смену внезапной храбрости, запоздало догнало, заставив вздрогнуть и поежиться при ходьбе. Может быть, действительно не стоило так перегибать и салютовать ему вилкой при всех? Да еще и в платье черное нарядилась. Ох, и подсобила мне дракомутер!
Ну, ничего… Вот доберусь до чемоданчика с реагентами, и проблема, считай, решена. И даже не одна.
На этой позитивной ноте я умудрилась отправиться в учебный корпус. Поднялась на третий этаж, слегка запыхавшись. Затем прошла в правый коридор и уже на подходе к аудитории столкнулась с Раулой. Соседка, увидев мою губу, подсобила. Она полезла в карман платья и протянула мне свой кипенно-белый платочек, расшитый вензелями и красными цветочками.
Так мило с ее стороны. Милее даже котиков на аватарках. Наверное.
В общем, взяла у нее платок и благодарно кивнула в ответ. После вошла в огромное помещение с множеством сводчатых высоких окон от пола до потолка. Размером эта комната для хвостовой практики была в половину футбольного поля, никак не меньше. Оно и понятно, обучаться будем, принимая драконью ипостась. Странно только, что внутри, а не снаружи.
– Так он тебя укусил или ударил? – еле слышно уточнила Сиера. Оказывается, она успела приблизиться ко мне сзади. А когда поравнялась и встала рядом, то протянула какую-то хрустальную колбочку с круглой крышкой.
– Заживляющая губная помада, – добавила она, опережая мой вопрос.
Рыженькая приоткрыла флакончик и выжидающе уставилась на меня. А я, наконец, поняла, чего же она хочет. Отняла платочек ото рта и позволила соседке нанести на саднящую ранку какой-то сухой крем абсолютно без запаха.
– Готово, – отчиталась Сиера по завершению действа. – Даже припухлость спала.
Закончив, она вопросительно уставилась на меня. Похоже, ожидала ответа на свой вопрос.
– Я сама прикусила, – оправдалась вроде бы негромко. Решила не ябедничать.
Однако в этот же момент в аудитории наступила гробовая тишина. Меня услышали остальные драконы. Даже стоящие в стороне мужские кружки по интересам перестали о чем-то перешептываться и уставились на наше трио.
– Вот как? – По прищуренному взгляду Сиеры было видно, что она не поверила моим словам и даже слегка обиделась.
Интересно, неужели Зальц ожидала, будто я расскажу ей обо всем прилюдно, или тут же брошусь рыдать в ее дружеские объятия? Хотя грубо, конечно, получилось, это да…
– После занятий, – бросила я негромко и перевела взгляд на Раулу.
Соседки все поняли и молча кивнули.
– Ты только учти, если будешь выгораживать каждый подобный поступок, к тебе выстроится очередь из желающих, скажем так, укусить, – тихонечко предупредила рыженькая. По завершении фразы ее лицо слегка порозовело.
А я не поняла ее мотивов. Это она мне так сочувствовала или завидовала?
Несколько минут бесхитростных наблюдений за поведением Эн’Си, как я укоротила ее имя, все-таки позволили прийти к выводу, что и первое, и второе, причем в равных пропорциях.
Невольно подметила, что цвет щек смущенной соседки неплохо сочетался с бордового цвета платьем с высоким вырезом и золотым кулончиком, инкрустированным огромным рубином. Нет, правильнее сказать, рубинищем.
Кстати, да, еще одна странность, которую успела подметить. Всегда думала, что драконы из всякого там фэнтези обожают золото, по крайней мере, все фильмы, которые пересмотрела еще в детстве, об этом буквально кричали.
Но нет. Судя по увиденному, драконы и драконицы обожали не столько золото, сколько драгоценные камни, но не увешивались всякими дорогими побрякушками с головы до пят. Нет. Им достаточно было одного-двух ювелирных изделий. У мужчин, как правило, печатки под цвет волос со знаком рода, выгравированным на камне. У девушек же кулончики с маленьким таким, аккуратненьким камешком размером с грецкий орех. Реже – серьги, думаю, понятно почему.
Я же это правило напрочь нарушала и все свои драгоценности еще в самый первый день спрятала в угол бельевого шкафа в комнате общежития. Схоронила на черный день, так сказать. Вдруг найду наконец-таки нужный позолоченный чайник, похожий на бабкин, и смогу переместиться обратно в Чайнатаун, или хотя бы куда-нибудь на Землю.
