– Этьен, поверь, мэтр Одилон никогда не позволит себе ничего предосудительного, – чистосердечно заверила мужа, стараясь успокоить.
– Радует близость нашей поездки. За это время мы узнаем друг друга ближе и никакие высокопоставленные чиновники не смогут внести разлад между нами.
Да, наверное, это так. Казалось правильным с ним согласиться. Только я точно знала, не мэтр Одилон занимает мои мысли.
– Клер! – радостный окрик Эдит привлек внимание.
Подруга почти бежала в нашем направлении. Щеки раскраснелись, платье расходилось волнами в стороны, спереди облепляя ноги. Из-под подола выглядывали носики бальных туфелек.
– Клер, ты не поверишь! – она никак не могла отдышаться.
Грудь вздымалась в вырезе вечернего платья, волосы слегка растрепались, а в руках подруга сжимала серебристый лепесток, готовый рассыпаться между пальцев. Глаза горели огнем от возбуждения.
– Это от метрессы Валанди, – она попыталась передать мне послание, но оно превратилось в серебристую пыль.
– Не пугай меня, – потребовала я.
Этьен на это замечание сжал ладонью мой локоть, молчаливо обещая поддержку.
– Только что получила от метрессы Валанди разрешение на путешествие с тобой. Письменное подтверждение уже выслано и прибудет в Тулус завтра, – восторженно поведала ошеломляющую новость Эдит.
– Объяснитесь, метресса, – озадаченно попросил Этьен.
– Я узнала о вашем морском круизе и хотела попросить наставницу разрешить сопровождать Клер, а метресса Валанди сама прислала мне сообщение об этом, – заторопилась объяснить подруга, – Великая ворожея! Потрясающее предсказание!
– И главное вовремя, – хмыкнула тихо под нос, догадываясь откуда ноги растут у этого «предсказания».
– Вы уверены? «Любимец богини» – комфортабельный пассажирский корабль высочайшего класса, и стоимость проезда на нем немалая. Позволить себе путешествие на нем могут далеко небедные граждане, – Этьен говорил спокойно, вежливо и тактично.
Эдит недовольно поджала губы. За время прохождения практики мы находимся полностью на содержании наставников и не задумываемся о затратах. Теперь же мой муж по-деловому обрисовал ситуацию. Этьен назначен в дипломатическую группу, и наш проезд оплачивает королевская казна. А как быть Эдит, если метресса Валанди сама не собирается в морской круиз?
– Вам необходимо выяснить вопрос, кто будет оплачивать проживание и пропитание на «Любимце богини», – внес конкретное предложение Этьен.
– Так и поступлю, – сникла Эдит.
Сочувственно смотрела на нее. В самом деле, денежный вопрос надо решать. Ведь мы готовились к самостоятельной жизни. Это у меня случился неожиданный поворот судьбы, а Эдит не собирается отказываться от мечты.
Вскоре ее пригласили на танец, и мы с ней больше не смогли поговорить до конца торжества.
Нас с Этьеном провожали шумно и весело. В глазах мамы стояли слезы, Милька прыгала вокруг и все пыталась дотянуться до цветов в моей прическе, понравившихся ей утром. А папа сохранял торжественность на лице. Одна я переживала и боялась начинать супружескую жизнь.
До дома, снятого поверенными мужа для молодоженов, можно и пройтись, весенний вечер располагал к прогулкам, но нас ожидал украшенный открытый фаэтон. Лошади важно покачивали султанами на головах в такт цокоту копыт, а гости махали вслед нам руками, высыпав на вечернюю улицу.
Именно тогда пришло осознание изменений, случившихся в моей жизни. Я больше не выпускница Школы колдовства, целительства и ворожбы, а замужняя метресса. Моей фамилией стало имя мужа, и теперь мы будем вместе делить заботы и радости.
Этьен подал руку, помогая выйти из открытого экипажа. На нас глазели любопытные, с невероятной скоростью собравшиеся вокруг, но молодой супруг словно и не замечал их. Он очаровательно улыбался, теплая ладонь слегка сжимала мои похолодевшие пальцы, и казалось, его ничего в мире не интересует, кроме меня.
Неожиданно перед лицом сверкнуло серебро послания, а затем уткнулось в руку.
– Это от Эдит, – радостно сообщила мужу, прочитав сообщение, – Она едет с нами.
– Пусть так, – небольшое облачко недовольства скользнуло по лицу мужчины, – Сейчас твоя подруга меня интересует меньше всего. О ней поговорим завтра.
Невозможно перепутать горячий интерес Этьена ни с каким другим. Его серо-голубые глаза смотрели неотрывно, жадно. От этого взгляда смущалась, и хотелось вздохнуть полной грудью прохладный воздух. Щеки покраснели от охватившего волнения. Мужские руки обняли за плечи, согревая, а горячие губы Этьена слегка коснулись моих. От него пахло сладким ягодным вином, которое нам подавали за столом.
Послание осыпалось серебристой пыльцой под ноги.
Глава 3
Запах моря почувствовали еще до того, как показался порт. Крики чаек, носящихся в безоблачном небе, становились все громче по мере нашего приближения. Первыми показались макушки мачт с развивающимися на них флагами. Разные цвета и изображения наверняка что-то означали, но мне, как человеку далекому от флотской жизни, они ни о чем не сообщали.
