Она снова привела его в кабинет. Во времена старого короля здесь стояло несколько шкафов с разными экзотическими напитками, которые король собирал и которыми спаивал всех дорогих сердцу гостей. Генри бывал здесь четыре раза, и всякий раз основательно пополнял свои знания об алкоголе и последствиях его употребления. Сам король пил немного, предпочитая говорить, пока его гость стремительно терял ясность взгляда и твердость ума. Вторым увлечением короля были географические карты, так что в его время практически все стены были увешаны ими, они лежали в свитках на стеллажах, были расстелены на столах и иногда даже лежали на полу.
Карты висели и сейчас, однако часть из них была убрана, чтобы дать место стеллажам с книгами. Книги были повсюду – кроме шкафов они лежали на столах, стульях и высились гигантскими стопками на полу. У Генри сложилось впечатление, что большая часть королевской библиотеки переехала сюда. Он заметил также небольшой закрытый шкафчик, от которого шел сильный аптечный запах. Стеллаж с разноцветными бутылками тоже был на месте, но его содержимое явно сильно подсократилось за последние неспокойные годы. Остались и несколько больших удобных кресел у камина, появившихся здесь еще во времена дедушки старого короля. Они были старомодны и уже много раз меняли обивку, но в свое время их ничем не заменили – и поэтому теперь эти кресла стояли, как семейная реликвия, набирая в цене при каждом следующем короле.
Джоан подошла к одному из столов, стоявшему у окна, и начала снимать с него книги, свитки, связки перьев и прочий хлам. Генри постоял в дверях, затем не выдержал и спросил:
– Зачем я тебе здесь?
Она подошла к нему со стопкой книг, и он вовремя подставил руки, чтобы их поймать.
– Сейчас сюда придут Уорсингтон и Бертрам, – и все утро мы посвятим нуднейшим разговорам о судьбах мира, а потом отправимся на Высокий совет, чтобы обсуждать все то же самое.
– И? Ты боишься, что можешь их съесть?
– Очень даже может быть, – пробормотала она, возвращаясь к столу.
Генри молча стоял с книгами в руках. Она, вероятно, почувствовала спиной вопрос, звучавший в этом молчании, и медленно обернулась:
– Ты был вчера там, – пояснила Джоан.
– Да, – кивнул Генри. Он все еще держал книги, и один из переплетов больно впивался уголком в руку.
– Я не могу позволить, чтобы это повторилось. Раньше мне казалось, что я способна контролировать себя – но я, по-видимому, ошибалась. Так что мне нужен кто-то, кто сможет контролировать меня.
Руки затекали под тяжестью книг.
– У меня нет никого, кроме тебя, – сказала Джоан тихо. – Никого, кто мог бы стать таким человеком, – добавила она, потому что первая фраза сама по себе была слишком близка к истине, чтобы ее можно было произносить вслух.
Генри молчал, а внутри постепенно разливалось беспомощное сумасшедшее отчаяние – потому что теперь он точно никуда не мог от нее сбежать. А она стояла, холодная и спокойная, совершенно чужая, с тонкими руками, о которых он знал все и которые творили невесть что все эти годы, и, хотя он не мог сейчас видеть родинку под правым ухом, он все равно знал, что она там.
– Ты останешься? – спросила Джоан тихо. Он сухо кивнул, и она отвернулась.
«Чертова семья, – подумал Генри. – Чертова семья садистов, которые обладают неподражаемым талантом обращаться с просьбами так, что ты не можешь им отказать. Даже зная, что потом будешь жалеть всю свою жизнь. Может, они специально их придумывают? Может, какой-нибудь мой прапрадедушка сумел здорово насолить королевской семье, и теперь они мстят мне за все предыдущие поколения рода?»
– Что нужно сделать с этими книгами, Джоан? – бросил он ей в спину.
– Поставь их на нижнюю полку шкафа, который сзади тебя. Нет, не этот, правее. Вот так. Спасибо.
⁂
Комната, в которой заседал Высокий совет, была темной, пыльной и мрачной. Закопченные гобелены изображали великие события истории, но грязь и чад сделали свое дело – история погрязла во тьме, а от самих событий остался лишь тусклый блеск золотой нити, вспыхивающей в полумраке призраком былого величия.
Вокруг массивного стола, блестящего полированной гладью широких досок, стояло четырнадцать стульев. Тринадцать из них было занято – пустовало лишь кресло с одного конца. Его спинка возвышалась над остальными, и подлокотники хищно тянулись к столу.