Кстати, именно для этих целей в своем шкафу я держала две нижние полки пустыми, складируя туда все найденные чайнички. Правда, успехи в этом деле были почти нулевыми. За все время встретила только три похожих – и все три мимо. Сколько ни пробовала открывать их и так, и этак, и бока им терла, как волшебную лампу. Увы. Я все еще тут.
Что же насчет этого здесь, то я как раз вовремя вновь вернулась из мира грез и нехороших мыслей, чтобы обнаружить пришедшего на урок преподавателя.
Ох, что это был за индивид, вы бы знали. Точная копия маминого кумира из 80-х с одной единственной разницей. Этот был более мускулист и полноват, что ли. А так и челочка длинненькая в наличии, и пушистые каштановые волосы, шапкой облепляющие обаятельное личико с притягательными ямочками на щеках. Мамуля моя родная, с Земли, убила бы меня исключительно из зависти. Потом бы воскресила и ела поедом всю оставшуюся жизнь.
– Вы все, – начал преподаватель без предисловий, или я их просто пропустила, – отпрыски богатеньких семей, которым посчастливилось обучаться в самой лучшей академии всего Дрейконвиля.
«А как же…» – В моей голове начал созревать новый вопрос. Но ровно до следующих слов препода:
– Королевства, названного в честь одного древнего чертога на севере наших территорий. – Взяв паузу, этот мамин кумир многозначительно оглядел собравшихся.
А я невольно залюбовалась игрой солнечных зайчиков в его волосах. Ведь вся стена за спиной препода сплошь состояла из огромных полупрозрачных витражных окон, сквозь которые, помимо проникающего солнышка, виднелись белоснежные облака. Огромные белые шарики сладкой ваты проплывали куда-то вдаль мимо горных хребтов, усеивающих эту местность своими длинными цепями, отделяя друг от друга множество зеленых долин.
– Так вот, – продолжил душечка-преподаватель, слегка улыбнувшись. Правда, ехидно так, что немного портило эффект. – Именно поэтому вас, цвет нашего общества, принято беречь от всяких бедствий, чтобы, не дай Огненный, с вами что-нибудь не случилось. Например, неожиданная гроза, ураган или еще какая-нибудь напасть.
После его слов погода за окнами действительно стала портиться. Облака за считанные мгновения будто налились свинцом, превращаясь в огромные тучи, затягивающие небосвод плотным покрывалом. Следом поднялся ураганный ветер, заставляя стекла вздрагивать и дребезжать в деревянных ставнях.
А я действительно перепугалась не на шутку.
«Ох, только бы не гроза, только бы не гроза, только бы не гроза! – повторяла в уме, как мантру. – Только бы не она!»
Я внутренне взмолилась и стала оглядываться по сторонам, в надежде найти, куда бы спрятаться, чтобы мое позорное поведение никто не увидел. Еще с самого детства я не боялась ни насекомых, ни змей, ни даже крокодилов с их безобразными зубастыми пастями. Но стоило услышать звук грома, как слезы непроизвольно наворачивались на глаза, и начиналась противная дрожь по всему телу… Слабость и паника случались уже после.
А тут еще и преподаватель решил начать с моей персоны для прилюдного бичевания:
– Итак, наш первый альбинос в истории из уважаемой семьи Дрейкон. – Он указал пальцем в мою сторону, подзывая к себе. – Начнем, пожалуй, с вас.
В этот самый миг за его спиной сверкнула наистрашнейшая молния, означая начало настоящего ливня. Раскаты грома были уже на подходе. А я не нашла ничего лучше, чем жутко разозлиться и прореветь на всю аудиторию:
– Я не альбинос! Я Эн’Айри! Эн’Айри Дрейкон!
Смена человеческой формы на драконью ипостась не заставила себя ждать. Вот только теперь, как бы сильно не грохотало за окном, мне почему-то не было страшно. Ничуточки. Лишь злость застилала глаза, но это мелочи.
– Посмотрите на себя в зеркало. Вы белая драконица, первая в истории, и все еще утверждаете, будто не альбинос? – откровенно потешался преподаватель, продолжая легонько отступать назад, к середине зала, и подзывать меня к себе.