Я даже попыталась привстать от нетерпения, стараясь рассмотреть побольше, и рассмеялась, заметив точно такое движение Эдит. Мы переглянулись и откинулись на мягкую спинку сиденья. Этьен просматривал какие-то бумаги, присланные ему перед самым отъездом. По сведенным бровям, отчего залегла вертикальная складочка на лбу, и по сосредоточенному выражению лица догадалась о важности документов. Моему мужу позволили всего два дня после свадьбы находиться не у дел, а потом наблюдала насыщенную жизнь дипломата, готовящегося отправиться в путешествие. Посыльные стучались в снятый нами дом по нескольку раз в день, послания отправлялись и присылались в кабинет Этьена. На меня ложилась ответственность за сборы. Впрочем, Эдит, мама и Милька приняли в хлопотах активное участие.
Подруга получила письменные распоряжения метрессы Валанди, где она не только давала разрешение на путешествие в сопровождении супругов Атталья, но и приписывала к другой наставнице, находящейся на корабле «Любимец богини». Имя обещали сообщить непосредственно по прибытии на борт, так как этот момент еще уточнялся. Эдит была счастлива возможности отправиться в плавание и продолжить практику, я радовалась за нее. Финансовый вопрос, озвученный на банкете, решился легко. Метресса Валанди согласилась оплатить расходы.
Все складывалось удачно. Этьен, поворчавший первые два дня на сопровождение метрессы Кампо, в итоге признал ее присутствие рядом со мной за лучшее. Ведь у него оставалось мало времени на общение с молодой супругой, а мне не будет скучно в обществе Эдит.
Неделя пролетела незаметно. Увлеченная сборами и покупками новых платьев, по статусу полагающихся замужней метрессе, постаралась забыть терзавшие меня воспоминания и переживания. Новая жизнь, в которой теперь основное место занимал муж, другое отношение окружающих и ожидание морского путешествия – все отвлекало и рисовало перспективы на будущее.
– Это наш корабль? – поинтересовалась, рассмотрев красивый парусник.
Его голые мачты слегка покачивались, а на палубе царило оживление. Матросы сновали в светлых одеждах, перенося какие-то предметы. Их крохотные фигуры почти расплывались в ярких лучах солнца. Приходилось прищуриваться из-под широких полей шляпы, чтобы хоть что-то рассмотреть. Кружевные зонтики над головой не спасали от бликов, отражающихся от воды, дробящихся и играющихся в игру по им одним известным правилам.
– «Любимец богини», – вскинув взгляд и присмотревшись, подтвердил мою догадку Этьен.
– Как же хочется посмотреть на него с парусами. Наверное, это будет потрясающее зрелище, – воодушевленно произнесла Эдит.
– Только если ты останешься на берегу, – насмешливо прокомментировал мой муж слова подруги, – С палубы всей красоты не увидеть.
Этьен и Эдит давно перешли в разговоре на «ты», решив отбросить формальности в сторону. В конце концов, нам предстоит длительное путешествие, и общаться будем довольно часто. Подруга первой предложила дружбу, и мой муж с готовности согласился.
– Отплытие назначено на вечер, почти на закате. Ужинать будем на приеме капитана. Это обязательное представление команды в первый день нахождения на борту, – сверяясь с бумагами, проинформировал Этьен, – Форма одежды – вечерние платья для метресс и смокинги для мэтров.
После слов мужа мы с Эдит переглянулись. Если не считать моего нахождения во дворце во время расследования убийства короля Эдуарда, это для нас первый выход в свет. Ужин, устраиваемый капитаном «Любимца богини», вышколенные официанты, обслуживающие высоких гостей. И среди них будем находиться мы! От предвкушения сердце пустилось вскачь, а щеки заметно потеплели от волнения. Наконец-то я окажусь среди высшей знати, и статус жены дипломата сделает нас равными. Кажется, замужество оказалось выгодной партией в этом смысле.
Рассеянно наблюдала приближение порта, колеса открытого экипажа постукивали по булыжникам мостовой, а копыта лошадей дробно отсчитывали ритм. Предвкушая путешествие по морю, я ожидала совершенно необычное, волшебное время, проведенное на корабле.
Шум порта обрушился на нас неожиданно. Вот только мы катили по пустой дороге, разглядывая выстроившиеся вдоль пирсов корабли, как спустившись к береговой линии, оказались в окружении громких криков грузчиков, скрипа лебедок, тянущих объемные ящики на торговые суда, резкие свистки и звон корабельных колоколов.
Экипаж остановился, и нам пришлось самостоятельно преодолеть небольшое расстояние, оставшееся до трапа «Любимца богини». Нас встретили двое матросов по обе стороны, они здесь находились для помощи пассажирам, не привыкшим ходить по шатающейся поверхности. Молодые люди внимательно наблюдали, как мы прошли по трапу и отсалютовали, приветствуя нас на борту.
Остро пахло древесиной, дегтем и крепким табаком. Соленый ветер затрепал широкие полы шляп, выдергивая из рук ажурные зонтики. Этьен представился встретившему нас офицеру и отдал распоряжения о багаже. Затем в наше распоряжение отдали одного из стюардов, который поторопился проводить пассажиров в отведенные каюты. Непривычные запахи, звуки ошеломляли. Скрип мачт над головой, стук каблуков по настилу из досок, суетящиеся матросы, спешащие по делам, – все было необычно, и я растеряно оглядывалась по сторонам.
