Но помочь было некому.
Глава 4. Бес внутри
Время шло, а Беса все не было.
Каменщиков прохаживался туда-сюда по полу, выложенному белым кафелем.
Отличное помещение для допросной.
Койки с наручниками, медицинский инструменты и даже странного вида аппарат для откачки крови.
Была некая ирония судьбы в том, что он решил сделать штаб в подвале «Алых парусов» – здания, которое раньше занимал противник. Зараженные и их главарь – бородач в плаще. Его тело пришлось, правда, вытащить и сжечь. Как и женщины в костюме медсестры – она была вон у той стены. Чем они тут оба занимались – непонятно. Но атмосфера, которую они после себя отставили, капитану в целом нравилась.
Мрачная.
Гнетущая.
Идеальная для допросов.
«Подземелья ужаса» – так можно было бы назвать это место».
«Если бы еще Бес не задерживался, чтоб его!»
– Где он там? – спросил Виталий Каменщиков у адъютанта. – Не прибыл еще?
– Нет, он… – подчиненный замялся.
– Что он?
– Он не выходит на связь, сэр.
– Что значит, не выходит? Как давно?
– После того, как проехал КПП на объездной.
– То есть ты хочешь сказать, что он миновал Заслон, но до штаба так и не доехал?
Адъютант кивнул.
– И что все это значит?! – спросил Каменщиков.
Впрочем, вопрос был риторическим.
Зубы сжались.
Кулаки тоже.
Глаза – узкие щелки.
– Во-он! – гаркнул капитан в лицо подчиненному, потом повернулся к двум охранникам, стоявшим у дверей: – Все вон!
«Черные» вытянулись по струнке, но по-прежнему не сходя с места.
– Я не ясно сказал?! Все вон, мать вашу! Сам допрошу!
Подчиненные поспешили на выход.
– И дверь закройте с той стороны, бездари! – гаркнул напоследок Каменщиков.
Дверь лязгнула.
– То-то же… – буркнул капитан, закатывая рукава.
Подвал обработали специальным дезинфекционным составом, поставили гермодвери на входе, поэтому внутри Каменщиков работал без скафандра.
Никакого сраного вируса!
Кроме него самого.
Каменщиков повернулся к женщине, лежавшей на кушетке.
Руки и ноги пристегнуты наручниками к железным поручням.
Во рту – кляп.
Ветошь, валявшаяся здесь же, в помещение, отлично для этого пригодилась.
По щекам женщины стекали слезы, но это лишь раззадоривало Каменщикова.
– А не хрен было с нами в игры играть! – прошептал он.
Облизнулся.
Схватил женщину за подбородок.
– А теперь ты ответишь на мои вопросы, так ведь?! – спросил он. – Сейчас я достану тряпку – и ты мне быстренько все расскажешь, хорошо?
Женщина закрыла глаза.
Пыталась плакать беззвучно.
– Это типа «нет»?! Типа «нет»?! – взревел Каменщикова.
Ударил женщину по лицу.
Хрустнуло.
– Тварь! – Буркнул «черный».
Размял костяшки.
«Похоже, клиент проблемный. Ну что же, тем интересней. На хрен Беса! Сам справлюсь!», – решил капитан.
***
Константин Соловьёв посмотрел на Свету.
Та даже глаз не отвела – вот же упрямая дура!
Черт дернул доверить внучек вчерашней студентке. Константин всегда был падок на молоденьких девушек. Даже когда женился на матери Ани (теперь уже Прокопенко), даже тогда водил с ними шашни. Ну а что, если молодые нимфетки сами липли к нему, будто пчелы на мед. В ожидании пятерки в зачетке, а, может, потому что он внушал доверие возрастом и умом. Обладал харизмой. Да и в целом, выглядел на десяток лет моложе, благодаря тому, что занимался фитнесом и растяжкой.
Вот и в лагере Константин завел себе такую же – очередного ребенка-переростка. Нимфетку, к которой, правда, по закону уже можно было трахаться. И никто бы не обвинил в педофилии – девчушке было ровно восемнадцать. Исполнилось месяц назад – и не подкопаешься.
– Как ты… посмела ее оставить? – Константин схватил Свету за локоть.
Сжал.
– Как официально! А как же наше «Светочка, давай устроим переменку» там, в палатке – все, да?! Кончилась любовь, завяли помидоры?
