– Ты так ногу себе сломаешь.
Он осторожно провел пальцем по ткани леггинсов, задевая оголенную кожу на щиколотке, а затем резко надавил на самом сгибе, я взвизгнула, и когда нога оказалась на свободе, я шмякнулась на задницу, одаряя Девила презрительным взглядом исподлобья. И прямо таки ощущала, как раздуваются мои ноздри.
– Об этом я и говорю. Сними кроссовок.
Я потерла лодыжку и бросила еще один угрожающий взгляд на Девила.
– К черту иди.
– Я-то пойду. Покажи ноги.
Он шагнул вперед, а я отползла в сторону.
Не собираюсь ничего показывать. Он прав, и подтверждать то, что я вполне могу переломать себе лодыжку, я не собираюсь. Руслан говорил, что задрать повыше ногу недостаточно, что я наношу удар, как хилячка, и мои синяки на ногах тому подтверждение. С ним я могла согласиться, но не с вот этим вот..
– Мои ноги выглядят отлично, в отличие от.. Тебя.
Браво, Алина, это лучшее, что ты могла придумать!
Девил фыркнул и опустился рядом со мной на корточки, я замерла, когда его лицо сблизилось с моим, и теперь в тишине, я отчетливо слышала свое сбившееся дыхание. Дев немного наклонился и, горячий воздух защекотал ухо.
– От тебя несет алкоголем, – шепнул он.
Вот урод! Я двинула его обеими руками в грудь, и попыталась встать, тот пошатнулся и рассмеялся, что взбесило еще больше. Нет, смех не был раздражающим, даже напротив, отчего у меня почему-то в горле заскрежетало.
– Что с тобой не так?! – заорала я, поднимаясь на ноги.
Улыбка Девила исчезла в один миг, словно и не было ее вовсе.
– Со мной? Что ты здесь делаешь? Хочешь бороться, вставай и борись, но только не здесь. Твоя мать мертва, отец за решеткой, твой гребаный любовник месяцами вытирал о тебя ноги, а затем исчез. А все, что ты делаешь, это ходишь сюда и срываешь злость на этом мешке с дерьмом и своем теле.
– Заткнись, – это все, на что меня хватило. И когда заметно тряхнуло, я стиснула зубы так, что они могли бы вот-вот развалиться. Лучше злость, чем нытье. Поэтому дрожащий подбородок пошел ко всем чертям!
Дев громко выдохнул и продолжил, на этот раз уже без повышенных тонов и грубости в голосе:
– Перестань жалеть себя.
Я прыснула.
– Кто бы говорил. Ты прячешься за десятками убийств, потому что в детстве мамочка и папочка тебя выбросили, как щенка. Ты не нужен НИКОМУ..
– Как и ты.
Он подмигнул. Издевается.
Я вспылила. На самом деле. Закипела. И подалась вперед, нарушая и без того, нарушенные мною приемы борьбы. Девил пошатнулся, а затем перехватил мою руку, я даже не успела его ударить, вторая рука была тоже захвачена и, я оказалась прижатая спиной к теплой груди с колотящимся внутри сердцем. А может, это было мое. А может, оба. Мои руки покоились на груди со сжатыми в кулаки ладонями, крест-накрест, запястья даже не ощущали боли из-за нахлынувшего адреналина, но я знала, что Девил держит крепко, и даже больше не сопротивлялась, лишь дышала наперебой, вместе с его дыханием, как загнанная в угол скотина.
– Ты выиграл, – тихо сказала я, после чего пришлось сглотнуть дурацкий ком. «Оковы» на руках исчезли не сразу, постепенно, словно проверяя, не брошусь ли я снова в драку. Нет. Глупо. У меня нет сил с ним бороться, и нет сил отрицать единственную правду, поэтому я просто выдохнула еще разочек и обернулась.
– А теперь расскажи мне, что у тебя стряслось, куколка?
Девил шлепнул меня пальцем по носу, и я снова ощутила этот дискомфорт от нашей близости.
– Я в порядке.
Отойдя в сторону, я потерла запястья. Надеюсь, хоть здесь синяков не останется, на работе на меня итак смотрят с жалостью, после того, как все мерзкие слухи обо мне, Петерсоне и моем отце полезли наружу.
– Ага, и ты все еще живешь в моей квартире.
– Мне нравится твоя квартира, я предлагала ее купить.
– Она не продается. И ты там не потому что она тебе нравится.
– Ну, давай, умник, скажи почему.
Я снова бесилась, потому что боялась услышать правду и заставить, наконец, себя в нее поверить.
– Потому что ты думаешь, если Адриан объявится, то первым делом придет ко мне.
Он был прав. В глубине души я это понимала, но все еще отрицала даже в самой себе.
– Думай, как хочешь.
– На кухне вина больше, чем еды.
– Я всегда любила вино.
– Ты закурила.
– Это временно. Я просто балуюсь.
– Так говорят подростки.
– Чего ты хочешь, Девил? Я съеду из твоей квартиры на днях. Извини, что помешала.
– Ты мне не помешала. Я вообще не об этом говорю. Я привел тебя сюда, чтобы ты училась самообороне, а ты насилуешь себя.
– Я никого не насилую.
– Сколько часов ты здесь проводишь?
Я пожала плечами.
– Полтора – два.
Девил покачал головой и немного усмехнулся.
– Вчера ты была тут пять часов и, сегодня снова пришла.
Я выдохнула. Мне не особо хотелось снова с ним спорить, особенно если он собирался поиграть в папочку.