Генри, чье место было на другом конце стола, мрачно поглядывал на кресло напротив. Он очень смутно представлял себе свою роль на этих заседаниях. Встреча с Уорсингтоном и Бертрамом в кабинете королевы прошла именно так, как он и думал – большую часть времени Генри ощущал себя мебелью, и никто из присутствующих, включая королеву, не пытался убедить его в обратном.
Он был уверен, что сейчас все будет точно так же.
Лорды по обе стороны стола изредка поглядывали на Генри – с любопытством и недоверием одновременно. Вопрос, что он тут делает, казалось, висел в воздухе – и, несмотря на разговор с Джоан, у Генри не было на этот счет убедительного ответа.
– Пользуясь отсутствием королевы, – внезапно подал голос Бертрам, повернувшись к Генри, – я хотел бы обсудить с тобой одну проблему, Теннесси.
Генри вопросительно поднял брови. Бертрам улыбнулся. Он вальяжно развалился на стуле, сложив руки на животе.
– Я про то, что наша королева… Не совсем обычная королева.
– Ах.
– Да. Она имеет обыкновение время от времени превращаться в огромное чудище. Нам бы хотелось уточнить у… специалиста, как часто может происходить это время от времени. Она ведь поэтому тебя оставила здесь?
– Понятия не имею, – спокойно ответил Генри.
– Значит, слухи ошибочны? Ты не учился говорить с драконами?
– Учился. Но я понятия не имею, как часто она может превращаться. В теории катализатором могут быть любые сильные эмоции. Но это в теории.
Уорсингтон нахмурился. Бертрам внимательно изучал лицо Генри.
– Ты всегда можешь ее остановить?
– Не знаю. Боюсь, я не могу даже толком объяснить, каким образом мне удается это сделать. Не уверен, насколько здесь играют роль мои знания в области драконов, а насколько…
– Знания в области королевы?
Генри пристально посмотрел на лорда дознания. Бертрам был серьезен.
– Что ты имеешь в виду?
– Брось, Теннесси. Уже все говорят об этом, так что можно перестать изображать из себя невинность.
Генри спрятал усмешку в ладонь. Отчасти потому, что усмешка была довольно горькой.
– Бертрам, а ты бы рискнул спать с женщиной, которая от сильных эмоций может превратиться в дракона?
– Нет, не рискнул бы, – прозвучал от дверей тихий и отчетливый голос. – У него хорошо развито чувство самосохранения.
Лицо Уорсингтона стало серым. Бертрам издал тихий неопределенный звук, больше всего похожий на сдавленное утиное кряканье. Остальные лорды опустили глаза и уставились на стол. Генри почувствовал, как медленно превращается в каменную статую.
– А теперь, – продолжала королева, опускаясь в свое кресло, – если вы закончили с обсуждением моей интимной жизни, я предлагаю перейти к более важным и насущным проблемам. Итак…
⁂
Заседания Совета происходили раз в три дня. Чем больше Генри присутствовал на них, тем больше чувствовал, что он все-таки мебель, причем мебель довольно бесполезная. Никто не спрашивал его мнения – да Генри и не был уверен, что оно может представлять хоть какой-нибудь интерес. Однако притворяться молчаливым истуканом, изо всех сил стараясь не повторять позу королевы, – а что поделать, если Генри всегда сидел, закинув ногу на ногу и подперев голову рукой?! – это было выше его сил. В конце концов Генри решил, что раз его присутствие на совете никому не важно, то и отсутствия никто заметит.
Заметили. Бертрам не стал утруждать себя личной беседой – на следующий день после пропущенного заседания Генри получил от него короткую записку:
«Не заставляй меня еще отвечать на вопрос, где Теннесси. Мне не понравилось».
С тех пор Генри присутствовал на всех заседаниях Совета, впрочем больше не утруждая себя менять позу. Он по-прежнему не считал свое присутствие обязательным – но Джоан оно почему-то было необходимо.
А пару недель спустя Генри наконец понял почему.
⁂
– Это исключено, – бубнил Уорсингтон. – Мы не можем брать приступом Уэйд.
– Это единственное решение, которое не выставит нас полными идиотами, – фыркнул Бертрам.
Лексли бормотал про уязвимость позиций и плохую погоду. Конноли вставлял мягкие намеки о внешнем долге. Сазерленд все пытался вставить пару слов о финансировании образования – но его никто не слышал.