Константин хмыкнул. В его жизни бабы все время доставляли проблемы. Собственно, поэтому в свое время он ушел от жены.
Но – не только поэтому.
Совсем не поэтому.
– Нет, не значит… ничего не значит, ноты должна была за ней смотреть…
– Должна? Кому? Ты мне кто, папочка?!
Константин сильнее сжал локоть, так что кожа покраснела.
И неожиданно… Света заплакала.
Густо намазанные тушью «фингалы» поплыли.
И глава лагеря понял, что перегнул. Все же когда ему снова понадобиться минет, надо чтобы девушка была в форме.
А не чертовой размазней, как сейчас.
Так и не встанет, гляди, а это сейчас уже было некоторой проблемой.
В его-то возрасте.
– Хорошо, я немного того, – у Константина аж скулы свело. – Я перегнул малость. Прости меня!
– У тебя плохо получается извиняться…
– Как уж есть, – ответил Константин. – Так что там произошло? Куда она побежала?
– К краю лагеря.
– С какой стороны.
– С противоположной, ну, от Гаража.
У Константина все внутри похолодело,
– И ты, зная, кто там у нас, отпустила ее? Проворонила?!
Он уже забыл про минеты.
Снова сжал локоть.
– Собирай народ! Мне нужны минимум три человека с оружием. Одному туда соваться опасно. Сама знаешь, кто у нас там, в тоннеле.
Света вырвала локоть, потерла руку.
– С чего ты взял вообще, что она пошла туда?!
– Она пошла туда, – процедил Константин.
Света хотел просить, откуда он знает, но по выражению лица мужчины догадалась, что сейчас лучше не спорить. Да и для сексуального шантажа тоже не время.
Ушла за подкреплением.
Константин достал револьвер и проверил барабан.
Все патроны на месте.
«Завел же проблему», – подумал хозяин лагеря и пошел к восточному краю лагеря.
Туда, где бес вырвался на волю.
***
Сорок минут впустую!
Женщина молчала.
Ни в какую.
Каменщиков уже пробовал все, даже вставлять сучке лезвие под ногти – та стонала, лила слезы, но так ничего не сказала.
Ничегошеньки!
Как зомби, чесслово.
Сраные фанатики.
Даже в Чечне было легче – приходилось работать с тамошними «языками». Так они и то лучше «шли на контакт», чем эта похожая на школьную училку сука.
– Шлюха-а! – закричал жертве в лицо капитан. – Почему ты молчишь?! Ради чего или кого?! Ради этого типа в шляпе?! Он тебе вообще кто? Муж, брат, сват? Трахальщик? Я же могу тебя здесь грохнуть – и никто, мать твою, никто не спросит с меня!!! Потому что с меня нет спроса! Мы здесь власть! Мы!!!
Женщина молча отвернулась.
– Тварь! – заревел Каменщиков и ударил кулаком в стену.
Костяшки вспыхнули огнем.
– Шлюха! – снова заорал капитан.
Потом резко замолчал.
«Да, шлюха… Действительно», – подумал он.
Капитан хмыкнул, вытер случайно вылетевшую из рта слюну.
Улыбнулся.
– Ну, ладно. Сама напросилась! – сказал «черный». -Раз не хочешь по хорошему, то будет по-плохому. Но – весело!
Женщина была привязана руками и ногами к кушетке, поэтому капитан без труда задрал юбку.
Провел рукой по низу животу и, дойдя до лобка, остановился, почувствовал под руками хлопок трусиков.
– А вот на это ты явно не рассчитывала. Тук-тук! – похлопал Каменщиков по лобку. – Кто там? Это мышка-норушка, лягушка-квакушка – и кто там еще?! А я… а я Волчок – Серый Торчок, во!
Капитан захохотал, потянув на себя трусики женщины.
Те треснули, но не поддались сходу.
Каменщиков рыкнул, порвав узкую полоску ткани.
– Серый Торчок, хех, – ухмыльнулся он.
Пришло время этому городу отдать часть долга, который они ему задолжали. За те полдня, что он здесь провел.
Причем – просто так!
Впустую.
– Это только начало, – подумал Каменщиков, расстегивая брюки.
Залез на кушетку.
Женщины прошептала: -
– Не надо… Пожалуйста!