Естественно, я затопала к нему, заставляя пол под ногами студентов содрогаться. Привычные к такому одноклассники стояли спокойно, даже не шелохнувшись.
Еще через несколько крупных шагов я отошла от остальных на достаточное расстояние, и случилось то, ради чего меня и позвали. Я попала в магическую ловушку, начерченную на полу. Сдерживающее заклинание сковало драконье тело и крылья, позволяя двигать только хвостом.
Далее началась сама суть занятия. Преподаватель стал атаковать, заставляя каменные штыки буквально вырастать из пола. И мне пришлось отбиваться единственным доступным оружием.
– Неужели даже альбинос Дрейкон из семьи фельдмаршала нашей армии столь слаба, чтобы выпутаться из подобной ситуации? – подначил меня совсем не душечка кумир. Кажется, его звали Ан’Урдо. Да я бы непременно буковки в его имени переставила и произнесла это вслух. Вот только цензура вряд ли позволит. Но, увы, сколько бы я ни махала хвостом, каменных штыков, царапающих кожу, становилось все больше и больше. И в какой-то момент попросту не выдержала и дыхнула на пол своим столь же белым пламенем, как и я сама, правда, с синими языками на концах.
Магия мигом растаяла, и я освободилась, чтобы броситься на удивленного препода. Обдав его своим пепельным дыханием, в последний миг одернула ипостась, чтобы его не укусить.
И вновь вмешался этот Шуат. Он попытался цапнуть меня за загривок и прижать к полу. Вот только в этот раз я оказалась проворнее и, раскрыв крылья, метнулась в сторону за секунду до этого.
– Достаточно! – наверняка, раз в пятый крикнул преподаватель. Но меня было уже не остановить. Я буквально взбунтовалась и потребовала к себе уважения:
– Я не альбинос! – взревела своей драконьей глоткой на всю залу и клацнула челюстью в сторону Шуата. – А ты, если будешь еще мне угрожать, получишь в ответ!
Все. На этом терпение преподавателя, видимо, кончилось, и он, применив магию отмены, заставил нас обоих сменить ипостась на человеческую.
– К ректору! Оба! – взревел Ан‘Урдо, перекрикивая гул за окном и дребезжание стекол в окнах за нашими спинами.
Мне вновь стало страшно до чертиков из-за непогоды и грозы. Вот только мой всхлип и плач были восприняты не как страх, а как обида, поэтому препод все-таки смягчился:
– Ладно, на этот раз прощаю. Но чтобы больше никакой агрессии по отношению к преподавателям и студентам, и без непослушания. Иначе мне придется записать вас еще и на курсы психического контроля в ипостаси.
Но меня это ничуть не успокаивало, увы. А тут и еще одна вспышка молнии подоспела. Я взвизгнула, и сама непроизвольно бросилась в объятия к своему врагу номер один. Запрыгнула на ручки к третьему отпрыску семейки Райхон, все-таки заявившемуся на занятие.
К чести Шу, он меня поймал, не сказав ни слова.
– Ан’Шуат, – недовольно проворчал Урдо, – проводите аль… Эн’Айри в ее комнату.
– Будет сделано, – согласился этот гад, крепче стискивая меня, ревущую и трясущуюся от страха.
Какой позор! Надо же было так подставиться…
Глава 2. Странный разговор
Не знаю, какая муха меня укусила, но едва мы оказались в коридоре, я вдруг вновь подняла руки вверх и вцепилась в его шею, пряча зареванное лицо за упавшими вперед и совсем разлохмаченными волосами.
И снова грохот за окнами коридоров заставил меня икнуть в голос.
– Что с тобой? – вкрадчиво уточнил экс-жених. – Неужели было так больно?
В ответ лишь стиснула зубы и устроила щеку поудобнее на его жесткой форме – кителе, точнее, пиджаке, застегнутом на все драгоценные пуговицы по самое горло.
Тело прошибла крупная дрожь со следующим протяжным раскатом после мигнувшей за окном двойной вспышки.
Не знаю, какие выводы он сделал из-за моего поведения, но вопросов больше не задавал и лишь ускорился. Жаль, мой бельевой шкаф заставлен чемоданами да сумками. Спрятаться бы в нем и не слышать всю эту чертову непогоду. И проблема, считай, решена.