Помещение нам предоставили просторное, насколько я могла сравнить с пространством, отведенным Эдит. У нас была небольшая гостиная и спальня с широкой кроватью. Еще за загородкой находился душ. Подруга довольствовалась каютой с кроватью и двумя стульями, но и у нее удобства присутствовали. Как нам объяснил Этьен, «Любимец богини» – самое комфортабельное судно, предназначенное для путешествий состоятельных аристократов. Потому в каждом жилом помещении находились отдельные удобства. Часто титулованные особы брали с собой секретарей, личную прислугу, именно для таких людей предназначались скромные помещения. Эдит это объяснение ничуть не смутило. Она с восторгом смотрела в круглое окно и любовалась портом со стороны моря.
– Клер, я иду к консулу доложить о нашем прибытии на корабль, а вы пока располагайтесь, – сообщил Этьен, оставляя нас вдвоем.
Лишь только он покинул каюту, как тут же в дверь постучали. Мы переглянулись, и я разрешила войти.
– Метресса Атталья, я ваш стюард, – представился молодой человек, войдя внутрь.
Черный костюм с белой рубашкой и перчатками смотрелся эффектно. Вежливая улыбка на чистом лице говорила о готовности услужить. Отглаженные брюки с острыми стрелками, начищенные туфли до блеска – все производило впечатление вышколенного слуги.
– Для моего вызова достаточно нажать на эту кнопку, – с этими словами он продемонстрировал медный полукруг, расположенный в стене, – И ваши пожелания будут исполнены.
– Благодарю … – сделала паузу, ожидая имени стюарда.
– Жиль, к вашим услугам, метресса Атталья, – он поклонился, представляясь, – Есть какие-то пожелания, вопросы?
– У меня вопрос, – вступила в разговор Эдит, – я метресса Кампо, мне тоже полагается личный стюард?
– Для кают второго класса в помощь отправляют одного стюарда на несколько человек, – вежливо ответил он, – У вас так же есть кнопка вызова.
– Благодарю, Жиль, – улыбнулась подруга, во все глаза рассматривая молодого человека.
Горничные были не в новинку, но чтобы прислуживал мужчина, это казалось необычным.
– Какое платье оденешь на ужин? – поинтересовалась Эдит, когда знакомство с обслуживающим персоналом закончилось.
– Цвета чайной розы? – подошла к одному из чемоданов, который еще не распаковали.
– Вечером при искусственном освещении оно не будет хорошо смотреться. Надень то, с серебряной вышивкой, – посоветовала подруга.
– У него спина слишком открыта, – засомневалась я.
– Так и надо! Красивое и соблазнительное, – вступилась за платье Эдит.
Вскоре мы доставали одежду из чемоданов и пустились в споры. Самое сложное в жизни – это выбор. Особенно когда он есть. Мне удалось перехитрить Эдит, затронув вопрос о ее наряде на вечер. В итоге мы обе пылали энтузиазмом, и все наши мысли оказались обращены к платьям, украшениям и прическам.
За это время мы несколько раз вызывали услужливого Жиля. От него узнали о наличии на корабле прачечной, где наши платья могут привести в порядок, нескольких обученных горничных в штате, способных сотворить прически метрессам, а так же с нами провели инструктаж по эвакуации с корабля в случае опасности.
Мы расспросили об остальных пассажирах «Любимца богини». Ими оказались не только дипломаты, сопровождающие консула Веналии к себе на родину, но и богатые путешественники, отправившиеся в плавание в начале лета. Море в этот время года спокойное, период весенних штормов миновал, а летняя жара еще не устоялась. Нас заверили, что общество подобралось приличное и весьма респектабельное. После узнанных сведений Эдит загорелась завести полезные знакомства, надеясь, что в дальнейшем это поможет привлечь больше состоятельных клиентов. Я соглашалась с ее доводами и тихонечко вздыхала. После свадьбы мы с Этьеном больше не обсуждали мои планы о ворожейном салоне, молчаливо решив отложить этот разговор на возвращение из круиза. И это время нам надо использовать на узнавание друг друга.
Присутствию подруги радовалась. С кем бы еще могла обсудить и вечерний наряд, и полагающуюся к нему прическу? Жиль услужливый молодой человек, но не станешь же с ним говорить о женских штучках? Оказалось, и в этом он специалист. Стюард организовал нам горелку для нагрева щипцов для завивки и даже подавал их в нужной последовательности. По его же совету локоны закрепили магией, чтобы морской ветер не растрепал на открытой палубе. При таком помощнике приготовления к ужину с капитаном шли полным ходом. Эдит решила не удаляться к себе в комнату, воспользовавшись отсутствием Этьена, и мы помогали друг другу. Это было гораздо веселее и интереснее, чем прибегать к услугам задерганных горничных, которые сегодня были нарасхват. Об этом нам так же сообщил Жиль, сходивший в их служебную комнату. Собственно именно там он позаимствовал необходимые нам горелки.