– Я больше не твоя проблема, Дев. Тебя не было, я жила в твоей квартире, съеду в ближайшие дни.
– Что сегодня произошло?
– О чем ты?
– Не делай из меня дурака. Думаешь, я не вижу?
– Не играй со мной в профайлера.
– Ты ушла с работы раньше, чем обычно, намного. На тебе лица не было.
Я прищурилась.
– Ты шпионил за мной. Как давно ты, на самом деле, вернулся?
– На прошлой неделе.
– И ничего не сказал!
– У меня были другие заботы, знаешь ли. Я несколько месяцев пытаюсь выйти на след Адриана. И что? Ни черта! Говори, что произошло.
Я сняла кожаные тренировочные перчатки, кинула их на матрас и опустилась рядом с ними в углу, закрыв глаза. В голове промелькнула все та же утренняя картина, которую я больше никогда не хотела бы вспоминать. Меня снова затошнило и, я подавила подступающую к горлу горечь.
– Кто-то подвесил дохлую крысу над дверью моего офиса. Когда я вошла, с ее внутренностей все еще стекала свежая кровь. Кто-то выпотрошил ее и подсунул мне в кабинет!
Я не собиралась ныть, вопить, впадать в панику, но внутри я понимала, что не могу постоянно держать себя под контролем. Это снова происходит. В этот раз все даже хуже. Не я сбежала от Вестардо, он просто исчез. Тогда, три с половиной года назад, я хотя бы знала, что он жив, сейчас – нет. Подумать, этого бы было достаточно? Просто знать. Да, наверное, черт возьми! Мне нужно было выдохнуть. Просто сделать что-то.. Накричать на кого-то, заплакать, побить посуду. Я бы хотела. Но не могу. На сегодня достаточно.
Когда я открыла глаза, Девил уже стоял передо мной и протягивал руку, я взглянула на нее, но не взяла. Он не будет моей нянькой. Тем более он. Нет. Поднявшись с пола и пройдя вдоль мата, в сторону раздевалки, я слегка задела Дева плечом, и мы оба, кажется, не обратили на это никакого внимания, хотя уже потом я почувствовала, как он провожает меня взглядом, обернуться не решилась, только остановилась на секунду, чтобы спросить тихонько:
– Отвезешь меня домой, пожалуйста?
– Конечно, – ответил он не сразу, через пару секунд, словно пришлось еще думать над этим.
Глава 2
После разбора полетов в зале, первым делом, переступив порог квартиры, мне захотелось начать собирать вещи и хоть это и попахивало кретинической гордостью, я не могла засунуть эту мысль куда подальше. И Девил.. Он просто постоял немного у двери и ушел. Я думала, что-то скажет, после долгого молчания, но.. Ничего. Вместо того, чтобы упаковывать барахло, я завалилась на кровать прямо в одежде и подумала о том, что на самом деле не хочу покидать эту квартиру.
Я позвонила ему вечером. Девил пропадал и появлялся, когда ему вздумается, мне не слишком это нравилось. Не то чтобы он вообще должен мне нравиться, просто я ощущала тревогу, когда люди рядом со мной исчезали.
– Эмм.. Я звоню спросить придешь ли ты к ужину. Я заказала еду из ресторана, что внизу.
– Куколка, ты совсем отчаялась, что зовешь меня на ужин? Брось это, мы не муж и жена и даже не парочка. Понимаешь о чем я?
– Ээ.. да, конечно, извини, я подумала..
Я пригласила Девила на ужин! Мы вроде как друзья, но это все действительно странно. У нас все еще слишком странные отношения. Иногда мне кажется, что он до сих пор меня ненавидит за что-то. В этом весь Девил.
Я поставила коробки, что принес курьер, на стол. Для себя и для Девила, зная, что он не придет. Не то чтобы я ждала. Просто, оставлю его порцию себе на завтрак.
Он открыл дверь своим ключом, я даже не обернулась. Девил прошел в ванную, затем молча уселся напротив меня. Я достала столовые приборы, положила перед ним и продолжила есть китайскую лапшу.
– Тебя сложно удивить, да? Я пришел, чтобы ты не чувствовала себя одиноко.
– Спасибо. Я привыкла.
– Что ж, ладно. Я останусь на ночь, если ты не против.
– Конечно, это ведь твоя квартира. Дев, я.. Я хотела собрать сегодня вещи, но у меня не получилось. Я попрошу снова: продай мне квартиру.
Он закинул в рот кусочек спаржи.
– Не-а.
– Почему?
– Слушай, куколка, ты можешь оставаться здесь сколько угодно, я же сказал. Я не продам квартиру ни тебе, ни кому-либо ещё. Тем более тебе.
Ауч. Это укололо меня. Не знаю почему, то ли я находилась уже на грани, то ли считала, что Дев и вправду изменил ко мне отношение.
– Ты боишься, что я запрещу тебе появляться и исчезать, когда захочешь?
– Ты не можешь мне ничего запретить.
Он медленно пережевывал еду, не сводя с меня взгляда.
– Кхм.. я имела ввиду здесь, в квартире.
– И это тоже.
Я встала, убрав за собой.
– Хочешь чай?
Девил продолжал смотреть на меня, изучая. Я итак была, как раскалённый уголь, а ещё его эти навыки..
– Не надо меня профилировать.
– Я просто смотрю, куколка.
– И называть меня так!
– Куколкой?
– Хватит, Дев!
Я швырнула вилку в раковину и уставилась в стену, тяжело дыша.