Несколько минут спустя мы добрались до общежития.
– Что с ней? – спросил один из дежурящих на девичьем этаже. Да еще и коснулся рукой моей спины. От неожиданности я вздрогнула. А Шуат в ответ лишь прорычал:
– Не твое дело, Ан’Сельф! Приказ Ан’Урдо отнести Айри в комнату.
– Х-хорошо. – Студент даже слегка запнулся. Тоже мне, охранник. И, после недолгой остановки, яркий представитель семейства Райхон продолжил свой путь почти бегом.
Несколько мгновений, и я почувствовала, как меня аккуратно уложили на кровать, почему-то чужую, пахнущую духами Сиеры. Но сейчас мне было не до того, чтобы перелечь. Стало вдруг так страшно, а снаружи вновь сверкнул целый каскад вспышек. И я вцепилась в руку Шуата, жалобно пискнув:
– Прошу, останься…
«Чудо из чудес, – промелькнула в моей голове мысль. – Неужели получилось сказать то, что думаю?»
А на улице громыхнуло так, что я чуть не подпрыгнула с кровати, чтобы кинуться прятаться в шкаф или, например, забраться к дракону на ручки.
«Зря только попросила остаться», – запоздалое сожаление посетило мою бедовую голову. Поскольку Ан‘Шуат, отцепив от себя мои руки, покинул комнату, громко хлопнув дверью напоследок. А я все-таки кинулась к шкафу. С грохотом вытащив деревянную пустующую полку, кинула ее на пол. Туда же отправились раздобытые недавно чайники. Они разбились, жалобно звякнув. Но мне было не до того. Изнывая от страха, я залезла внутрь, спиной вперед, и ближайшей к дверце рукой потянула ту на себя. Едва пальцы не прищемила.
И вот, что значит закон подлости. Стоило мне только устроиться в шкафу и перестать дрожать, слыша лишь отдаленный негромкий гул, как вдруг, несколько минут спустя, непогода стихла. Но нет, нашли глупую натуру! Я не торопилась вылезать. Вот совсем. Гроза – штука коварная. Нет-нет, а потом как шарахнет! Как испугает до заикания!
В общем, я просидела так еще немного, пока не почувствовала противное покалывание в ногах, поэтому все-таки попробовала осторожно выглянуть наружу. Приоткрыла дверцу, прислушалась. Тишина.
Открыла шире – пригляделась, вроде бы за окнами уже не сверкает. И даже дождь перестал.
Уф. Робко обрадовалась окончанию непогоды и отважилась выбраться наружу, вылезая вперед босыми ногами.
И…
Какая же я временами бываю глупая! Совсем позабыла про разбитые чайники, которые выкинула на пол, освобождая себе место в шкафу. Поднялась с корточек, сделала несколько шагов к своей кровати и негромко вскрикнула, а затем зашипела, прыгая на одной ноге.
Вдруг створки ближайшего ко мне окна распахнулись, и на пороге балкона возник он. Шуат. Мокрый, растрепанный и надменный. Нет, наверное, все же встревоженный. Или мне это показалось? Не знаю. Наверное. Просто эмоции на его лице почти полностью скрывала тень.
– Я пришел проведать. Как ты? – оправдался он, махнув рукой себе за спину.
– Ты умалишенный? – невольно вырвалось у меня, хоть и после цензуры. Я хотела назвать его просто психом. – Летать в такую непогоду?!
– Не кричи… – прошипел он шепотом. И сделал шаг назад, планируя улететь.
А я хотела метнуться к нему, чтобы остановить. Но зачем? Непонятно, неосознанно и нелогично вышло. Крайне нелогично. А еще глупо.
Ступив на раненую пятку, ойкнула в голос и чуть было не упала. Шуат мигом оказался подле меня и все-таки поддержал за руки, выставленные вперед, чтобы первыми встретиться с полом вместо лица.
– Что с твоей ногой? – спросил он негромко. – Неужели лодыжка все еще…
Но, увидев капли крови на полу и разбитую посуду, замолчал. Удивительно. Даже спрашивать ни о чем не стал. В очередной раз поднял меня на руки и усадил на кровать.