Благодаря совместным усилиям, мы стояли рядом и рассматривали себя в зеркало. Эдит подчеркнула черноту волос, гладко зачесав у висков и взбив их на макушке в высокую прическу. Свои светло-русые волосы уложила волнами вокруг лица и устроила из них пышный кокон, из которого на плечи спускались две пряди с обеих сторон. Я остановила выбор на платье изумрудного цвета с квадратным вырезом. Оно оттеняло цвет моих глаз и подчеркивало стройную фигуру. Эдит в противовес моему строгому облику отдала предпочтение наряду ярко-персикового цвета. Несколько перьев экзотических птиц в волосах придавали нам обеим задорный вид.
Времени оставалось совсем немного до ужина, когда Этьен буквально ворвался в каюту.
– Готовы? – мельком взглянув на наши наряды, муж поспешил закрыться в спальне, где его ожидал смокинг, приготовленный Жилем.
Его переодевание не заняло много времени и вскоре мы вышли все вместе на палубу.
От вида вечернего солнца, медленно опускающегося в море, перехватило дыхание. Мы остановились, наслаждаясь зрелищем. Над кораблем раздался свисток и резкая команда. Вскинули головы вверх и увидели одного из офицеров, стоящего на мостике. «Любимец богини» дрогнул и сильней качнулся на волнах. От неожиданности вцепилась в руку мужа. Страхи оказались напрасны. Мы отплывали. Берег стал медленно отдаляться.
На мачтах с шумом затрепетали, раскрываясь, паруса. Полотнища хлопали на ветру, а затем надувались, и корабль прибавлял ходу. Матросы повисли на перекладинах, слушаясь отрывистых команд, и всю строго регламентированную суету освещало красное светило. Прекраснейшего и прекрасного момента, наверное, не было в моей жизни. Парусник величественно выходил в отрытое море, и солнце его окрашивало в пурпур – любимый цвет богини.
Звон колокола напомнил нам об ужине. Невежливо опаздывать к капитану, когда он будет представлять команду.
Войдя в зал, убедились, что почти все места за столами заняты. Последние, припозднившиеся пассажиры торопились разместиться согласно указаниям на карточках. Этьен направился к главному и самому большому столу в середине помещения. Здесь свободными оставались наши три места. Не знаю, каким образом метрессе Валанди удалось, но Эдит оказалась с нами, а не с чужими людьми.
Богатое убранство зала могло поспорить с роскошью королевского дворца. Хрустальные люстры и бра дробили свет, приумножая его. Магические шары парили под потолком, добавляя яркости в помещении. Их белый холодный цвет сливался с насыщенным желтым от свечей, создавая праздничное настроение. Приподнятое настроение читалось на лицах присутствующих будь то молодые метрессы или почтенные мэтры. Официанты в черных сюртуках с белыми рубашками и перчатками на руках выстроились вдоль стен, ожидая сигнала к началу ужина. Им оказался приход капитана и старших офицеров.
Представительный мужчина в белоснежной форме остановился и подождал, когда рядом с ним выстроятся его подчиненные. Разговоры за столами стихли в ожидании слов самого главного моряка на корабле.
– Уважаемые мэтры и метрессы! Приветствую вас на борту «Любимца богини»! – поставленным и уверенным голосом произнес капитан, – Команда корабля постарается, чтобы ваше путешествие прошло с комфортом. Удачного плавания!
Пассажиры посчитали своим долгом поприветствовать старших офицеров аплодисментами. Капитан направился к нашему столу, остальные расположились за соседними. Я по очереди рассматривала сидящих с нами. Консула опознала сразу по его необычной внешности. Бледная, практически белая с синевой кожа, ярко рыжие волосы могли принадлежать только уроженцу Веналии – страны снегов и туманов. Вспоминая географию, изученную в Школе колдовства, целительства и ворожбы, могла легко объяснить характерный внешний вид. Веналия – островное государство, довольно долгое время не поддерживающее отношения с соседями. Из-за северного расположения над территорией часто идет снег, но при этом теплое течение не позволяет тому надолго задержаться. Тая и испаряясь, образовывается повышенная влажность, отсюда и туманы, сквозь которые солнце редко проглядывает на землю.
Рядом с консулом находился капитан с одной стороны и добродушного вида пожилой мэтр с другой. Его соседкой оказалась представительного вида метресса. Они казались старыми знакомыми, если не супругами. Несколько мужчин в смокингах мне неизвестны, но Этьен с некоторыми из них перекинулся дружественными словами, и я предположила, что они из дипломатической группы, его сослуживцы. Затем выделялась еще одна супружеская чета среднего возраста. Они сидели с отстраненным видом, вежливо отзываясь на обращенные к ним речи. Эдит оказалась между двумя молодыми людьми, явно пожелавшими побороться за ее внимание. И по ее блестящим карим глазам видно было, насколько она получает удовольствие от общения с ними.
Этьен представил меня соседям, оказавшимися, как и предполагала, его сослуживцам, и после разговор между ними ожидаемо свернул к политике. Официанты подавали блюда, убирали пустые тарелки, предлагали налить вина. Меню в основном составляли морепродукты, что неудивительно на корабле, и я отдала им должное.
– Могу я вам предложить белого вина, метресса, – тихий и вежливый голос, прозвучавший над моим плечом, заставил вздрогнуть от неожиданности.