– Поздно, милая, – ухмыльнулся Каменщиков. – Раньше надо было говорить. А теперь я не настроен на разговоры, уж прости! Теперь – только так!
И капитан заткнул рот женщине кляпом.
А дальше было воздаяние.
Быстрое, стремительное.
Звериное.
В финале Каменщиков уже смеялся в голос.
«Да, ради этого точно стоило приезжать в Киров. Отличный, мать его, городишко! Приветливые жители! Встречают с хлебом и солью, раздвинув ноги. Все бы так, хех».
И только тут капитан заметил, что все это время давил на горло женщине.
Лицо покраснело.
Глаза вылезли из орбит.
Не дышит.
Каменщиков хмыкнул, посмотрел на руки, будто только что увидел, обтер несуществующую грязь о костюм, а потом неторопливо слез с трупа.
«И когда она успела сдохнуть, интересно?! – подумал он. – Неужели «до» финала?! Или прямо во время него?!»
Этот вопрос занимал капитана весь оставшийся день.
***
Я на пустыре, про который говорил Саша.
Грязь, ржавый забор по периметру, а посреди – провал бетонного колодца.
Мне – туда.
Без понятия, откуда я это знаю, но девочки – там.
Их забрала тварь.
Я бегу к колодцу, но ноги вязнут в глине.
Постепенно все глубже и глубже.
Меня засасывает.
Как в болото.
«Не хватало еще утонуть здесь, захлебнуться в жиже», – думаю я, но на удивление, как-то спокойно.
Буднично.
Типа болото – да и подумаешь?!
Но при этом я уже проваливаюсь по колено.
Дальнейшие шаги даются с трудом, а когда грязь доходит до пояса, то я останавливаюсь.
Дальше не могу.
«Но там же девочки. Я должна до них добраться!» – думаю я.
Рычу.
Рвусь вперед, собрав все силы.
Задыхаясь, вываливаюсь на грязь, как тюлень
И ползу по ней на животе.
«Да, так намного легче. Я должна добраться, обязана!»
Край колодца.
Настолько близко и неожиданно, что инерция несет меня вперед. Я чуть не падаю в провал.
В последний момент останавливаюсь, хватаясь за край колодца.
Оттуда несет смрадом.
Будто в провал несколько лет скидывали трупы.
И мне надо разглядеть там девочек. Спрыгнуть вниз я не могу. Саша говорил, что для того, чтобы туда попасть, придется умереть – он так и сделал, чтобы помочь дочкам.
Но я обязана выжить, ради девочек. Иначе – у них никого не останется.
Должны быть другие способы вытащить Катю и Машу.
«Может, какая-нибудь верёвка?! Или палка?! Вдруг сгодятся?»
Но под рукой ничего нет!
– Девочки-и! – кричу я.
Но когда оборачиваюсь к провалу, морда страшного существа уже передо мной.
Шесть глаз твари смотрят в упор.
Изучают.
Но я ее не боюсь!
Плюю в мерзкую харю.
– Отстань от них, слышишь ты, урод? Слышишь?! – кричу я.
Тварь едва слышно хрипит.
Видоизменятся.
Вместо гнусной морды внеземного существа появляется лицо Маши.
«Девочка» улыбается и говорит:
– Дедушка все сделает правильно!
Я кричу и просыпаюсь…
***
– Все здесь?! – спросил Константин Соловьев, оглядев мужчин с оружием.
Андрей, Егор и Борис.
Все с автоматами «Калашникова».
Автоматов пока было всего три на базу.
Но ничего, скоро времена изменятся. И у них будет куда больше оружия, чем сейчас.
Сколько нужно.
Для той задачи, которую они должны выполнить.
Константин кивнул на вход в тоннель:
– Отлично! Тогда двинем, но перед этим пара моментов. Во-первых, стрелять только по крайней необходимости. В особенности это касается девочки. Кто заденет – не жилец! – Константин пока так и не сказал им, что речь идет о внучке. «Пока не время, пусть сначала все устаканится» – решил он. – Во вторых, пленника тоже не убивать. Я уверен, что он важен… – Пауза. – Он нам еще пригодится для того, что мы будем делать.
Все согласно кивнули.
Даже не задали вопросов – просто отлично.
Зато вопрос был у хозяина лагеря:
– Насколько длинная цепь?
– Метра три! – ответил Андрей, парень под два метра ростом.
– И зачем вы такую надели?