– Будь здесь, – пророкотал тихонько, отстраняясь и устремляясь к окну.
Но я снова учудила:
– Останься, п-пожалуйста, – попросила его зачем-то.
Может быть, хотела поблагодарить? Возможно. Вот только слова благодарности застряли комом в горле, не позволяя произнести мысли вслух.
И Шуат, вздохнув, все-таки остался, но поморщился, как от зубной боли.
– Надеюсь, ты знаешь, чем рискуешь, – проворчал он. Отчего-то замер и приближаться не стал. А еще, немного подумав, прошел к моему шкафу, вопрошая: – Где у вас тут бинты и мази?
– У меня их нет, – честно призналась я.
Дракон бросил свою затею с поисками и.... Что он делает?! Встал предо мной на одно колено?!
– Ногу, – приказал экс-жених изумленной мне. – Осмотрю рану.
– Да не стоит…
– М-м-м, иначе попросишь моего брата? – вознегодовал он. – Ногу!
Я, оскорбившись, все-таки водрузила свою пятку ему на ладонь. Удержалась от едкого замечания и промолчала, когда Шуат, отворачивая лицо, полез стягивать с меня чулок. Смутившись, я немного помогла ему в этом. Еще чего, будет он мои бедра трогать. Похоже, этот наглый дракон подумал о том же, неприязненно морщась.
Правда, что удивительно, действительно осмотрел рану под небольшим зажженным световым шаром люстры, висящей под потолком. Аккуратно и скрупулезно проверил наличие осколков в ранке. После удовлетворительно кивнул и еще раз стер выступившие капельки крови моим же чулком. А перед тем, как опустить раненную ногу на пол, подставил выуженный из-под кровати тапок. Чужой, правда, но не суть.
Я не придумала ничего лучше, чем спросить его о давно наболевшем:
– Скажи, пожалуйста, почему ты все-таки отказался от помолвки?
Подымаясь обратно на ноги, Шуат, похоже, не ожидал этого вопроса. Наши взгляды встретились, я слегка ему улыбнулась, а он застыл, но промолчал. Поэтому поспешила добавить, предлагая варианты:
– Потому что я альбинос, да?
– Чепуха! – фыркнул он громко, а после опасливо обернулся к двери. Ах, так он боится, что нас застукают одних в комнате?
– Но тогда что? – спросила я, злорадно повысив голос. Немного. Однако Шуат понял мое намерение и вынужденно пояснил без особого энтузиазма:
– Древние предания гласят, что белый окрас у драконов – признак магической силы. Всем известно, что род Дрейкон – один из пяти сильнейших. Поэтому тот факт, что ты альбинос, наоборот, повод для гордости и даже зависти.
Н-да, не такого ответа я ждала.
– И? Если не эта причина, то…
– Ты родилась уже взрослой, – быстро признался он. А после вздохнул и спросил: – Я присяду?
В ответ я изумленно кивнула. Подождите, он ждал, что родится какая-нибудь десятилетняя девочка? Да ладно!
– Не смотри на меня так, – предостерег он. – Мне порой кажется, что ты совсем не от мира сего.
И в этом он был прав. Передернула плечами от неприятного чувства. Шуат, глядя на мою реакцию, поморщился.
– Дослушай, прежде чем делать выводы! – Он набрал воздуха в грудь и продолжил: – Видишь ли, все драконицы слишком независимы и своевольны. А еще горделивы и честолюбивы. Впрочем, как и мы, драконы. Отсюда и проблемы с заключением браков у взрослых особей. Достигнув совершеннолетия, многие из вас отказываются заводить семью, а выбирают карьеру на военном поприще, как, например, твои сестры, или же уходят к зверолюдам ради исследовательской деятельности.
– И вы поэтому… – начала было делать выводы я.
Но Шуат меня перебил:
– Да, мы заключаем договорные браки, обязуя родителей передавать дочь на воспитание в семью жениха, которая, постепенно обучаясь правилам рода и привязываясь к своему нареченному, в будущем, после совершеннолетия, должна будет заняться не карьерой, а семьёй.
На этих словах он умолк, явно дожидаясь завершения моей бурной мозговой деятельности.
– И? – подтолкнула я его продолжать. Ух, попкорна бы сейчас. Прямо мыльная опера какая-то.