В вопросе не было ничего необычного, только мужчина, стоящий сейчас за моей спиной и склонившийся в поклоне, не мог здесь находиться! Я подняла на него взгляд и встретилась с черными глазами. Его губы слегка улыбнулись, подтверждая невозможность ситуации. Вино предложил мой бывший наставник, Эмири Броссар.
– Клер, проблемы? – вернул в реальность вопрос Этьена.
– Не-ет, – запнувшись, ответила мужу и отвела взгляд от знакомого лица, – Я не хочу белое вино. Благодарю.
– Принесите ягодное, – обратился к «официанту» за моей спиной Этьен, – моя жена его предпочитает.
– Будет исполнено, – отозвался до боли знакомый голос.
И это просто сумасшествие, но вдруг все звуки вокруг исчезли, а я отчетливо услышала удаляющиеся шаги мужчины. Он все-таки здесь! На корабле! Что ему тут нужно? Усилием воли заставила себя сидеть и не оглядываться вслед уходящему мэтру Броссару. Голоса за столом раздавались где-то вдалеке, не касаясь моего слуха. Я не понимала слов и не участвовала в беседе. Просто бессмысленно таращилась в тарелку и ковыряла вилкой еду.
Он вернется и принесет ягодное вино? А если нет? Вдруг это просто галлюцинация, и я его услышала только потому что мысли о мэтре Броссаре не отпускали? Зачем он на корабле? И почему он в униформе официанта? Ведь его положение в обществе позволяет оплатить путешествие на «Любимце богини» и благодаря статусу, находиться за столом рядом с капитаном, а не прислуживать!
Троллий потрох! Стоило только этому мужчине появиться в моей жизни, как все полетело к варварам в степи!
Его шаги я расслышала издалека. Он шел спокойно и уверенно. Ковер приглушал звуки, но не узнать знакомую походку невозможно.
– Ягодное вино, метресса, как вы и просили, – тихий голос заставил завибрировать от каждого звука.
– Благодарю. Не нужно, – сухо отозвалась я, – Мне достаточно.
На самом деле я равнодушно относилась к любому вину, но ягодное напоминало о дне свадьбы, и накрепко было связано воспоминаниями с поцелуем Этьена. Мне не хотелось его пить из рук Эмири Броссара.
– Налейте мне, милейший, – попросил мой муж, – Вы сомелье?
– Нет, мэтр. Я стюард и по совместительству официант, – не глядя, я знала по тону, как изогнулись в пренебрежительной улыбке губы мужчины.
– В нашем королевстве любой труд почетен, – произнес дипломат.
Боковым зрением заметила руку в белой перчатке, держащую бутылку из зеленого стекла. В бокал плеснулась ароматная жидкость темного цвета, а затем бывший наставник перешел к следующему гостю за столом. Я бросила на него украдкой взгляд, и сердце болезненно заныло от узнавания. Все тот же профиль, известный мне каждой черточкой. Гладко выбритые щеки, тени залегшие вокруг глаз. Наверняка в последнее время плохо спал и оставлял мало времени на отдых. Его необычная прическа – коротко остриженные волосы позади и непослушные кудрявые локоны, падающие на лоб. Все в нем казалось родным. Разворот плеч, гордая осанка, губы, произносящие дежурные фразы. Для любого незнакомца мэтр Броссар выглядел вышколенным официантом, послушным слугой с хорошими манерами и только я знала какой он на самом деле. Гордый, непримиримый, пренебрегающий расположением аристократов. Слишком хорошо он знал лживость приветливых речей, прожив всю жизнь в королевском дворце.
И сейчас я наблюдала, как он в раболепном поклоне выслуживается перед богатыми путешественниками, кичащимися своими состояниями. Ни за что не поверю в его искреннее стремление находиться в подчиненном положении. Только не мэтр Эмири Броссар, бросивший грозные обвинения в лицо самому королю Эдуарду! Он скорее вернулся бы в дом у озера и зарабатывал на жизнь целительством, чем нанялся выполнять обязанности официанта. Тогда что он здесь делает?
Но факт остается фактом. Его фигура в служебной одежде склонялась перед презираемыми им аристократами, которые даже не замечали его присутствия.
Несмотря на богатый выбор блюд, аппетит пропал окончательно. Этьен заметил мою задумчивость и проявил беспокойство. Пришлось придумывать оправдания своему самочувствию. Помогли морепродукты. Он легко поверил, что от необычной пищи почувствовала легкое недомогание. Впрочем, это была почти правда. Многие гости за столом налегали на вино, щедро предлагаемое обслугой, и это позволило им отдать должное мастерству повара. Эдит, занятая разговором со своими соседями, почти не притронулась к блюдам. Я за нее радовалась, хоть кто-то получает удовольствие от общения за ужином.
Я надеялась вернуть самообладание в салоне, где тихо наигрывал оркестр, но моим мечтам не удалось сбыться. По распоряжению метрдотеля все официанты проследовали следом за гостями. Они сновали между развлекающимися путешественниками и разносили напитки.
– Клер, попросить принести воды? Ты выглядишь слишком бледной, – обеспокоилась Эдит, заметив мое состояние.
– Пожалуй, – согласилась с ней.
– Официант, – взмахнула подруга рукой, призывая ближайшего.