Королева молчала, подперев голову и проводя пальцами по губам. Генри, внимательно наблюдавший за ней на каждом совещании – благо это вроде как входило в его прямые обязанности, – заметил, что лицо Джоан становится все более жестким.
– Господа, – позвала королева тихо – но, видимо, она немного опоздала с мягкими увещеваниями. Лорды уже не слышали ее – Бертрам орал на Уорсингтона, что тот своей осторожностью уже один раз угробил страну, Уорсингтон ядовито парировал, что страна вполне жива, а вот некоторые точно угробят ее, если будут продолжать в том же духе.
Королева прищурилась и выпрямилась. Генри тоже сел ровно. Он видел нехороший желтый блеск в ее глазах – и, что еще важнее, начал видеть картины, совсем не похожие на зал Совета.
По-хорошему, ему нужно было встать и подойти к ней – но Генри понимал, что это привлечет ненужное внимание, которого королева изо всех сил старалась избежать. Поэтому он только тихо позвал:
– Джоан.
Она посмотрела на него. Глаза были желтыми. Генри сосредоточился, не отрывая взгляда, успокаивая картины в своей голове и возвращая на их место обыденную реальность. Он догадывался, что Джоан при этом испытывает не самые приятные ощущения – она поморщилась, но в глазах еще оставались желтые искры, и Генри позвал снова, громче и настойчивее:
– Джоан!
Генри не заметил, что все вокруг замолчали и с удивлением смотрят на него.
Глаза королевы были ореховыми и уставшими.
– Лорд Теннесси, – обратилась она к нему с легкой усмешкой, – а вы что думаете про осаду Уэйда?
Если бы стол Совета был кораблем, он бы резко накренился, поскольку весь вес сместился в сторону Генри. Тот был слишком увлечен обездракониванием королевы, чтобы оценить ситуацию со стороны – то, что он при всех назвал ее по имени, то, что она обратилась к нему за советом. Но удивленная тишина, последовавшая за вопросом, и две дюжины глаз, уставившиеся на Генри с подозрением, подсказали ему, что крен надо срочно исправлять.
– Я думаю, моя королева, – медленно начал Генри, – что Уэйд нужно взять.
Вес слегка сместился в сторону довольного Бертрама, но корабль все равно кренился на один борт.
– Однако это можно сделать без применения силы, – продолжил Генри. – Город хочет независимости – можно пообещать ему особый статус.
– Какой? – нахмурилась королева.
– Университетского города? – предложил Генри.
Бертрам усмехнулся и покачал головой. Уорсингтон мрачно, но довольно спокойно вздохнул. Лорд Сазерленд удовлетворенно молчал.
Королева долго смотрела на Генри. Затем кивнула.
– Уорсингтон, запиши… – начала она. Дальше Генри не слушал – он откинулся на спинку кресла и украдкой провел рукой по лбу, вытирая испарину.
⁂
Больше Генри не чувствовал себя ненужным. Он продолжал следить за Джоан, за ее глазами и мыслями. Время от времени к нему обращались с вопросом – тогда Генри отвечал. Он не считал, что особо разбирается в политике или управлении, и просто высказывал то, что казалось ему наиболее разумным. Иногда Совет соглашался с ним, иногда нет – но Генри не особо это волновало.
Его работой были глаза и мысли Джоан.
Просто так
Генри пребывал в состоянии хрупкого и неустойчивого равновесия. Нельзя сказать, чтобы он был совершенно счастлив – слишком многое вокруг было далеко от совершенства – но, по крайней мере, Генри не испытывал постоянного желания как можно скорее исчезнуть из Риверейна.
Он снова много времени проводил в библиотеке – с особым упорством стараясь отыскать ценные и любопытные экземпляры, которые королева еще не успела перевезти в свой кабинет. Он не знал, следит ли она за ним, – но некоторые тома исчезали с полок библиотеки на следующий же день после того, как Генри принимался их читать. Он невозмутимо брал следующую книгу – заранее зная, что в следующий раз увидит ее уже в королевском кабинете. Однажды он не выдержал и, оказавшись у королевы, отыскал нужный том и забрал его себе, бросив спокойно «я еще не дочитал». Королева ничего не ответила – но на следующий день книга все еще была в библиотеке, и Генри решил, что на этот раз выиграл.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