– Что «и»? Тебе пришлось расплачиваться за поступок своей сестры, а так как Куэн уже довольно взрослый, то обязанность нового договорного брака пала на меня. Моя семья из-за нарушения обязательств должна была ждать три года до следующего рождения девочки. А потом еще и заниматься воспитанием около девяти лет до совершеннолетия. Но…
– Именно поэтому, увидев, что я взрослая, а значит, строптивая, ты отказался от меня, чтобы попробовать получить невесту в следующий раз? – пришла к выводу я, слегка улыбнувшись. Наконец-то начала хоть немного его понимать.
Но, увы, Шуат и тут умудрился меня удивить:
– Нет, не совсем так. Деталей разглашать не могу. Только лишь то, что в моем решении принял участие Куэн.
Все, дайте ручку и листочек, запишу детали и подробности, вернусь и заработаю на сценарии любовной истории. Вот только вернусь ли? А если нет, то, что с этим всем делать дальше?
Невольно задумалась и даже не заметила, как потянула правый большой палец к губам всего лишь для того, чтобы погрызть ноготь. Но сидящий рядом Шуат все не так понял и зачем-то спросил:
– Все еще болит?.. – Чем вогнал меня в очередной ступор. Затем прибил напоследок своим: – Извини.
Так, подождите, за что он извинился? Неужели за тот укус?
И снова наши взгляды встретились, а этот наглый ящер, пользуясь моим состоянием, взял и провел пальцем по моей нижней губе так щемяще-трепетно… И так странно! Не то слово странно!
Миг, и он меня поцеловал, легко, едва касаясь. Что-о-о? Кольцо его рук сомкнулось на моей спине, дрогнувшей от такого вопиющего нарушения личного пространства. Правда, этот наглец тут же подскочил, как ужаленный, услышав шаги за дверью. Несколько мгновений, и он улетел, выбежав на балкон.
А я?
Я перевела удивленный взгляд на деревянную ручку дверцы моего бельевого шкафа, стоящего прямо напротив кровати Сиеры, только у противоположной стены.
– Ты как? – услышала я сквозь пелену собственных мыслей вопрос Раулы, причем совсем близко.
А что, если мне это все просто показалось? И сам Шуат тоже?
Но нет.
Глянула на черепки от разбитых чайников, валявшихся на полу, и распахнутую настежь дверцу балкона. Увы, не показалось.
– Что здесь произошло? – тихонько уточнила Эн’Сиера, присаживаясь рядом со мной. Не услышав моего ответа, даже осмелилась меня приобнять и легонько похлопать по спине. – Ну-ну, не расстраивайся. Если он к тебе пристает, знай, ты всегда можешь призвать его к ответу на совете.
– Пристает? – удивилась я, возвращаясь в реальность, – Кто? Шуат?!
– Так я ошиблась? И это не он разгромил все тут? – начала рыженькая соседка. Но я поспешила опередить полет ее фантазии:
– Нет, чайники разбил не он. Э-это все моя вина, – не знаю, что на меня нашло, но признание вылетело непроизвольно: – Я испугалась молний, и поэтому, когда он ушел, выкинула вещи из шкафа и спряталась внутри.
– А балкон?
– Ах, наверное, ветром открыло. – Вот здесь уже правду говорить не стала, выдав первое пришедшее в голову оправдание. И, что удивительно, цензура мне в этом очень помогла.
А ведь действительно, если каждый поцелуй, даже такой, считать приставаниями, то у совета была бы целая куча дел.
– Смотри, у нас еще сегодня основы магии до обеда, – подсказала Эн’Раула, стоявшая все это время у закрытой двери. Охраняла, что ли? – О, а что с твоими чулками?
– Ой, да пятку поранила… – И тут я, наконец, осознала, как все это выглядит с их стороны. Сижу на чужой кровати – кругом бедлам. Поэтому подскочила, как Шуат несколькими минутами ранее, только захромала к своей койке, бросив через плечо изумленной Эн’Си:
– Извини за испорченный тапок.
– Мелочи, – отмахнулась в ответ рыженькая. Она лишь вздохнула и повела плечами. А после все-таки обиделась, припечатывая следом: – Только, если не хочется говорить правду, то лучше просто не говорить ничего, чем придумывать неуместные оправдания. Ладно, мы, слабые маги, но преподаватели-то умнее будут. Перед допросом они призывают печать распознавания лжи.