Им оказался Эмири Броссар.
– Чего изволите? Вина? – он, как и положено хорошему слуге, не смотрел на нас, опустив глаза, но от этого было не легче.
– Принесите моей подруге воды, – распорядилась Эдит.
Мужчина вскинул короткий взгляд на Эдит, и в нем прочитала живой интерес.
Глава 4
– Пожалуй, лучше я выйду на палубу, подышать воздухом, – произнесла, как только бывший наставник удалился.
– Сейчас я прихвачу накидку, – поддержала Эдит.
Я направилась к дверям, а подругу остановил один из молодых людей, сидевших рядом с ней. Она постарается избавиться от него как можно скорее, но мне не терпелось глотнуть свежего воздуха.
На открытой палубе дул прохладный ветер. Я потерла ладонями открытые плечи, зябко поежившись, но это позволило хоть немного прочистить мысли.
– Тебе уже сегодня говорили, насколько потрясающе выглядишь? – знакомая насмешка в простых словах, долженствующих обозначать комплимент, прозвучала слишком родной.
– Зачем вы здесь? – резко развернулась к бывшему наставнику лицом, – Это не из-за меня, – я пытливо уставилась в его казавшиеся черными глаза в сумраке позднего вечера, – Что за интерес привел на корабль? Нахождение нас двоих в узком пространстве простое совпадение, а кто вас на самом деле волнует? Консул? Вы присматриваете за ним среди обслуживающего персонала?
– Тристан был прав, – хмыкнул мэтр Броссар, – Твой ум в состоянии сопоставить факты и сделать верные выводы.
– Консулу что-то угрожает? – решила оставить без внимания оценку моих способностей.
– Нет. Приказ короля – сопровождать его на родину, – спокойно ответил он, – Члены дипломатической группы приглядывают за ним официально, я наблюдаю, затерявшись среди прислуги.
Значит, мэтр Броссар оказался здесь по приказу короля. Все верно. Он ни за что не стал бы находиться вблизи меня. Зачем ему встречаться с бывшей практиканткой? Да еще ставшей совсем недавно замужней метрессой. Прежний образ жизни мужчины подсовывал очевидный ответ, но я точно знала, я ему не нужна.
– Это неожиданно оказалось удобно, – тем временем продолжил говорить мэтр Броссар, – стюардов, официантов никто не воспринимает в серьез, при них ведут откровенные разговоры, не стесняясь в выражениях. Их лица не запоминают. Мы просто не существуем ни для кого. Об обслуге вспоминают, если требуется помощь, но и только.
– Я вас заметила.
Вечерний ветер трепал непослушные локоны, и я едва сдерживала желание прикоснуться к ним.
– Ты особенная, – сказано это было странным тоном, словно он вложил в слова совершенно иной смысл, но разгадать его не успела.
– Клер! Ты не замерзла? – послышался встревоженный голос Эдит, – О, благодарю! – она обратила внимание на поднос в руках мэтра Броссара, – вы нашли мою подругу и принесли ей воды. Клер, ты как?
– Уже все в порядке, – заверила ее.
– Уверена? – она накинула на мои плечи кардиган.
– В полном. Свежий воздух, стакан воды и беседа с официантом пошла мне на пользу. Вы не назвали вашего имени.
Должна же я знать, как к нему обращаться!
– Эмири, – представился он.
– Прекрасно! – оживилась Эдит, – Недавно мы познакомились с Жилем, теперь не только к нему будем обращаться с просьбами о помощи.
– Всегда к вашим услугам, метресса, – он коротко поклонился, развернулся и ушел, унося в руках поднос с пустым стаканом.
– Красивый мужчина, – проводила задумчивым взглядом Эдит, – такой даже в униформе официанта обращает на себя внимание.
– Я не заметила, – постаралась как можно равнодушней ответить.
Вечерний воздух обдавал прохладой, заставляя кутаться сильней в накидку. Помогало не очень. Меня колотило мелким ознобом.
– Эмири … – задумчиво протянула Эдит, – редкое имя, запоминающееся.
Подруга облокотилась на деревянные перила и задумчиво рассматривала ночное море, с шумом плескавшееся где-то внизу. Корабль шел полным ходом, подчиняясь ветру и штурвалу.
– Кажется, так звали твоего наставника, – повернулась она ко мне и пытливо посмотрела, – Эмири Броссар. Верно?
– Ты права, – отозвалась ей, решая для себя, можно ли посвящать подругу в дела ворожея?
– Странное совпадение. Ты не находишь? – она не отступала.
– Это не совпадение, – решительней закуталась в кардиган, – Официант и мой бывший наставник одно лицо. Мэтр Эмири Броссар.
Эдит долго и внимательно меня рассматривала.
– Значит, ты поэтому взволновалась во время ужина, когда увидела его, – понимающе протянула подруга.
– Я не ожидала его здесь встретить. Он подписал документы об окончании практики, и теперь нас ничего не связывает, – постаралась как можно суше передать информацию.
Но, кажется, у меня не получилось. Мои слова только сильней подогрели интерес любопытной ворожеи.
– Насколько я помню, твой наставник пользовался влиянием при дворе. Тогда почему мы наблюдаем его в роли официанта? – пытливость ума свойственна всем выпускникам Школы колдовства, целительства и ворожбы.