Услышав все это, я даже застыла на месте, а после обернулась, встретившись с внимательными и изучающим взглядами обеих. Я чувствовала себя странно. Сначала просто душевное тепло от того, что в этом чужом для меня мире хоть кому-то небезразлична или хотя бы интересна. А потом пришел страх. Ведь, что делать в случае, если меня не поймут и сдадут драконьей маман, я, увы, не знала. Но последние слова Раулы все-таки поставили точку в моих терзаниях. Она будто мысли мои прочитала:
– Ты можешь нам доверять. Драконы друг друга не предают, драконицы тем более. Все мы держим свои обещания до последней капли крови.
– В таком случае я расскажу. Вечером. После занятий. И мне как раз будет нужна ваша помощь в одном занимательном деле.
– Это в каком?
– В покраске платьев.
– Ха, вот это я понимаю. – Преисполненная энтузиазма Сиера бодренько подскочила на ноги, как какой-то сорванец, затем все-таки одумалась и выпрямила спину, произнеся лишь чопорно: – Ой…
– Кажется, это заразно, – сквозь смех прибавила Хоркин, беззлобно посмотрев на меня.
– Не поверишь, насколько! – воскликнула я в ответ, и сама удивилась тому, что сказала, о чем действительно подумала без всяких изменений.
Похоже, я уже немного поднаторела в вопросе цензуры. Видать, все дело в доверии! Если я доверяю собеседнику, то говорю, что думаю. Если же нет, тогда, увы, буду придерживаться норм и правил приличия в разговорной речи этого драконьего общества. Кстати, удобный механизм для выживания. Не поспоришь.
Тем временем меня опять потеряли и окликнули:
– Ау, так ты идешь на предмет или решишь остаться одна в комнате с двумя охранниками на этаже? – обрадовала меня Раула и даже приоткрыла дверцу, выглянув наружу. – Кстати, когда мы сюда шли, Ан‘Сельф метался по балкону, порываясь двинуться в сторону комнат.
– Убедили! – ответила я и, обув свои запасные туфли, стоящие возле кровати, вновь похромала к шкафу, чтобы достать недостающий ныне чулок.
Н-да, кому из своих в Бруклине или Чайнатауне рассказать, что носила шерстяные чулки – засмеют, и это в лучшем случае.
Глава 3. Прикольные основы магии
В итоге со всеми моими поисками и натягиваниями новых чулок, сборами книг, пергаментов, и прихрамыванием, до следующей аудитории мы добрались к самому началу урока. Спасибо девочкам, конечно, что они меня не бросили и отбуксировали до крайнего места в третьем ряду, не реагируя на ворчание дракона, стоящего у доски. Сами же устроились рядом.
– Простите нас, о пылающий мистер Ан’Охри, – извинилась за всех Раула, когда плюхнулась рядом с рыжей. Пожилой дракон, высокий и худой, как жердь, с крючковатым носом и седыми волосами, собранными в высокий короткий хвостик, лишь насупился и призадумался.
К слову сказать, комнатка, в противовес предыдущему помещению для практики, была маленькой и миленькой. Эдакий уютный полукруглый лекторий с цветами в горшках на каждом из четырех подоконников. Пышущие здоровьем высокие растения распустились здесь буйным цветом.
Я по инерции едва не чихнула. Помнится, раньше на цветочную пыльцу у меня была аллергия. Но нет! Ура! В этом теле нос и не думал течь и чесаться. В общем, еще один плюсик этому миру я поставила, однозначно повышая себе настроение.
– Да-да, но в следующий раз обязательно вычту баллы из вашей успеваемости, – прибавил препод, оживившись. Еще и головой дернул в сторону зачем-то.
А Уля, как я сократила имя соседки, напряженно кивнула. Я же подставила ухо поясняющей Эн’Cи, мол, у Раулы строго с успеваемостью. Если не войдет в десятку лучших на курсе, мамуля навяжет брачный договор.
О как!