– Об этом я могу только догадываться. Уверена, мэтр Броссар оказался здесь не просто так, – постаралась уйти от ответа.
Ворожей не просил сохранять его тайну, но разве его положение на корабле, когда он работает инкогнито, не говорит, чтобы я не распространялась о приказе короля Роберта? Бывший наставник доверился мне, зная, что я не подведу.
– Скажи, а не потому ли ты потеряла свою веселость, расставшись с наставником? – прищурилась всепонимающая подруга.
– Я стала замужней и солидной метрессой, – широко улыбнулась в ответ, – Позади остались проделки и кокетливые разговоры с поклонниками.
– Ой, что-то меня не радуют такие перспективы в браке, – весело ужаснулась Эдит, – Если замужество означает стать скучной, то лучше проживу свою жизнь в одиночестве.
– И будешь разбивать сердца мужчин своей неприступностью, – рассмеялась я.
– Вот именно! Пусть докажут, что брак с ними достойная замена свободе ворожеи!
Она подхватила меня под руку и повела обратно в салон. Холодный ветер трепал одежду, оставляя в покое прически, сохраненные магией. В полной мере оценили совет опытного Жиля.
– Клер, где ты ходишь? – заторопился навстречу Этьен.
– Мы выходили на палубу подышать, – улыбнулась ему в ответ, обрадованная проявленной заботой.
– Нашли время! – отругал муж, – Я хотел тебя представить своим коллегам и консулу, а ты исчезла. Не смей больше уходить без предупреждения!
Хмурый взгляд достался нам обеим, отчего Эдит в удивлении приподняла брови и выразительно посмотрела на меня, молчаливо подчеркивая правоту слов, сказанных ранее. Я же почувствовала неловкость, оказавшись между двух огней. Подруга, с которой до недавнего времени наши мечты совпадали, и муж, с которым теперь связана моя судьба.
– Мог бы и предупредить о своих намерениях, – вздернув носик, дала ответ я.
Этьен промолчал, но остался недоволен. Официанты забрали нашу с Эдит одежду, и мы отправились знакомиться с пассажирами, которых муж посчитал важными.
– Мэтр Геллер, позвольте представить мою супругу, Клер Атталья, – первым оказался консул Веналии, – а это ее подруга – метресса Кампо.
– Рад знакомству, метресса Атталья, – рыжеволосый мужчина протянул руку, она оказалась бледной и холодной.
Забормотала положенные правилами приличия слова. Удивительное дело. Раньше я жаловалась на простое обращение наставника, его нежелание придерживаться принятых условностей, а сейчас едва сдерживалась, соблюдая положенный этикет. Не нравилось мне улыбаться рыжеволосому мэтру без единой кровинки в лице! Говорить с ним заученными фразами, ощущать на себе невыразительный взгляд практически бесцветных глаз. Все понимаю. Его визит важен для короля Роберта и вот он уж точно демонстрировал всяческое расположение к посланнику островного народа, но я обрадовалась, когда беседа свелась к паре вежливых фраз, а затем муж отошел к другим гостям.
Меня представляли, я протягивала руку, улыбалась на простые слова приветствия и торопилась перейти к следующему, надеясь побыстрей отделаться от неприятной процедуры. Похоже Эдит не разделяла мои чувства. Она с интересом задавала вопросы, выказывала любопытство и во все глаза рассматривала представителей высшего света.
Не понимаю, что со мной могло произойти. Раньше я стремилась оказаться среди аристократов, войти в их круг, стать своей, а сейчас я замечала только показную приветливость и скуку в глазах. Немного отличались члены дипломатической группы. Они не все принадлежали к знатным семьям, но даже те, кто имел солидный список высокородных предков, отличались живостью ума. Наверное, потому что они оказались на «Любимце богини» не в поисках развлечений от скуки, а заняты делом.
Я старалась не обращать внимания на снующих повсюду официантов в одинаковой униформе, и все равно ловила себя на том, что стараюсь найти среди них знакомое лицо. Порой наблюдательный взгляд Эдит возвращал в реальность, а иногда и Этьен привлекал мое внимание к очередному собеседнику.
– Не привыкли к пустым разговорам? – мужчина солидного возраста наклонился ко мне.
Только что присела на один из диванов, желая немного отдохнуть от бесконечных, ничего незначащих речей. Обсуждение погоды, хотя никто ни разу не вышел на палубу, отплытие корабля, проигнорированное практически всеми пассажирами, и бесконечное бряцание регалиями, полученными от покойного короля Эдуарда, постепенно и неумолимо приводили к головной боли.
Задремавшего мужчину приметила в углу дивана, стоящего в стороне, и понадеялась хоть на какое-то время побыть в тишине. Таким образом выполню требование Этьена не покидать салон без предупреждения.
– Я не в первый раз оказываюсь в высшем обществе, – постаралась сдержать недовольство.
Хотелось побыть немного подальше от расспросов, и вдруг снова приходится поддерживать светскую беседу.
– Наслышан, метресса Атталья, – старик рассмеялся, издавая скрипучие звуки, больше похожие на противный визг несмазанных петель.
– Откуда? – искренне удивилась я, а затем спохватилась. Не так должна вести разговор уважаемая метресса, – Простите, не могу вспомнить ваше имя. Сегодня стольким была представлена.
– Не переживай, Клер. Я ведь могу так тебя называть? По-стариковски, – его хитрый взгляд из-под морщинистых век лучился искренним весельем, – Я давно перешагнул возрастную черту, за которой молодая метресса может не опасаться за свою репутацию.
– О, я даже не думала … – ошарашено пролепетала.
– Думала сбежать от занудного старикашки, – снова хрипло засмеялся собеседник.
– Вовсе нет! – попыталась переубедить его, – Я присела отдохнуть и совсем не ожила найти здесь собеседника, мэтр …
Вежливая пауза предлагала напомнить свое имя. Пожилой мужчина прекрасно понял намек, но с веселой беззаботностью продолжал отмалчиваться.
– Филипп Монти. Но тебе предлагаю называть меня мэтр Филипп. Мой возраст позволяет игнорировать условности, – он протянул руку и иссушенной ладонью похлопал по моему запястью.
– Приятно познакомиться, – пролепетала затертую до дыр фразу за сегодняшний вечер.
– Это вряд ли, – подмигнул он мне, – А вот я счастлив поближе узнать избранницу Этьена.
– Вы знакомы с моим мужем? – удивилась я.
– За свою долгую жизнь, с кем только не приводилось быть знакомым, – улыбнулся он в ответ, – Но с Этьеном все просто. Когда-то я знал его родителей, а после наблюдал за его успехами. Выдающийся молодой человек, надо отметить.
– А у вас есть дети? – вежливо поинтересовалась.
– Как сказать, – загадочно блеснув глазами, ответил собеседник.
С каждой фразой он привлекал мое внимание. Манера говорить и общаться отличалась от того, что пришлось испытать сегодня среди высшего общества. Может быть он прав, ссылаясь на свой возраст, когда условности перестают иметь для него значение. Будучи стариком, он мог себе позволить легкую беседу с молодой метрессой, не пускаясь в обсуждение общих тем. Мне он понравился!
Морщинистое лицо обладало живейшей мимикой. Пожилой мужчина выражался грамотно, но без вычурности в речи. Богатый костюм смотрелся строго, опрятно и не кричал о достатке его владельца. Крохотные запонки на рукавах сверкнули рубинами на короткое мгновение и вновь скрылись под рукавами. В то время как другие аристократы всеми силами старались продемонстрировать дорогие украшения, выставляя напоказ. Булавка в тон запонкам скромно удерживала галстук на месте, а из кармана жилета свисала цепочка часов. Его дыхание оставалось свежим, а запах одеколона ненавязчиво доносился до меня при его движениях. Скромное обаяние аристократа. Именно таким я его себе представляла.
– Вы не хотите отвечать на этот вопрос? – заинтересовалась туманным ответом.
– У меня есть воспитанники, – добродушно улыбнулся собеседник, – В их судьбе принимаю участие, слежу за ними, порой помогаю советом или рекомендацией. В нашем королевстве без связей никуда.
Об этом я знала. Именно поэтому хотела как можно быстрей закончить практику и устроиться в столице. Когда мы отправились во дворец, надеялась завести полезные знакомства, чтобы приобрести клиентуру для ворожейного салона. А все получилось иначе. Конечно, я лично знала короля Роберта, коннетабля двора мэтра Одилона, да и со знаменитой ворожеей метрессой Валанди много общалась, но сейчас с моим замужеством все кардинально изменилось. Дипломатическая карьера Этьена неожиданно стала самой важной для нашей молодой семьи.
– Этьен тоже один из ваших воспитанников? – нашла взглядом мужа, разговаривавшего с кем-то из пассажиров.
Вот он точно получал удовольствие от пустой болтовни. Он использовал каждое мгновение, чтобы произвести впечатление и завести новые знакомства. Насколько я помню, супружеской чете, которых Этьен развлекал разговором, он был представлен только сегодня, а сейчас они радостно смеются над одной из его баек.
– Почему вы так решили? – собеседник продолжал улыбаться, но глаза стали внимательными, даже изучающими.
– Вы знали его родителей, наблюдали за его успехами, а потом высказали заинтересованность его избранницей. Логично предположить, что вы один из его опекунов, – спокойно объяснила свои выводы.
– Умная и сообразительная метресса – редкость в нашем обществе. Будет жаль, если ваши способности увянут в браке, – неожиданно произнес мэтр Филипп.
– Простите? – опешила я, – Что вы имеете в виду?
– Лично оторву голову Этьену, если по его вине угаснет живость в твоем взгляде, – я бы восприняла его слова за шутку или не совсем правильный комплимент, если бы не серьезный тон, которым были произнесены эти слова, – Правда, вряд ли я справлюсь с крепким и молодым мужчиной. Так что Клер тебе придется самой бороться за право быть счастливой. Не подведи меня!
Кажется, я некрасиво раззявила рот и не могла придумать ничего в ответ. Произнесенные слова никоим образом не вписывались в правила светской беседы. Но и на шутку они совсем не походили. Да, старик улыбался, морщинки собрались вокруг глаз, только серьезный взгляд не позволял отнестись к ним легкомысленно.
– Обещаешь? – с меня еще и требовали поклясться в странном требовании, – Мне от этого станет легче.