Поэтому я, с извиняющимся выражением посмотрела в сторону соседки, поскольку стала невольной виновницей этого замечания, а затем принялась ускоренно доставать из учебной сумки принадлежности для занятия. Не в первый раз поражала рассыпающаяся на отдельные листочки книжка, которую пришлось положить перед собой, благо по размеру она была довольно маленькой, с мелким загогулистым шрифтом-прописью. От руки ее, что ли, писали? Запах самых настоящих чернил чувствовался весьма отчетливо. Я вдруг вспомнила свой первый прогрызенный стержень гелевой ручки и размазанную пасту по всему лицу, как следствие этого. Ох, и влетело тогда мне. Да… Было время.
Еще раз залезла в сумку, достала гусиное перо и чуть не прыснула со смеху. Все никак не привыкну к их допотопному веку и порядку. Это да. В первые дни якобы обучения еще там, в замке Дрейкон, я первым делом сбежала от наставницы и исследовала весь замок в поисках мобильных телефонов или хотя бы камер видеонаблюдения. Думала, что это какое-то реалити-шоу, и меня просто разводят. Правда, свой вид в зеркале во весь рост и вовсе поверг в шок, заставив смириться на третий день собственного созерцания. Хотя первое время я чуть было волосы себе не повыдергивала, горюя об утраченных дредах длиной до пояса. Кстати, о них. Надо бы заплести хоть парочку кос, что ли. Вот насчет миленького личика и белой-белой кожи, как у фарфоровой куклы из лавки Ли Джи, я не возражала. Правда, ростом ниже стала – это, конечно, досадно.
Преподаватель постучал указкой по самой обычной классной доске и проскрипел своим не в меру громким голосом:
– Открываем учебник на тридцать пятой странице.
Погодите, неужели я успела что-то пропустить за какие-то пять минут раздумий? Но нет, для столь же недоумевающих, как и я, Охри пояснил:
– А что вы думали? До поступления вы обязаны были взять список литературы и подготовиться, а не ждать, будто все знания вам преподнесут на блюдечке.
Хвала небесам. Хоть тут без изменений. Самый настоящий среднестатистический препод какого-нибудь района Бруклина или Сохо. Правда, со специфическим видом и говором, если не считать предмета, конечно.
– Итак, на самом первом занятии вы узнаете о природе магии, ее видах и формах. А вот результат уже увидите на практике, которая у вас случится аккурат после моего занятия.
Тут один дракончик с каштановыми волосами не выдержал и поднял руку, выкрикнул с места:
– А как же непогода? Там же сыро после дождя.
Ага, мысли мои прочитал. Но препод был неумолим, припечатав следом:
– И что? Это должно останавливать вас постигать магическую мудрость? Вы, Ан’Лорзи, если не ошибаюсь, отпрыск второго лейтенанта гарнизона семьи Райхон? И вы намерены отлынивать от обучения всего лишь из-за дождя?
– Н-нет, – стушевался студент, а я порадовалась, что он меня опередил. Надо бы взять за правило держать язык за зубами. Определенно, так будет проще.
– Итак, – в очередной раз повторился преподаватель. – Магия нашего мира несет в себе два начала: темное и светлое.
Я же в своем конспекте на первой странице, под заголовком «Магия», написала коротко «+» и «-» , прям как в физике. Чую, буду здесь отличницей. Эх, если бы отказалась гулять с нефорами, сейчас, наверное, даже поступила бы в колледж.
– Белая магия исходит из светлого источника, который рождается и умирает вместе с каждым из нас. Черная же магия творится нашими темными делами, чувствами и эмоциями. И источником ее так или иначе служит чья-то смерть, страдание, боль.
Кто-то снова поднял руку. Заочно порадовалась, что это не я, а смельчак с задних рядов. Вот только, как услышала его голос, чуть не залезла под парту от смущения.
– Да? Ан’Шуат? Неужели вы почтили нас своим присутствием?
– Мистер Семиран Ан’Охри, разве темный источник не рождается вместе с нами, как и светлый? Разве это не два начала одного целого?
– Хороший вопрос! Да, очень хороший. Но вынужден опровергнуть ваши слова. Всего несколько лет назад стало доподлинно известно, что темный источник не рождается вместе с живым существом. Ведь, например, маленький дракончик не злобен по своей природе и в период взросления является милейшим созданием. Черной магии в нем практически нет.
